Озабоченная дура из Baskin Robbins не собиралась сдаваться и даже начинала Тэхёну немного нравиться.
— Послушайте, мы готовы заплатить грёбаное состояние за три минуты в эфире, — выдохнула она в трубку. — Чёртов президент на этикетке обошёлся бы нам дешевле.
— Так и звоните в приёмную президента. — Тэхён с сомнением принюхался к протянутому Чимином стакану с кофе и с наслаждением присосался к живительной дряни.
— Федеральный закон о рекламе порвет нас на фантики, а мне дорог мой зад. И туфли. — Ким негромко хмыкнул и включил громкую связь.
Чимин отвлёкся от монитора и вопросительно приподнял брови. Тэхён, плюхнувшись в кресло, кивнул на трубку и одними губами проговорил: «Слушай».
— Милая, предложите мне уже что-нибудь кроме пары-тройки миллионов, я знаю, вы можете лучше.
— Да вы хоть представляете…
Он не особенно жаловал стратегию артобстрела, но у этой рекламной проститутки определённо был свой стиль. Мало кто из звонивших ему менеджеров отклонялся от привычной схемы холодного звонка, переход на личности и вовсе считался в их среде дурным тоном, но однажды она позвонила ему в половину пятого утра, когда одна из совершенно очаровательных гримёрш Чонгука недурно работала ртом у него между ног. Идеальное чувство времени, хуже было только, когда он поднял трубку в душе, и телефон, выскользнув из мокрых рук, со всей дури ёбнул его по мизинцу.
Он никогда не матерился в эфире, но обстоятельства вынудили его ослабить галстук.
С тех пор Тэхён считал Радостную Роббинс практически своей: за вычетом купли-продажных отношений между ними было уже приблизительно всё, а тон их разговора стал практически… Дружелюбным.
— О, я представляю. Но Чонгук может прямо сейчас свернуть удочки и уйти в безбедную старость.
— Чего ты хочешь?
Ещё раз, переход на личности никто особенно не жаловал, да и панибратство там, где его можно было избежать, не считалось за верную тактику, но Роббинс подавала весьма неплохие надежды. В ней была искра, Тэхён такое любил.
Кроме того, если у вас очень мало времени, а вам срочно нужно решение, и вы как раз обладательница весьма приятного голоса, то попробовать пустить в ход чутка агрессивный флирт — это изобретательно. Могла напороться на кого-нибудь типа Сокджина (он очень любил слушать о себе и… очень любил слушать о себе), но ей, опять-таки, повезло. В конечном итоге, пиар — это не маркетинг, не рассылка пресс-релизов в коммерческие отделы медиа. Он отвечал за коммуникации и репутацию бренда, что, конечно, косвенно влияло на продажи, но главным образом строило взаимовыгодные отношения между организациями (aka брендами, aka айдолами) и общественностью.
И Тэхён был в этом деле профессионалом.
Он не зря получал свои деньги.
— Ты же знаешь, что Кихён основной конкурент Чонгука в этом сезоне. — Чимин закатил глаза и вернулся к прокрутке на экране.
— Ты шутишь.
— Я серьёзен.
— И ты серьёзно собираешься капризничать из-за места на этикетке мороженого?
Тэхён недовольно цокнул.
— Три месяца ты кричала мне в трубку «мы продаём радость», соловьём заливаясь о роли пломбира в мировой политике — не сдавайся так просто, ты почти начала мне нравиться.
— Менеджер среднего звена…
— Тебе дали
мой номер. Ты менеджер не среднего звена.
— Какой же ты козёл.
— М-м, и тебя это возбуждает. В эту пятницу в девять, в Privilege Bar. Я буду в синем.
— Мы завершим контракт с Кихёном в пользу Чонгука, и я
не пойду с тобой на свидание.
— Но ты же знаешь, как я выгляжу. Много теряешь. И — семьдесят процентов от обложки.
— Шестьдесят, твой мальчик не настолько раскормлен. И — да. Не заинтересована.
— По рукам. Последний шанс, Роббинс.
— До связи, Тэхён.
В комнате отдыха ритмично зазвучали гудки, и Ким наигранно громко вздохнул.
— Ты страшный человек, — между делом заметил Чимин.
— Я — лучшее, что случалось с агентством. Это клубничный чизкейк?
Пак кивнул и, не отвлекаясь от работы, пододвинул к Тэхёну чизкейк в картонной упаковке из кондитерской у агентства и пластиковую вилку. С самого утра мечтающий о большом жирном бургере живот снисходительно заурчал, а слегка больной от голода мозг тут же додумал к десерту с десяток уместных блюд. Закинув в рот сразу треть порции и принявшись со вкусом её пережевывать, Тэхён открыл чат и с ощущением совершенно парадоксального торжества написал:
— WINX CLUB —
kth
Чонгук продаёт радость, а не мороженое
А Кихён нет
namjoon
Поздравляю
hobi
ДжейКей — кайенский перец с воздушными сливками
kth
Воздушные сливки
С щепоткой кайенского перца
kimseokjin
???
Мы играем в крокодила?
agust-D
Нет
kth
У тебя включен автоответ?
agust-D
Нет
kth
Ну поддержи нас. ДжейКей со вкусом булочки с корицей
kimseokjin
Кто-нибудь мне объяснит?
Эй, народ
hobi
Протеиновое мороженое со вкусом настоящего
jimjim
ДжейКей — теперь с БЖУ
kimseokjin
Нахер вас
Я сделал три ошибки, пока пытался написать декалькомания
Что это за чёрт вообще
За что
— Кстати, — Тэхён отвлёкся от чата и, шумно проглотив, посмотрел на Чимина. — По кому Чонгук страдает?
— М-м? — совершенно неискренне удивился Чимин.
Тэхён прищурился, глядя на друга поверх крышки ноутбука, и облизнул вилку.
— Солнце, ты паршивый лгун. Избавь меня от необходимости шерстить его телефон: у нас релиз через две недели, а мне не улыбается утирать ему сопли, пойми красотка, что он не скромный, а просто фригидный.
Чимин уставился на него чуть внимательнее прежнего и недовольно прищурился. По-девчачьи пухлые губы скривились в непонятной гримасе, и в общем и целом выглядел Чимин так, будто бы Тэхён его в чём-то разочаровал. Что, во-первых, было незаслуженно, а, во-вторых, в принципе довольно обидно — Пак всегда был на его стороне.
— Знаешь, ты бываешь злым, — задумчиво проговорил он и снова уставился в ноутбук.
— Ой ли.
— Ага.
— И что это должно означать?
Чимин выдохнул, с досадой закрыл ноутбук и подался вперед. Забрал у Тэхёна чизкейк обратно и отщипнул от оставшейся трети едва ли достаточный для того, чтобы действительно распробовать десерт, кусок.
— То и должно. Он не страдает, он смирился и знает, что это едва ли взаимно, потому что объект его воздыханий такой же чёрствый, как бортик этого пирога. Он ни на что не рассчитывает, просто имеет дурную привычку сливать свой бардак в текст. Так что можешь успокоиться — вряд ли уже в этих отношениях может произойти хоть что-то, что выбьет его из колеи.
Тэхён медленно кивнул.
— И-и… Ты не скажешь мне, кто это?
— Нет, Тэ.
— Потому что?..
— Потому что Чонгук мне тоже друг, — отрезал Чимин и встал.
— Ладно, — поспешно сдался Тэхён и, вновь схватившись за недоеденный чизкейк, крикнул лучшему другу вдогонку: — Но если он всё же надумает сделать глупость, напомни ему, что я
ненавижу громкие заголовки и не слишком привязан к работе!
— О, он помнит, — протянул Чимин и вышел из комнаты отдыха.
Ну. Что ж. Ладно.
Именно это Тэхён и хотел услышать.