Всё это временно

Запах печенья и корицы, ароматы какао и ванили. И книга. Книга, которую Гермиона так ждала, чтобы перечитать — «Легенды волшебного мира». Она открыла четвертую по счёту страницу и напрочь углубилась в историю. Метель завывала, бросая снег прямо в лицо. Ветер неоспоримо дул, мешая видимости. Молодой парень шёл по улице, как можно сильнее закутываясь в шарф, запахивая пальто и натягивая шапку. Вдруг неподалёку он увидел долгожданный свет. Его ноги, напрочь окоченевшие, ускорили шаг, приближая своего хозяина к заветному теплу. Он распахнул дверь и свет ослепил его на несколько секунд. Но когда он смог наконец открыть глаза, перед ним открылось небольшое кафе, в котором вкусно пахло кофе и шоколадом. Он присел за столик, растирая замёрзшие руки. — Вы будете что-нибудь заказывать? — появилась перед ним миловидная девушка, волосы которой были тёплыми и светлыми. Она улыбалась. — Нет, я…хочу просто погреться…немного. — Конечно, на улице холодно, я вижу. Когда кто-то открывает дверь, я чувствую это. Тогда приятного вам вечера. — Спасибо, и вам. Парень сидел на стуле, слыша, как с него капает вода. Там было уютно — яркий свет, вкусный запах, милые люди, разговоры. Рядом снова появилась та девушка с подносом в руках. Она поставила на стол кружку чая и чашку печенья. — Но я не заказывал ничего. — Сегодня Рождество, у всех должен быть праздник. Это за счёт заведения. Приятного аппетита. — Спасибо. Может вы тогда присядете? — Я, пожалуй соглашусь. Она разгладив фартук и села напротив парня. Он отпил чай и почувствовал, как он согревает его изнутри, заставляя кровь течь быстрее. Печенье, в чаше было шоколадным, так ещё и с кусочками шоколада и карамели. С того самого неизвестного дня, чай и шоколадное печенье стало символом праздника, который привнесла та девушка в скучный холодный вечер парня.

***

Эта легенда была очень короткой и простой, но такой милой и прекрасной, что Гермиона перечитывала её каждый год, чтобы вливаться в Рождество. Она всегда отмечала этот праздник с её мальчиками. Она скучала, скучала так сильно, что хотелось зареветь от безысходности. Но теперь ей нужно было привыкнуть к тому, что она одна. Те 13 лет в Азкабане были долгими, но не было счета времени. Волосы Гермионы выросли до пят, но она все равно надеялась, что когда она выйдет из тюрьмы, она сможет хотя бы увидеть что-то знакомое. Но этого не было. Проносясь сквозь время, она увидела, как много она пропустила. Она разглядела семью Рона и уже установившийся порядок. Гермиона не могла поверить, что потеряла так много времени. Она рассчитывала провести праздник, сидя в своей комнате с чашкой горячего шоколада в руках, но её вызвал к себе Директор. — Мисс Грейнджер, мне кажется, что вы были близки с Гарри Поттером и, наверное, Рональдом Уизли. Хотя я не вижу пока между вами ничего, кроме того, что вы однокурсники. А потому, вы скорее всего, скучаете, — Дамблдор говорил легко, несмотря на то, что он не знал будущего, хотя Гермиона все же думала, что он его знает неплохо. — Меня пригласили на званый ужин. Не составите ли вы мне компанию? — Я даже не знаю… — Я все понимаю, ваша жизнь была другой, вы общались с другими людьми, но сейчас им всего по 11 и, могу заверить вас, их компания вряд ли будет вам очень интересна, — Гермиона улыбнулась от этого высказывания, которое было очень даже правдивым. — Вам нужно больше общаться с взрослыми людьми, чтобы лучше узнать жизнь. Вам не нужно быть одержимой мыслью о ваших друзьях. Позвольте себе тоже жить. — Да, я пойду с вами. — Хорошо-хорошо. Это прекрасно, что вы согласились. Прошу, соберитесь и я жду вас через сорок минут в Астрономической башне. Гермионе это показалось намеком на её неподобающий внешний вид, но она быстро об этом забыла, думая, что же ей надеть. Стоя в своей комнате, Гермиона не знала, как именно должны одеваться люди этого слоя магического мира. В конечном итоге, она просто надела серебристое платье и такие же шпильки, а волосы немного закрепила сзади. Она поднялась по ступенькам в башню. Ветер развевал волосы и дарил приятную прохладу. По рукам Гермиона пробежали мурашки. Сзади она услышала тихие медленные шаги и, даже не оборачиваясь, поняла кто это. — Мисс Уиттед, — послышался голос профессора Зельеварения. — Мистер Снейп. — Вы, как я вижу, тоже идете, — в его голосе сквозила обречённость. — Вы не ошиблись, — ее немного начинал бить озноб от холода. Внезапно на её плечи легла мягкая пушистая ткань. Гермиона обернулась. Перед ней стоял Дамблдор. — Я подумал, что вы так заболеете. А эта шуба подходит под ваш наряд. — Да, спасибо. Как совпало, — Гермиона сказала именно это, но не думала, что это просто случайность. — Господа, давайте, что ли, отправимся, — Дамблдор подставил обе руки и, когда двое его спутника взялись за них, трансгрессировал. Гермиону чуть не вывернуло наизнанку. Она уже даже забыла это мерзкое чувство. И почему тогда волшебники не придумали что-нибудь другое для подобных путешествий? Она оказались в каком-то дворце. Всё из мрамора. Огромные помещения и высокие потолки. — Это Замок Мерлина, символ единства волшебников. На праздники здесь устраиваются пиры, на которые приглашаются огромное множество волшебников разного происхождения и статуса, — объяснял он Гермионе, а сама она была в полном восторге и удивлении, что, как это, она могла не знать о подобном? — Мисс Уиттед, вы, наверное, не знали об этом месте. Оно и понятно, сюда попасть не так-то просто. Волшебный свиток выбирает тех, кто прибудет сюда. В этом году вы в нем тоже оказались. — Я? Но по какому принципу свиток работает? — Принципа нет. Просто на пергаменте сами собой появляются имена, нельзя вписать новые или вычеркнуть старые. Это сам замок выбирает. — Это просто невероятно. Снейп тихо шел позади, лишь гадая почему эту женщину тоже пригласили. За четыре месяца он смог к ней привыкнуть, но все равно он испытывал к ней лишь неприязнь. — Но если кто-то из приглашенных не сможет явиться? Или решит, что это розыгрыш, не зная об этом месте? — Среди волшебников ходят слухи о замке, но почти никто не говорит о нем прямо. Слишком уж это большое удовольствие, что тебя выбрали и обычно не хочется им делиться. А если кто-то не может прийти, то должен отправить свой отказ. Чтобы не было проблем с тем, что придет тысяча писем. — Прямо как Гарри Поттеру, когда его родственники не пускали в школу. — Да, вы правы, я думаю, что это очень удачное сравнение. — Мисс Уиттед, откуда вы знаете эти подробности? Как я помню, вы не сова. — Мистер Снейп, я просто услышала это от учеников. Вы знаете, они любят говорить об этом мальчике. — Да уж, я заметил. Они вошли в невероятных размеров зал. Посредине стояла ёлка, украшенная только серебристым цветом. В тон замка. Все что-то пили и разговаривали. На приход Дамблдора обратили внимание несколько человек. — Ох, Альбус, добрый вечер, — заговорила подошедшая старая дама. — Да, Мисс Келли. Я тоже очень рад нашей встречи. Это Мисс Уиттед, преподаватель в Хогвартсе. А Мистера Снейпа вы уже знаете. — Ох, милая дама, приятно, я Хиллари Келли. Прекрасный наряд, вы будто знали как выглядит замок. — О, нет, так совпало, что именно это платье мне попалось первым. — Выглядите прекрасно. — Спасибо, ваша шаль прекрасна. — О, да, дорогая, я с вами согласна. Это персидский крой. Я привезла её из недавнего путешествия. Прошу извинить, но меня уже заждались. Рада знакомству, — женщина удалилась. — Мисс Уиттед, я не думаю, что это знакомство вам что-то может принести, так что пожалуй я вас представлю некоторым другим гостям, — Дамблдор оглядывал зал в поиске кого-то определённого. Внезапно он зашагал в сторону стола, махнув Гермионе, чтобы она следовала за ним. Когда старик остановился, впереди стоял высокий мужчина с длинными усами, которые доставали ему до колен и в очках. — Дамблдор, вы здесь. И не один… — Да, прошу, знакомьтесь, это Изабель Уиттед. — Леонард Грант, — протянул мужчина руку. У него был небольшой акцент, выдававший то, что он иностранец. — Вы не отсюда? — Нет, из Германии. Вы там бывали? — Нет. — Советую съездить. Прекрасная страна. — Конечно, спасибо, я учту, если буду планировать путешествие. — Да, — человек кивнул. — Вы чем-то интересуетесь, мисс? — Я люблю книги, заклинания, историю. — Учеба — это свет, но что кроме? — Я, пожалуй, люблю необычные вещи, артефакты, — он кивнул, — я думаю, что это прекрасно работать с чем-то новым и неизведанным. — Почему же вы тогда не занимаетесь этим? — С чего вы взяли, что нет? — Вы работаете в Хогвартсе. Если кого из учителей приглашают, из приглашения приходят первым делом Дамблдору и все являются вместе. — Вы правы. Я не знаю. Возможно это просто слишком сложно для понимания. — Для кого как. Я люблю артефакты. Я их исследую, это моя профессия. — Правда? О, Мерлин, это должно быть сложно. — Так и есть. Но волшебства в этих предметах так много, что я хочу исследовать его полностью. Я хочу понять каждый механизм. — На это уйдет очень много времени. — Так и есть. Но я люблю свою работу и готов тратить на нее время. У вас есть семья? — Нет. Я сирота. Меня вырастила тетя. — Я раньше не слышал вашей фамилии. Хотя я же не местный, могу не знать всех. — А вы? У вас есть семья? — Да, сын. Родители уже умерли. Сына зовут Уилли. Думаю, что его судьба быть изобретателем. Ему так нравится все, что я исследую, говорит, что хочет создать такой механизм, который я не смогу разгадать. — Это амбициозно. — Этим он пошел в мать. Эйлин всегда стремилась к большему и добивалась этого. В одном из своих стремлений она прогадала и не справилась, — Гермиона поняла, что Леонард имел ввиду то, что она умерла. — Извините, но мне нужно идти, — он немного поклонился и ушёл. Тук — тук, билось ее сердце. И в такт стучали каблуки. — Извините, я не хотела, — Гермиона в кого-то врезалась. — Конечно, ничего. — Ох, я вижу вас впервые. Я Рут, Рут Сандерс. — Изабель Уиттед. — О, да, я уже слышала о вас. Мой племянник учится в Хогвартсе. Он говорил о вас, похоже. — Может быть. — Да. Откуда вы? — С юга Лондона. — Маггловского? — Да, я жила у тёти, — сколько же ей ещё придется говорить о несуществующей тётке? — О, понимаю. Меня воспитала крестная. Она маггл. Так уж получилось. Мой брат Этан женился, а я вот всё так же одинока и часто бываю у неё. Люблю Лондон. Прекрасный светлый город. И люди тоже хорошие. Не без исключений, конечно. Мисс, как вы думаете, что такое любовь? — эта странная женщина вызывала в Гермионе очень противоречивые чувства. Как она много говорила. И откровенничала с незнакомкой. — Может сильные чувства? — Не знаю, не знаю. Я не понимаю чувств. Это сложно отличить привязанность от любви или влюбленность от восхищения. — Наверное. — Вы когда-нибудь любили? — Да. Но скорее как друга. Мы учились вместе. Он всегда был рядом, но потом умер. — Простите, мне жаль, что я задела вашу старую рану. — Нет, это случилось давно, 13 лет назад, я уже свыклась с тем, что его нет. — Как вы отличили дружескую любовь от романтической? — Никак. Наверное просто… почувствовала, — Гермиона была очень растеряна этим разговором. — Опять чувства… Да что ж такое… Спасибо, всё равно. Если вам нужна будет помощь — обращайтесь. — Но я… Ничем вам не помогла, — договорила Гермиона, но женщина уже ушла. «Почему здесь все такие странные? Неужели этот свиток собирает здесь всех самых необычных представителей магического мира?» — думала Гермиона. Но впереди она увидела блондинистую голову. «Ну что же мне так не везёт сегодня?» — впереди стоял Люциус Малфой, оглядывая всех таким презрительным взглядом, будто под его ногами бегали крысы, выпрашивая у него еду.