А что выберешь ты?

Следующая ночь вновь сопровождается бессонницей. Сколько ещё это может продолжаться? Понятия не имею, но надеюсь, что скоро всё встанет на места. Я же так сильно устаю изо дня в день, должна была уже свалиться на кровать без памяти, как только коснусь головой подушки. Но, так как сейчас всё далеко не так, смотреть в потолок мне уже надоело. Считать овечек тоже не вариант, только голова болит от этого. Да и постепенно очередные гнетущие мысли возвращаются — этого не хватало для полного счастья. Хоть под одеялом и тепло, пересиливаю себя встать, чтобы пойти попить воды. И, возможно, потом ещё посмотрю какой-нибудь сериал, хоть сейчас и три часа ночи. Укутавшись в халат, с зевком покидаю свою комнату. Стараюсь идти тихо, не шаркая, дабы никого не разбудить. Пройдя уже полпути к кухне, меня вдруг останавливает какой-то непонятный звук. Прислушавшись секунду, возобновляю ходьбу на носочках. Бесшумно выпив стакан воды, ухожу обратно, но тут опять странные звуки. Затаив дыхание, стою, как вкопанная. Спустя пару мгновений до моего мозга доходит, откуда этот источник звука и чей. Вытаращив глазёнки в темноту, теперь могу расслышать со стороны комнаты друзей мужские рыки, звуки, прогибающейся под человеческим весом тел, кровати, и женские стоны со вздохами. Ноги будто заледенели и я просто стою и не ухожу. — Тебе хорошо? — еле доносящийся до меня голос друга. — Д-да... — прислонив голову чуть ближе в сторону чужой двери, смогла услышать одобрительный ответ Рэйчел. — Не слышу, — вслед за этим резкий толчок кровати о стену, — тебе всё нравится? — с большим напором усиливаются звуки различных движений по ту сторону двери. Что-то останавливает меня стоять здесь и так бесстыдно слушать то, что я не должна была слышать. Как же это неправильно, но и моё любопытство удерживает меня. Сделав ещё один шаг к стеночке, даже не глотаю слюну. Кровь застыла в жилах, будто я делаю что-то незаконное и меня вот-вот поймают. Шлепки двух тел друг о друга становятся громче и усиленнее, отчего я даже могу почувствовать, как краснеют мои уши, щеки и, вообще, всё лицо. Будь я в своей комнате, я, конечно же, всего этого не услышала бы. Но вот находясь в коридоре сейчас... "Ева, просто уйди, не стой," — уже взывает совесть внутри меня. — "Хотела бы, чтобы и тебя однажды подслушивали в такой момент?" — моя светлая сторона отчаянно старается увести меня отсюда, но вслед за совестью приходит воспоминание: — "Хотя было время, когда Хёнджин всю ночь слушал нас с Минхо. А мы были и не в курсе, спокойно наслаждаясь друг другом. Но всё же, стоять здесь некрасиво... Тем более так нагло и намеренно." — Ликси, я хочу почаще тебя такого, — приглушённый голос подруги такой хриплый, но так как я стою уже почти что впритык к их двери, мне всё отчётливо слышно. У меня в груди даже сердце перестало биться, чтобы не помешать мне расслышать всё. — Тебе бы стоило всего лишь попросить, — после сдавленного голоса Феликса, следует женский писк, а потом и просто бешеный ритм бьющейся кровати о стенку. Это напомнило в точности одну из моих ночей, когда Минхо так же резко перевернул меня к себе задом на живот, совсем неожиданно и без предупреждения, отчего я вскрикнула. Потом приподнял и вбивался в меня, как какой-то сорвавшийся с цепи. Как говорится, вертел мной, как хотел. Одной рукой я даже упиралась в стенку, чтобы создавать хоть какое-то ответное сопротивление, удерживая баланс. И это при том, что половая жизнь у нас была в норме. Ну или же у Минхо организм такой, часто требующий страстного и жаркого секса. Вот и сейчас звуки по ту сторону двери безумно напомнили ситуацию с Минхо, прям один в один, идентичны. Самое забавное, что иногда сложно переварить в голове тот факт, что в постели эти два человека во многом схожи. Я уже многое позабыла, всякие детали, но всё же помнится тот единственный раз, проведенный с лучшим другом... Я хорошо помню, каким неожиданно пылким он оказался для меня. И хоть они вдвоём похожи, мне так нравилось с Минхо... Он был чутким и внимательным, умудрялся доставить наслаждение нам двоим... Интересно, как он сейчас справляется? Ведь до нашего расставания он уже привык к регулярному сексу... Заметив, что мои мысли катятся не туда, встряхиваю головой и, наконец застеснявшись своих действий, быстро топаю вперёд, проскочив в свою комнату. По пути мне ещё удалось услышать за спиной новые звуки — охи и ахи подруги, вперемешку с гортанными стонами Феликса. Закрыв дверь, от смущения берусь за щеки. Чувствую, как они пылают. Холодные ладони немного приводят меня в чувство. И надо же мне было напороться ещё и именно на их развратные разговоры, и на всё это... Приспичило воды попить... Как вовремя. И что заставило меня стоять там? Нет бы сразу уйти, бессовестная. Если уж мне так хотелось тоже за кем-то подслушать, как и за мной когда-то, так следовало бы отомстить так Хёнджину, а не друзьям. Хотя... А ведь и они были свидетелями нас с Минхо, тогда, в походе... "Такое чувство, что нас с Минхо слышали уже все, кто только можно," — закатив глаза, повторно встряхиваю головой, стараясь не прислушиваться к вероятным доносящимся ко мне звукам. Надо лечь спать. Минут десять спустя, мне всё ещё не даёт что-то покоя. Внутри всё зудит, не могу нормально улечься в кровати и успокоиться, всё время ворочаясь. В мыслях снова и снова всплывает образ друзей. И не только из-за того, свидетелем чего только что была, а вообще, во всём. Видя сегодня днём счастливых Феликса и Рэйчел на сердце что-то так кольнуло и неприятно ёкнуло... Я старалась не подать виду и даже сама пыталась не задумываться об этом, но сейчас, в тишине и наедине с собой... Я так была счастлива с Минхо, и ничуть ни менее друзей... Иногда может даже больше... А теперь наблюдать за чужими полноценными отношениями... "Да что же это такое?!" — раздражённо рыкнув, отбрасываю верх одеяла с туловища. Учащённо дышу и соплю через нос, как бык. Почему я так зла? Прикрыв глаза, пытаюсь восстановить дыхание. Но всё тщетно! Что мне надо? Распахнув глаза, смотрю в темноту. "Ладно... Плевать. Кто меня сможет в этом укорить? Разве что я сама себя." Я же никак не смогу уснуть, думая об услышанном. Это факт. И как же хочется... Хочется... Нервно выдохнув, хватаю из тумбы телефон с наушниками. Листая галерею, нахожу то самое видео, которое так и манит взглянуть на него хотя бы. И нет, мне не стыдно ни за тот случай, ни за то, что сейчас намереваюсь сделать. Я не ребёнок, в конце концов. Один раз Минхо поставил в нашей комнате камеру — можно сказать скрытую — чтобы снять как мы занимаемся сексом. Я даже и не догадывалась. Он не посвятил меня в свои планы, так как знал, что я не буду раскрепощённой, а наоборот — скованной, или вообще откажусь, обидевшись на него. Скорее всего мне бы не понравилась его идея. На утро же он рассказал мне и восторженно хвастался тем, что наснимал. Я не просила его удалить, но зато попросила переслать мне, чтобы я пересмотрела, что, да как там у нас было, хорошо ли я смотрюсь. Хотелось оценить со стороны. И, вообще, ничего связанного с Минхо я не удаляла, ни фото, ни видео, ни переписки. Я не из тех девушек, что сразу убирают все воспоминания. Считаю такое глупостью. Я ценю любое мгновение, связанное с ним. Так и в этот раз. Мне важно всё, тем более, что это часть моего прошлого, причём счастливого. Да и кто знает, может когда-то всё наладится, ещё и в такой момент, что мы сами будем не ожидать. А пока нужно справиться с насущным... Включаю необходимое видео и внимательно начинаю смотреть. Минхо ещё и умудрился камеру поставить достаточно близко, что видно абсолютно всё. "Ах, так вот почему в тот вечер он так хотел оставить хотя бы приглушённый свет от ночников... А я и не до того, была слишком поглощена вожделением." Минхо целует меня в шею, а его руки по-хозяйски блуждают на моём теле. Все его прикосновения на видео чудом могу тут же прочувствовать на себе. Всё внутри начинает гореть, а ведь это только начало. Конечно, какой-то посторонний голос старается задеть меня, мол я сейчас поступаю глупо. Но я не собираюсь поддаваться своим демонам. "Да ладно, без разницы, о ком я думаю. Главное поскорее достигнуть желаемого. В этом нет ничего такого. Да это и естественно, мы больше года вместе были, конечно, я буду представлять его." Прогнав мешающие и сбивающие мысли, силюсь обратно погрузить себя в интимную атмосферу. Медленно спускаю свободною руку ниже под одеяло, начиная неспеша ласкать своё тело. Внизу живота так тянет... Блаженно прикрываю глаза, когда перед невидимым взором предстаёт Минхо, его горячие венистые руки, мягкие губы, напряжённые мышцы и его сладкий голос... Представляю, что это не я глажу своё тело, а он... Кто бы мог подумать, что подобное видео мне ещё пригодится. И, вероятно, далеко не один раз, так как ближайшие лет сто я не намерена начинать с кем-то ещё отношения, а уж тем более подпускать к себе кого-то. Как минимум, пока в моём сердце поселился давным-давно другой. Я продолжаю воображать, как он касается меня везде, целует кожу, ключицы, живот... Приятный узел стягивается после подобного представления ещё туже. Я прилагаю всех усилий, чтобы как можно красочнее и чётче представить его тело, то как мои руки сжимали его твёрдые бицепсы и крепкую спину. Становится ещё приятнее, и я издаю еле слышный томительный вздох, сладостно прикусив губу. Для подобных фантазий подходит только Минхо, это всегда был он, даже до наших отношений. Тогда и Феликс говорил, что этот парень тот ещё искуситель и думать о нём во время удовлетворения самое обычное дело, тем более для такой, как я. Минхо же и вправду всё время был у меня на виду, хочешь или нет, это, наверное, естественно, что впервые касаясь себя, пришёл на ум только тот самый лучший друг Хёнджина. Мимолётное воспоминание о почти невинных разговорах с моим лучшим другом заставляет уголкам губ вытянутся повыше. Я помню, как Ликс меня тогда успокаивал, так как я начала паниковать, что я впервые начала фантазировать о Минхо. Я не могла понять, почему именно он. Позже Феликс начал отшучиваться, говоря, что я просто влюбилась, хотя сама этого не подозревала и не успела осознать... Сейчас понимаю, что он был прав, быстрее меня почувствовал и понял, что к чему. Да даже сейчас никого другого я и представить не могу, противно и неприемлемо для меня. Даже мысленно никого, кроме него, не подпускаю. Горестно признавать, но я все ещё хочу только Минхо, никто другой и не нужен. Не упуская из виду происходящее в телефоне, делаю звук погромче, чтобы полностью погрузиться в тот день. Окунувшись в изобилие звуков на видео, всячески изгибаюсь, когда пальцами проникаю глубже и ускоряю движения рукой. "Интересно, а где новогодний подарок Хёнджина?" — внезапно пришедшая в голову мысль заставляет меня остановиться ненадолго. Ведь брат и вправду тогда подобрал размерчик под стать Минхо... Было бы сейчас куда приятнее... И где же он? Копаясь в памяти, до меня доходит, что разбирая пакеты, привезенные друзьями, никаких взрослых игрушек я не увидела... Устало и разочарованно вздыхаю. Следовало догадаться, что они даже и не нашли их, а если бы и увидели, то под пристальным взглядом Минхо, вряд ли стали бы забирать такое. Обречённо выдохнув, включаю видео, возобновляя процесс удовлетворения. Всё, что надо, у меня при себе: воображение и собственное тело. Я сижу на бёдрах Минхо, ступнями стоя на мягкой постели, пока он находится в сидячем положении и придерживает меня за поясницу, помогая опускаться на него. Я откидываюсь назад, в то время как Хо держит меня, не позволяя упасть. Сцепив руки вокруг его шеи, ускоряюсь. Мужские губы ласкают грудь, а сильные руки контролируют мои ягодицы, впившись пальцами в них. С каждым моим прыжком мы прижимаемся друг к другу ближе и ближе, в самом деле будто сливаясь воедино. Можно даже разглядеть, как на наших туловищах выступил пот, отчего грудь у обоих поблёскивает. — Хо, — вдруг я, запыхашимся голосом, обращаюсь к парню, смотря на него такими влюблёнными глазами... Минхо поднимает голову, глядя прямо на меня и улыбаясь. Его взгляд тоже наполнен всецелым обожанием, теплом и любовью ко мне. Раньше, пересматривая это видео, я этого не замечала и не обращала внимание, но сейчас... — М-м? — прищурив глаза, подаётся чуть ближе и чмокает меня в губы, после чего опускается к моей шее, нежно лаская её. — Я... Как часто я говорю, что люблю тебя? — мой, позабытый мною, вопрос, застаёт меня врасплох, потому что я вовсе не помню этого разговора. Я настораживаюсь, теперь просто смотрю на происходящее, оставив на время дело, ведь желание как рукой сняло, стоило мне услышать что-то такое... Трепетное и особенное... — Хм-м, — мыча в изгиб моей шеи, шумно выдыхает, — дай-ка подумать, — отстранившись, припадает устами к моей скуле, поднимая глаза на меня, — иногда? — Я люблю тебя, вот, — подавшись к нему, целую его в губы, — я хочу говорить тебе это как можно чаще. — Аха-ха, — его тихий смех и резкий поток воздуха изо рта задевает кожу на моих ключицах, и я помню, как это вызвало у меня табун мурашек, — тебе именно сейчас приспичило такую душевную тему поднять? — обнажая все тридцать два, искренне улыбается, умиляясь мне. — Это самый подходящий момент, поверь, — сладко протянув следующий стон, хочу добавить что-то ещё, но Минхо наваливается на меня, нависая теперь сверху. — Думаю, ты права. В момент самого большого доверия друг к другу, да? Ты об этом? — толкнувшись бёдрами, пристально разглядывает моё лицо, пока я прикрыла глаза, сжимая его плечи, — Ева? — посильнее предыдущего, одним резким движением, вынуждает говорить. — Д-да, да, так. Я просто хочу, чтобы ты это знал, — открыв веки, в ответ рассматриваю его, не сводя глаз. — Я знаю, прекрасно знаю, — ухмыльнувшись, приподнимается на ладонях и притягивает меня поближе, удобно подмяв под себя, — я люблю тебя ничуть не меньше. И кто знает, может даже больше. Я, вероятно, хотела ещё что-то возразить, так как уже было приоткрыла рот, но вместо слов с губ срывается громкий стон. Уложив мои щиколотки себе на плечи, Минхо выпрямился вдоль надо мной и порывисто размашистыми движениями начал двигать тазом в мою сторону, таким образом умело заткнув мне рот, пресекая дальнейшие разговоры. На самом деле, я и сейчас возмущена. Потому что каждый всегда любит по-своему и выражает свою любовь разными способами. Так что в этом плане с Минхо не согласна. Наша любовь сильна друг к другу равным счётом. И всё-таки наш внезапный разговор о любви сбил у меня весь жар и желание. Хоть на видео до сих пор передо мной разворачивается секс, на душе стало как-то не весело. Моя рука так и замерла у кромки нижнего белья. "И что делать?" — зависнув, я потупила свой взгляд в экран. Но я смотрю будто сквозь телефон, мои мысли уже давно унесли меня не в то русло. Уже жалею, что вспомнила об этой съёмке. — "Раз уж начала, надо быстрее закончить. Так и усну быстрее." Хоть и мою страсть с внезапно вспыхнувшей похотью как рукой смело, я понимаю, что разрядка даже уже через "не хочу" мне нужна. Тело обмякнет и я хоть немного посплю перед учёбой. Уже и так поздний час. Сквозь скрежущую боль на сердце устремляю свой взор в смартфон, когда как раз мы с Минхо близки к пику. Чтобы успеть одновременно с нами по ту сторону экрана, поскорее касаюсь самой чувствительной точки в теле. Концентрируюсь на наших стонах в наушниках и прикрываю глаза. Громкий звук в ушах помогает хоть в конце возбудиться, что сопровождается россыпью вставших на дыбы волос на коже. Чувствую, как даже грудь затвердевает перед тем, как всё моё тело содрогается в истоме. Задрожав всеми конечностями, свожу ноги, ощущая пульсацию внутри. Как и ожидалось, расслабленность с головой накрыла меня и, мне даже кажется, что это помогло снять некоторую напряжённость во мне и, может, даже долю стресса. Тяжело дышу, когда грудь беспрестанно вздымается к верху. Сглатываю всю скопившуюся во рту слюну. И всё-таки это мне было необходимо. Уже, вроде как, месяц у меня ничего не было. — Я люблю тебя ни чуть не меньше, дурачок, — опять неожиданно для меня в наушниках слышится мой сбившийся голос. По тону даже можно догадаться, как тогда у меня жутко пересохло во рту. Я всё же сказала то, что он не дал мне тогда вымолвить. На видео я улыбаюсь, глядя в потолок. Одной рукой обнимаю Минхо за плечи, а второй поправляю влажные волосы на лбу, подув на них. — Всё-таки не сдержалась и сказала, — хмыкает Хо, зарываясь в мой затылок носом, — это баттл? — приподнимает голову над мои лицом. — Возможно, но уже не сегодня. Я себя не чувствую, о чём ты? — Аха-ха, так и нужно. Я тебе даю фору и веские причины не пойти завтра на пары, — ухмыляется, слегка хохоча. — М-м, и что я скажу? "У меня была невероятная ночь, после которой я встать не смогла"? Какие глупости, Минхо, — притворно насупившись, толкаю его в плечо, — и, вообще, выйди уже. А то будет, как в прошлый раз, когда во мне чуть презерватив не застрял. — Ну не застрял же, — он недовольно двигается назад, избавляя меня изнутри от себя, — упс, — смотря вниз, удивлённо хлопает глазками, стягивая контрацепцию. — Что такое?! — быстро приподнявшись, обеспокоенно слежу за его рукой. — Кажется, порвался, — невозмутимо глядит на защиту, потом переводит свой невинный взгляд на меня. — Что?! — хватаю его за ладонь, но он ловко освобождается от моей хватки, заведя свою руку себе за спину. — Да шучу я, шучу! — Минхо заливисто смеётся и бросает использованный предмет на пол. Падает обратно на меня, прижимая к поверхности постели. — Идиотские шутки, ты знал? — угрюмо соплю в его макушку, — ты не врёшь? Я же сейчас проверю. — Не проверишь. Тебе меня не скинуть, — намекает на вес своего тела. — Ох, и то правда, — устало падаю головой на мягкое одеяло, уже смирившись со всеми выходками этого человека. — Минхо, я так люблю тебя, но какой же ты иногда дурачок, прям не могу, как хлопнуть тебя хочется. — Перекладываю одну руку ему на голову, перебирая его взъерошенную пышную шевелюру. Пропускаю каждую прядь его волос сквозь пальцы. — Ну за это же ты меня тоже любишь, верно? — поцеловав меня в ключицу, переплетает наши ноги, ложась боком ко мне лицом. — Конечно. Но... В последний раз спрашиваю, про презерватив была шутка или?.. — недоверчиво кошусь на него. — Эй, где твоё доверие ко мне? — театрально возмущается он. — Ну я же тебя знаю. Да и ты каждое утро просыпаешься раньше меня, то есть и убираешь следы нашей ночи именно ты. Я редко успеваю. Ты делаешь всё тихо. — Аха-ха, естественно, ты же после такого спишь, как убитая. Что для меня лучшая похвала, — добавляет Хо, начиная усыпать моё тело поцелуями, попутно оглаживая меня руками. — Кстати, об этом. Скажи мне... — я мнусь, но всё же задаю следующий вопрос: — зачем ты всё время делаешь это? — Делаю "что"? — любопытно заглядывает в мои глаза, вскинув бровь. — Намеренно выбиваешь стоны, — поясняю. — Ах, э-этоо, — на его лице расплывается самодовольная улыбка, как у Чеширского кота, — чтобы все слышали, как хорошо я тебя трахаю, — наклонившись к уху, шепчет. Вот это я очень хорошо запомнила и точно так же, как и тогда, вспоминая это, у меня сейчас мурашки пронеслись от загривка к пояснице. Я помню этот глубокий тон его голоса и тёмные глаза... Которые буквально пожирали меня, пока он проговаривал это. — Ха, ну знаешь... Во-первых, здесь нет твоих друзей, которым ты бы что-то мог доказывать. А во-вторых, ну не среди ночи же. Соседи нас, наверное, ненавидят, — хихикнув своим же словам, представляю, как сильно мы надоели всем в этом доме. Хотя мы и не всегда такие громкие, но всё же бывает. Но, благо, старичков поблизости нет. Так бы на нас уже давно нажаловались. И всё же стены нашей квартиры не такие уж и тонкие, чтобы нас услышать, нужно вскрикивать, что, конечно, иногда у нас случается. Однако не надо и забывать ту ночь, когда именно нам не давали спать соседи по ту сторону стены. В какой-то момент мы с Минхо подумали, что они так решили отомстить нам. Тогда он предлагал мне их перекричать, устроить эдакий марафон. Но мои месячные стали помехой. И чтобы не терпеть этого, мы в наушниках включили какой-то сериал, лишь бы переждать ту бурную ночь соседей. Но, надо заметить, позже, через несколько дней, мы точно перекричали своих соперников. Мы с Минхо очень постарались. Я так препиралась, мне его затеи и боевой дух совершенно не пришлись по душе. Но кто же будет меня спрашивать? Он делал всё, лишь бы заставить меня кричать погромче. На следующее утро, выходя из квартиры, мы, как по закону подлости и невероятной "удачи", пересеклись на лестнице с этими самыми соперниками. Впервые мы увидели их. Это оказалась пара, чуть старше нас. Я кивнула им, поздоровавшись, а парень лет двадцати пяти не смог сдержать улыбки. — Вам бы в хор податься, было бы самое то. Терять такие навыки жаль... — разыгрывает на своём лице грусть сосед. — А у вас отменные гортанные способности. Даже через наушники слышно, — Минхо отзеркаливает на своём лице идентичные эмоции. Парень рассмеялся, качая головой. Протянув Минхо руку, представился. — Я Джеймс, — улыбнувшись, он явно забавлялся всей той глупой ситуации, которая происходила между нами. Так в подъезде мы впервые и познакомились. Девушку звать Эйми, она студентка на последнем курсе. А парень уже закончил колледж и работает в какой-то фирме. И с возрастом я почти угадала, ему двадцать шесть. Вот такое весьма идиотское знакомство у нас тогда и получилось. Мы обменялись контактами, а парни договорились, что когда кто надумает устроить горячую ночь, то уже не будут соревноваться, совсем как два автомобилиста на трассе, которые ментально приняв вызов, начинают играть в гонки. Интересно, что мы с девушкой скромно стояли возле своих мужчин, иногда тихо перекидываясь парочку фраз между собой. И так было ясно, для парней это было делом принципа и, как Минхо и выразился: показать, какой же я классный самец, какие же у меня классные способности, до чего я могу довести свою даму в постели. Ну первобытные игры, честно слово. И я в них участвовала, поддаваясь. Так и хочется ударить себя по лбу. Придаваясь воспоминаниям, понимаю, что отвлеклась и не досмотрела видео. Возобновляю воспроизведение. — Знаешь, я буду сильно смеяться, если однажды кто-то да не выдержит и вызовет полицию. Забавно будет объяснять, что мы делали, — задумчиво протягивает Минхо, но выглядит он так, будто это его тайное придурочное желание на будущее. — Я тогда умру от стыда. И как ты докажешь, что ты тут не рукоприкладствовал? — Хм-м, если будет мужчина, он поймёт. Да и твои разгорячённые щеки и засосы будут говорить об обратном. Поверь, очень легко отличить, когда ты встревожен и боишься от недавнего возбуждения и стыда, как ты и сказала. Ах, и да-а, хватит взглянуть на меня, с растрёпанными волосами и твоими отметинами, — тычет себе на грудь, шею и ключицы, — так что тебя тут явно не пытали. Это ещё кто над кем измывался, вот в чём будет вопрос. — Дурак, — засмеявшись, опять толкаю его в плечо, пряча лицо в его груди. — О, как засмущалась, — Минхо хохочет, целуя меня в макушку. — Слушай, а так, на будущее. Если когда-то презерватив останется во мне из-за твоего промедления... Я не хочу позориться в больнице или в скорой. Я же потом тебя убью, — не глядя на него, всё так же дышу в его грудь, обнимая. — Я вытащу, не парься, — беззаботно и не думая отвечает. — Ты сейчас серьёзно? — приподняв голову, озадаченно и удивлённо пялюсь на него. — Ну да. А что такого? Лучше пускай чужой туда заглядывает или я? Думаю, выбор очевиден. Из двух зол выбирают меньшее, так? — Мне бы хотелось, чтобы такого совсем не произошло... — скептически глядя на него, щурю глаза. — Не смей такого допустить, ты понял? — на полном серьёзе повторяю ему, чтобы он точно усёк. — Пыхтишь из-за пустяка. Сама посуди, — притягивая меня ближе к себе, приподнимает, перекатив на себя. Теперь я лежу на нём. — Я случайно услышал один из твоих телефонных разговоров с Рэйчел. И-и-и, — тянет, не спешит отвечать. — Не тяни кота за хвост, что ты слышал? — в голове уже обеспокоенно перебираю все возможные обсуждения с подругой. — Да не бойся, ваши сплетни о минусах меня и Феликса я не слышал. — Что-о? — вытаращившись на него, расширяю глаза. — Ой, то-очно, это я, значит, тоже услышал, — прикладывая ладонь к губам, делает вид, что задумался, глядя в потолок. — Ну, Минхо, я ненавижу, когда подслушивают, — хныча, бью его в грудь ладонями, но он быстро перехватывает меня за кисти и держит их на весу, раздвинув мои руки в разные стороны, тем самым открывая его взору мою грудь во всей красе. Пытаюсь свести руки обратно, но это же бесполезно, моя сила против его. — Не брыкайся, я хочу налюбоваться, — бесстыдно разглядывая меня, облизывает губы. Мне ничего не остаётся, как смириться и сквозь смущение смотреть на него. — Ну так что ты слышал? — расслабив руки, уже не сопротивляюсь, лишь жду его ответа, который сейчас больше интересует. — Да я же смеюсь. Да и ты обо мне хорошего мнения, почти не жаловалась на меня. Ну... Кроме того, что я не опускаю крышку унитаза, иногда кончаю внутрь, из-за чего тебе приходится пить таблетки, и часто пачкаю чистое постельное в сперме, а так всё чудесно, — оскалив зубы, ехидно ухмыляется, дразня меня. — Ах, и да-а, лапаю тебя без спроса в своё удовольствие. О, ну и иногда намеренно пытаюсь разозлить тебя, выводя из себя, потому что я же так люблю видеть твоё разгневанное, — копирует тембр моего голоса, — обычно спокойное и сдержанное, личико. Хм, ещё часто предлагаю потрахаться в общественном месте, отчего ты уже задолбалась отмазываться. Но чувствуешь, что Минхо скоро победит, ведь ещё немного и ты устанешь и сдашься, отдаваясь мне в лапы. Я удовлетворю свои извращённые фантазии и успокоюсь, тем самым отцепившись от тебя. Но, на деле, ты чувствуешь и знаешь, что мне всегда будет мало и я всегда придумаю что-то новое, поэтому ты обречена мириться со мной навечно. Сидя на нём, я закаменела, как статуя, и, кажись, даже не моргаю, раскрыв рот, пока он рассказывает вслух все услышанные секреты. — Ну всё-всё, хватит, я поняла, — дёргаясь всем телом, пытаюсь высвободиться от его хватки. Но, Минхо, дабы контролировать меня так, как хочет и как ему угодно сейчас, перекатывается, снова прижимая меня собой. Расставив мои руки, всё также фиксирует по обе стороны от моей головы. — Мне надоело, что ты пялишься, — закатывая глаза вверх, не могу смотреть на то, как он разглядывает каждый сантиметр моего тела. Напор его жадного взгляда я просто не в силах вынести. — Я хочу, чтобы ты уже наконец научилась не смущаться ни меня, ни себя. Чтобы не стеснялась. Ты же так прекрасна, почему ты этого не понимаешь? — он наклоняется и нежно целует меня в грудь, — хотел бы я, чтобы ты видела себя моими глазами. Я хочу, чтобы ты наслаждалась собой точно так же, как и я тобой, — целует меня в другую грудь, причмокнув сосок. — Никогда не замечала, что красивым девушкам редко говорят комплименты? А всё от того, что все думают, что они и так знают о своей красоте и не нуждаются ни в чьей поддержке, они уверены. Вот только с тобой это почему-то не работает, — Хо дует губы, угрюмо смотрит на меня, сведя брови. — Просто это ты видишь меня настолько красивой, у остальных же не так, для остальных я обычная. — Объясняю очевидное, хотя понимаю, что видит меня так по-особенному он из-за того, что любит. Так всегда, в любимом человеке обожаемо всё. — Ну и ладно, я, наверное, должен быть рад, что больше никто не в силах разглядеть такое золото и оно досталось мне, — Минхо целует в ложбинку между грудей, несильно стискивая мои волосы на виске одной рукой, — для меня ты невероятная. Не замечала, как горят мои глаза, когда я смотрю на тебя? — Аха-ха, Минхо-о, ты тоже не можешь этого знать, так как ты же не видишь себя, когда я появляюсь на твоём горизонте, — умиляясь его детской наивности и в самом деле романтичной натуре, чмокаю его в скулу, притянув к себе поближе. — Зато я могу почувствовать это! — возмущается очень даже по-настоящему. — Ты же можешь ощутить, когда у тебя, например, слёзы скапливаются или... — он думает, силясь придумать ещё какой-то пример. — Хорошо-хорошо, я поняла. Верю, — закрыв глаза, не могу сдержать смех. Хо и мёртвого переубедит, — не насилуй свой мозг. Ты, вроде, хотел что-то о Рэйчел сказать, — возвращаю его первоначальную мысль. — Ах, да-а. Но я же не закончил о твоих сплетнях, — победно ухмыляется. Он же и так уже меня пристыдил, чего ещё добивается? Да и, вообще, это я должна его упрекнуть в том, что чужие разговоры нельзя подслушивать. — Ты ей даже поведала о том, что хочешь со мной попробовать тот самый секс, от которого отказалась, когда предлагал я. Почему ты ей говоришь о таком, а не мне? Мы же можем... — не договорив, опускает одну руку ниже, тянется к моим ягодицам. — Нет, — освободившейся рукой, хватаю его запястье, — да-да, ты прав. Я уже настроилась на анальный секс, но только, прошу, давай не сегодня? Вот в другой раз точно, обещаю, — щенячьими глазками умоляю его послушаться меня. — Ладно, — он вздыхает, — но всё равно, почему ей, а не мне? — У неё я беру советы. И как только она помогает мне разобраться, я иду к тебе с тем или иным желанием... Понимаешь?.. — виновато смотрю на него, поглаживая костяшки его ладони. Минхо кивает и льнёт к моим губам. Наблюдать сейчас за тем, как мы счастливы там, разговариваем на всевозможные темы, налаживаем личную жизнь... Сердце отзывается, неприятно и больно сжимаясь, пытаясь выдавить из меня хотя бы скупую слезу. И забавно, что моё обещание Минхо так и не дождалось, не нашло своего часа... — Ну, Минхо, прежде, чем ты снова начнёшь неотвратимое, что ты там услышал? Ты же не о том сказал, что хотел изначально, — с трудом отлепив его от себя, придерживаю того за грудь над собой. — А, за застрявший презерватив. Ты же так печёшься об этом и боишься. Но, ты же слышала, что было у них? Как по мне, застрявший тампон это куда стыднее и... Сложнее, что ли... Ведь кровь только мешает, а если человек слабенький, ещё сознание потеряет. Ну и как-то вовсе негигиенично. Только представь сунуть туда свои пальцы, когда у девушки месячные. — Боже, Минхо... — устало прикрыв глаза, вздыхаю. И чего он только не понаслушивался в моих разговорах? — Нет, ну в тебя я бы, конечно, сунул, если понадобилось бы. Кровь меня не пугает. — Ну, всё, прекрати, это даже слушать невыносимо, — волна неловкости накрывает меня и мне просто хочется спрятаться куда-то от смущения. То, какую тему поднял Минхо, это даже как-то непривычно для девушки... Парни стараются избегать таких обсуждений и даже не думать, но... Но не мой парень. Иногда его понимание даже пугает. Он какой-то слишком адекватный, что ли... К такому и привыкнуть можно. Но печаль в том, что такой парень — один на миллион, который так нормально и обыденно относиться к подобным вещам. И я благополучно потеряла такого уникального человека... Молодец, ничего не скажешь. — Ну в самом деле, если Феликс смог, то я и подавно, — героически выставляет свою грудь вперёд. — Ладно-ладно, поняла. Но всё-таки постарайся, чтобы ничего вытаскивать нам так и не пришлось. Сомневаюсь, что это приятное занятие. Рэйчел рассказывала, как она стискивала зубы, когда они с трудом вытащили эту... — Ха, наверное, это выглядело почти как роды, — не дав мне закончить, смеётся Хо, сравнив и представив, как это примерно может выглядеть. И думаю, он прав, вероятно, в такой позиции это и происходит, — Ева-а-а, — внезапно заговорщически и томительно начинает тереться носом о мою шею. Всегда это означает только одно. Уже понятно, что он хочет и о чём будет просить. Выучила это уже, как свои пять пальцев, — давай по новому кругу, а? Я как раз восстановился и набрался сил для нового свершения. Ну и возбудиться уже успел, — чтобы я почувствовала, трётся теперь своим стояком мне во внутреннюю часть бедра. — Для этого начал разговоры? — И для этого начал неспеша с тобой играться. Давал себе и тебе время. Ты же возбудилась? — Ну-у, как тебе сказать... — неуверенно смыкаю губы. — Ах, погоди, я же хотел тебя учить. Научить полюбить себя, — добавляет он, отпуская мои руки, — ну как, ты готова? — Днём учат, ночью учат. Что у меня за жизнь, да? — саркастично гляжу на него, улыбаясь. — Мои учения для тебя хоть приятны и точно имеют пользу, в отличие от... — не договорив, становится передо мной на колени, медленно поглаживая мой живот. Перебирается на ноги, змеем ползёт ладонями к коленям. Достигнув цели, не торопясь, разводит их в противоположные друг другу стороны. — И не смей их свести обратно, поняла? Иначе, плётка всегда с нами. На занятиях будешь стоять, а не сидеть, — приказав мне, отстраняется, рассматривая меня сверху вниз. — Пожа-алуйста, — хныкаю, всем своим видом, показывая, что мне такие игры не нравятся. — И не подумаю. Глянь, как восторженно я смотрю на тебя. Как касаюсь тебя... — Минхо нащупывают маленький комок нервов, слегка нажимая и неторопливо делая круговые движения. Его намерено приглушённый голос, шепот, позволяет немного расслабиться и довериться ему. Если я не верю себе, то с ним всё совсем не так. Он не врёт, и я это знаю и всегда знала, чувствовала... Его пальцы задевают каждую чувствительную часть, поглаживая, перебирая меж подушечек нежную кожу. Минхо водит ладонью вверх-вниз, мягко надавливая на те точки, которые сильнее всего реагируют, сжимаясь после каждого прикосновения. Его голова постепенно скрывается из моего вида, когда он опускается меж моих ног. — Если не хочешь напороться на неприятности, сделаешь что-то против того, как скажу я, заставлю спустя каждые пять секунд произносить тебя вслух себе комплименты. Поняла меня? Нервно сглотнув, киваю, смотря на него сверху вниз. — Вот и отлично. Минхо несильно дует на набухший комочек, отчего я инстинктивно дёргаю ногами внутрь. — Что я тебе сказал? — он громко и смачно шлёпает меня по бедру. Я с трудом подавила писк. Судорожно хватая ртом воздух, вновь пытаюсь расслабиться. Минхо чмокает меня промеж ног, медленно погружая внутрь два пальца. — Ты слишком напряжена. Я даже вставить не могу, — пока что спокойным тоном замечает, давая этим самым понять, чтобы я не сжималась. Слушаюсь, следуя его голосу, — вот та-ак, молоде-ец, — Хо тяжело вздыхает, чуть ли не застонав от ощущений. Лаская меня языком и пальцами, позволяет мне сильнее возбудиться, больше и легче подготовившись к новому половому акту. В меня только что еле пальцы его уместились, что уж было говорить о... Когда я становлюсь достаточно влажной и вновь растянутой, прикладывает к промежности уже давно взвывающий и молящий о сношении член. Размазывает головкой природную смазку и медленно погружается во влагалище. — Подожди, а как же защита? — быстро опомнившись, резко раскрываю глаза, втречаясь с невозмутимым выражением лица Хо. Он даже бровью не повёл. — Не дёргайся так. Сейчас весь момент испортишь. — Прикрыв на долю секунды веки, входит во всю длину, тихо простонав себе под нос, — закончим минетом, так что не парься. Презерватив нам ни к чему, — мои возражения будут как всегда проигнорированы, поэтому я даже не пытаюсь. Да и, вроде, каждый раз, когда он руководил процессом — почти всегда — всё и вправду было так, как он и запланировал и пообещал. Так что переживать незачем и лучше правда расслабиться в его руках, как он и велел. Следить за всем со стороны так интересно. Минхо всерьёз устроил целый фильм, длящийся более часа — разговоры, прелюдии, лежания в обнимку, сам половой акт, всё это длилось очень долго. Я была так погружена, что даже не заметила, как просмотрела большую половину, даже не проматывая. Минхо устроил полноценный сценарий, получился прям сюжет настоящего порно-фильма. И вот, почему я не помню наш разговор о любви. У меня так и не было времени просмотреть видео от начала и до конца. Тогда, когда Минхо мне его прислал на телефон, я промотала на ключевые моменты и только. Хотя самое важное здесь было не в самом сексе, а всё, что было до него, после и в промежутках... Из такого непристойного, но естественного, занятия всё превратилось в какие-то безумно трепетные и важные моменты, которые стоило бы запомнить навсегда. Всё же не смея остановить видео, я не нашла в себе сил выключить и лечь спать, чтобы оставить на потом. Я решила уже досмотреть до конца, так как и осталось не настолько много, как я уже увидела. Интересно, что у меня даже глаза не слипаются, настолько увлеченно я наблюдала за происходящим: то, как мы наслаждаемся друг другом, то, как нам хорошо, такие умиротворённые и... будто и в самом деле созданы друг для друга... Если я расплачусь, смотря на собственный фильм для взрослых, это будет нонсенс. Кому расскажешь — не поверят, ещё и посмеются, ведь надо не плакать при просмотре подобного... Но, как сдерживаться, если тот, с кем мне так было хорошо, я... Теперь не со мной... А я бы хотела сейчас поцеловать Минхо... Так люблю его улыбку, как он приобнимает меня среди ночи, если я беспокойно ворочаюсь, как целовал, когда я плакала... Любил... Может... Может, если существует судьба и души двух людей навеки переплетены, то мы с Минхо сквозь любые препятствия пройдём на пути к своему совместному счастью? Но... Прежде всего я хочу, чтобы он искренне сам пересмотрел такое решение и захотел, а не действовал бы опять на эмоциях, либо из привязанности и страха потерять меня навеки. Поэтому, думаю, время нам опять нужно. А прошло не так много, так что, возможно, я и зря переживаю, уничтожая себя изнутри... Так как мне ещё и было безумно любопытно узнать, как всё закончилось в снятой Минхо записи, я терпеливо дожидалась, наблюдая за тем, как всё плавно подходило к концу. "А ведь в тот день Минхо пил ананасовый сок..." — вдруг вспоминаю я, когда смотрю на то, как я удовлетворяю Минхо орально, как он и сказал ранее. В ту ночь я впервые проглотила всё семя и... Признаться, было оно не настолько ужасным, как я предполагала. Разве что сама консистенция отталкивала, а по вкусу... Не так уж и плохо... Неужели миф про этот сок правда? Хотя мне и сравнить не с чем, это был единичный случай, когда я проглотила сперму. Наконец, вскоре я дохожу до того самого завершения. Под конец мы с Минхо якобы уснули в объятиях друг друга. Спустя пару минут я окончательно провалилась в сон, но... не Минхо. Выбираясь из под оков, сцепленных вокруг его торса, моих рук, он аккуратно встал с кровати. Оглянулся, проверив, не проснулась ли я. Но я уже вовсю дремала и ничего не слышала. После двухраундового секса по-другому и быть не могло. Он подходит к камере и довольно улыбается во все зубы. Смотрит будто прямо на меня сейчас. Тако ощущение, что это прямая трансляция или видеозвонок и он видит меня, отчего я даже немного стушевалась, взглянув в сторону, и почувствовала себя неловко и неуверенно. Глупо, но на секунду я переполошилась. Минхо чмокает воздух, посылая мне поцелуй и подмигивает. — Надеюсь, тебе понравилось кино, — тихо шепчет, чтобы не потревожить спящую меня позади, — я люблю тебя, котёнок, — счастливо улыбнувшись, протягивает руку и прекращает съёмку. Видео закончилось, экран потух, а у меня на глазах слёзы. Сердце пронзают тысячи иголок. Обессиленно рука опускается и телефон падает из ослабевшей ладони. Почему-то моё тело дрожит, особенно руки. Опять мне трудно дышать, ком в горле перекрыл все пути. По щекам скатываются обильные горячие дорожки. Когда только успело столько жидкости скопится у глаз... — Я тоже... Тоже люблю тебя... Котик... — сквозь боль улыбаюсь в пустоту, еле выдавив из себя эти слова. Гляжу прямо перед собой в черноту. Мне так его не хватает, не хватает рядом с собой... Сейчас...