Кофе с карамельным сиропом

Утро следующего дня выдалось суматошным, потому что будильник не прозвенел, а также я поздно лёг спать, ведь допоздна перекачивал фотографии с камеры на ноутбук. Как только я отправил их по почте Антону, я сразу же укутался в тёплое одеяло и уснул. Проснувшись, я заметил, что электронные часы на прикроватной тумбочке показывают девять утра. Быстро сходив в ванную, приняв освежающий душ и собрав спортивную сумку, я, наконец, выезжаю. Телефон в кармане вибрирует. Подношу мобильник к уху и слышу голос Стаса: — Арс, доброе утро. — Доброе, — не отрывая взгляд от дороги произношу я. — Я надеюсь, что ты уже полностью собран. Можешь ко мне заехать? Это много времени не займёт, обещаю. — Без проблем, Стас. — До встречи. Телефон в руках снова вибрировать начинает. Я принимаю звонок, слыша голос подруги: — Арс, привет, — тихо произносит Оксана, — ты где? — Привет. Я только выехал, — отвечаю, — а что такое? — Не хочешь ко мне заехать? Если, конечно, время позволяет. У меня для тебя подарок. — Интригуешь, подруга, — одновременно смеёмся, — через десять минут буду. — Жду! — говорит она, завершая вызов.

***

Оставляя машину возле подъезда, я ввожу уже наизусть выученные цифры домофона. Дверь пищит раньше времени, когда навстречу мне выходит пожилая женщина. Жму на кнопку нужного этажа. Через пару секунд двери тут же распахиваются, открывая вид на ярко-зелёную лестничную клетку. Подруга же встречает крепкими объятиями, бросаясь на шею. Прижимает ближе к себе, а домашняя одежда на ней и вовсе висит. От неё пахнет чем-то родным, поэтому, уткнувшись в её распущенные длинные волосы, я вдыхаю нежный аромат, заполняя лёгкие. В квартире всё точно также, как было и в последний мой визит. Не был я тут около недели, но в глубине души уже успел соскучиться. Соскучиться по Оксане и её теплу. И, помню, когда-то я сообщил, что жить без неё не могу, мол, сложно это всё. И я не обманывал. Всё идёт своим ходом, но в один момент осознаёшь, что тебе срочно нужны объятья и слова поддержки от любимого и родного человека. Так вот, у меня этот человек - Оксана.

***

Она разливает заваренный листовой чай по кружкам, заливая его кипятком и не спрашивая сколько сахара класть, ведь мы давным-давно знаем вкусы друг друга. Ставит чашку перед носом, доставая из висящего шкафа над плитой корзиночку с конфетами и запечатанную упаковку печенья, а затем скрывается в гостиной, оставляя меня на кухне одного. Я спокойно отпиваю зеленый чай, распечатывая шоколадный батончик и шурша обёрткой. Наконец, подруга радостно бежит ко мне навстречу, держа в руках небольшой белый конверт, раскрашенный яркими карандашами. Непонимающе смотрю на него, думая, что же там может быть, когда она сует мне его в руки, а затем произносит: — Если всё пойдёт хорошо и ты останешься работать за границей, — по-родному улыбается, — то открой конверт и прочитай письмо. Только пообещай, что не откроешь его раньше времени! — Обещаю, Оксан, — приподнимаюсь, обнимая девушку, — обещаю.

***

Я покидаю квартиру, держа в руках белый разрисованный конверт, который прочно заклеен разноцветным скотчем. Когда я стою в лифте, мой телефон звонко вибрирует, отдавая вибрацию по всему телу. Когда я сую руку в карман и нащупываю мобильник, на экране высвечивается новое уведомление. Стас: — Ну ты где? Убираю телефон обратно в карман светлых брюк, ухмыляясь, а когда выхожу из подъезда, я нажимаю на кнопку на ключах от машины, открывая её. Выезжаю со двора и въезжаю в поток автомобилей, едущих по шоссе. Вскоре приближаюсь к большому высокому зданию, прикладывая пропуск к терминалу. Шлагбаум поднимается вверх, давая мне спокойно проехать к подземной парковке.

***

Захожу в маленький лифт и нажимаю на кнопку нужного этажа, смотря в висящее напротив зеркало. Одной рукой челку поправляю, а другой сумку с документами держу. Когда двери раскрываются, подъёмник издаёт тихий писк. Сегодня на студии тихо, лишь пару строителей чем-то гремят. Сотрудников не наблюдаю, ведь Станислав Владимирович всем выходной поставил и отменил записи на сегодняшнее число. Панорамные окна открыты, проветривая помещение и одаряя его прохладным сквозняком. Рабочие переглядываются при виде меня и о чём-то тихо говорят.

***

Стучусь в белую дверь, а когда за ней слышу одобрительный ответ, захожу. Стас сидит за рабочим столом, полностью погрузившись в серый ноутбук. Он по клавиатуре пальцами стучит, а иногда устало откидывается на спинку чёрного кожаного кресла, шумно выдыхая из себя воздух и хватаясь за голову. Я молча прохожу вглубь кабинета и сажусь напротив. Всё также не поднимая глаз, он хмурится, а затем под нос фыркает и посылает все к черту, закрывая крышку компьютера. Лицо в руках прячет и глаза трёт, устав от работы. Поднимает на меня измученный взгляд. — О, Арсений, привет, — бросает мимолетный взгляд на часы, стоящие на столе, — ты готов? — Всегда готов, Стас, — ухмыляюсь. — Напишешь как долетишь, хорошо? — Без проблем, босс, — делаю максимально серьёзное лицо, вызывая у него тихий смешок. — Ох, Арс, — он с улыбкой смотрит на меня, — помню как тебя маленького на руках держал, укачивал и кормил из бутылочки, — задумчиво взгляд отводит, — Эх, Арсений-Арсений, — расслабленно произносит он, — ты так быстро вырос. Он резко останавливается, а я молчу, так и не проронив ни слова. Задумываюсь о прошлом и вспоминаю все моменты, проведённые с ним. Сейчас в моих мыслях царят умиротворение, тишина и спокойствие. Стас давно стал мне ближе чем преподаватель и начальник, если так можно сказать. Я знаком с ним с пелёнок и в самые трудные минуты всегда иду к нему, ведь родители так и живут в Омске, а он — самый близкий и родной, находящийся так рядом. Находящийся всегда под боком. Стас всегда готов меня выслушать. Всегда возьмёт трубку и ответит на сообщение, даже если на часах будет ночь. Пригласит в гости на чай, рассказывая о новостях и о том, что с ним произошло за неделю, вставляя в диалог шутки и различные смешные фразы. Всегда поможет с работой, а в крайнем случае расскажет пару секретов о том, как получать шикарные снимки. Он поведёт меня в парк, как маленького ребёнка, купит моё любимое шоколадное мороженое. Посмеётся, когда я случайно капну им себе на белую футболку. Даст мне свою самую любимую кружку и не будет ругаться, если я её разобью. — Арс, ты ничего не хочешь мне рассказать? — разрывая тишину, спрашивает он. — Ты насчёт вчерашнего? — Именно, — он задумывается, — парень, который приходил вчера на незапланированные съёмки, это он? — Он, — на одном дыхании произношу я, — да, это он. — Арс, слушай, — на секунду останавливается, — я искренне желаю тебе всего самого хорошего, ты же знаешь. И.., — смотрит прямо в глаза, — я приму любой твой выбор. Если ты и вправду будешь счастлив с этим парнем, то я буду нереально сильно рад, — замолкает, улыбаясь. На прощание меня крепко обнимает, хлопая по спине, а заодно желая хорошего полёта. Я же вниз по лестнице спускаюсь, заводя машину. Укладываю документы на сиденье, находящееся рядом, проверив их наличие, а затем выезжаю с парковки, давя на газ. В животе неприятно урчит, издавая в полной тишине мерзкий звук. Смотрю на часы и замечаю, что времени у меня ещё уйма и решаюсь заехать перекусить. По картам навигатора наблюдаю ту самую кофейню, находившуюся недалеко от меня и решаю, что заеду именно туда, дабы не терять времени на поиски другого кафе. И по ещё одной причине: обещал.

***

Еду по знакомому шоссе, иногда останавливаясь на красный свет светофора, а затем заворачиваю на повороте. Выхожу из машины, тихо прикрыв дверь. Закрываю автомобиль, нажимая кнопку на ключах. Она издаёт писк и я отхожу от неё, полностью удостоверившись, что она закрыта. Открываю скрипучую дверь, и всё те же звонко звенящие колокольчики, висящие над входом, оповещают о моем визите. Антон глаза от яркого экрана телефона отрывает, поднимая их на меня, а затем выключает его, откладывая в сторону, выпрямляясь и вставая со мной вровень. — Латте с карамельным сиропом? — с улыбкой на лице быстрее меня произносит он, от чего я замираю, не проронив ни слова. Я же молча утвердительно киваю. — Арс, фотки — они.., — останавливается, — они просто нереальные. И дело тут даже не в качестве, а в твоём таланте. — Какой талант, Антон? — смеюсь я, — просто из тебя модель хорошая, вот и всё. — Давай остановимся на том, что из тебя крутой фотограф, а из меня хорошая модель? — Я согласен. — Так, ты сегодня уезжаешь? — поднимая взгляд на меня, спрашивает. — Что-то вроде этого, — пожимаю плечами, — грустно осознавать, что выпью этот наивкуснейший латте в последний раз. — Так ты приезжай почаще! — Ещё неизвестно, буду ли я работать там постоянно или же на один раз. — Арс.., — он вдруг замирает, — ты напиши, как прилетишь, хорошо? — Конечно, Тош, — улыбаюсь, — конечно. Он улыбается в ответ и отворачивается. Бумажный стакан берёт, заливая эспрессо взбитым молоком и добавляя сироп. Парень старается быть побыстрее, когда замечает, что я смотрю на часы каждые пару минут. Хватает пластмассовую крышку, держа в другой руке горячий кофе, а затем спотыкается. Одно мгновение и кофе оказывается на моих светлых брюках и я резко отскакиваю, обжигаясь. Он руками машет и салфетки с полки хватает. — Боже, прости. Извини, умоляю, — тараторит, — я не хотел. Когда парень передо мной на корточки садится, я чувствую, как учащается мое сердцебиение. Антон нежно рукой проводит, слегка краснея, а когда дотрагивается до моего члена через ткань штанов, я глазами в нём дыру сверлю, наблюдая за ним сверху. Антон же глаза на меня поднимает, а в них короткое ”прости”. Сейчас всё выглядит максимально сексуально. Молодой парень на уровне моих бёдер смотрит на меня снизу вверх, рукой проводя по набухающему стояку. Наклоняюсь к нему, взяв за подбородок, и жадно целую, ожидая отстранения, но он отвечает. Косо, криво и смазано, но отвечает. Прижимается ближе, беря моё лицо в свои горячие руки. Я его за тонкую талию тяну и Антон на мои бёдра садится. Трётся, как мартовский кот. Руки под рабочую рубашку запускаю, а он лишь мурашками покрывается. Парень ёрзает на моих коленях, возбуждая ещё сильнее. Свои кошачьи лапы в мои волосы запускает и голову откидывает, когда я примыкаю к шее. Наконец, отстраняется, беря меня за руку и ведя в комнату для персонала. Я дверь за нами захлопываю, а затем хрупкое тело к стене прижимаю, руки над головой задирая. Жмусь пахом и губу закусываю, вызывая у него невообразимые искорки в глазах. Целую грубо и резко, не желая отрываться от нежных сладких губ. Руки по талии пробегаются, пальцами мурашки вызывая. Он лишь в поцелуй сладко стонет, когда я над ним сверху надвисаю. Губами по телу прохожусь и языком дорожку от живота до шеи провожу, оставляя алые следы, которые завтра сверкать будут. Антон глаза закатывает от удовольствия, когда моя рука ниже спускается и сжимает его возбужденный член через одежду. Он дико мокрый и я чувствую это через чёрные облегающие джинсы. От его стонов голову сносит и я ближе жмусь: то целуя, то кусая и оттягивая нижнюю губу. Антон руки в волосы запускает, обнимая меня за шею. Тянет ближе к себе, а затем руками под мою футболку лезет, а потом и вовсе стягивает её с меня, трогая и проходясь по моему возбужденному телу. Расслабляюсь, когда он вдруг хищно улыбается, оголяя зубы и кусая шею, но от этих укусов сводит нехило и я таю. Как и он в моих руках. Становится беззащитным и слабым, когда мои руки красуются на его бёдрах, раздвигая их. Он в плечо упирается и задыхается от нехватки воздуха, а затем тихо моё имя произносит. Даже нет, выстанывает. Скромничает и слегка краснеет, когда я незаметно пуговицы рубашки расстёгиваю, кидая в другой угол маленькой комнатки. Приспускаю его джинсы, пробираясь руками под трусы. У него ноги дрожат, когда я нежно вожу своей лапкой по его напряжённому члену. Оглушительно громкий стон разносится из его уст по всей комнате. Когда он дрожащими руками помогает мне расстегнуть ширинку испачканных брюк, я расслабляюсь. Тогда, когда мы оба остаёмся без одежды, я на руки его подхватываю, держа за бёдра. Разум резко отрезвляет и я останавливаюсь, смотря на него, и он утвердительно головой кивает, как бы говоря, что можно. Прижимаю его ближе, а парень голову опрокидывает, прикусывая губы от небольшого волнения. Медленно растягиваю пальцами, постепенно добавляя новые, слушая его стоны и всхлипы. Насаживаю его на себя, когда он громко ахает и стонет. Я двигаюсь плавно, учащая темп, одновременно боясь навредить хрупкому телу. Он же поддаётся навстречу, находясь со мной в одном ритме. Когти свои выпускает, царапая оголенную спину. Шипеть начинаю, ощущая, как свежие раны щиплют. Вхожу грубее и быстрее, вызывая у него довольное мычание. Прерываемся на жадные поцелуи и мнём губы друг друга. Я отстраняюсь, изливая белую жидкость на его живот. Сухими салфетками вытирает, смотря на меня. Отводит взгляд в сторону, когда мы глазами встречаемся. Я опускаю взгляд ниже, смотря на его разгоряченный стояк и сажусь перед ним на колени. Он шумно выдыхает, запуская свои руки в мои волосы, отбрасывая упаковку с тряпками куда-то на пол. Обхватываю бёдра, прижимая Антона ближе, а затем медленно провожу рукой по члену, вызывая у него тихое пыхтение. Нетерпеливый, сука. Языком головку облизываю, исподнизу наблюдая за его реакцией. Он одной рукой облокачивается на стол, дабы не упасть, а я лишь полностью заглатываю, параллельно водя рукой. Кончает мне прямо в рот и смущенно глаза отводит, пытаясь не пересекаться со мной взглядами. Я же, уже одетый, подхожу ближе и в щеку его целую. На наручные часы смотрю, понимая, что пора выдвигаться к аэропорту, поэтому, когда мы оба выходим в зал, я прошу Латте с карамельным сиропом с собой, а он отворачивается, улыбаясь. Аккуратно крышкой накрывая и маркером по стаканчику ведя, а когда я беру его в руки и немного поворачиваю, наблюдаю надпись, заставляющую меня мило улыбнуться и поднять на него безжалостный взгляд. «Арс» и на конце кривое сердечко. — Я буду скучать, Тош, — почти шёпотом произношу я, прижимая парня ближе к себе. — И я, Арс, — обнимает меня крепко, — и я.

***

Я покидаю заведение, звеня в последний раз звонкими колокольчиками, висящими над дверью. Вдавливаю педаль газа в пол, гоня по опустевшему шоссе. Машины по встречной полосе быстро пролетают мимо меня, а я оказываюсь уже возле аэропорта, стоя в небольшой пробке, состоящей из такси и пары штук обычных легковых автомобилей.

***

Самолёты других рейсов низко пролетают над головой, взлетая в мягкие белоснежные облака. Я же волочу за собой чемодан средних размеров, который предварительно упакован в плёнку, дабы не повредить его вид. Стою в очереди на регистрацию, держа в руке загранпаспорт, визу и кучу документов в прозрачном файле. За спиной висит небольшой тёмный рюкзак, который я возьму с собой в ручную кладь. За стойкой сидит хрупкая девушка, взвешивая мой чемодан и вручая бумажный билет. Благодарю её и направляюсь в зону досмотра и контроля. Там всё по обычному. Быстро прохожу и направляюсь в любимый Дьюти Фри. Прохожу мимо рядов, смотря на ценники, висящие под товаром. Крупные цифры в глаза бросаются. Когда по громкоговорителю объявляют посадку на мой рейс, я медленно выхожу из небольшого ”сувенирного” магазина, прикупив небольшие бутылочки алкоголя, как это обычно и бывает. Достаю телефон и руку вытягиваю, фотографируя лицо, прикрытое тканевой медицинской маской, а затем отправляю подруге с подписью: «пожелай мне удачи», а через пару секунд на экране высвечивается её фотография и имя. — Алло? Арс? — Алло? Оксан? — передразниваю девушку, смеясь в трубку мобильника. — Дурак! — она улыбается, — ты как? — Отлично. Имею при себе две бутылочки бренди, а у тебя как дела? — Ты и вправду дурак. Ты на борт пронёс что ли? — Планирую. — В общем! - прерывается, — хорошего полёта и мягкой посадки, Арс! Люблю и крепко обнимаю! Я с тобой. — И я, Оксан, — ухмыляюсь, — и я тебя люблю. — Позвони как прилетишь! — Обязательно, если найду источник связи. До скорого! — Целую! — и сбрасывает звонок.

***

Я же прохожу по трапу самолёта, встречая при входе двух стюардесс. На билете глазами выискиваю ряд и место, протискиваясь через узкие проходы между сиденьями. Наконец, дойдя до нужного места, я присаживаюсь возле окна, оставляя рюкзак между ногами. Спокойно осматриваюсь вокруг, замечая миловидных бортпроводниц и кричащих маленьких детей. Наручные часы показывают половину первого и остаётся совсем немного до взлёта, но вот место рядом со мной меня напрягает и беспокоит, в то время как все остальные сиденья заняты, а люди, сидящие на них, давным-давно готовы к взлету и пристегнуты ремнём безопасности. Высокий парень быстро подходит к пустому месту, предварительно извинившись перед девушкой, которую он случайно сумкой задел. А я же в то время замечаю в нём до дрожи знакомые черты лица, но из-за маски нижней части вовсе не видно. Он запыхается, кидая сумку наверх, а затем садится рядом, поворачивая голову ко мне. — Вроде успел, — произносит Антон. А я сижу с распахнутыми глазами, пытаясь развидеть галлюцинации. Часто моргаю, а затем рукой прикасаюсь, чувствуя тепло живого человека. Когда он всё-таки маску на подбородок стягивает, я узнаю в нём возлюбленного бариста. От него пахнет свежим кофе, что давным-давно в лёгких засел. Беру его лицо в свои руки и смазано целую, всё ещё не веря в то, что он сидит рядом и так близко. Конечно, чуть позже я обязательно узнаю, как он всё это организовал и продумал, но сейчас я молча беру его за руку, не прерывая зрительного контакта. Мы улыбаемся, а в грудной клетке что-то щекотно трепещет. Я ощущаю, как моё навечно холодное сердце начинает потихоньку таять от его обжигающей кожи и тёплой улыбки. А пилот самолёта желает пассажирам хорошего полёта, поднимая воздушное судно в небо.