Ради тебя и всеобщего блага

      — Ну, что я вам скажу, мистер Старк, — суровая строгая женщина поправила классические очки на серых рыбьих глазах и тяжело посмотрела на мужчину перед ней. — Случай крайне запущенный. Я впервые вижу ребенка как жертву экспериментов Гидры, обычно это взрослые. И, хотя я осведомлена о том, что вы совсем недавно спасли детей, представить это все равно не так легко. Ники, я так понимаю, переживает подобные симптомы с момента появления у вас? Посттравматический синдром очевиден, причем длительный и хронический. Лечить такое будет тяжело, но попробовать всегда можно. — Она повернула голову и посмотрела на девочку сквозь стекло.       Профессионал своего дела, опытный психолог и лауреат многих премий, она уже давно научилась абстрагироваться от своих пациентов и смотреть на них только как на клиентов. Но этот ребенок не давал ей покоя, зацепив своей сломанной, покореженной судьбой. Когда Старк позвонил ей и сказал, что у него есть дело, которое потянет на вторую докторскую, она не поверила, но, увидев, поняла, работы хватит на целый штат докторов.       — Что нужно будет сделать? — мужчина закинул ногу на ногу, внимательно слушая психолога. За стеклом, в соседней комнате, находилась Ники, которая снова смотрела пустым взглядом в окно. Прямая осанка, мертвый взгляд и никакого движения, сидела не шелохнувшись. — Я хочу реабилитировать её, и как можно скорее.       — С ПТСР нужно быть осторожными, и уж точно нельзя торопиться. Это долгий процесс, итог которого предсказать нельзя. Случай сложный, невозможно сказать наверняка: получится у нас или нет. Ребенок идет на контакт, доверяет и действует строго с оглядкой на вас, но она все же пытается, — женщина вытащила из папки несколько листов и передала Старку. Они были исписаны, где-то виднелись выделенные цветным маркером заметки на полях. — Это памятка о постоянных действиях — ритуалах. Если вы хотите привести её к норме, то все пункты должны исполняться строго каждый день. Желательно одним человеком, чтобы девочка чувствовала себя в безопасности. Я буду приходить раз в неделю и общаться с ней, записывать показатели, следить за успехами. Но основная работа ложится на вас, вы понимаете?       — Да, конечно, это даже не обсуждается, — Тони кивнул, внимательно рассматривая листы с рекомендациями. Заполненные сверху донизу, мелким шрифтом, они немного пугали, но вселяли надежду. — Мы сделаем все, что в наших силах.       — Нет, вы меня не поняли, — психолог нахмурилась и сняла очки. — С Ники должны заниматься именно вы. Она тянется за вами, вы единственный, кто сможет ей помочь.       Старк вздохнул, потер глаза и усталым взглядом посмотрел на женщину. Он не то чтобы не хотел помогать девочке, просто дети не его специальность. Машины, техника, роботы — всегда пожалуйста, а вот дети с нестабильной психикой, искалеченным сознанием и полным отсутствием социальных навыков — нет.       — Хорошо, если так будет нужно, я что-нибудь придумаю. — Мужчина помотал головой и бросил взгляд на девчонку, которая так и не ожила, продолжая тупым взглядом пялится в окно. — Что-то ещё?       — Вам и этого хватит, мистер Старк, — женщина поднялась со своего места, взяла свой кейс с документами и подошла к окну, разделяющему их и Ники. — Я надеюсь, что мы сможем ей помочь. Она заслуживает лучшей судьбы. — Всенепременно, доктор Стивенсон, всенепременно, — Тони встал и ушел провожать психолога, продолжая беседу о чем-то отвлеченном и возможных методах терапии девочки. В этот же вечер Старк постучался в комнату Беллум и вошёл, прислонившись к косяку плечом. Она уже сидела в кровати и готовилась ко сну, но внезапный визит мужчины унес всякую сонливость. Ребенок пытался подняться, но Тони остановил её одним взмахом руки. В голове пронеслись тысячи догадок: новые исследования, проблемы, его что-то не устроило, она где-то что-то испортила? Девочка нахмурилась, смотря как он прошел к постели и сел на угол. В руках он вертел небольшую книжку в яркой синей обложке. — Я тут принес кое-что для тебя, не хочешь посмотреть? — Он повернулся к ней и протянул пеструю книжку. Обложка была гладкой и прохладной, а некоторые элементы переливались блестками в тусклом свете ночника. — Это книжка. «Маленький принц». Мне в детстве её читала мама. Все мамы читают ее своим детям, я думаю, и твоя тоже читала. — Мужчина замолчал на несколько секунд, а потом вздохнул и прикрыл глаза рукой. — Черт, прости. Не думаю, что тебе читали сказки в детстве. То есть читали, но не такие, в смысле не мамы, просто книжки и… — Старк закрыл глаза и упал спиной на постель, раскинув руки. — Просто давай я тебе почитаю, ладно? Ответом ему было привычное молчание. Ники просто смотрела на него полуживым ничего не выражающим взглядом, но хотя бы видела и обращала внимание. — Ладно, хорошо, сочту это за согласие, — мужчина мягко забрал книжку из её рук и открыл на самой первой странице. Несколько секунд он просто молча смотрел на девочку, а потом закатил глаза. — Ну, ты хотя бы укладывайся, ручки под щечку, голову на подушку. Я так-то тебе на ночь читать пришёл, ты по сценарию должна уснуть. Желательно через одну страницу, у меня ещё много дел. Ребенок сразу же лег, укрывшись одеялом по самые уши, и затих. Тони вздохнул, мысленно спросил у Вселенной, что он тут делает и какого черта происходит, и принялся читать. На его несомненно скромный взгляд книга была наискучнейшая и в детстве точно звучала лучше, но раз уж он принёс её, то нужно было дочитать хотя бы до оговоренной страницы. Уже через несколько строк Старк зевал, едва успевая накрыть рот ладонью, а немного позже внезапно обнаружил себя дремлющим на подушке рядом со спящей девочкой. Над ним стояла Наташа и легко трясла его за плечо. Она хмурилась, недоумевающе глядя на то, как он поворачивается к ней и потягивается, широко зевая. — Ты что здесь делаешь, Тони? Или наконец допился до чертиков и перепутал комнаты? — девушка сложила руки на груди и едва слышно топала ногой, ожидая ответа. — Почему я прихожу пожелать Ники спокойной ночи и нахожу тебя рядом с ней? Да ещё и с книжкой в руках. Что это? — она протянула руку, забрала книгу и придирчиво осмотрела её. — Серьезно? Маленький принц? Она только недавно начала говорить и разбираться с окружающим миром, а ты ей ещё и Маленького принца тащишь? Ты бы ещё Канта ей притащил и занялся вопросами Шекспира. — Я просто пришёл проверить, как она. Сегодня была очередная встреча с психологом, и он обеспокоен её показателями, — мужчина торопливо встал, отряхивая безнадежно помятые брюки, и попытался привести в порядок растрепанные волосы. — Она снова закрывается в себе и перестает разговаривать. Это очень сильно сказывается на её работоспособности в наших исследованиях. А книга, — он небрежно взял книжку из рук Романофф и усмехнулся, откидывая её на тумбочку, — она здесь уже лежала, я тоже удивился, что Ники интересуется подобным. А теперь прости, мне нужно идти, дела-дела. — Дела у него, — Нат усмехнулась вслед мужчине и снова посмотрела на книгу, которая ярким пятном выделялась на белой тумбочке. — Ну-ну, иди, папашка, дела у него.