hunt.

      Том знал всё о Гермионе Джин Грейнджер.       Он знал, когда у неё день рождения, какой у неё рост и вес, второе имя, точную дату вплоть до времени на часах, когда родители купили ей уродливого кота по имени Живоглот, — и с этим, кстати, Гермиона вновь прогадала. Но перечить ей в этом, к сожалению, не входило ни в одну из его привилегий.       У этой милой девушки, что была до смешного и одновременно с тем до сводящего с ума зуда под кожей занудной, отсутствовали всякие минусы. Ему нравилось в ней всё: веснушки на бледной коже, что она старательно пыталась скрыть под слоем пудры; школьный гардероб, состоящий обязательно из нарядных белых блузок и низких юбок в клетку; хорошее чувство юмора, которого ему так не хватало; катастрофическая любовь к книгам, чего он ещё никогда не встречал прежде.       Даже её короткие пальцы сводили его с ума, из которых только два имели честь быть скованными сверкающими обручами серебряных колец. И это была лишь малая часть всех её достоинств. И, как бы безумно это ни звучало, Том мечтал обвиться вокруг Гермионы подобно этим самым кольцам.       Том опустил голову, и улыбка сладкой кляксой расплылась по его лицу, омывая собой прежнюю скуку. Он любил такие мысли — они приносили ему небывалый поток счастья, что как призрак преследовал его до конца дня. Хорошие моменты, хорошие.       — Эй, отстань от меня!       Он встрепенулся и поднял глаза, зацепившись пальцами за тканевые лямки рюкзака при звуке детского, но милого голоса.       Это она.       Подобно яду, лихорадка распространилась по всему организму Тома, отравляя его нутро всплеском эмоций при виде Гермионы. Его сердце глухо забилось в груди, в бешеном темпе ударяясь о рёбра. Что за чёрт.       Она, залитая золотыми лучами своей солнечной улыбки, стояла в тесном коридоре, прижавшись острыми лопатками к стене. Том отметил про себя, что сегодня на ней была тёмно-синяя блузка — чернильное пятно перед глазами. Некогда кудрявые волосы Гермионы были хаотично выпрямлены и собраны в неаккуратный высокий хвост, но ей, похоже, было наплевать на это — она выглядела окутанной счастьем рядом со своими друзьями.       Друзья. Какое мерзкое, отвратительное слово, прямо как её...       Том перевёл дыхание.       Он, стараясь быть как можно ближе к ней, прошёл мимо весёлой компании, чей смех противным звоном застрял в его голове. Она не смеялась, но улыбки было достаточно, чтобы показать свои искренние эмоции.       Кулаки невольно сжались по бокам.       Прежде чем завернуть в следующий коридор, Том повернул голову ровно настолько, чтобы мимолётным взглядом коснуться худых маленьких тел двух её друзей-мальчиков.       Гарри Поттер и Рональд Уизли.       Том заскрежетал зубами от обуревающей его ненависти, глядя на картинку, что осталась призрачным видением перед глазами. Пожалуй, единственным существенным минусом, что касался его Гермионы, была её дружба с двумя этими придурками. Они не отличались особым умом, часто оказывались в кабинете директора или на отработках, но Гермиона по какой-то причине, что была непонятна ему, выбрала именно их.       Он был рад, что она не одинока — Том слишком знаком с этим чувством, чтобы желать того же ей, — но Гермиона будто бы его испытывала на прочность, появляясь в коридорах исключительно в компании Поттера и Уизли. Они были неразделимы с того года, когда он перевёлся в эту школу, и это чертовски нервировало его.       Стоило ли говорить о том, что Гермиона должна найти себе новую компанию, желательно состоящую из девочек её возраста? Ни младше, ни старше. Он знал, что маленькие девочки глупые и не подходят под умственное развитие его Гермионы, а старшеклассницы — сплошь развратные шлюшки, знающие учебник биологии лучше, чем свои наманикюренные пальцы.       Блять, это такой замкнутый круг.       Он провёл рукой по усталому лицу, задевая сползшие на нос очки, когда мимо него пронёсся ураган нескладных подростков, среди которых была Гермиона. Её тоненькие длинные ножки резво разрезали воздух, а приятный запах окружал пространство вокруг них, и Том был очарован. Она никогда не пользовалась духами.       — ...ты забыл? У нас через месяц первая игра со Змеями!       — И вам лучше быть осторожными, иначе я надеру вам задницы!       Ах. Первогодки в футболе.       Улыбка хищным оскалом расплылась по лицу Тома; не обращая внимание на ругательство, слетевшее с прелестных губ Гермионы, он быстрым шагом направился в противоположную сторону, поменяв свой курс. Он чувствовал, что сейчас ему было жизненно важно узнать расписание тренировок Львов.       Стенд со всей нужной информацией по поводу предстоящих игр находился возле спортзала. Том оказался рядом в аккурат со звонком на второй урок, но сейчас ему было всё равно на возможное опоздание на биологию. Учителя его любят, и он не видел ничего плохого в том, чтобы иногда пользоваться этим преимуществом. Особенно в такие важные в жизни моменты.       Он слабо улыбнулся, и его сердце задрожало в груди. Да. Уже сейчас он мог с уверенностью сказать, что это было судьбой — услышать отрывок их разговора, который мог здорово перевернуть его и Гермионы жизни. Из жизни, что сплетутся в одну. У Тома перехватило дыхание от перспективы подобного, и его руки моментально сжались в кулаки в надежде успокоиться. Вообще-то, он считал всё это чушью — астрологию, гадание и прочее, — но Гермиона вселяла в него веру одним своим существованием. Ну кем она была, если не благословением Божьим?       Краткий анализ информации заверил Тома в том, что игра между Львами и Змеями состоится в первых числах ноября. Точная дата ещё была неизвестна, но Тома это особо не волновало.       Его глаза метнулись к расписанию тренировок, и он удовлетворённо мурлыкнул. Нечётные дни недели занимала только школа и подготовка к экзаменам, но в остальном Том был свободен, что было ему только на руку в соответствии с увиденным. Однако — он злобно прищурился, глядя на «воскресенье» — один из дней был ему всё-таки недоступен.       Неважно. Том будет как раз в школе во время тренировки Львов, и это лучше, чем ничего.       Прозвенел звонок, и Том двинулся вперёд по коридору, воздерживаясь от желания подпрыгивать на месте от радости, водопадом нахлынувшей на него. День, по мнению Тома, начался слишком хорошо.       Тихий смешок сорвался с его уст, и он прижал ладонь к губам, захлёбываясь в своём смехе. Ну, похоже, избавиться от проблемы в виде её друзей было не так уж и сложно.

я слишком влюблён в тебя, чтобы не быть в курсе всех вестей.