Limerence

Ой. Тобио сильно смущен. Его лицо становится настолько красным, что Ойкава боится, что он может взорваться. — Ойкава-сан, давно не виделись. Как твои дела? — поклонился он. Ойкава просто равнодушно машет руками. — Просто опусти формальности. Думаю, тебе бы умыться. У тебя слюна засохла на лице. Младший из них задыхается. Не задумываясь, он как можно быстрее вбегает в свою комнату. Ойкава слышит громкий хлопок и хихикает. Тобио стоит перед зеркалом в своей ванной и очень сильно нахмурился. На его лице ничего нет! Конечно, Ойкава-сан солгал. С чего бы он ему поверил. Ах, если припомнить, он всегда попадался на его ложь. Он не знает почему. Может быть, Ойкава хорошо умеет врать.

***

Когда Тобио выходит из своей комнаты только после душа с капельками воды на шее, он видит Ойкаву в том же положении, что и раньше. Тобио хватает на столе полупустой стакан молока и одним глотком выпивает его. — Не пей молоко других людей без разрешения. Ты такой нахал. — Ого, я впечатлен тем, что ты знаешь такое слово. И что мне пить, если не твое молоко, ведь в холодильнике ничего нет. Даже минеральной воды. И я лучше умру, чем буду пить из крана — ответил Ойкава в отместку. — На случай, если ты не заметил, ты начал вести себя как иностранец. — О, не волнуйся. Я это давно заметил. Знаешь, я не один день прожил там. Прошу понимания. Тобио закатывает глаза и слышит урчание в животе. Он хмурится еще глубже, когда видит, что рядом с ним хихикает Ойкава. — Какой громкий рык. Что на обед? — Я не знаю, думаю, мама запасла кое-какие остатки карри. — он вздыхает. — Я хочу поесть чего-нибудь еще. — бормочет он. — Хм, хочешь поесть где-нибудь? Прибережем карри на ужин. И давай по пути купим продуктов. — И молоко. Кое-кто выпил у меня его. Ойкава обязательно купит лекарства для понижения артериального давления.

***

Они молчали последние пятнадцать минут, когда Ойкава отвозил их домой, Тобио сидел и смотрел на улицу с рассеянным взгядом. — Не смей засыпать в моей машине. Я не собираюсь нести тебя, как пятилетнего ребенка. — предупреждает Ойкава. — Я не буду спать! — возразил Тобио, пытаясь сдержать сонливость. — Ты только проснулся. Как давно… час назад. Почему ты снова сонливый? И ты вообще ничего даже не делал. Был ли ты у врача? Что-то явно не так с твоим здоровьем. Когда Ойкава взглянул на Тобио, его позабавило, что теперь тот полностью сосредоточен на нем. — Знаешь, у моего друга есть родственник, у которого были такие же симптомы, как у тебя. Он так засыпал каждую секунду и тут же открывал глаза. Его не бодрил даже душ и кофе. Оказывается, у него были какие-то отклонения в головном мозге. Ему нужно было сделать операцию на нем. При этом надо было вскрыть его череп. Я не могу представить... Тобио, ты слушаешь? Тобио, с тех пор, как Ойкава упомянул об операции, уже додумывал худший сценарий. Врачи собираются вскрыть его череп. Чем? Нет-нет, проблема не в этом. Боже мой, кто-то вскроет ему череп! Тобио выглядит так, как будто он только что встретил призрака, который преследовал его в течение пятидесяти лет, и оказалось, что упомянутый призрак стал преследовать его каждую ночь и во сне. — О-Ойкава-сан, он же ещё жив? Я имею в виду, он в порядке? Я-он всё еще, может жить своей жизнью, как нормальные люди? Я... — заикался брюнет. Его голос каждый раз становился тише, вопрос заставляет Ойкаву взволноваться. — Нет. — Нет? — Нет. Тобио сглотнул. Ойкава, честно, еле как сдерживал свой смех. — Нет, его нет в живых, с ним не все в порядке, он не может жить своей жизнью, как нормальные люди. — Ойкава клянется, что видел, как душа Тобио покидала его тело. — Так как он не настоящий. — Что? — Ойкава немного успокоил Тобио, который все еще был неспособен говорить. Значит, что он будет жив? — Я обманул тебя, ладно? Я просто пошутил. Одна секунда. Две секунды. Двадцать секунд. Хорошо, с него достаточно. — Тобио? — Выпустишь меня? — голос ворона звучал хрипло. — Извини? — Выпусти меня. — на этот раз громче. — О чем… — Я СКАЗАЛ ТЕБЕ ВЫПУСТИТЬ МЕНЯ ИЗ МАШИНЫ! — Тобио кричал так громко, что это его испугало. Машина поехала неустойчиво, и он слышал, как позади нее гудели другие машины. Он сразу же возвращает свое самообладание и останавливается. — Почему ты злишься? Тебе обязательно нужно было так кричать? Мои уши слышат нормально. — рявкнул на младшего Ойкава. Ради бога, он чуть не перешел пешехода. Его гнев превращается в замешательство, когда он видит, что Тобио открыл дверцу, выбежал из машины и затем исчез между зданиями. — Тобио, чёрт возьми, подожди! — он поспешно снял ремень безопасности и пустился в погоню за Тобио. Его чуть не сбил какой-то курьер, когда он открыл дверь машины, не замечая окружающих. — С ума сошел? Хочешь умереть? — Ойкава услышал, как курьер ругался на него, но он не потратил времени, чтобы извиниться, так как ребенок, о котором он должен заботиться, находится вне его поля зрения. Не говоря уже о том, что на самом деле этому ребенку шестнадцать лет. Хотя он до сих пор считается ребенком. Ойкава подумал, что этот курьер был прав, что он действительно сумасшедший, а тот, который сводил его с ума, все еще отсутствует.

***

Ойкава бежал по незнакомому месту, не задумываясь, потому что, если он просто остановится, ужасные мысли настигнут его. — Нет времени на «что если», — сказал он себе. Он обошел каждый угол, но до сих пор не мог найти мальчика-чернику. Он решил отдохнуть на скамейке у дороги. Его глаза блуждали вокруг, наблюдая за всем, он наконец увидел луч света. Недалеко от него был мини-парк с небольшими аттракционами для детей. Ойкава про себя выругался. Конечно, его милый крохотный Тобио-чан всё такой же как и раньше, как он мог забыть об этом. Ойкава делал длинные шаги к тому мини-парку, надеясь, что его предположение сбылось. Ради бога, на него была возложена ответственность, уже поздно, он ничего не знает об этой местности, и он чертовски устал. Он приблизился к горке посреди парка. Заглянув внутрь хода горки, он поблагодарил Вселенную за то, что наконец нашел маленького мальчика. Тобио сидит, согнув ноги, и закрывает лицо руками. — Тобио — позвал Ойкава. — Тобио? — по-прежнему нет ответа. — Тобио, уже поздно. Пойдем домой. — голос пожилого стал тише, его рука попыталась дотронуться до головы младшего из них. Ойкава очень нежно погладил его прекрасные и мягкие волосы, Тобио наконец поднял лицо. Ох, Ойкава чувствует внезапное сожаление из-за выражения лица Тобио. Он быстро заключил Тобио в свои объятия. — Я думал, что это правда. — Тобио пробормотал ему в грудь. — Мне жаль. — Ойкава сколько себя помнит ни разу не извинялся первым. — Я так напуган. — дрогнул голос младшего. — Я знаю, мне очень жаль. Это я во всем виноват. — Тоору погладил его по спине, чтобы успокоить. — Больше так не делай! — Ничего не могу пообещать, — Тобио сильно ущипнул его за талию. Когда они встретились глазами, Ойкава видит, что Тобио смотрит на него с обиженным взглядом, полный решимости подчинить его. Как будто это сработает. В глазах Ойкавы он просто похож на разгневанного кота. — Хорошо. Я так больше делать не буду. — Клятва на мизинце. — Тобио протянул свой мизинец. Серьёзно, кто до сих пор делает клятву на мизинце в наши дни. Не удивительно, что Тобио. — Клятва на мизинце. — они связали свои мизинцы вместе. В конце концов, Ойкава Тоору - это... это же Ойкава Тоору.