Кофе с карамельным сиропом

Я проснулся от вибрации собственного телефона, лежащего на стеклянном кофейном столе. Настенные часы показывают половину второго ночи. Встаю с белого дивана, спросонья не понимая, где я, и что со мной произошло. Когда поднимаю несчастный телефон, который послужил причиной моего прерванного сна, вижу кучу сообщений от Серёжи Матвиенко и зайдя в диалог, пролистываю кучу "смешных" картинок, переходящих в короткие сообщения и одинокие смайлы, вероятнее всего, описывающие его эмоции. Я одним мигом все просматриваю, а затем телефон снова откладываю, ставя на беззвучный режим. Пытаюсь уснуть. Постоянно ворочаюсь из стороны в сторону, по итогу утыкаясь носом в спинку дивана. Мне то холодно, то жарко, поэтому встаю и открываю окно, запуская в квартиру свежий воздух. Ложусь и осознаю, что лучше не стало, а затем и вовсе плед скидываю на пол и ложусь раскрепощенно в виде звезды. Полежав ещё пару минут, я понимаю, что точно не усну. Вспоминаю про кофейню и телефон беру, вбивая в интернет её название и адрес. Самая первая ссылка ведёт в Википедию, и я перехожу на сайт, видя перед собой огромный текст с историей кафе-бара "WERTYO". Кофейня была построена в 1947 году. Неудивительно, ведь потрёпанный внешний вид и вправду оставляет желать лучшего. Это место считалось лучшим, и когда-то здесь, помимо кофе, готовили различные напитки по типу коктейлей и холодных лимонадов, а также кучу закусок, которых сейчас сократили вдвое, оставив на прилавке классический чизкейк, пончики с разными добавками, булку с корицей и классический круассан. История гласит, что здесь было многолюдно, и протиснуться между компаниями было очень трудно. Играла громкая и весёлая музыка, под которую танцевали даже самые маленькие дети и пожилые люди. Не было такого, чтобы мужчина бессовестно клеился и соблазнял девушку, ведь это было вовсе неприлично. Здесь подавали самый вкусный капучино и эспрессо, а также не менее вкусный латте, раф и американо. В персонал набирали молодых профессиональных парней и девушек с миловидной внешностью (что не было исключением и сейчас). Был даже период, когда по залу было расставлено много столиков, настолько много, что было сложно пройти к самой стойке и заказать себе напиток. Люди отмечали здесь небольшие праздники, заказывая легкие коктейли, кофе и лёгкие закуски, а в холодное время года все заходили сюда, чтобы выпить порцию горячего напитка, дабы немного согреться, а заодно и штрудель с шоколадной или ягодной начинкой съесть, что уж там. Когда рядом было не шоссе, а огромная проходная улица, люди заходили совершенно случайно - посмотреть и оценить неизвестное им место, но, к сожалению, настали страшные времена. В то время это место было пристанищем для тех, кому не лень выходить из дома. Кофейню нарочно подожгли конкуренты, заметив высокие рейтинги и продажи. Люди заживо горели, пока некоторые успевали бежать. С того дня это место пустует, изредка звеня колокольчиками над дверью. Здесь никогда больше не будет так, как было десятки лет назад. Это более чем грустно. Стены, впитавшие в себя смех мертвых людей — напрягают и нагнетают осознанием того, что все сгорели заживо, без шансов на продолжение жизни. Колонки, внутри которых всё сгорело дотла — больше не будут дарить людям позитивное настроение. Все считают это место жутким и страшным. Боятся, что настанет день, когда всем снова придётся бежать. Ну и жуть. Но кофе, должен признать, здесь очень вкусный. А бариста очень красивый. И я снова думаю о нём. Чёрт. Мобильник выключаю, окунаясь в полную темноту и кладя рядом с собой. Понимаю, что постоянно вспоминаю холодный взгляд Антона, которым он смотрел на меня и помню ту скромную улыбку, которую мне однажды подарил. Я пугаюсь от собственных мыслей, представляя этого парнишку рядом: Под собой, на себе, рядом с собой. Этот парень слишком быстро и бурно меняет моё понятие о моей ориентации. Интересно, а он гей? Вот же блин, о чем я думаю?

***

Достаю бутылку минералки из холодильника, пытаясь отрезвить свой разум. Включаю телефон, когда на экране высвечиваются сообщения друга, на которые я так и не ответил. Отправляю смеющийся смайлик и выхожу из диалога, переходя в Инстаграм. Листаю истории, наблюдая за ребятами, которые вечер воскресенья проводят в клубах, на дискотеках и вечеринках. Мысленно завидую, ведь я в самый последний момент передумал и теперь об этом сожалею. Вместо того, чтобы одиноко сидеть дома, в безуспешных попытках уснуть, я бы мог кого-нибудь подцепить и хотя бы на пару часов забыть про чёртового бариста по имени Антон. Он засел в моей голове за такой короткий промежуток времени, не желая из неё вылезать. Мне остаётся под струями холодной воды стоять и лбом в стенку упираться, думая о том, за что мне это всё досталось.

***

Я засыпаю под утро, лёжа на краю того же дивана, когда на часах пять ноль-ноль, а просыпаюсь ближе к обеду. Жую бутерброд, запивая крепким чёрным чаем без сахара, оставшимся у меня дома. Переключаю кнопки на пульте телевизора, пытаясь найти что-то интересное. Мимолётом проматывается футбол, романтический фильм, мистическое расследование и юмористический канал. По итогу пульт в сторону кидаю, предварительно телевизор выключая. Пыхчу и ворчу себе под нос, пихая в себя остатки хлеба с колбасой и сыром. После завтрака долго сижу за ноутбуком, а также думаю о предложении Стаса. Такой шанс терять не хочется, но одновременно с этим страшно. Очень страшно. После обеда всё-таки еду на студию, расставив все запятые, дефисы и конечно же точки над «ё» в своей голове. Переговорив с Оксаной, с друзьями и знакомыми, разбирающимися в данной теме, они устало головой кивают, широко раскрыв глаза, когда в документе огромные цифры видят и говорят, мол, решай сам. Я же сейчас в кабинет врываюсь, получив разрешение, соответственно. — Я согласен. — Что, прости? — он недоумевающе бровь вскидывает, отрываясь от папки с документами. — Я согласен на это чёртово предложение. — Арс, — останавливается, — ты уверен? Ты точно хорошо подумал? — На все сто процентов уверен, Стас. Я готов и я согласен. — Замечательно, — он жмёт мне руку, оголяя зубы, — я невероятно рад. Ты делаешь правильный выбор, Арсений.

***

Домой ехать жутко не хочется, но я быстро сбегаю от Стаса, ведь он ссылается на то, что его ждёт очень много работы и времени на посиделки и пустые разговоры у него просто нет, хоть и очень хочется. Дверь в его кабинет закрываю и спускаюсь на подземную парковку к машине. Сажусь и музыку погромче делаю, залипая в телефон. Всячески время тяну, пишу Оксане, пытаясь договориться о встрече, на что она говорит, мол, дел по горло и извиняется, ставя в конце смски грустный смайл. Серёже звоню, но бесячий голос автоответчика сообщает о том, что абонент недоступен. Я сдаюсь, пролистав всю книжку контактов и поняв, что встретиться и вправду не с кем. Телефон в карман кидаю, когда нога сама на газ давит, а руки сами скользят по рулю. Подъезжаю к кофейне, рассматривая её внешний вид, но на дверях вижу до жути обидную табличку ”закрыто на перерыв” и разворачиваюсь обратно к автомобилю, планируя дождаться окончания обеда и купить себе, в конце концов, кофе. Да и не только за этим я приехал, так-то. За окном тучи небо затягивают и начинается проливной дождь, а капли воды стекают по окнам машины, затрудняя обзор на ближайшие 10 метров, но «у природы нет плохой погоды», верно? Дворники лениво двигаются из стороны в сторону, а я изредка глаза от телефона поднимаю, проверяя, висит ли ещё табличка или уже нет. Через тридцать минут кто-то изнутри её убирает, а я тут же выскакиваю из машины, надевая на голову капюшон от тоненькой толстовки. Бегу по лужам, пока мои ступни и щиколотки успешно мокнут. Несколько раз успеваю пожалеть о том, что автомобиль так далеко поставил, что надел только лёгкую толстовку на голое тело, и я тут же быстро забегаю, открывая дверь одной рукой. Смахиваю с себя капли мерзкого дождя, ощущая на себе чей-то взгляд. Подхожу ближе, садясь на высокий барный стул и оказываюсь с Антоном очень близко, пока тот стоит и недоумевает от моих быстрых действий. Я же меню рассматриваю, будто собираюсь заказать что-то новое, хотя искоса смотрю на бариста, которой всё также стоит и в наглую рассматривает меня. Бариста, ради которого я, в общем-то, и пришёл. Заказываю всё то же самое и расслабляюсь, когда парень, наконец, отводит от меня свой дикий взгляд. Он шумит и под нос тихо ругается, когда что-то идёт не по плану, а затем резко поворачивается, ставя кружечку с блюдцем перед моим носом. Видимо, он не против, чтобы я посидел тут подольше. Даже нет, скорее сам настаивает, наливая мне кофе не «с собой», а «здесь». Ухмыляюсь, обжигаясь только-только приготовленным горячим напитком, на что получаю тихий смешок с той стороны стойки. Парень не отрывает от меня взгляда, вызывая у меня странные ощущения и непонятный трепет в области сердца. Он отворачивается, делая второй кофе, а когда выходит и садится на рядом стоящий стул, я непонимающе смотрю на парня. Наконец тишину разрывает, после долго молчания и раздумья: — Вы же фотограф, верно? — интересуется он. — Как ты узнал? — На сайте Станислава Владимировича написано. — Зачем же тогда спрашиваешь, если ответ знаешь? — спрашиваю я, вскидывая бровь. Это явно не то, чего я желал услышать в наш первый нормальный разговор. — Я уточнил, — пожимает плечами, отпивая немного из своей маленькой чашечки, — к Вам можно на фотосессию записаться? — Что? — поперхнулся и пытаюсь откашляться. — Ну, чтобы Вы меня поснимали, — уточняет он, делая вид, будто не понял о чём я. — Да, — слегка запинаюсь, — без проблем. — Можно тогда ваш.. этот.., —смущается и чешет затылок, — контакт? На бумажной салфетке синей ручкой одиннадцать цифр пишу, пока он взгляд отводит, как будто ему совсем не интересно. Я же колпачком стержень закрываю, допивая кофе. Оплачиваю за напиток, кладя чаевые прямо на эту салфетку с номером и молча ухожу, когда он за моей спиной произносит короткое: — До встречи.

***

Еду домой, стоя в ужасающей пробке. Дождь всё также стекает по стёклам машины, а я нервно пытаюсь дозвониться Стасу. Гудки. Долгие бесячие гудки. И затем писклявый голос девушки, сообщающий о том, что абонент не абонент. Ну никак вообще. Извиняйте как хотите. Ложкой суп черпаю, под столом ногой тряся. Телефон постоянно проверяю, а потом, наплевав на всё, отправляю кучу сообщений боссу, в надежде, что он увидит. Откладываю мобильник, смотря новости по телевизору, а когда через пару минут он начинает трезвонить и вибрировать, я резко вскакиваю и тянусь, смотря на экран. Оксана. Беру трубку, слыша тихое приветствие. Мы говорим совсем немного, спрашивая как друг у друга дела, что нового и когда, наконец, встретимся. Я уже готов был ответить, как кто-то начал звонить по второй линии и телефон пропускал писки в наш диалог с подругой. Пообещал ей перезвонить через пару минут, скидывая звонок. На другом конце телефона Стас ругается, говорит, мол, зачем отвлёк и что же мне, такому плохому, надо. Я всю ситуацию рассказываю, прося о том, чтобы рейс перенесли. Он нехотя соглашается и я в динамике слышу шумный и усталый выдох, а в конце он признаётся, что разочарован во мне и ожидал большего. Скидывает звонок, так и не дождавшись моего ответа. Интересно, а на такое вообще возможно ответить? Перезваниваю Оксане, по итогу договариваясь с ней о завтрашней встрече. Она расцветает в нашем разговоре и я слышу, как она улыбается. Поднимаю ей настроение, вставляя шутки, от которых она хохочет. Рассказывает обо всём, что с ней произошло. Про примирение с Лешей рассказывает, говоря о том, что у них завязываются неплохие дружеские отношения, чему она рада, а я молчу, ведь моего мнения никто не спрашивал. И если Оксана счастлива, то я счастлив вдвойне. Она всё-таки про работу интересуется и много вопросов задаёт, на что я лишь ухмыляюсь и прошу не торопить события. Говорю всё как есть и тогда подруга говорит, что в любом случае поддержит меня и встанет на мою сторону, а также, что примет любое мое решение. Мысленно обнимает, когда мы прощаемся, предварительно уточнив время и место встречи. Понимаю, что на несколько часов забыл про Антона, поэтому мысленно Оксану благодарю. А я всё думаю, правильно ли поступил, пожертвовав, возможно, великим будущим. Пожертвовав на какого-то сопливого и хлипкого мальчишку, который сегодня впервые слово проронил, да и вовсе заговорил со мной, и то, запинаясь и постоянно взгляд отводя, но именно это меня и тянет: его скромность, милая улыбка, тихий голос и грубые черты лица. Челка, в конце концов, которая постоянно спадает на лицо. Его открытый и ничего не стесняющийся взгляд, который жжёт, как августовское солнце. Его бесконечные, как полевые луга, и зелёные в коричневую крапинку глаза. Это меня и манит. Притягивает, словно магнит. Причём безумно мощный магнит, стоит заметить.

***

Я снова размышляю о нём, лёжа на кровати. В полной темноте и тишине, когда за окном горят оранжевые фонари и льёт дождь, начавшийся ещё утром. Он стучит по окнам, оставляя за собой мокрые дорожки. Я лежу в полном одиночестве наедине со своими мыслями и сейчас ни одна молодая девочка в короткой юбочке не сможет сделать так, чтобы я забылся. Ни один алкогольный напиток, даже самый крепкий. Никто и ничто не поможет мне сейчас забыть об этом высоком парнишке с зелёными глазами. Даже на пару минут. Даже на один вечер. Только Оксана, у которой у самой дел по горло. Пытаюсь найти его Инстаграм или любую другую социальную сеть, когда на часах поздняя ночь, а стрелка и вовсе указывает на половину третьего. Листаю очень долго. Перехожу по всем ссылкам, ища его аккаунт. Захожу к Стасу в подписки, пытаясь найти его там. Резко неизвестный номер на весь экран высвечивается, а телефон в руках начинает молча вибрировать. Я отвечаю на звонок, прикрывая глаза и поднося к уху мобильник. Тихий мужской голос, что заставляет меня взбодриться. Гипнотизирующий и такой грубый, но тем не менее заставляющий меня расслабиться. — Арсений Сергеевич? — Антон? — ошибиться не могу никак. Это точно его голос. — Да, — он явно смущается и останавливается на пару секунд, — не спите? — Нет. — Что там насчёт фотосессии? — интересуется с неподдельным интересом. — Завтра в двенадцать. Сможешь? — Без проблем, — говорит будто шёпотом и меня это начинает понемногу возбуждать, бросая тело в жар, — куда подъехать? — Адрес сообщением скину. — Хорошо. Тогда..— молчит. И это дико напрягает, — до завтра? — До завтра, Антон. Он трубку скидывает, а я всё также телефон возле уха держу. Становится душно и я окно нараспашку открываю, несмотря на ливень, который под утро создаст на подоконнике небольшую лужицу. В потемках на кухню иду, опираясь на стены. Яркий свет холодильника освещает моё полуголое тело. Горло сушит, поэтому допиваю остатки воды в бутылке и пустую ёмкость в мешок мусора кидаю, а после обратно в комнату бреду. И засыпаю я снова с мыслями о нём и о предстоящем дне.