Заставь меня поверить

Однообразные дни тянулись бесконечно долго. Девушка ни разу не спустилась вниз, что говорить о чем-то большем. По распоряжению МакГонагл школьные эльфы доставляли в комнату еду, но уже на вторые сутки девушка перестала себя заставлять впихивать в себя безвкусные куски пищи. Дойти до ванной комнаты на третий день казалось ей уже успехом. Все это время гриффиндорка либо спала, либо буравила взглядом потолок. Она абсолютно не понимала, как ее Рон, ее любимый Рон мог так с ней поступить и мечтала уснуть, что б на утро все стало как прежде. Что бы все это было лишь паршивым идиотским сном. Как вдруг вечером, на четвертый день послышался шум с общей с Малфоем гостиной. Недолго думая, в той же пижаме что и была все время, девушка спускалась вниз, держа палочку наготове. В голове возникли флешбеки с войны. Ей казалось что Гарри все еще стоял на коленях возле Снейпа, просто глядя на него, как вдруг совсем рядом зазвучал высокий холодный голос, Гарри вскочил на ноги, крепко сжимая в руках флакон, уверенный, что это Волан-де-Морт вернулся в хижину. Сердце пропустило удар и Гермиона пыталась прогнать воспоминания, прислушиваясь тихо, словно мышь, спускалась по лестнице. Добравшись до места на лестнице, из которого она могла немного видеть комнату, девушка замерла. Посередине гостиной напротив незажженного камина, спиной к ней, сидел слизеринец в абсолютном молчании. Вокруг него творился хаус. Диван с креслами были перевернуты и откинуты в сторону, все книги из книжного шкафа были разбросаны по комнате в хаотичном порядке. Грифиндорка скривилась от увиденного и снова продолжила медленно, как бы боясь спугнуть зверя, спускаться, каждый раз чертыхаясь, когда лестница издавала предательский скрип. Выдохнув, когда гребанная лестница закончилась, девушка осмотрелась на наличие посторонних и полностью успокоившись, когда никого не оказалось, она тихо обратилась к парню, на что не последовало ответа. Ей на минуту показалось, что он без сознания, но преодолев панику, девушка продолжала потихоньку приближаться. - Драко, все в порядке? – позвала его девушка, сразу же заметив, как мышцы парня содрогнулись, как будто в немом плаче, отчего она выронила свою палочку из рук. Опасности нет Она не знала, что ей руководило, когда девушка нагнулась и положила свою израненную руку ему на плече, кожей ощущая, холод его рубашки, и дрожь его тела, только сейчас она почувствовала какой холод стоял в гостиной и по телу пробежалась толпа мурашек. Лишь изрезанная ладонь горела адским пламенем, отчего создавался контраст температур. - Драко? – Гермиона старалась вложить в голос всю свою уверенность, но заплетающийся язык от долгого молчания противно дрожал. Парень невольно дернулся от ее голоса, и девушка уже думала убрать руку и уйти, чтобы не разрушать уединение слизеринца, как вдруг он поднял свою руку и накрыл ее ладонь своей. Боясь лишний раз вдохнуть, она опустилась на колени позади нее, стараясь не двигать рукой. Его ледяные пальцы бездвижно укрывали ее руку, словно пледом, и она ощущала, как ее горячая рука постепенно нагревала участки его тела. В полумраке было слышно лишь дыхание вчерашних врагов. Гермионе казалось, что ее сердце бьется слишком сильно, настолько что мысленно хотела его остановки, и она не понимала толи от страха, толи от некого подобия близости, о чем она подумает позже. Внезапно она почувствовала, как парень начинает двигаться и мысленно готовясь к порции желчи, брюнетка сжалась, пытаясь стать еще меньше. Но ожидания не оправдались - ни когда он начал поворачиваться, не когда он уже сидел напротив нее, буравя ее пустым взглядом. Все так же в молчании она смотрела в его бездонные светло-серые глаза ища ответы. Взгляд гриффиндорки медленно скользил по его уже не идеальной укладке, отчего на секунду захотелось запустить руки в волосы и взъерошить их, но понимая, что она испортит все, что сейчас происходит, девушка подавила желание. Малфой производил впечатление уставшего человека, а его синяки под глазами укрепляли этот эффект. Острые скулы придавали его лицу еще более аристократичный вид, и даже желтоватая гиматома на ней ничего не портила. Стоп. Синяк на скуле? - Это – не позволяя себе оторвать взгляд, спросила девушка – сделал Рон? Вопрос остался без ответа, но и так было понятно по сжатым до белого цвета тонким губам и опущенному на ее руки взгляду парня. Гриффиндорке стало неловко, но она старалась не показать виду. И снова комната погрузилась в тишину, но она не была звенящей, наоборот – ей было комфортно с ним сидеть и молчать. Появилось даже неожиданное чувство защищенности, и она лишь кончиками пальцев погладила его тыльную сторону ладони, стараясь вложить всю нежность и благодарность за спасение в этот жест. Парень взял ее за ладонь, тем самым открыв себе обзор на изувеченную руку, отчего девушка немного напряглась, наблюдая, куда устремился его взгляд. - Так отчаянно бороться за жизнь на войне, что бы причинять себе боль из-за подонка Уизела – хмыкнув, произнес Малой – Тебе самой от себя не смешно, Грейнджер? - выпленув эту фразу, он уставился на нее прожигающим взглядом. - Я.. я не… Это не т… - Пыталась оправдаться девушка, но сама не знала, что сказать, ведь опять он был отчасти прав. - Плевать. – Слизеринец поднялся на ноги и мигом поднялся к себе в комнату, как будто не было этих минут, проведенных в сумраке холодной комнаты и абсолютной тишине, оставляя девушку сидеть одну на холодном каменном полу. Просидев еще несколько минут, девушка нашла взглядом палочку, призвала ее, поднялась к себе. В голове девушки метались тысячи мыслей, но ни на одной из них она не могла сконцентрироваться, поэтому она просто медленно шагала в ванную. - Аква-эрУкто – прошептала девушка, наблюдая вода начала набираться в ванну. Когда вода достигла идеального для Гермионы объема, девушка налила зелье пены. И мигом опустилась на дно «джакузи». Усталость уже через пол часа начала поглощать ее, поэтому, добравшись до кровати девушка уснула без сновидений. В четыре утра в замке стояла гробовая тишина с прожигающим холодом. Раньше девушке было бы неуютно даже подумать о том, чтобы выйти так рано из своей спальни. Но после войны все изменилось. Уединение ей приносило спокойствие и возможность ни о чем не думать, что сейчас было ей необходимо. Покинув замок девушка лишь шла, не разбирая дороги. Ноги несли ее к совятне. В голове бегущей строчкой пролетела мысль о том, что это не лучшее место для самоубийства, отчего девушка скривилась. Она вовсе не хотела себя убивать, но ее мысли доводили ее до ручки. Преодолев десятки ступенек в нос девушки ударил резкий запах птиц, что ее не остановило, а лишь прибавило уверенности что там никого нет. Долго выдерживать этот запах мало кому было под силу, но именно в этот раз она ошиблась. До начала рассвета было еще порядком двадцати минут, но помещение освещалась нежным светом луны. Возле небольшого окна стояла хрупкая девушка с дымчатыми длинными волосами, напевая себе под нос. Невольно залюбовавшись, игрой луны в ее шевелюре Гермиона застряла в дверях. Дар речи к ней вернулся, когда блондинка одарила ее одной из самых теплых улыбок, и хоть из-за сумрака было все очень плохо видно, гриффиндорка была уверена, что это улыбка. ПО другому и быть не должно. - Здравствуй… Я не ожидала увидеть здесь еще кого-то, обычно мы тут сидели вдвоем с одним мальчиком – лицо девушки было плохо видно, но этот мягкий голос действительно знаком. - Луна? Что ты здесь… делаешь? С кем? - Ох, он попросил меня никому не говорить его имя, но я обучаю ее тому, как противиться мозгошмыгам… А что ты здесь делаешь? - Я… не знаю… - Представляешь, нарглы перестали воровать мои ботинки… Наверное, нашли кого-то другого для своих проделок… Луна всегда была такой мечтательной и оптимистичной, даже когда ее держали в подземельях Малфой-мэнора она умудрялась заряжать всех силой своим позитивом. И даже Оливандер говорил, что она была великим утешением в том ужасном месте. Хоть раньше гриффиндорка и думала, что она достаточно легкомысленная, а та называла в свою очередь ее ограниченной, девушки сошлись во мнениях и стали подругами. В конечном итоге, Гермиона приняла когтевранку такой, какая она есть, и перестала критиковать её причудливые убеждения. И во время той ужасной последней битвы сражались плечом к плечу. Девушки просидели в совятне почти до самого завтрака, успев лишь быстро переодеться в школьную форму Грейнджер поплелась в Большой зал, в котором уже собрались почти все ученики. Завтрак прошел весьма спокойно и без лишних вопросов от Джинни девушка уплетала глазунью. После стольких дней ей было непривычно есть в куче народа и как только кто-то ненароком упоминал ее имя девушка вздрагивала. - Грейнджер, нас двои вызывает кошка. – послышалось за спиной, и даже не оглядываясь, она поняла кто был владельцем голоса. Только один человек в Хогвартсе сейчас пренебрегал ее именем. - Зачем? - Я ее мысли не читаю. Идем после зельеварения. – поставив перед фактом Малфой отошел от ее стола. - Он серьезно подошел к тебе и сказал об этом? Без колкостей? Герм, что ты сделала с хорьком? – удивленно, не скрывая едкого смешка спросила ее лучшая подруга, когда они выходили из Большого зала. - Джин, я ничего, повторяю, ничего с ним не делала. За неделю мы с ним говорили только когда я сказала ему пароль. Если он подошел – значит важное что-то. - Да-да-да, так я и поверила – уже заливалась смехом рыжеволосая – изменяешь моему недалекому брату с богатым пожирателем? - ой все – Гермиона закатила глаза и направилась на урок совмещенный со Слизерином – увидимся! - Здравствуйте студенты, я очень рад поприветствовать вас в этом году на своих занятиях. В этом году в основном, мы будем повторять то, что вы проходили на всех шести годах обучения. Так же раз в месяц я буду собирать наше общество слизней, состоящее из самых лучших учеников за званными ужинами. Если вас нет в списке, то вы не огорчайтесь, ведь возможно в этом году вы тоже сможете показать хорошие результаты. А вот уже и список тех, кто приглашен в эту пятницу с вашего курса… «Господи, он вовсе не изменился за этот год, все так же ищет выгодные партии студентов» - пронеслось в голове девушки, пока он произносил имена сокурсников. Гриффиндорка заметила, что почти все есть в этом списке, но даже не сомневалась, что это исключительно только из-за войны. - … Драко Малфой, Блейз Забини и моя дорогая Гермиона Грейнджер, я понимаю, что возможно из-за обязанностей главной старосты на вас наложена большая ответственность, но прошу хоть иногда почтить меня, старика, вашим присутсвием - Несомненно, профессор. - Вроде никого не забыл, поэтому мы можем приступить к уроку. Скажите пожалуйста, для чего используется настойка растопырника? - Она облегчает боль от магических ран, сэр. Это же просто. – усмехнувшись процедил приятным басом темнокожий плечистый парень облаченный в слизеринскую мантию, чем привлек внимание гриффиндорки. - Именно, Блейз. Но как выяснилось, что такое базовое зелье мало кто умеет готовить правильно. Потому что неправильно приготовленное зелье либо не работает, либо работает очень слабо. Поэтому открывайте учебник на странице 173 и приступайте к приготовлению. Советую, для быстрого выполнения разбиться на пары. Гермиона не торопилась искать себе пару ведь знала про это зелье от и до, из-за военных действий и поиска крестражей Гарри часто получал ранения и только она могла ему помочь. Поэтому просто подошла к стенду с ингредиентами, ища глазами замаринованные щупальцы растопырника. - Я надеюсь ты умеешь готовить это зелье, потому что мне очень лень что-то делать – все тот же мягкий бас, произнесенный где-то за спиной, заставил девушку вздрогнуть и повернуться, отчего, она не удержалась на ногах, оказалась в объятьях слизеринца – Я, конечно, знал что я хорош собой, но не думал что аж до того, что героини войны будут падать мне в руки. Но я даже и не против. Вернув удивленную девушку на ноги, он подмигнул ей и поцеловал костяшки ее пальцев. - Блейз Забини. Чистокровный выходец из богатой семьи. Хотя не наследую все их замашки. - Не старайся, идиот. Заучка со мной в паре. – Прорычал Малфой, оттягивая с силой сжав предплечье гриффиндорки от друга – Думаю, Паркинсон тоже была бы против, узнав, что ее парень решил подкатить к другой, пока она навещает родителей. - Ммм, узнаю собственничество принца Слизерина во всей красе – улыбнувшись во все 32 зуба парень поспешил удалиться. - И что это было, Грейнджер, не успев расстаться с Уизли начала вешаться на моих друзей? – уже обращаясь к ней Малфой начал прожигать ее глазами. - Но я не… - Мне похуй. Держись от них подальше. Но раз ты уже со мной в паре, то пошли готовить – перебил ее блондин. Отвечая на едкие колкости соседа по башне, они в итоге смогли добиться фиолетового цвета зелья и получив похвалу от преподавателя по окончания урока вместе следовали к кабинету директрисы. Гермионе даже на минуту показалось, что вечернее происшествие было игрой подсознания. Она успокаивала себя лишь тем, что так правдиво она бы не смогла придумать. Но что это было? - Добрый день, старосты. Я хотела вызвать мисс Грейнджер одну, но недавнее ее заболевание возможно рассеяло ее внимание, поэтому для подстраховки здесь мистер Малфой… - Директор, я не нуждаюсь в няньках… - Да, я понимаю, в следующий раз, несомненно, вызову вас одну, что ж давайте приступим. Из-за вашей болезни… - после этих слов МакГонагл достаточно убедительным пронзительным взглядом проехалась по девушке, явно выражая свое недовольство, - на прошлой неделе никто не дежурил в замке, за исключением преподавателей. Нам необходимо составить расписание, что бы в последствии старосты следовали ему. Проведя час за составлением графика, девушка начала молиться, что бы все это закончилось чем быстрее, тем лучше. Как назло, Драко ставили только в пару с ней и надежды на спокойную жизнь на последнем году обучения меркли все сильнее. «Из соображения безопасности» - как выразилась сама МакГонагл. Так что теперь в понедельник и среду она была вынуждена патрулировать школу с ненавистным ей хорьком. К обеду девушка была морально вымотана саркастичными перепалками с Малфоем и приняв решение не посещать травологию, девушка плелась в библиотеку в надежде на успокоение, которого она не нашла из-за фанатичных к ее персоне первокурсников, расспрашивающие ее о том, как она стала такой великой ведьмой. Поняв, что спокойное чтение в хранилище знаний ей могло только сниться, девушка пошла в свою гостиную, взяв пару книг с произведениями Шекспира. Ей всегда нравилась магловская литература, поэтому увидев «Ромео и Джульету» она, не долго думая, записала ее себе. Устроившись поудобнее в кресле возле камина, слушая потрескивание дров, девушка улетала в ужасно красивую историю любви, даже не заметив возвращения соседа. - Хорошее произведение для сквиба, я считаю. - Малфой? – подняв глаза, девушка опешила от комментария юноши - Шекспир. Он был сквибом. - Я даже и не догадывалась… - Удивительно для такой заучки как ты этого не знать. - Не знала, что ты увлекаешься поэзией… - Ей стало все равно на колкость, которую он выдал пару секунд назад. Она была шокирована тем, что это был тот самый заносчивый и высокомерный мерзавец и именно сейчас он говорил с ней о великих произведениях маглов. - Грейнджер, да ты хоть что-то обо мне знаешь? – усмехнувшись, парень упал на кресло по соседству, явно намеренный продолжить разговор. - На самом деле, мало чего. Твое полное имя… - Так, стоп, хватит – перебил ее парень – Скажи мне какой-нибудь не общеизвестный факт обо мне – в глазах парня плясали черти и от его пристального взгляда сердце девушки уходило в пятки, а низ живота сладко тянуло, чего девушка не чувствовала никогда раньше. - Ты очень молчаливый и сдержанный, но это не знак того, что у тебя нет души… Ты просто не хочешь пускать людей в свое пространство – тихо предположила девушка, ища ответы бездонных серых глазах. - Совсем не знак бездушья — молчаливость. Гремит лишь то, что пусто изнутри. Твой Шекспир. – тихо проговорил блондин, приближаясь к девушке, которая в свою очередь неосознанно немного подалась вперед. Когда между их лицами оставалось около полуметра он прошептал, как будто бы стараясь скрыть их разговор от окружающих – следующий факт, Грейнджер. В голове девушки мигом вылетели все мысли, и она судорожно копалась в воспоминаниях что бы сказать еще хоть что то, но ее колотящееся сердце не позволяло мозгу работать в полную силу, она не понимала что происходит, но выдавила из себя самый логичный факт, который она знала. - Почти каждая девушка хочет, чтобы ты обратил на нее свое внимание, а ты всегда остаешься холоден. И когда-то даже ходили слухи… - А ты, Грейнджер? – снова перебил ее парень, как будто взял привычку делать это всегда, как только она открывала свой рот. - Что я? – гриффиндорка прекрасно поняла, что он имел ввиду, но не поверила своим ушам и решила переспросить, на что он приближался еще ближе. Когда его губы находились в двадцати сантиметрах от ее, даже треск горящих дров и звуки тиканья часов отошли на второй план. - Ты хотела бы, что бы я обратил на тебя внимание? – блондин улыбнулся, дразня ее. Между ними оставалось всего десять сантиметров. - Я? – сердце девушки пело серенады, она никогда не чувствовала ничего подобного даже когда ей предложил встречаться Виктор Крам. Пять сантиметров. - Именно ты, грязнокровка. – одними губами шептал парень, и несмотря на оскорбление, которое раньше доводило ее до слез, девушка не могла отвести взгляд от этих тонких, искусанных губ. Рукой слизеринец поправил локон ее волос, нежно проведя кончиками холодных пальцев по левой щеке девушки, отчего она судорожно выдохнула, понимая, что возможно об этом она еще пожалеет подалась вперед, сокращая и без того маленькую дистанцию, накрыв такие желанные губы своими, оставляя легкий робкий поцелуй, на его приоткрывшихся губах. Моментально отстранившись, девушка покрылась легким румянцем, в голове перебирая возможные варианты последующих событий. Один был хуже другого, встала что бы покинуть гостиную, как вдруг он притянул ее за руку обратно, усадив ее к себе на колени. Парень жадно впился в ее губы, словно она была водой для странствующего путника, затерявшегося в Сахаре. Его язык бесцеремонно проник в рот девушки и по-собственнически хозяйствовал в нем, отчего она издавала полный желания стон. Отстраняясь лишь для рваного входа, они пытались насытиться друг другом, будто этот поцелуй был спасением для их душ. Руки девушки обвили его голову, а пальцы и вовсе запутались в волосах. Она сделала то, о чем мечтала еще вчерашним вечером. В свою очередь парень расположил свои на бедрах гриффиндорки, иногда с силой сжимая их, отчего получал награду в виде стонов. Его губы спустились по ее шее, покрывая ее чувственными поцелуями, отчего девушка откинула голову назад, чтоб открыть как можно больше мест для этой сладкой пытки. На мгновение мир как будто перестал существовать, для Гермионы существовал лишь только он. Его шершавые губы на ее коже, сильные руки на бедрах и послушные, платиновые волосы, струящиеся в ее руках. Голова девушки кружилась от его прикосновений, а сердце отстукивало ритм понятный только ему. - Драко… - промурлыкала девушка, не желая останавливаться, даже не думая о том, что это тот самый парень, который терроризировал ее на протяжении многих лет. - Черт, Грейнджер… - парень с явным сопротивлением прекратил покрывать ее горячими поцелуями – Ты… Я… Сука… УЙДИ! – закричал на нее парень, в глазах которого читалась ярость. - Малфой? – Спросила девушка, расстроенным голосом, явно все еще не понимая произошедшего. Но через секунду осознание поселилось в ее голове, и она уже бежала по лестнице к себе в комнату, не позволяя ему увидеть ее слезы ненависти к себе, за то, что она позволила себе такое. Как только она забежала в комнату в гостиной раздался грохот летящих стульев. А из глаз девушки лились горячие слезы. Она дрожащими руками начала наносить увечья тем самым осколком, который хранила в прикроватной тумбе. Что она наделала? Что теперь будет?