Право по рождению

Хогвартс-экспресс, сияя в лучах утреннего солнца, издал первый гудок, чем встревожил родителей-магглов, провожающих своих детей. Люциус Малфой впился хищным взглядом в группу магглов, когда те осторожно отошли от края платформы, словно магический поезд может извергать пламя. Он закатил глаза и в очередной раз посмотрел на кирпичный барьер, который в это мгновение пересекли несколько опоздавших со своим багажом. — Доброе утро, Люциус, — раздался тихий голос позади него. Он повернулся. — Доброе утро, мисс Блэк. Девушка рассмеялась, накручивая русые волосы на палец. — Я же просила называть меня Андромедой. Помимо того, — добавила она с ухмылкой, — мы скоро станем родственниками. Люциус сглотнул. Да, Мерлин не дает ему забыть об этом ни на секунду. — Ты ждешь Грега? Он уже в поезде. — Нет, мой… мой отец должен был… — он покачал головой и натянуто улыбнулся. — Я подожду его еще несколько минут. Глаза Андромеды загорелись так, как часто загорались в моменты, когда они делили котел на Зельях или отрабатывали заклинания в паре на Чарах. — Ладно. Что ж, если ты захочешь разделить купе со мной и Кэролайн… Думаю, Эван тоже будет там, так что… Андромеда замолчала и, быстро повернувшись, убежала от него, как и в прошлом феврале, когда раздавала свои валентинки. — Ой! — она резко остановилась. — Моя сестра — первокурсница. Не могу дождаться момента, когда ты с ней познакомишься. Только будь добр к ней, хорошо? — Конечно, — ответил Люциус. — Я люблю и уважаю всех девушек из семьи Блэк. Андромеда покраснела, после чего неловко помахала рукой и поспешила прочь. Люциус же на секунду задался вопросом, было ли несправедливо с его стороны подшучивать, однако с ней он не мог себя сдерживать. Не так давно он спросил отца, почему должен был обручиться в тринадцать. Разве не логичней было бы сделать это через пару лет, когда Беллатриса будет заканчивать Хогвартс, а ему исполнится пятнадцать… Все-таки ближе к совершеннолетию. — Надо привязать ее к тебе прежде, чем другие парни начнут за ней ухаживать, — ответил Абраксас. — Если вообще начнут, — пробормотал он себе под нос, после чего нахмурился, словно вспомнил, что его сын все еще здесь. — Сигнус — умный человек. Он понимает, что у него немного вариантов, учитывая наличие трех дочерей. Я же выбрал лучшую. Люциус уже открыл рот, чтобы спросить, точно ли Беллатриса — лучший вариант для него. Она очаровательна не более, чем дикая кошка, зато более жесткая. Можно было бы напомнить отцу, что Андромеда — тоже вариант и весьма неплохой… Однако отец не оценил бы такое предложение. Ему следовало подчиняться, но никак не критиковать. У Абраксаса всегда на все были свои причины. Люциус, вздохнув, посмотрел на большие вокзальные часы. Если он сейчас не пойдет к поезду, то есть вероятность, что через несколько мгновений придется бежать за ним. А Малфои никогда не бегают. Он втолкнул свой багаж в четвертый вагон, позволив Гойлу помочь затащить его, и нагло занял его место. Гойл, к своему ужасу, прижался к Харперу, и Люциус, упорно игнорируя их, принялся читать учебник за третий курс. Казалось, что очереди к каретам были длиннее, чем в прошлом году. А он не любил стоять в очередях. Он обошел нескольких человек и поравнялся со Стюартом Крэгги, слизеринским капитаном сборной по квиддичу. — Крэгги, — окликнул его Люциус. Коренастый молодой человек обернулся и выпрямил спину, когда понял, кто к нему обращается. — Я планирую попробовать себя на позиции Блетчли в этом году. С нетерпением жду вступления в команду. Крэгги выгнул густую бровь. — Э-э-э… Но Блетчли не окончил школу, он только на седьмом курсе. Люциус кивнул Блетчли, который стоял слева от Крэгги. — О, мне это известно. И я все еще планирую занять его место. Небольшая толпа вокруг них рассмеялась над Блетчли, который выглядел в этот момент так, словно хотел провалиться сквозь землю. Люциус наклонил голову на прощание и ухмыльнулся, присоединившись к своим друзьям, что стояли впереди. Он сел в следующий экипаж, прыгнув за Гойлом. Едва он занял место, по ступенькам взлетела черная тень. Беллатриса Блэк бросила хищный взгляд на Гойла. — Пошел вон, — прошипела она. — Я хочу провести несколько минут с моим женихом. Гойл уставился на нее во все глаза, после чего выскочил из кареты. Люциус с ужасом наблюдал, как Беллатриса закрывает дверцу кареты и садится напротив него. — Что ж, Люциус Малфой, мой суженый, — ее голос звучал низко, но резко. Она раскинула руки в стороны и скрестила ноги, словно обычная блудница. — Что ты можешь предложить мне, кроме богатства и статуса? Люциус уставился на девушку. Он никогда не слышал, чтобы его мать так разговаривала с отцом. — Прости, что? Она пронзительно захихикала. — Что ты за человек такой, Люциус Малфой? Ты будешь веселым и предприимчивым? Будешь получать удовольствие от путешествий и изучения чего-то нового? Или же будешь занудой, как твой друг Гойл? И интересоваться секретаршами, как его отец? Люциус смотрел на нее, изо всех сил пытаясь сформулировать ответ. — Я… Я не знаю, — глаза девушки сверкнули. Но прежде, чем она смогла нанести следующий удар, словно змея, которой казалась, он ответил: — Похоже, ты любишь веселиться, особенно за чужой счет, так что нам тосковать не придется. Зануда? У меня никогда в жизни не было скучных дней, — он подмигнул ей со всей уверенностью, на которую был способен тринадцатилетний мальчик, столкнувшийся лицом к лицу с пятнадцатилетней девчонкой. — А секретарши для простолюдинов. Я бы не стал позорить свою семью. И того же буду ждать от тебя. Кошачья улыбка растянулась на губах Беллатрисы. И он мог понять, почему Рудольфус предложил ей свою мантию в тот дождливый день во дворе школы. Люциус изучал ее черты. Глаза были не такими черными как смоль, как он думал изначально. Волосы даже можно было назвать «романтичными», а не «дикими и необузданными». Квадратная челюсть, гладкая кожа, притягательные губы… Люциус предположил, что у нее есть, на что стоит взглянуть. — У меня будет только один ребенок, — просто произнесла она. — Надейся, что это будет мальчик. Он моргнул, глядя на девушку. Его будущее строили все, кроме него. — Хорошо… Это… — он рос один, в компании домашних эльфов. На самом деле, он никогда не представлял себе большую семью, однако знал, насколько одиноко бывает в поместье. — Полагаю, это нормально. — И я надеюсь, что у нас будет работать няня, — она перекинула свои локоны через плечо и уставилась на приближающийся замок. — Я не представляю себя в роли матери. Рожу одного, потому что это мой долг. Но не думаю, что мне понравится. В животе Люциуса появилась тяжесть, из легких выбился весь воздух. Он сжал губы, однако ничего так и не ответил. Карета остановилась. Беллатриса плавно поднялась, но, прежде чем она вышла, Люциус вскочил и открыл для нее дверь. Девчонка обернулась на него с горящими глазами. — Я не хочу, чтобы ты вел себя галантно, Люциус Малфой, — она схватилась за ручку двери, поравнявшись с ним. — День, когда ты понадобишься мне, чтобы открыть двери, — это день, когда я сделаю благородный поступок и ты станешь вдовцом. Ухмыляясь, она с громким треском спрыгнула со ступенек кареты. Люциус сглотнул и медленно спустился, убирая длинные волосы с лица. Беллатриса нетерпеливо схватила его за руку и потащила к замку. Позади них раздался шепот. Теперь всякий, кто не слышал об их помолвке, наверняка об этом знал, и в это мгновение Люциус понял: именно этого она и добивалась. Достигнув Большого зала, Беллатриса потащила его к своим друзьям за слизеринским столом. Он никогда раньше не сидел со старшими студентами. Каждому пятикурснику он был представлен как «мой жених, Люциус Малфой». После чего она потянула его за руку и усадила в самом центре. Люциус заметил старост Слизерина и загонщиков сборной. Андромеда и Эван Розье сидели через два места от них, и она уставилась на свой тыквенный сок, когда Беллатриса крикнула Эвану: «Я помолвлена, разве ты не знал?» К тому времени, как Макгонагалл распахнула двери и ввела в зал испуганных детей, Люциус привык к обстановке вокруг. Он рассматривал первогодок, которые шли вдоль прохода с открытыми ртами, и, к своему удивлению, заметил, что они идут в сопровождении старшей ученицы. Возможно, чью-то старшую сестру вызвали, чтобы присмотреть за дрожащим будущим пуффендуйцем. Она выделялась среди маленьких детей, шагая с натренированной элегантностью и уравновешенностью, которая могла соперничать разве что с матерью Люциуса или ее подругами. Она явно была чистокровной и выросла в высшем обществе. Однако ее лицо казалось ему знакомым. На мгновение Люциус задумался, может ли она быть наполовину вейлой, учитывая то, как ее светлые волосы ниспадают по спине. Даже с такого расстояния он видел ее небесно-голубые глаза, которые рассматривали высокие потолки так, словно видели впервые. Возможно, она перевелась из Шармбатона? Это вообще разрешено? Он заметил, как она повернулась к столу Слизерина и спустя мгновение ее взгляд остановился на нем. Сердце Люциуса колотилось о ребра, пока она мягко улыбалась и махала рукой. Его пальцы дернулись. Он хотел помахать в ответ… — Мерлин… Чертовски высокая, не так ли? Слишком выделяется из толпы. Люциус вынырнул из плена ее красоты и, повернувшись, понял, что Беллатриса пристально смотрит на девушку. Андромеда улыбается ей и с энтузиазмом машет руками. Когда Распределяющая шляпа запела, он уставился в свой кубок, дабы успокоить нарастающий в груди страх. — Нарцисса Блэк! Люциус провел рукой по волосам и стал наблюдать из-под прикрытых век, как младшая сестра Блэк направляется к столу Слизерина. Легкая улыбка коснулась ее губ, когда Беллатриса захлопала в ладоши, крича от радости. Идеальные зубы. Ровные и белые. Люциус не спускал глаз с Распределяющей шляпы, пока девушка, Нарцисса, занимала место рядом с Андромедой. — Да! Я сделала это! — воскликнула она, затаив дыхание. — Не могу дождаться, чтобы написать папе! Ее голос казался Люциусу приятной музыкой. — Еще бы, ни одна из моих сестер не будет пуффендуйкой, — Белла подняла свой кубок. Нарцисса широко улыбнулась. — Цисси, — Белла схватила его за руку. — Это Люциус Малфой. И ее взгляд упал на него — Люциус почувствовал, как тучи содрогнулись на заколдованном потолке. Она быстро моргнула, и ее губы приоткрылись. — Приятно познакомиться, — мягко произнесла девчушка, заправив прядь платиновых волос за ухо. Люциус внимательно наблюдал за ее красивыми пальчиками. — Мисс Блэк, — кивнул он в знак приветствия. — Он всех нас называет «мисс Блэк», — довольно громко прошептала Андромеда. — Я говорила ему этого не делать, но… — Люциус, дорогой, — прервала сестру Беллатриса, словно Андромеда была для нее пустым местом. — Мы должны найти для Нарциссы чистокровного мужа. Она станет идеальной женой. Я уже это вижу: будет устраивать чаепития и приемы в саду, вести домашнее хозяйство… В этом плане она так похожа на нашу мать. Нарцисса моргнула своими длинными ресницами в сторону сестры, на щеках от похвалы проступил румянец. Словно это все, о чем она мечтала, — быть идеальной женой чистокровного лорда. Люциус, напрягшись, потягивал тыквенный сок, пока Беллатриса болтала, а Андромеда смотрела на нее. — …правда, дорогой. Посмотри на нее! Разве она не потрясающая? Мы обязаны позаботиться о ней! В самые кратчайшие сроки! Взгляд Люциуса метнулся в сторону Андромеды, которая дальше наблюдала за распределением первокурсников. Беллатриса наклонилась к уху своего жениха и тихо произнесла: — Все говорят, что она самая красивая из нас троих. Глаза Беллы опасно блеснули, и внимание Андромеды снова вернулось к нему. Люциус выгнул бровь, глядя на Беллу. — Вовсе нет. Вы с сестрой намного красивее, — он усмехнулся, кивнув в сторону младшей. — Она — довольно уродлива для четы Блэк. Румянец сошел со щек девчушки. Ее губы побледнели, а голубые глаза теперь напоминали не небо прекрасного летнего дня, а глыбу льда. Смех Беллатрисы был громче аплодисментов гриффиндорцев, которые заполучили очередного первокурсника в свои ряды. — О, какой ты злой. Думаю, нам будет весело вместе. Холодные влажные губы коснулись его скулы. Люциус подпрыгнул на месте, отводя взгляд от Нарциссы, и обнаружил, что Беллатриса смотрит на него так, будто видит впервые. Она взяла его за руку и переплела их пальцы, словно змеи. Теперь он видел в ней черты младшей сестры. Такая же аристократическая челюсть, изогнутые губы, большие глаза. Слегка широкий нос. Да, возможно, Беллатриса Блэк все-таки была красива. Живот Люциуса скрутило. Он отстранился от девушки, сопротивляясь желанию вытереть щеку, и наткнулся на пристальный взгляд Андромеды, которая что-то шептала Нарциссе на ухо. — Не принимай его слова близко к сердцу, Цисси, — сказала Беллатриса так, будто читала лекцию маленькому ребенку. — Мы просто играем в игру. Белла повернулась, чтобы поговорить с другими пятикурсниками, прижимая локтем его руку. Андромеда, сжав губы, пыталась избегать взгляда Люциуса. А Нарцисса холодно смотрела на него, словно была готова разорвать его в клочья, стоит ему отвернуться. Кровь кипела в его жилах от мнимой возможности заполучить хотя бы крохотную толику ее внимания.