Параллельно

Вы разошлись тихо. Без ругани, обычных скандалов и битья посуды. Вы разошлись тихо. Просто сказав друг другу ‘а давай теперь параллельно? ’ Параллельно — там, где ваши жизни больше не пересекутся. Параллельно — там, где вы никогда больше не увидите друг друга. Только если вдаваться в математику — перпендикулярно, но у вас с ней и до этого были проблемы. Ибо каждая ваша точка пересечения является точкой невозврата, а столько точек нет даже на грёбаных ломаных. И даже если ваши линии судьбы являются лежащими друг на друге, вы все равно идете против себя же. Два человека — гордость. А ведь вроде оба хотели семью… хотели обрести то, что когда-то потеряли… Вы не будете пересекаться три года. Ты попытаешься забыться, уйти в музыку, пока не поймёшь, что без неё все не то и на каком-то повороте вы однозначно свернули не туда. Она будет раз в месяц садится и писать тебе письмо. Но так ни разу и не отправит. Письмо о том, как сильно она жалеет о том решении и как на тебя похожа ваша дочь. Тридцать шесть неотправленных писем, залитые слезами и каждое начинается со слов ‘я тебя люблю’. Ты впервые за эти годы решишь посетить город, в котором когда-то обрёл все, а после потерял. Не срослось — так вы объясняли себе собственную гордость. Вроде бы случайно пойдёшь по вашему парку и замрёшь, увидев её, разговаривающую с крохой на скамейке. Внешне уже не твоя девочка совсем не изменилась. На первый взгляд. Только на губах снова красная, а голубые океаны покрылись льдом.  — Дочечка, ну ты чего, не плачь. Посмотри, как птички летают, посмотри как облака быстро плывут. А вон там, на деревьях, цветочки распускаются. Все, коленкам не больно, котик? — ей очень идёт материнство. Ты это заметил давно, но сейчас особенно.  — Неа.  — Ну вот и отлично. Я люблю тебя, крох. Ты самое ценное, правда правд… Дан? — выдернет тебя из гипноза, а сама крепче прижмёт к себе ребёнка. Собственными ногтями вжимая как можно сильнее в ладони будет прятать слёзы. Малышка захнычет на Тининых руках, спрыгивает с коленок и осторожно подходит к тебе. Её светлые волосы выглядывают из-под шапки, а темные глаза тебе явно знакомы… ты видел эти глаза. И ты боишься поднимать взгляд на когда-то твою женщину, чтобы опровергнуть свою догадку.  — Дядя, а вы знаете, что у мамы глаза синие, потому что она очень много смотрит на небо. И плачет, — и тебя выбьет от такого откровения ребёнка из вселенной на несколько секунд, пока ты не увидишь во всё ещё родных уголках глаз слёзы.  — Тань… прости, она моя дочь?  — Да… — всхлип. — Я столько раз тебе об этом писала, столько раз искала связи и, когда видела тебя за углом, вновь обрывала все телефоны и пряталась куда-то глубоко в душу. Прости.  — Я тебя не виню. Я все помню, твои страхи, мечты, я помню, как сильно ты хотела дочку, и мне жаль, что эти года ты воспитывала её одна. Из-за нашего утверждения, что мы можем быть параллельны. Не можем. С той самой точки невозврата. Какую не возьмёшь, хоть премию, хоть голос, не можем. Я тебя люблю. И её тоже, даже не зная её имени.  — Виринея. Виря или Рина, если коротко. Латинское ‘цветущая’. Я не смогла выбрать другое… слишком сильно влюбилась в это, как и в неё саму. Вирин, это твой папа. Он тебя очень-очень любит. Помнишь, я обещала, что он нас найдёт. Нашёл. Она уже будет нескрываемо рыдать, когда у дочки засияют глаза и она полетит к тебе в объятья. Когда ты будешь её подкидывать к небу и, несмотря на то, что девочка будет знать тебя от силы полчаса, она будет тебе полностью доверять. Ты же папа. Ты же всегда поймаешь. Сильнее прижимаешь к себе женщину, когда вы идёте по аллеи и крепко, держишь на руках дочку. Не веришь, что это чудо действительно ваше. Не представляешь, сколько моментов ты пропустил в её маленькой жизни.  — Стой… я сейчас хочу тебе их отдать. Каждое подписано по дате. Мы обязательно сможем снова, но сначала прочитай все. Нужно время, — а потом тянется на носочках и произносит истину, которая крутилась у неё все время прогулки, все три года, заставляя просыпаться посреди ночи со слезами на глазах и прижимать дочь сильнее. — Я тебя люблю. И ты знаешь, как сложно ей всегда давались признания и прижимаешь эту испуганную девочку к себе.  — Я тебя тоже. У нас все получится, веришь?  — Верю. Номер старый, если что-то случится или изменится позвоню. Адрес тот же. Ринка, иди сюда, родная. Попрощайся с папой, у него сейчас дела. Ребёнок всхлипывает носиком и смотрит матери в глаза:  — Мы с папой больше не встретимся? Я больше не почувствую себя птицей? Мам, почему так? Я папе не нужна? — ты увидишь в женских глазах страх и перехватишь дрожащую руку, отправив кроткий поцелуй в макушку. Заглянешь в глаза такого мудрого маленького человека и шепнёшь ей:  — Вирусенька, я тебя очень сильно люблю, малышка. Мы обязательно встретимся, ты ещё полетаешь, правда. Ты потрясающая, я так рад, что у меня такая дочка. Мы скоро встретимся, и все будет по-другому. Мама перестанет плакать ночами, ты перестанешь искать, в чем твоя вина. Ни в чем, крох. Просто взрослые были не правы, решив, что могут друг без друга. И я понимаю, что часть моих слов тебе не понятна, но просто знай. Я тебя люблю. — Я тебя тоже, папа, — и тут заплачешь ты. Женские хрупкие пальцы будут собирать хрусталики слез, и вы оба поймёте, как многое могли потерять, не встретившись в этом парке. Обнимаешь своих девочек до того момента, пока не подъезжает сильно знакомая машина. Орлов выглянет из окна и на секунду замрёт. Не каждый день за последние три года видел глаза босса, сияющие не от слез. Совсем не каждый.  — Вам пора, девочки. Все получится, обязательно. И она опять будет молчать, но благодарно на тебя смотреть. В глазах растает окончательно лёд и лишь губами повторит ‘получится’, а после улыбнётся. Возьмёт дочку на руки, и, чуть-чуть прихрамывая, пойдёт к машине. Ты прекрасно помнишь, как часто у неё болели ноги. Синяки после репетиций и слёзы от спазмов. И ты догонишь, посадишь дочку на шею, а Тине поможешь дойти. Женщина должна же растворяться. Пристегиваешь дочку и мило прощаешься с ней. Тина останавливает тебя, лишь глазами снова благодаря.  — Береги себя. Как доедите, напиши. Мы получимся. Можно написать историю заново.