Начало Конца

— Почему?.. Почему же вы сидите здесь в гордом одиночестве? — тихим шёпотом спросила у меня подошедшая к фонтану девушка. Только я настолько погрузилась в себя, что попросту не услышала нежного девичьего голоса, прозвучавшего рядом со мной. И только лишь спустя пару минут, вынырнув из своих раздумий, я неторопливо перевела взгляд на незнакомку. После стольких потрясений и испытанного ужаса, после всего того, что я увидела и пережила здесь, в Вольтерре, меня теперь было трудно чем-либо напугать и даже удивить. Поэтому я ни капли не испугалась, когда совершенно внезапно увидела рядом с собой человека. Живого! Никаких вам алых глаз и попыток меня обескровить. Я невольно залюбовалась ею, рассматривая и оценивая каждую деталь её внешности и одежды. Девушку вполне можно было назвать хорошенькой. У неё были длинные волнистые волосы цвета красного дерева и немного пышная фигура. Однако эта полнота только подчёркивала её прекрасные черты: веснушки на маленьком круглом личике и этот невинный взгляд зелёных глаз, который однозначно мог бы свести с ума любого мужчину. — Прости. Наверное, я некстати?.. Просто заметила, что у тебя кровь на ступнях и взгляд слишком запуганный. Я когда-то работала с жертвами домашнего насилия, и, извини за грубость, но ты выглядишь как они. Говоря это, девушка присела рядом и мягко положила свою руку на моё оголённое плечо. Я и не заметила, как мы перешли на «ты». Стало стыдно за отсутствие обуви и за то, что меня вообще кто-то видит в таком облике. Но выбора не было, Алек не принёс мне ни одной пары туфель, скорее даже, забрал мои кроссовки, и пришлось попросту идти босой. И чтобы как-то избежать этой неловкой ситуации, я стала неторопливо подбирать ноги под себя, при этом отводя взгляд куда-то в сторону. Проницательность этой девушки была слишком близка к истине, что могло закончиться довольно плохо. — Прости, я просто сломала каблук на туфле, и так вышло, что идти без них было удобнее… И я не жертва, просто много работаю, слегка устала, — я говорила неторопливо, смотря на сидевшую рядом незнакомку, пытаясь увести её размышления обо мне в другую сторону. — Я могу помочь тебе, я недавно здесь и впервые с кем-то заговорила вживую. Я Сара, — неуверенно представилась она и улыбнулась. Мне понравились и её имя, и то, что она решилась заговорить с совершенно незнакомым ей человеком, да и ещё таким подозрительным, как я. Но мне всё равно надо вести себя осторожно, а лучше всего, вообще не болтать ничего лишнего, а ещё вернее — уйти отсюда поскорее. Иначе Сара канет в такое же небытие, как и таксист, который безуспешно пытался помочь мне уехать из этого проклятого места. — Я Алиса… Алиса Майклсон, — я улыбнулась в ответ на её улыбку — столь тёплую и нежную, что внутри меня разлилось такое приятное ощущение умиротворения и спокойствия. — Я могу помочь тебе с обувью, и как раз перевяжем твои ножки, если ты не против, — продолжила говорить Сара. Милое создание увлекло меня разговорами, а позже — и за собой, что я без раздумий пошла за ней следом. Впервые за всю свою жизнь я пошла за незнакомцем, хотя обычно вела себя недоверчиво к людям. А в нынешней ситуации и подавно — после всего, что со мной-то случилось… Однако чувства опасности девушка не вызывала. Она вообще ничего плохого не вызывала, напротив, только притягивала. Ей хотелось довериться, чего сделать я не могла, ведь знала, чем заканчиваются подобные разговоры: Аро чётко сказал, что смертным нельзя знать об их существовании. И тащить за собой в болото ещё одну душу мне не хотелось. Сара жила в маленькой квартирке. Здесь была только одна комната, совмещенная с кухней, и ванная. В комнате стояли только диван, телевизор, да книжный шкаф, рядом с которым располагались стол и стулья. Сперва Сара усадила меня на диван и аккуратно принялась перевязывать мои порезанные стопы. Перед этим, правда, промыла раны чем-то, от чего я поежилась. Было больно. С укусом вампира, конечно, не сравнить, только в последнее время боль стала моим верным спутником: укусы, прыжки из окна, удары, падение за рулём такси. Поэтому мне пришлось лишь стиснуть зубы и недовольно морщиться. — Прости, так просто не попадёт никакой инфекции, — пояснила свои действия Сара. — Я-ясно… Спасибо, что так добра ко мне, но я этого не стою, правда, не стою, — тихо пробубнила я, скорее себе, нежели Саре. — Я не настолько добрая, просто не могу устоять перед соблазном помочь кому-то. Может, и мне когда-то помогут, — весело проговорила она. — Только… вот мне… уже невозможно помочь, — прошептала я себе под нос, чтобы она ничего не услышала. — Как насчет поужинать вместе? — весело протараторила она, и я, не успев ничего ответить, лишь смотрела в спину Саре, упорхнувшей на кухню, словно бабочка. На самом деле я не хотела соглашаться, но если бы отказала, она обиделась бы, а обижать человека, который помог тебе, очень некрасиво. И вот, после недолгого ожидания, я наконец впервые за долгое время ела нормальную пищу, и не в закрытой комнате, а за столом с живым человеком, говоря с ним обо всяких глупостях. Я была счастлива, ведь единственное, что мне приносили в комнату, было чем-то отдалённо напоминающим салат, да душистый чай, только дурманящий мои рецепторы. Ничего, что подавали мне в замке, не могло заменить общение с человеком. С Сарой мы обсудили всё: от местных сплетен до культурных программ, и даже научные открытия. Я наконец-то узнала, какое сегодня число и какой месяц. Также она коротко рассказала о себе. Что жила в Англии, но поступила учиться в здешний колледж, в котором изучала естественные науки. Позже переехала сюда на постоянное местожительство и устроилась секретарём школьного директора, а ночью подрабатывала на линии помощи пострадавшим от домашнего насилия женщинам. Ещё у неё была куча неудавшихся романов, чему я удивилась, ведь разница в возрасте у нас была небольшая, а мужчины у меня вообще не было до недавних событий. И с этим пора было кончать, пора бы и мне почувствовать себя женщиной. Может, попробовать поговорить с Алеком? Ведь времени у меня оставалось не так много, как хотелось бы, и умереть, не познав всех прелестей романтических отношений, о которых рассказывала Сара, мне не хотелось. Посмотрев на часы, я почувствовала страх. За этой болтовнёй незаметно подкрался вечер, и оставаться дольше я не могла — это грозило опасностью не только для меня, но и для Сары. Отчего сколько она не просила, не уговаривала остаться на ночь, я отказалась. На Вольтерру опускались сумерки, а это значило, что скоро в мою комнату зайдёт Алек или молодая секретарша и заметят, что меня нет. — Прошу прощения… — вставая из-за деревянного столика, я, к сожалению, решила прервать эту приятную идиллию. — Но мне пора. Спасибо за угощения и за помощь, — произнесла я негромким голосом. Сара, приложив свою левую ладонь к щеке, задумчиво глядела на мою чашку с недопитым чаем, при этом помешивая ложкой свой. Только через нескольких секунд она посмотрела на меня и, поднявшись, тоже вышла из-за стола с немного натянутой улыбкой на губах. — Приятно было провести с тобой время. Может, ещё увидимся, — дав мне свои старые кроссовки, Сара обняла меня, и на этом я поспешила к своему излюбленному фонтану, гадая по пути, почему Сара так отреагировала на моё желание уйти… Наверное, просто обиделась. Когда я пришла к фонтану, около него не было ни души. Огорчённо вздохнув, я несколько раз обошла его кругом. После чего остановилась, присела на краешек и, посмотрев в водяное отражение, стала охотно ожидать, когда кто-то придёт за мной, заберёт и отнесёт на своих бледных руках… или попросту силой утащит обратно. Почему-то от мыслей о руках Алека я смутилась. — Что ты здесь делаешь? — внезапно прервал мои размышления знакомый голос. — Ты же должна быть… Я не дала Алеку договорить, гневно произнеся: — Да знаю я… Сидеть под замком и думать о смерти… — Почему так депрессивно? — его спокойный и безразличный тон лишь подначил моё раздражение. — Я не хочу чтобы меня закрывали, чтобы я сидела в клетке. Я медленно умираю… Мне не нравится так. Я живу по другим принципам, и ты знаешь это. — Тогда попроси Аро избавить тебя от страданий, он это запросто устроит, — с насмешкой сказал Алек и посмотрел в сторону дворца. — Не могу. В большей степени пребывания в вашей клетке я боюсь умереть. — Ты наивная, коль держишься за то, что не стоит ни гроша. Тебе, возможно, предложат великий дар, и я хочу чтобы ты приняла его… Он замолчал, а я, наоборот, продолжила говорить, совершенно не думая и почти срываясь на крик: — Алек, ты ничего не понимаешь! Ты хочешь, чтобы я стала таким же монстром, как и те, кто находился в том зале!.. Они убивали таких же людей, как я. Они могли сломать мне шею, даже не моргнув глазом, зачем же я должна соглашаться?! Смотря на него и поражаясь его беспечности, я просто пылала от злости. — Я не хочу терять то, что случилось между нами, не хочу забывать те моменты. Алиса… И вот его губы накрывают мои, и я отвечаю. Отвечаю, поддаваясь соблазну, вцепившись в его пиджак, до боли сжимая пальцы. Как маленькая, неопытная девочка, впервые по-настоящему полюбившая… Мои руки дрожали, но всё равно рьяно продолжали сжимать ткань его пиджака. И в этот момент Алек позабыл о своём табу и открылся, впустил меня. В груди у меня всё затрепетало, но от чего конкретно, я не могла понять. Его руки обвили мою талию так крепко, что на секунду мне показалось, как хрустнули мои кости. Но уже в следующий миг он вдруг отстранился, при этом смотря на меня с некой растерянностью в глазах. — Это произошло снова… — Что произошло? — выкрикнула я, непонимающе смотря на него. — То… что я не смог сдержаться.