Affinity

Она вначале максимально старалась сократить с ним общение. Ей вначале казалось, это весьма правильный подход, если постоянно напоминать себе кто он и зачем он держит ее в плену своей жажды власти и одержимости созданием армии, с которой его не остановят. Но почему-то ей это постепенно сложно помнить, когда он раскрывает какие-то детали своего богатого прошлого, пару моментов жестокого и несчастного детства, когда он рассказывает о своих странствиях по местам, которые он успел показать. Постепенно их разговоры затянулись. Елена задает больше вопросов, на которые Клаус дает ответы, повышающие еще больший интерес к его опыту и знанию. Оказавшись в своей комнате ее пробирает злость, когда она вспоминает, что он сделал с ней, злость на саму себя, так как сознание опускает кровавые детали их взаимной ненависти, точнее ее ненависти и его равнодушия, когда он беззаботно проводит свое свободное время с ней, помимо своих гибридов и картин. Клаус проявляет больше интереса к своему двойнику. Ему впервые хотелось узнать побольше о новой Петровой. Она не похожа на своих предшественниц совершенно. Ее раздражающая мания делать все правильно его забавляет, и он решил заглянуть поглубже, ведомый желанием узнать, что все-таки нашли в ней двое братьев Сальваторе, и даже его брат с манией сохранить ей жизнь. Он решил узнать, что она из себя представляет, прикрывая это ее сопровождением его на скучных приемах. Она дерзка и смела на язык. Она дает отпор несмотря на то, что она по-прежнему побаивается его. Сейчас она сидит на огромной кровати в своей не менее просторной комнате. Елена пытается дать объяснения своим смятениям и дать ответ на вопрос: почему она не может относиться к нему с равнодушием? Ненависть, злость, интерес к его персоне порождают бурю неконтролируемых эмоций и возмущения отсутствием ее равнодушия. Она спускается вниз в мини бар, расположенной в огромной гостиной, чтобы налить что-нибудь крепкого. Ее состояние сейчас просит забыться, хотя бы на короткое время. Найдя виски высокого качества, что неудивительно, она бредет на кухню, чтобы принести колу. Смешав виски с колой и льдом, девушка садится на диван, обтянутый коричневой кожей, поджав под себя ноги. - Боже, не порть виски таким образом. – произносит Клаус театрально, вынудив ее вздрогнуть от неожиданности. Первородный стоит, облокотившись об стену возле входа в гостиную. Она задумывается над тем, сколько уже он там стоит? От испуга Елена чуть не выронила хрустальный бокал с импровизированным коктейлем. Одно его присутствие накаляет атмосферу ее тщательно скрываемого страха и опасения несмотря на то, что он ясно дал понять: смерти ей не стоит ждать от его руки. Кроме описанных чувств, двойника одолевают сомнения по поводу боязни его самого или же ее смятений на его счет. Она привыкла считать, что мир поделен на черное и белое, пока Стефан и Деймон не появились в ее жизни. Неужели она способна проявить снисходительность и к тому, кто сломал не только ее, но и тысячи жизней? - Я не могу пить чистый, он слишком крепкий. – отвечает она, стараясь предать равнодушие своему голосу. Клаус принимает за извращение истинного вкуса, портя его любимый напиток таким образом. - У меня есть богатая коллекция вин, – он отходит обратно в холл к замысловатой двери. Открыв ее, он спускается по ступенькам. Через мгновение он возвращается, держа в руке бутылку «Château Lafite-Rothschild» 1869 года, как он объявляет, смакуя название вина на французском. Подойдя к ней, Клаус забирает ее коктейль, к которому она еще не притронулась. Пока он откупоривал бутылку и доставал фужер, взяв планшет, она решает проверить в интернете, что это за вино, переспросив название. Елена округляет глаза увидев его стоимость. Двести тридцать гребаных тысяч долларов! Она даже не знала, что одна бутылка вина может стоить, как десять ее домов в Мистик Фоллс. - Аа..это винтажное вино из аукциона в Гонконге в прошлом году? – спрашивает она, уточняя информацию в интернете. - Одна из бутылок. – отвечает он, наполняя фужер напитком благородного темно бордового цвета с оттенком фиолетового. - Ты поехал туда для того, чтобы потратить двести тысяч на эту бутылку? – спрашивает она, не сумев скрыть изумления. - Двести тридцать три тысячи, если быть точным. И совсем наоборот. По официальным данным аукцион проводил один из моих знакомых. – произносит он, наблюдая, как она продолжает вычитывать информацию из статьи. - А по неофициальным? – она вскидывает брови, подняв свои большие глаза на него. - Вообще-то, это был мой аукцион. – ухмыляется он, протянув ей наполненный фужер. - Не могу поверить, что ты продал ее за столько. – произносит она удивленно, взяв в руки увесистый фужер с вином. Елена вдыхает пряный аромат напитка, за который кто-то готов выложить целое состояние. - Так делаются инвестиции, sweetheart. – довольно улыбается он, плеснув себе виски, который она собиралась выпить, в хрустальный бокал. Первородный присаживается рядом, когда она, отпив немного, облизывает губы, стараясь скрыть восторг от вкуса полусладкого и терпкого вина, сбалансированного с приятной кислотностью и сладкими танинами. На языке заиграли яркие вкусовые нотки смородины, кофе и трюфелей. - Да, это определенно лучше. – она поджимает губы в улыбке, восторгаясь вкусом. Для того, чтобы справиться со своим смущением из-за цены вина и его близости, особенно когда он сидит рядом, непозволительно близко, она решительно не опускает глаза и не позволяет ему начать беседу. Девушка задает безобидные вопросы о вине и его любимой стране. Англия. Она даже не сомневалась, особенно когда отмечает каждый день его британскую манеру речи и поведения дома. Как только алкоголь подействовал и избавил девушку от напряжения и неловкости, вызванных его беззаботной улыбкой, спокойной и манящей интонацией в голосе, и ее реакцией на происходящее, она плавно с нейтральных тем переходит на личные. - Расскажи мне побольше о себе. - вдруг вставляет Елена, когда Клаус воодушевленно рассказывал о 20-х, о времени, которое ему очень нравилось. Под действием алкоголя это казалось весьма плавным переходом. Первородный внезапно замолкает, удивленно вскинув взгляд на своего двойника. Она улыбается, приподняв брови, тем самым копируя его мимику, которую он почти всегда демонстрирует, наслаждаясь тем, что застал ее врасплох. - Я и рассказываю. – он хмурит лицо, сведя брови к переносице. Девушка понимает, ему безусловно не нравится, когда его перебивают. На нейтральные темы они говорят почти всегда, сейчас же, она хочет копнуть чуточку глубже. Елена пытается ненавязчиво задать давно интересующий ее вопрос. - Я хочу узнать что-то, скажем так, произошедшее в этом веке. Например, несколько месяцев назад. - она не отводит взгляда, смело ожидая его реакции на внезапное проявление ее любопытства. - Что именно? – он поднимает брови в ожидании. Надо же, девочка разговорилась – довольно отмечает гибрид. - Кэролайн. Что ты к ней чувствуешь? – спрашивает она прямо, застав самоуверенного первородного врасплох. Ее подруга рассказала ей перед отъездом, что он спас ее от Аларика. Она даже искренне поблагодарила его. Тогда Елена спасла всем ненавистную его жизнь, когда он был на волоске от смерти. Она чуть не убила себя, угрожая Аларику, что перережет свое горло, лишь бы он его отпустил. И она ни с кем не поделилась об этом опрометчивом поступке, как и Клаус. Двойник до сих не знает, что на нее нашло тогда, как и то, что именно ее поступок заинтересовал гибрида. Ее друзья были не до конца уверены, кто был создателем их кровной линии, не считая Тайлера. Однако, такого риска от себя она не ожидала. И конечно же, карты выпали не в их пользу. Когда же было по-другому? Клаус им и оказался, что дало ему еще больше преимущества в борьбе с ним. Близкие не сдавались, пока она не заключила сделку: жизнь ее тети напротив плетения заговоров против него. Один неверный шаг и опрометчивый поступок может лишить жизни не только ее, но всех, кто хотя бы, попытается разорвать договор с самим дьяволом. Моментальная реакция Клауса на имя ее подруги не прошла незаметно для Елены. Его голубые глаза расширились перед тем, как он опустил взгляд и отвернулся, пытаясь осознать что-то. Возможно, понять откуда она знает об этом, или конкретно что говорила Кэролайн про него. На самом же деле, первородный пытается понять, что движет ею сейчас. Ей не было дела что он делает месяц назад, требуя, чтобы ее оставили в покое, и теперь ей интересна его увлеченность Кэролайн? Если честно, Елена никогда не спрашивала Кэролайн об этом, да и времени не было из-за того, что она сама не могла разобраться в своих собственных чувствах. Судьба поразительным образом сложилась так, что она спрашивает теперь это у него, напиваясь с ним. - И зачем же тебе это знать? – спрашивает первородный спустя, затянувшегося на минуты, молчания. В его интонации проскользнули нотки раздражения и подозрительности. Ему не нравится, когда пытаются залезть в его голову, задевая тему семьи или личной жизни, пока он сам не решил рассказать. Хоть он и часто грешит этим без зазрения совести. - Потому что речь идет о моей лучшей подруге. – отвечает Елена, не желая отступать. Ей скорее очень интересно, может ли этот гибрид что-то чувствовать, кроме ненависти и безразличия. – Тем более, ты был в курсе о моей личной жизни, и я хочу знать о твоей тоже, раз уж застряла с тобой. – последнее разъяснение она говорит с натянутой снисходительной улыбкой, пригубив вино. Ее пояснение его позабавило. Клаус замолкает снова, словно обдумывая свой ответ. Он уже признался Кэролайн в своей серьезной увлеченности, но ее преданность друзьям никогда не даст ему шанса. Забирая Елену, он прекрасно знал, что она возненавидит его еще больше, но его жизненная цель в приоритете, чем какое-либо проявление подобия чувств. Елена внимательно наблюдает за ним, с нетерпением ожидая ответа. Надо же, ее подруга действительно зацепила самого кровожадного, непобедимого создания на планете. Удивляет его настороженная реакция на ее вопрос, будто бы она задела за что-то живое и трепещущее. Она даже почти гордится собой. - Она полна манящего света, красива... я хотел показать ей весь мир. – вдруг произносит Клаус задумчиво, глядя в пустоту перед собой, грустно улыбнувшись. Он все же решает ответить ей честно. Грустные мысли о том, как все повернулось бы, если на месте двойника была бы Кэролайн с ценной кровью, часто проносятся в его голове. Он уверен, что все было бы по-другому. Скорее, он старался бы избежать ссор и не использовал бы часто метод угроз, как с ней и не тратил бы свое время на выяснения отношений по поводу взаимной неприязни. Эта девчонка иногда раздражает его так, что он с неимоверным усилием сдерживается, чтобы не сломать ее хрупкую шею. Но что больше его раздражает, помимо ее вечного встревания морали и возмущения, так это то, что он продолжает с ней бессмысленный спор, вместо того, чтобы заставить ее замолчать. Елена поражена его ответом. Кэролайн безусловно красива и ярка своим светом. Она всегда восхищалась ее силой воли и лучезарности, и была счастлива, что она осталась ее подругой, даже после обращения в вампира. Постепенно гордость за подругу сменяется странным и липким неприятным чувством осознания, что он сильно неравнодушен к ней. Что это? Она не может завидовать тому, что он питает к ее подруге нежные чувства. Ее задевает тот факт, что он показал абсолютное равнодушие и неприязнь к ней с их первой встречи. Клаус повернулся, взглянув на ее задумчивое лицо, не совсем удовлетворенное ответом. Она что расстроилась из-за того, что он неравнодушен к ее подруге? Разве она не должна радоваться тому, что может точно не беспокоиться за благополучие Кэролайн? - Теперь, когда ты застряла со мной, я покажу мир тебе. - ухмыляется он, наблюдая за отражением искусственного света ламп в ее карих темных глазах. Если она только оставит глупое упрямство и позволит ему. Как никак, в их неприязни и частых спорах есть своя прелесть, а именно отсутствие его долгого, съедающего изнутри одиночества. Девушка замечает, как на его лице, покрытой легкой щетиной, проявляются, вполне себе милые ямочки, почти всегда, когда он улыбается. Почему она раньше не замечала этого? То, как Клаус тепло описал ее подругу и свои чувства без своей коварной ухмылки, дает ей волю взглянуть на него не только, как на всесильного врага, а на мужчину, у которого есть чувства, помимо желания захватить весь мир. Его последний комментарий на счет их вынужденного, его же прихотями, пребывания вместе, вызывают ее искреннюю улыбку, даже не смотря на его хитрую ухмылку, с которой он это произнес. - Знаешь, Рим - одно из предложенных мною мест, которые я хотел показать ей тогда, на балу. – произносит он, приподняв брови и удовлетворенно улыбнувшись. Елена понимает, их совместное путешествие в целях пополнения его армии гибридов, отличается от его желания показать ей мир. Она невольно задумывается, каким был бы он с Кэролайн, будь она на ее месте. Наверное, чутким джентльменом, пытающийся завлечь даму манерами, эстетикой и культурой этого места. С ней же он остается собой. Ему не нужно даже притворяться, несмотря на их спокойные беседы, помимо ссор, и туры по городам Европы только в его компании. Их пребывание сейчас в Риме дает некий контраст между его ожиданиями и реальностью, созданной необходимыми для него обстоятельствами. То, что Клаус откровенно поделился с ней своим романтическим увлечением, приближает ее на шаг к его, скрытой тьмой, душе. - Какие места ты еще предложил? - спрашивает Елена, облокотив голову об руку, покоящуюся на спинке кожаной софы. - Париж, Токио...- отвечает он, посмотрев на нее с интересом. Надо же, в то время, когда его мать готовила план по истреблению его и всех его сородичей с ее помощью, он старался завладеть вниманием лучшей подруги, да еще таким романтичным и честным способом. Елена даже не задумывалась путешествовать с любимым человеком по миру, столько всего произошло в родном городе. Теперь она здесь, в городе, который он хотел показать ей, это так парадоксально. Она уверена, что Кэролайн влюбилась бы в это место, и первородный точно бы впечатлил ее, как и ее саму, даже если она не хочет в этом признаваться. Он способен на чувства, сейчас она это ясно видит. Но может ли временное проявление эмоций разрушить стену, которую он воздвигал веками вокруг своих, погрязших в тьме, души и окаменевшего холодного сердца? Она не знает.