Краем глаза

      В зале и правда было очень просторно. В самом центре находилась купель покаяния. От ужасных воспоминаний Лао прикрыл глаза. В эту купель окунали лицом молодых ребят до тех пор, пока те не потеряют сознание. Каждый год около четырех человек умирало от удушья в этом месте. Данный ритуал сильно пугал Лао, поэтому он хитростью убедил Сайлара, что уже проходил очищение от грехов с другим старейшим. Ему повезло, ведь тот человек недавно умер и не смог бы подтвердить правдивость его слов. Сейчас же один только вид этой купели наполнял Лао дичайшим страхом.        В левом углу комнаты покаяния стояли старейшие и Джиан.       — Старейшие Горгий, Крестесса, Дорма, Вансар. Здравствуйте. Так приятно снова увидеть всех вас в полном составе. Стойте-ка, а где же старейший Ганс?       Заметив раздражение на их лицах, Лао не стал продолжать. Он прекрасно знал, что случилось с Гансом. Он давным давно погиб.       — Лао, мой друг, как же тебя помотала жизнь.       Повернув голову, Лао заметил молодого человека, идущего к нему на встречу. Длинные темные волосы, собранные в такой же как у Лао хвост, яркие голубые глаза, иссиня-черные ресницы. Наконец-то Лао понял кто стоит перед ним.       — Кадзу, брат, здравствуй! Как же я рад тебя видеть.       Лао расплылся в улыбке и подбежал к старому приятелю. Он с силой притянул его к себе и крепко обнял. Джиан, стоявший у окна, отвел взгляд и громко кашлянул. Не заметив этого мужчины начали оживленно болтать. Узнавая о жизни друг друга, они радостно смеялись и все ближе подходили к входной двери.       — Повеселились и хватит, — раздался шаркающий голос одного из старейших. — Пора заниматься делами.       Сайлар прочистил горло и громко заговорил: «Он прав. У нас большие проблемы. Неделю назад из Долин дошли мрачные слухи. Горожанка видела Властителя смерти. Он приносил в жертву оленя где-то между окраинами Долин и площадью Восхода. Точное место вспомнить она не смогла. Бедняжка так перепугалась, что сразу же упала в обморок. Нашли ее только через три дня. Без сознания. Отвели к лекарю Долин, тот поднял ее на ноги. Тем же вечером она пришла к нам. Пусть властители смерти и проводят жертвоприношения, но что заставило его делать это днем на границе двух поселений? А так же не совсем ясно, что горожанка делала в этом месте…»       Потерев лоб рукой, старейший продолжил: «Вы наверняка поняли, что это не все вопросы, на которые мы не знаем ответа. Что дал лекарь той женщине, раз она буквально ожила от трехдневного сна и преодолела огромное расстояние за несколько часов? Я уже сходил к целителю Грез, но у того не оказалось такого эффективного средства. Как я и думал, такое сотворить может только падальщик — Властитель тьмы. Мы решили не спешить, и отправить вас на разведку. Сначала отправляйтесь в город, найдите ту женщину и расспросите обо всем. Затем отправляйтесь к лекарю и…»       — Мы все поняли, Сайлар, спасибо, — перебил его Лао.       — Лао прав, нам уже не по пятнадцать, сами знаем, что нужно делать. Чем быстрее отправимся, тем скорее раздобудем информацию, — поддержал его Кадзу.       — Хорошо, возьмите у девы Гэ припасы и отправляйтесь.       — Что, втроем? — резко спросил Джиан.       — Да, я знаю, что ты привык работать один, но…       — Что значит но, я не могу пойти с ними. Ладно, если мы пойдем вдвоем с Лао, но Кадзу. Я ни разу не видел его в деле.       Лао нахмурился и хотел было одернуть Джиана, как услышал голос Кадзу:       — Я обучался светлому искусству с пяти лет. В десять я уже выполнял задания. А в пятнадцать со мной говорила Могучая Ара.       — Кадзу, а ты не говорил ничего про Ару, ты слышал ее голос? — встревоженно перебил его Лао.       Собрание превратилось в балаган.       — Остановите этот цирк! — грозно зарычал самый высокий старейший Вансар.       Его кожа плотно стянула выглядывающие кости, создавая впечатление, что тот вечность ничего не ел. Будто прочитав мысли Лао, Вансар добавил:       — За силу приходится дорого платить… Но за глупость приходится платить гораздо дороже. Это касается вас всех. Самовлюбленные юноши, думающие, что знают больше других. Вы идете втроем, потому что в одиночку вы из себя ничего не представляете. Раз вы еще не достойны понять таких мелочей, то как я могу доверить вам посохи жизни?       Мужчины синхронно подняли брови. Посохи жизни — могущественное оружие Властителей жизни. Оно само выбирает хозяина и следует за ним до самой смерти. Обладать посохом жизни — значило обладать силой полубога.       — Светлый старейший Вансар, вы сказали «посохи жизни»? — мягко протянул Лао.       — Сказал. Но теперь никто из вас не получит ни посоха, ни кинжала из кричащей стали.       — О н-е-т, — по буквам пробормотал Лао.       — Все на выход, отправление на рассвете. Нет. Слишком щедро для вас, идите сейчас, — сказал Вансар и в ту же секунду испарился.       Раздосадованные мужчины молча побрели к деве Гэ. Постучав в дверь, они услышали приятный женский голос. К ним вышла пышная дама, одетая в очень дорогой бело-синий шелк.       — Кадзу, Лао, Джиан, как же вы подросли. Быстрее забегайте, сейчас Аяо накроет на стол, — протрещала женщина и удалилась.        Мужчины стояли на пороге, пока совсем юная девушка не позвала их в комнату с камином. Они по очереди уселись за стол в ожидании еды. Вскоре появилась дева Гэ:       — Знакомьтесь, это моя ученица Аяо. Она еще не способна управляться с магией, поэтому наше обучение проходит довольно медленно. Когда я ее нашла, запас жизненных сил Аяо был почти на нуле. Потребовалось немало усилий, чтобы вернуть их. Я оберегаю ее, как ваши бабушки охраняли последний цветущий лотос. Ну это так, к слову.       Пока дева Гэ болтала, юная девушка таскала с кухни по одной тарелке. Видимо ее руки были слишком слабы, чтобы поднять весь поднос разом. Кадзу заметил это и предложил помощь, на что девушка лишь молча покачала головой. Когда Аяо закончила, то тихонько присела возле камина и закрыла глаза. Дева Гэ же не смолкала ни на секунду:       — Я помню, как Кадзу забрался на дерево, чтобы спасти котенка, а потом Лао чмокнул своего друга к щечку в знак благодарности. Юношеская любовь такая чистая и непорочная. Ха-ха, Джиан, а ты поцелуем в щеку не обошелся…       — Дева Гэ, нам пора, — с нескрываемым раздражением выпалил Джиан.       Все сидящие за столом замерли, боясь нарушить тишину. Лао подумал: «Интересно, кого мог поцеловать Джиан, и почему об этом знает эта женщина? Откуда она вообще столько всего про нас знает?»       — Прошу простить нас, но мы и вправду спешим, — вежливо сказал Кадзу.       — Конечно, конечно. На столе в соседней комнате лежат ваши одеяния и припасы.       Дева Гэ сшила им прекрасные плащи: темные снаружи и белые изнутри Мужчины сразу же принялись их рассматривать, параллельно кидая старую одежду на пол. Кадзу первым надел свой плащ. Черная окантовка подола и пояс такого же оттенка эффектно оттеняли светлое лицо мужчины.        Лао заметил, что Джиан никак не может расстегнуть заднюю пуговицу нательной рубашки из-за длинных распущенных волос. Он подумал: «От чего бы ему не убирать их в хвост, все равно же мешаются сильно», а затем подошел к нему.       — Давай помогу, а то мы никогда не уйдем отсюда.       Джиан молча повернулся спиной, и Лао понял, какой же тот все-таки высокий. При первой встрече они были практически одинакового роста. Как же тогда Джиан смог обогнать Лао почти на голову. Разочарованный мужчина убрал темные волосы вперед и ловко расстегнул пуговицу.       Плащ Джиана смотрелся на нем потрясающе. Коричневый подол и пояс подчеркивали яркость его янтарных глаз. «Янтарные глаза! Джена! Я совсем про нее забыл, надо было спросить у старейшего возможно ли такое. Вот черт, как же я мог упустить такой важный разговор».       — Спасибо за гостеприимство, дева Гэ, твои плащи просто чудесны. До свидания леди Аяо, — сказал Кадзу, учтиво поцеловав девушке руку.       Как только за ними закрылась дверь, Лао начал истошно смеяться:       — Кадзу, ха-ха, какая галантность. Признавайся, положил глаз на бедняжку Аяо?       — А ты ревнуешь что-ли, Лао Ян?       В разговор тут же вмешался Джиан:       — Хватит поясничать, нам нужно поспешить. Солнце уже село, не успеем найти место для ночлега — станем ужином для духов.       Замечание Джиана было очень даже логичным, так что мужчины замолчали и ускорили шаг. К границе Мнимой горы они дошли, когда от солнца осталась маленькая красная полосочка. Ночевать на границе было небезопасно. Тут совершались все жестокие убийства. Судьям зачастую было очень сложно разобраться, кто совершил преступление — дух или человек. Духа не накажешь — он убил и исчез, человек же мог попасться и сесть в темницу на долгие десятилетия.       Кадзу посоветовал заночевать в Грезах, Джиан охотно согласился, а Лао предложил свой дом в качестве временного пристанища. Деревню можно было спокойно найти даже в полной темноте — она светилась. Происходило это из-за Грезовых лилий, которыми было наполнено все поселение. Каждый житель разводил у себя в саду десяток этих красоток.       Когда они дошли до центра Грез, у Лао заурчало в животе.       — Давайте зайдем в таверну и перекусим? — округлил глазки Лао.       Пройдя пару улиц, они наткнулись на дверь с вывеской «ЦВЕТОК ЛИЛИИ». Изнутри доносились звуки скрипки, смеха и пения.       — Ночь обещает быть чудесной, — промурчал Лао, толкая дверь.       Таверна встретила мужчин громким шумом и звоном пивных металлических кружек. От запаха дешевого алкоголя у Лао закружилась голова. Заняв свободное место, он прокричал:       —Три порции Лилии мне и моим друзьям!       Сидящие в уголке дамы обратили на него внимание и стали тихо перешептываться. Одна из них подошла к Джиану.       — Здравствуй, господин. Позволишь увести тебя в темную комнату?       Джиан отвел глаза и сильно сжал зубы. Дама продолжила:       — Господин, коль я тебе не по вкусу, выбирай любую. Ты приглянулся нам всем.       Лао сидел далеко от Джиана, но все равно чувствовал легкое смущение. Он всмотрелся в его лицо: темные волосы спадали с головы, закрывая небольшую часть высокого лба, длинные черные ресницы немного подрагивали, а белые щеки залились краской. «Да, Джиан и правда очень красив. Только дурак будет утверждать обратное. Что мешает ему пойти в темную комнату и вдоволь насладиться одной из этих легкомысленных девиц?»       — Дева, мы сегодня не ищем компании, — мягко сообщил Кадзу. — Прошу оставить нас.       Обиженная девушка тут же убежала к своим подругам. Джиан же поблагодарил Кадзу за оказанную помощь.       Хозяин таверны принес мужчинам три бокала Цветка Лилии, принял оплату и сразу же удалился. Лао начал заливать в себя выпивку большими глотками. Допив свою порцию, он посмотрел на Джиана. Тот немного скривил лицо, но продолжил пить. Последним осушив бокал, он начал громко кашлять. Лао улыбнулся, а затем повел друзей к выходу. Обсуждая прошлые связи Лао с девицами из этого бара, они очень быстро дошли до его дома.       Оказавшись внутри, Кадзу спросил у Лао, почему тот не взял себе еды. Лао улыбнулся одной стороной лица и поставил чайник на огонь.       — Джиан, как думаешь, почему я не взял еды?       Ответа не последовало. Улыбка сразу же исчезла с лица Лао. Он показал Кадзу на уличную дверь, а сам пошел внутрь дома. Переступив порог спальни, Лао начал хохотать. Джиан лежал в его кровати.       — Эй, приятель, чего разлегся? — сказал Лао, покачивая тело мужчины одной рукой.       Джиан равнодушно посмотрел на друга и ничего не ответил.       — Ладно, конечно, спи в моей кровати, а я лягу на полу, я ведь так люблю на нем спать.       Так и не услышав ответа от Джиана, Лао вышел обратно в прихожую и наткнулся на Кадзу. Тот уже разливал чай по чашкам.       — Джиан присоединится?       — Неа, он уже лег.       Выпив горячий напиток, мужчины почти час говорили о событиях, произошедших за последний год, а затем начали готовиться ко сну.       Кадзу решил лечь на улице, предварительно сообщив, что так ему крепче спится. Лао эта информация не удивила, он пожелал удачи другу и зашел в спальню с одеялом в руках.       Постелив одеяло на пол, Лао хотел было лечь, но остановился. Немного подумав, он подошел к Джиану. Было уже за полночь, так что комнату освещали лишь Грезовые лилии. Он украдкой взглянул на спящее безмятежное лицо друга и улыбнулся. Во сне мужчина казался беззащитным: не грубил, не кричал, просто тихо и мирно спал. «Какой же ты милый, когда молчишь».       Вскоре Лао улегся на твердый пол и сразу же пожалел о своем решении отдать кровать Джиану.       — Лао?       — Чего тебе, Джиан? Я думал ты уже десятый сон видишь.       — Зачем смотрел на меня?       — Я?       — Ты.       — Любовался.       — Мной?       — А ты еще кого-то видишь здесь?       В комнате воцарилась тишина. Через пару секунд Лао нарушил покой своим смехом.       — Джиан, я просто шучу, не принимай всерьез.       — Я и не принимал. Спокойной ночи. Промучавшись несколько минут на полу, Лао произнес усыпляющее заклинание и моментально уснул.       К своему удивлению, он проснулся рано утром от шума, исходящего с улицы. Не было ни Джены, ни волшебного водопада: ничего не было. Огорченный, он поднялся с пола и подошел к Джиану. Тот уже собрал все припасы и был готов выдвигаться.       — Лао, доброе утро, ты чем-то расстроен? — с искренним удивлением поинтересовался мужчина.       — Да, я ждал, что мне приснится хороший сон.       — О чем ты? Какой сон?       — Я видел девушку с янтарными глазами. И знаешь, это не было похоже на сон: все было так реально, так по-настоящему. Не думай, что я рихнулся. Это чистая правда.       — Лао, я…       «Вы там скоро?", — крикнул Кадзу с улицы.       — Уже идем, — ответил Лао. — Что ты там говорил?       — Уже забыл, пойдем.