А что выберешь ты?

Дрожь проносится по всему телу и я не могу пошевелиться. Мне кажется, что я уже даже затылком чувствую дыхание и присутствие другого человека позади меня. Одновременно хочется проигнорировать Минхо, промолчать, сесть в машину и уехать по запланированным делам, но в то же время обернуться к нему и всё же поинтересоваться, почему он здесь, просто поговорить. И второе берёт надо мной верх. Слишком долго я не видела и не слышала этого человека, нереально вот так сразу отстраниться от него и жить дальше спокойно. Как-никак мне его очень не хватает, хоть я и стараюсь не думать об этом. Переступая через свои быстро бьющееся сердце, сбившееся дыхание и желание смыться, всё же поворачиваюсь к машине спиной. Быстро кинув мимолётный взгляд на Минхо, опускаю глаза, смотря то на его курточку, то на ботинки, то на руки, спрятанные в карманах, но лишь бы не на его лицо, не в глаза... Его прожигающий взгляд я успела заметить за те две секунды, что взглянула на него. Прочистив горло, якобы говорю ему этим, чтобы он говорил, за чем пришёл. Отведя взгляд в сторону парковки, бегаю глазами по асфальту. — Ты не отвечаешь мне, — начинает он, — почему? — его голос такой холодный, строгий, но... Но всё же я не слышу в нём отстранённости, скорее настороженность, беспокойство и толику надежды. Нервно сглотнув, слегка поднимаю голову, но глаза всё ещё не осмеливаюсь поднести выше, — Я скучал. — Такой уставший и нежный проблеск мягкости в нём после этих слов. В горле мгновенно пересохло и болезненно сжался комок. Я даже не могу проглотить слюну, она вроде и вовсе исчезла из ротовой полости. Тело начинает трястись и я прячу руки в карманы курточки от внезапно нахлынувшего на меня озноба. Я не могу, просто не могу посмотреть ему в глаза... Мне и так больно, а тогда и подавно будет ещё хуже... Я не могу это вынести... Феликс сказал успокоить его? Но как? Вообще, мне хочется броситься ему в объятья, это нормально? Минхо, не услышав от меня ответных слов, тяжело и как-то грустно вздыхает. Почему он кажется таким отчаявшимся? — Ты совсем не хочешь меня видеть? — Он подаётся чуть вперёд, сделав полшага ко мне, и склоняет голову, пытаясь получше рассмотреть моё лицо. Я отзеркаливаю его движения и тоже делаю полшага назад, попой напоровшись на дверь автомобиля. Чувствую себя загнанным кроликом. — Ева, прошу, скажи хоть что-то, думаешь, мне легко? — более нетерпеливо и нервно спрашивает он. — А что мне тебе сказать? — от сухости во рту, мои слова были больше похожими на шёпот неуверенного человека, который бормочет себе что-то под нос. — Что? — переспрашивает он, вероятно, не до конца расслышавший мой резко сорвавшийся хриплый голос. — Мне нечего тебе сказать, Минхо, — глядя вниз на расстояние наших тел друг от друга, ещё больше внутренне сжимаюсь. — Я писал тебе... И звонил... Ты ни разу не ответила. — Он говорит медленно, размеренно и тихо, его тембр спокойный, но я чувствую его напряжение. — Я же говорю, я не знаю, что тебе сказать... — кусая губы и хлопая ресницами, нервно сжимаю ладонями внутреннюю ткань карманов. — Не знаешь? — в его голосе звучит лёгкое раздражение, но и в этом я его не виню. Я видела в уведомлениях, сколько всего он писал, задавал разные вопросы, интересуясь много чем... Вроде даже извинялся, но я не смогла прочитать до конца эти сообщения... На его месте, я бы тоже не выдержала... Минхо ещё оказался удивительно терпеливым, потому что две недели не наседал на меня, преследуя. Но теперь приехал... — Что я только тебе не писал, как не пытался до тебя дозвониться, поговорить, ты молчишь... — Тональность его голоса начинает подниматься выше. Он слишком долго сдерживал себя, поэтому сейчас его терпение и контроль над собой быстро испарятся. — Минхо, правда, я... — дрожащими губами я пытаюсь хоть что-то внятное сказать ему, но не не получается. — Ла-адно, — перебивает меня, — я писал тебе обо всём, обо всех вопросах, что нам следовало бы решить. А то легче всего было уйти, ничего не обсудив. Да-аже если тебе так уж хочется покинуть меня, как взрослые люди мы должны были решить оставшиеся вопросы. К примеру... Как объяснишь мне то, что ты забыла у меня несколько важных вещей... — он заискивающе слегка понижает тон, наклоняется ко мне чуть ближе, придавая голосу какой-то таинственности. — Говорят, что мы намеренно что-то оставляем, надеясь когда-то вернуться. Стоит ли расценивать это как... Не давая продолжить ему свой вопрос, прерываю его. — Забыла не я, а Феликс с Рэйчел, — наконец-то, я поднимаю голову повыше, чтобы изумлённо посмотреть на него, — не забрали они, — намеренно ставлю ударение на последнем слове. — Но ты могла сама приехать. — Твёрдо замечает он, продолжая стоять в полуметре от меня, как статуя. — Не могла... — я отворачиваюсь, снова не выдержав его пристального взгляда на себе. — Послала своих друзей... Некрасиво ты уходишь, Ева, — почти что сквозь губы уже проговаривает он, — думаешь, ушла эпично? Ошибаешься. По отношению ко мне, ко всему, что между нами было, это даже неуважительно, нереально пренебрежительно. Тебе совсем наплевать? — Минхо начинает говорить ещё громче, явно не выдерживающий всей этой накалённой атмосферы, как уже и я. — Думаешь, мне наплевать? — раздражённо выпалив, гневно подношу голову к верху, сверля его взглядом, — знал бы ты, как мне плохо. — Заключаю я, поздно понимая, что лучше не следовало бы приоткрывать ему завесу тайны этих мучительных недель после моего ухода. — Твоё поведение и поступки говорят об обратном, — уже чуть более спокойно и размеренно говорит. Видимо, пытается поумерить свой пыл, дабы не сказать лишнего, как он часто это делает и чудесно умеет. — Неужели ты даже не дашь мне шанс на прощение? Так сильно злишься на меня? Всегда будешь оглядываться на моё прошлое? Тогда так у нас точно ничего не получится. — Мы, вроде как, уже не вместе, разве нет? — придавая лицу как можно больше достоинства, непреклонности и непоколебимости, смотрю прямо в его глаза, которые на секунду, мне показалось, отразились возмущением и непониманием. Минхо шумно выдыхает через нос, словно бык, перед которым я машу красной тряпочкой, и он вот-вот готовый сорваться с места и накинуться. — Давай так, — он медленно прикрывает веки и так же размыкает, — Объясни мне кое-что. Например... — он оглядывается направо и налево, будто ищет что-то, вспоминает и обдумывает, — о твоих растениях. Я ухаживал за ними на этой неделе как мог и как понимаю, но... Только пока был там... Я на долю секунды обескураженно, свожу брови к переносице, не до конца понимая его. — Я сегодня уезжаю в родительский дом. Я не могу находиться в квартире, когда... — он, после пары секунд внимательного взгляда на меня, отворачивается, будто не в силах вынести моего присутствия и ответного внимания на него, сводит зубы, отчего желваки играют на его скулах, затем кусает внутреннюю часть щёк, всё ещё глядя вдаль. На мгновение мне показалось, что его глаза заблестели, но, возможно, это всего лишь моё воображение и чувствительность натуры. — Когда каждый уголок мне напоминает о тебе, — всё-таки заканчивает своё предложение. — Мы жили там только вместе, а один я не могу... Мне не под силу вынести все эти воспоминания, связанные с этим местом. В общем, я уехал, оставив там всё, кроме своей зимней и повседневной одежды. Так может вернёшься? — наконец, Минхо говорит главную затею, ради которой приехал ко мне, — я сейчас серьёзно. Переезжай назад. А я пока поживу дома, а ты в нашей квартире. — Не лучшая идея, что мне, что тебе, оставаться в полном одиночестве. Его предложение мне сразу не пришлось по душе. То есть он не сможет выдержать давления нашей квартиры, а я смогу? Или в этом как раз таки и состоит план? Минхо слишком умный и хитрый, вполне мог продумать уже свою стратегию. Если я вернусь, то буду, как он, буду чувствовать то же самое. И в конечном итоге, начну с того, что предложу спустя время, когда успокоюсь и остыну, вернуться ему. Сначала он будет спать на диване, потом на полу возле меня, а потом и вовсе переместиться на кровать. Для начала мы будем молчаливыми, готовить каждый себе, по максимуму стараясь игнорировать друг друга и не касаться щекотливых тем. Потом он приготовит что-то для меня, заботясь, вслед это сделаю я, пожалев его. И таким образом, одно за другим, слово за слово, поступок за поступком, в этой цепочке, я знаю, к чему это приведёт. — В самом деле, ну тебе же не в кайф обременять друзей, не так ли? — вздёрнув бровью, приоткрывает рот, как бы требуя от меня немедленного ответа. — Не будешь же ты злоупотреблять их гостеприимством. Это не так уж и красиво. Они уже почти что семья, практически гражданский брак, как было у нас... — тихо добавляет он, — Зачем, если у тебя есть оплаченная квартира? Пустая, между прочим. Где логика? — Ха, — его слова буквально выбили меня из колеи и я хмыкнула, ошеломлённо повернув голову в сторону. — А ты не меняешься, Минхо. Давишь на меня, манипулируя этими фактами? Так рассчитано работаешь в своих же целях. А впрочем, я не удивлена. Когда ты хочешь чего-то добиться, то используешь этот манёвр. Как ты узнал, где живут Феликс с Рэйчел? — внезапно перевожу тему, не желая отвечать на его хитрые предложения. — Не составило большого труда узнать, — не задумываясь, отвечает. — Нельзя приезжать без предупреждения, — строго смотря на него, готова вот-вот сложить руки в боки. — Да неужели... — саркастично ухмыляется он, — а игнорировать меня можно. А ты что, любовника там прячешь, что тебя предупреждать нужно? Моё возмущение уже бьёт через край и теперь я постепенно превращаюсь в быка. — Не зли меня ещё больше, — нахмурив брови, тяжелее дышу. — Ты оставила много своих вещей. — Опять начинает он, возвращаясь к прежнему обсуждению, — те же растения... — чувствуется, что он снова манипулирует мной, когда так тихо и загадочно протягивает слова. — Ева, я устал гадать, что с тобой, — сдавшись, Минхо говорит то, что явно долгое время обдумывал, — и я всё осознал и понял. Разве мы ещё тогда не решили все проблемы? Ты высказалась мне — я тебе. В чем проблема? А то, что я ляпнул за Хёнджина, сама знаешь, что это из-за того, что я был пьян. В трезвом уме я бы такого не сказал, потому что звучит это максимально бредово. Задумавшись, грустно смотрю словно сквозь стоящего напротив меня человека. "М-да-а, Минхо... Ты вовсе не такой, каким был в моём сне... И за что я тебя люблю?" — Моментальная мысль пролетает в голове. Я задаюсь таким важным вопросом, хотя точно знаю на него ответ. За это как раз таки и полюбила, за то, какой он есть. За его своеобразный характер и поведение, которые, как мне иногда кажется, только мне было под силам вынести. Однако и сама я дала сбой со временем... Мне просто нужна перезагрузка. Во сне Минхо был какой-то идеальный... Возможно, даже слишком. Хотя, если подумать и покопаться в памяти, и в жизни он не раз был таким чутким и нежным, как во сне... Я опять, в очередной раз, запуталась... — Ты что же, ждал меня тут, ткнув пальцем в небо? — вынырнув из своих раздумий, задаю вопрос, пропустив некоторые его слова мимо ушей. — Сегодня выходной, было бы логичнее явиться в будний день, когда у меня учеба. Кто рассказал? Не верю, что Феликс с Рэйчел. Или... — прищурившись, стараюсь изучить эмоции на лице Минхо. — Неужели всё-таки Феликс? Он мог, учитывая всё, что говорил мне... — Через Хёнджина узнал. Видимо, он очень хочет, чтобы мы снова были вместе. Конечно, ведь он всё и испортил. Может из-за вины теперь старается всё исправить, — с лёгкой примесью злобы и раздражения говорит он о своём друге. Хотя факт того, что они смогли хоть о чём-то поговорить, не может не радовать. Естественно, Минхо не стал бы встречать его с объятьями, но это уже что-то. Вероятно, он даже выслушал его... Может со временем всё и наладится... — Также рассказал, что ты нашла работу. Точнее, он тебе нашёл, — уточняет Минхо. — Если вдруг это ты посодействовал этому, то ни на какую работу я не поеду. — Догадки и подозрения сразу так и льются после его слов, заставив усомниться, — может, это какое-то место, где ты работаешь... Ты же тоже искал работу, и давно... — предположения всячески не покидают мой разум, подкидывая одну мысль за другой. — В твоём представлении я настолько коварный? — дёрнув головой, любопытно наклоняет её к шее. — Нет, просто это вполне в твоём стиле. — Уже без раздражения отвечаю ему холодно. Но Минхо молчит, просто рассматривая моё лицо. Несколько раз озадаченно заморгав, потерянно глазею на него. Простояв так ещё несколько секунд, понимаю, что говорить он более ничего не собирается. Расценивая это, как завершение нашего разговора, разворачиваюсь, чтобы сесть в машину. Протягиваю руку к двери, но, внезапно раздавшийся за спиной, голос Минхо заставляет меня резко остановиться, стоило ему произнести весьма неожиданный вопрос. — Как твоё самочувствие, не тошнит? Звучит так победно с его стороны... Такой самоуверенный тон... Так вот из-за чего Минхо сейчас разговаривал со мной так, будто знает какую-то тайну, которая в любой момент может резко изменить ход событий, или же будто у него всё это время был спрятан козырь в рукаве, который он в любой момент готов был вытащить. Медленно, обратно поворачиваюсь к нему лицом. Гримаса удивления и некого шока застыли на мне. Минхо хищно протягивает правую руку ко мне, будто боясь спугнуть, и упирается ладонью на автомобиль. Заметив, что я хотела незаметно выскользнуть, на всякий случай становясь ещё дальше, чтобы сохранять между нами дистанцию, он успевает преградить мне путь, быстро хлопнув своей левой рукой возле меня. Минхо полностью блокирует мне любые выходы, когда его левая ладонь ложится на водительскую дверь, вероятно, дабы я не сбежала. Зажав меня между своих рук по бокам, машины сзади и его тела спереди, стоит почти вплотную ко мне, оставив малюсенькое расстояние. Сердце на мгновение замирает, отказываясь работать. — Не делала тест на беременность? — дыша в моё лицо, внимательно наблюдает за сменой эмоций на нём, будто пытается так прочитать и получить ответы на свои вопросы. — Что?.. Прости?.. — резкое возмущение я стараюсь подавить, сменив на невозмутимость, но тщетно. Разглядев на лице Минхо заинтересованность, качаю головой, — не-е-ет... — шепчу я, не веря в происходящее, — неужели ты... Ты же не мо... — Прервав себя на полуслове, замечаю, что Минхо не изменился в лице, а значит, моя догадка сейчас верна и оправдана. — Только не говори мне, что ты сделал это и в этот раз специально, как когда-то в наш первый раз, пытаясь таким способом меня удержать при себе... Ты же был пьян, как ты?.. — Но он так и остаётся молчать, что доказывает мои слова, — Только что ты просил не винить тебя за твои глупые слова, потому что, видите ли, ты был пьян, когда предъявлял мне претензии. А теперь оказывается, ты очень даже оставался в здравом уме, раз уж ты додумался и успел обдумать такой план. А ты эгоист... — морща лоб, таращусь на него, вжавшись в машину. — Не выдумывай фантазий. То, что я не надел презерватив, не говорит, о том, что я сразу придумал этот коварный план. Сама должна понимать, в каком состоянии мы находились. Мы были полностью на эмоциях, там было не до защиты. О том, что на самом деле произошло, я лишь понял через пару дней, когда вспомнил весь процесс. — У-у-у, так ты вспоминал наш процесс, — иронично и с издёвкой дразню его. — Представь себе, — в порыве раздражённости и гнева, он наклоняется ко мне впритык, носом касаясь виска. — Как не думать об этом, когда ты назвала это прощальным сексом? Решила на всю жизнь мне досадить? Извести или испытать на терпение? — шепчет он мне в ухо. — Так бы и сказал, что у тебя уже кое-что чешется, вот ты прискакал сюда за порцией разрядки, не так ли? Что, две недели уже оказалось слишком для тебя? Ну так иди, — яростно киваю в сторону, взмахнув рукой вправо, — у тебя там полно поклонниц, которые так и ждут, когда ты их поимеешь. Положив руки ему на грудь, надавливаю, чтобы Минхо отступил и я смогла бы открыть дверь, но он упёрся, как камень, который не сдвинуть. — Дай пройти, раздражаешь, — сделав шаг вперёд, прижимаюсь к Минхо всем телом, порываясь надавить всем своим весом, а не только руками, чтобы точно отодвинуть его от себя и открыть проход к двери. Как всегда, этот человек поступает не так, как хотела того я, и в рознь с моими желаниями и порывами, схватив меня за плечи, сам двигается вперёд, вынуждая меня ступить назад и обратно упереться в машину. Наклоняет свою голову ко мне и, вдохнув побольше воздуха, шумно прислоняется своими устами к моим. Воспользовавшись моментом моего замешательства и удивления, от которых я расслабила рот и приоткрыла, с лёгкостью хватает мою нижнюю губу. Опуская свои ладони ниже на мои локти, держит, чтобы я точно не убежала. Проникнув языком в мой рот, жадно и несдержанно целует, крепче сжимая мои руки и сильнее прижимаясь всем телом к моему. Зажмурившись, пытаюсь сомкнуть губы или хотя бы отвернуть лицо. Но напористости Минхо может позавидовать каждый, не так легко девушке вырваться из его лап. Его поцелуи точно такие же, как в ту ночь перед мои уходом: яростные, несдерживаемые и животные, ни намёка на нежности... Что я уже себе намечтала... Это далеко не тот Минхо, который так мягко целовал меня во сне... Шумно причмокивая, он увлекается и отпускает одну мою руку, поднимаясь ею к моей щеке. Фиксирует моё лицо, дабы я не дёргалась, целуя в засос. Губы неприятно щиплет и кажется, будто они горят. Хочется побыстрее отстраниться даже уже не от того, чтобы прервать этот неприятный поцелуй, а хотя бы вдохнуть воздух. Буквально присосавшись к моим губам, Минхо и не думает оставить меня. Вдохнуть носом почему-то не получается, выходят какие-то судорожные панические вдохи. Чувство, будто Минхо намеревается меня убить, чтобы я задохнулась. То бишь: "Если не достанешься мне, значит, — никому". Из глаз брызгают слёзы и я, нащупав грудь Минхо, вновь пытаюсь его отодвинуть. Мыча ему в рот, умоляю отпустить меня, хныкая и пища. Руки ослабевают и я вовсе сдаюсь толкать крепкое мужское тело. Тратить на это последние силы уже не могу. Истерические вздохи только хуже мне делают, уж лучше расслабиться и поддаться, так хоть менее болезненно и опасно. В какой-то момент в голове проносится сцена: моё надгробие с надписью "Умерла от языков пламени". Уточнять каких и чьего языка будет, наверное, не очень прилично, а так хоть лирично и более загадочно. — Ева? — откуда-то сбоку доносится обеспокоенный голос Феликса. На душе сразу становится так легко и спокойно, как будто моё спасение наконец-то подъехало. С опозданием, конечно, но всё же лучше поздно, чем никогда. Не знаю, что вынудило моего лучшего друга выйти из дома, но он очень вовремя почувствовал, что мне это необходимо. От присутствия Феликса где-то рядом я ослабеваю, облегчённо расслабив мышцы. Минхо нехотя, но всё же отстраняется, хотя руки свои не убирает от моего тела, продолжая левой ладонью стискивать мой локоть, а правую опускает мне на плечо. Облизнув свои губы, раздражённо поворачивает голову на источник звука. Оторвав свой взгляд от него, тоже оборачиваюсь, увидев в нескольких шагах от нас стоящих Феликса и Рэйчел. Подруга немного испуганно и растерянно смотрит на нас, вцепившись обеими руками в локоть Феликса. — Что здесь происходит? — сморщив лоб, друг делает несколько шагов к нам, настороженно оценивая глазами обстановку. Он смотрит на мои покрасневшие и заслезившиеся глаза, на моё испуганное лицо, потом переводит взгляд на тяжело дышащего и злобно смотрящего на них Минхо, — отпусти её. — Серьёзно и со всей строгостью произносит Феликс, отчего его голос показался мне достаточно грубым и глубоким, слишком взрослым для его возраста. — Да? А что ты сделаешь? — с насмешкой рассматривает его Минхо, окинув с ног до головы презрительным и недоверчивым взглядом. — Не дури, Минхо, и не будь таким глупым. — уверенно продолжает Ликс. — Ведёшь себя как идиот. Хочешь вернуть её — поступай достойно, а не как урод, который печётся только о себе. Оставь её, — вновь повторяет друг, сделав ещё один шаг к нам. Теперь друзья стоят всего в трёх метрах от нас. — Ты всегда мне будешь всё портить? — процеживает Минхо сквозь зубы. — Это моя девушка, мы и сами с ней вполне можем разобраться, без твоей помощи, — он кривит губы и морщится. — И, вообще, что такое, Феликс? Почему ты вступаешься? Жалеешь, что когда-то сам сглупил и не заполучил Еву? А теперь пытаешься ей устроить прекрасное будущее с чудопарнем, как ты, чтобы успокоить себя? Чтобы быть уверенным, что ты сделал всё, что мог, для её благополучия, и самому дальше устраивать свою жизнь? Слушая его речи, хочется шлёпнуть себя по лбу, хотя лучше как раз таки его. Когда Минхо зол, он всегда говорит максимальную чушь. Даже стыдно, что он изрекает такие необдуманные мысли. Поддавшись эмоциям и провокациям, он кажется таким слабым... Его так легко задеть... Феликс хмыкает и как-то досадливо улыбается краешками губ. — М-да, Минхо... Если ты так говоришь, то ты так ничего и не понял...— грустно качает головой друг. — Во-первых, поправочка: бывшая девушка, — уточняет Ликс, поднеся указательный палец к небу, — во-вторых, не суди всех по себе. Мир не крутится только вокруг одной девушки под именем "Ева". Это твои мысли заняты только ею, только для тебя она целый мир, вот ты и ограничен, зациклившись только на ней, как на цели. А для меня она лучшая подруга с самого детства и дорогой мне человек, с которым я, заметь, за столько лет, сумел сохранить прекрасные взаимоотношения, в отличии от тебя и твоих жалких попыток что-то наладить. Вероятно, ты одержим ею, сделав смыслом своей жизни, без которого никак... Одновременно и грустно и достойно уважения, что ты так сильно любишь девушку, но не забывай, что если бы я хотел, я бы запросто начал с ней встречаться ещё давно. Но оглянись вокруг, посмотри, что ты видишь? — он разводит руки в стороны, наглядно демонстрируя текущую обстановку. — Она стоит с тобой, даже не ударит тебя, не обматерит, хотя следовало бы. Каким бы противным ты ни был, она выбрала тебя. А вот я стою рядом со своей любимой, — косится он на Рэйчел, — не с Евой, идиот. Я с той, которую выбрало и полюбило моё сердце. А насчёт ревности Ева была права. У тебя она слишком гиперболизирована. Неужели ты думаешь, что каждый парень, который посмотрит на Еву, влюбляется? Или, что все вокруг могут любить только её? Отнюдь. — Величественно и важно говорит Ликс. Впервые я вижу его настолько воинственным... И всё ради меня... Он всё равно пытается мне помочь. Даже сейчас, стоит, старается донести до Минхо какую-то истину, хотя не обязан этого делать. — А тебе, в двадцать два-то года, следовало бы уже научиться различать такие понятия, как любовь к другу и любовь к парню. Как минимум глупо было с твоей стороны ревновать её ко мне. Даже смешно, Минхо. — Ликс улыбается, ухмыляясь, выставляя своего соперника полным дураком и посмешищем. Он продолжает, не останавливаясь, затаптывать Минхо в грязь, чтобы до того уже дошло то, что не раз ему пытались объяснить многие. Мне кажется, Минхо сейчас либо взорвётся, либо убьёт всех здесь присутствующих... Однако я горжусь, что он держится... — И я бы ни за что не прошёл мимо, увидев, как ты распускаешь руки. А в-третьих, ты совершенно её не заслуживаешь. По её вечных рассказах о тебе, ты — рыцарь на белом коне, умный, мудрый, рассудительный, заботливый, любящий... Только вот я этого не вижу... Ева всегда с таким восторгом о тебе рассказывала, у неё светились глаза от одного только упоминания о тебе... Но я совершенно не понимаю, чем тут восторгаться. За что она только любит тебя... — Феликс произносит это далеко не в прошедшем времени, он уверен, что мои чувства к этому человеку, каким бы он ни был, что бы ни сделал, всё равно остаются прежними... Взглянув ещё раз в мои глаза, он кивает, будто подтвердив что-то в своей голове. Он видит, что как бы я не злилась на Минхо, я даже не могу поднять руку на него, даже когда этого потребовала ситуация... — Ты сказал о том, что я потерял Еву, а сам? Сам ты не потерял её из-за своих конченых поступков? А ведь она уже была твоя... Она так тебя ценит, но не заметно, что ты ценишь её в ответ. Как ты только мог умудриться потерять такую девушку? Что, не по зубам тебе оказалась? И правильно, потому что не твоего уровня птица, тебе бы такую аморальную, как ты сам. А если бы ты ценил её любовь к тебе, ты бы ни за что не позволил себе упустить её... Значит, это именно ты сделал что-то не так. Задумайся. — Почти шепча, Ликс с вызовом смотрит на Минхо. Оба парня знатно напряжены, у Феликса я вижу этот боевой настрой по лицу, а у Минхо ещё и по напрягающимся пальцам, которые сильнее стискиваются на моём теле. Феликс просто убил меня наповал, я настолько ошеломлена происходящим, что даже не двигалась... Удивительно, что Ликс не побоялся выйти против такого быка, как Минхо. Мой друг открывает себя всё с новой и новой стороны... Резко нахлынувшая смелость... Обычно он ведь такой осторожный... Может, просто он устал уже и сказал всё что думал, не заботясь о последствиях? Это ещё благо, что Минхо не кидается на него и вроде как всё близится к тому, что всё обойдётся? Ведь я уверена, что Минхо понимает, что Феликс говорит правду, которою ему сложно принять и осознать. Но всё же риск есть, что за такое Хо и набросится может, но... Нет, нападать уж точно не станет, потому что это слишком по-идиотски даже для него. Хоть его это и очень разозлило, судя по часто вздымающейся груди, выставлять себя ещё большим неуравновешенным придурком он не будет. — А чужим людям нечего вмешиваться в чужие отношения, вот ты и не видишь того, что скрыто от посторонних глаз, да и тебе не обязательно знать обо всём, что у нас происходит. Личное — не публичное, так говорят? И мне глубоко плевать на мнение со стороны какого-то Феликса. Ты мне не показатель. — Всё так же с раздражением говорит Минхо, пропуская мимо внимания все остальные замечания моего друга. Я знаю, что сейчас он просто не хочет их воспринимать, вот и игнорирует, потому что они его не шуточно бесят, задевая за живое. Минхо промолчал насчёт многого, так как понимает, что если начнёт, если ответит на это, то сорвётся... Да он, наверное, уже и сам понял, что он не в том расположении духа и не в том состоянии. Минхо полностью потерял над собой контроль, будто и впрямь с ума сошел, рассудка лишился, не понимая до конца, что он делает. Сегодня он действует так, как велят ему эмоции и гнев, мозг полностью отключён. — Ты правда дурак... Ева слишком тебя переоценила... Как она могла полюбить такого, как ты... — Феликс всё ещё говорит так, будто кроме него с Минхо тут больше никого нет, — мне, парню, противно от тебя. Не пойму, как девушка способна такое выносить и терпеть. Ева такая чуткая и ранимая, а ты с ней поступаешь так отстойно и низко. — Знаешь, я бы советовал тебе не сунуть свой маленький носик куда не просят. — Да неужели? Ева, — друг деловито поворачивает голову ко мне, — скажи ему, к кому ты сейчас хочешь? Остаться стоять с ним или присоединиться к нам? Я растерянно перевожу взгляд с Ликса на Минхо. Теперь они оба устремляют свой взор на меня, изучая моя лицо в ожидании того, что я отвечу. Я вижу, как Хо уже сам сомневается, а вот мой друг очень даже с уверенным и надменным выражением смотрит на нас, просто ожидая подтверждения его слов от меня. — М-минхо, прости... — я перемещаю взгляд с друзей на него, а всё внутри меня сжалось в какой-то комок, — отпусти меня, пожалуйста... — виновато опустив голову, отворачиваюсь. — Так всё же ты не хочешь видеть меня... — тихо и безумно печально говорит он, как обречённый. — Н-нет. Т-то есть... Ты ужасно только что поступил со мной... Мне надо отдохнуть после всего... — я поднимаю глаза на Феликса, мысленно взывая к его помощи. Друг, как по щелчку, услышал мои мысли и подходит к нам. Рэйчел отпустила его руку, оставаясь стоять на безопасном расстоянии наблюдать за происходящим, ожидая, что случится дальше. Феликс кладёт свою ладонь поверх руки Минхо, держащей меня за плечо. — Пожалуйста, не начинай устраивать сцен. Отпусти её, а потом, если она будет готова, поговоришь с ней уже по-нормальному. Однако скверно, — вдруг задумчиво протягивает он, — что к прежним проблемам ты подкинул ещё и новые. Ты настолько поддаёшься эмоциям? Ева говорила, что ты сдержанный... Видимо, она смотрит на тебя через розовые очки. — Забавно, что ты уже оскорбляешь не только меня, а и саму Еву, подвергая сомнению её слова. — Минхо не прекращает цепляться за маленькие возможности упрекнуть моего друга. — Минхо. — Феликс берёт меня за руку и с угрозой смотрит на Хо, — одумайся и опомнись, что творишь. Несколько секунд колебаний и чужие пальцы наконец размыкаются на моих руках. Становиться чуть легче. Вот только сейчас я могу сполна ощутить, как болят у меня места, за которые меня так сильно держали недавно. Ликс осторожно отводит меня от моего бывшего парня. Как бы это не звучало, но он и вправду бывший, пора это признать и смириться. Передав меня в руки Рэйчел, которая сразу же меня по-матерински приобнимает, Феликс, стоя возле нас, поворачивается к Минхо. — Как только осознаешь, что натворил, вновь научишься держать себя в руках и как только до тебя дойдёт смысл сказанных сегодня мною слов, тогда приходи. С радостью примем. Но пока поработай над собой и не беспокой Еву. Она и так достаточно из-за тебя настрадалась. Феликс осторожно забрав у меня из рук ключи, которые всё это время я судорожно сжимала в своей ладони, что даже следы отпечатались, блокирует машину, назад поставив на сигналку. С противоположной стороны от Рэйчел приобнимает меня за плечи. Начав уводить меня отсюда, друг внезапно приостанавливается и опять поворачивается к стоящему позади нас обескураженному парню. — И, знаешь, Минхо, мне тоже глубоко плевать на тебя. Я просто забочусь о Еве. И так, к слову, мне всё равно, с кем она будет, только бы она была счастлива. Только бы этот парень любил, ценил и дорожил ею точно так же, как и она им. В конце концов, ей жить с этим человеком, а не мне. И не задумывался ли ты, что слишком много позволяешь себе рядом с ней? Пользуешься её любовью и привязанностью, принимая, как должное, само собой разумеющееся, что никогда не исчезнет. Но и тут ты ошибаешься. От самоуверенности можешь потерять её насовсем. А если она всё же любит тебя, я ничего на это не скажу. Если она поведает мне о том, что захочет вернуться к тебе, я опять промолчу, потому что только она вольна решать свою судьбу. Кто я такой, чтобы её в чём-то переубеждать? Я просто хочу, чтобы ты стал относиться к ней более трепетно, чтобы не страшно было её с тобой отпускать. Доля правды была в твоих словах. Я не смогу успокоиться, если буду знать, что отдал её в лапы тирану. И прежде, чем ты что-то скажешь, — Феликс быстро останавливает любые попытки ему ответить, так как Минхо уже было открыл рот, — я не говорю, что ты законченная мразь, нет, такого бы Ева не полюбила, она видит в тебе только светлое. Но всё равно это не отменяет того факта, что есть в тебе такие отвратительные качества, над которыми тебе просто нужно поработать. Тебя никто не станет менять, это неправильно. Но просто цени тех, кто любит тебя больше жизни, и кто готов даже отдать её за тебя, посвятить её полностью тебе. Слова друга заставляют моё сердце замереть, болезненно сжавшись. Слёзы застилают глаза, и я в паре минутах от того, чтобы начать вовсю рыдать. Феликс такой невероятный... Как он смог совместить в своих словах и свои личные претензии к Минхо, и сказать ему и мою точку виденья... Он всё сделал за меня сам... Как же я благодарна ему, я бы не решилась так прямо всё сказать... Он сейчас такую сильную и трудную пищу для размышлений подал Минхо... Рэйчел тихо шепчет мне на ушко: — Тебя отвезти или лучше вернёмся домой? — Домой, — не думая, сразу отвечаю. Никуда ехать я уже не хочу. Теперь у меня перед глазами только моя кровать, подушка и Дуни. Хочется тепла, уюта и защиты. Хотя бы сегодня укрыться в доме, а завтра уже точно поеду на встречу с Хёнджином. Феликс настойчивее тянет меня подальше отсюда, дабы поскорее довести меня домой. Не в силах удержаться, я всё же оборачиваюсь назад. Минхо стоит всё там же, даже не сдвинулся с места. Он сочувственно смотрит на меня, говоря со мной только глазами, такими горестными, несчастными и сожалеющими... Вдруг его лицо озаряется, будто над его головой засветилась лампочка. — Ева, я так и не услышал твой ответ! — кричит он так, чтобы я точно его услышала, — так ты беременна? — Хо испытывающе и с волнением смотрит нам вслед, до последнего ожидая услышать мой голос. Но я только вдыхаю ртом воздух и почему-то взглядом мысленно рвусь к нему, в то время, как я под напором и настойчивостью тел своих друзей, плетусь за ними. Складывается ощущение, что животное ведут в клетку, а оно всячески препирается... Ведь я хоть и поддаюсь Феликсу с Рэйчел, их ходьбе и держащим меня рукам, но мои ноги всё время тормозят, будто меня насильно тащат, а голова повернута через плечо, всё внимание приковано к одному человеку... Минхо, так и стоявший на прежнем месте возле моего автомобиля, покорно наблюдает за тем, как меня уводят.... Уводят подальше... Подальше от него... А он и не возмущался больше и не спорил... В глубине души он понимает, что так будет правильно, что Феликс прав, так нужно, необходимо больше времени для нас обоих. И даже тут, не смотря на настроение Минхо, он желает мне лучшего, заботясь, даже если сам того не хочет. Он ведь не хотел меня отпускать и передавать в руки Феликсу... Но всё же сдался и подчинился. Как ему было сложно переступить через себя и послушать здравый смысл... Каких же усилий ему это стоило... Конечно, он перешёл черту сегодня, за что любой второй сказал бы мне не оправдывать такое, а бежать подальше от такого человека, но... Всё-таки, возможно, я и понимаю его, я ведь сама виновата, что довела его до такого... А когда-то, когда только зарождались наши чувства, Минхо осёкся и остановил себя, оттолкнув меня, обосновывая это тем, что такой, как Феликс, будет в самый раз для меня... И тогда он тоже пошёл наперекор своим чувствам и желаниям, наплевал на то, что так пожелал... Только ради того, чтобы сделать лучше мне... Это ли не настоящая любовь? Минхо ведь на самом деле ставил мои интересы выше своих. Готов был отпустить, хоть уже тогда понимал, что я та, с кем он мечтал бы быть... Готов был пожертвовать своим счастьем ради моего? Может я и глупая, что так мыслю, но если я люблю человека и считаю правильным его оправдывать... Это моё право. Каждый волен сам решать, что для него правильно, а что нет, потому что, как таковых, таких понятий не существует, всё индивидуально и субъективно. Как говорят, всегда нужно смотреть на обстоятельства. Нет универсальной таблетки и совета от решения всех проблем. Наверное, для этого нам и был дан мозг, сердце, душа, совесть и тело... То есть в совокупности из всех этих аспектов мы должны погрузиться в себя и почувствовать, чего на самом деле хотим, как велит всё наше естество воедино, а не разделять каждое. Вот поэтому зачастую мы и путаемся, совершенно не понимая себя, потому что разделяем себя на части. Да, поэтому определённо нужно прислушаться к себе. Нужно обрести гармонию с собой? Трудно, но выполнимо. Надо попытаться, и самой найти ответы на свои вопросы. В любом случае, так себе выдалась наша первая встреча после расставания... Явно не одна из лучших, какой она могла бы быть... А кто виноват? Конечно только мы сами...