Ради тебя и всеобщего блага

      Ники знала, что Старк уже здесь и в курсе об устроенном ей погроме. Да, не сдержалась и натворила дел, уничтожив весь кабинет, даже стены кровью с кулаков замазала. Жалкий был порыв, недостойный, но обратно уже не вернешься, а так хотя бы душу отвела. Правы они все же были, когда говорили, что эти эксперименты откроют много чего нового. Как они изучали её, так и девушка многое поняла о своем опекуне. Лживая и подлая личность, ничуть не лучше, чем вся верхушка Гидры вместе взятая, только еще и лицемер до кучи.       Злость все еще гуляла внутри, больно было до сих пор и кричать во все горло хотелось, пока не охрипнешь. Но она должна быть сильной в первую очередь ради самой себя. Никто больше не сможет причинить ей боль, она сделает все, что в её силах, чтобы не допустить этого. В голове был кавардак из мыслей, сомнения, сожаления, страхи, разъедали изнутри, было сильное желания вновь залезть в криокамеру и проспать еще лет пятьдесят, как раз все эти низшие людишки вымрут. Беллум отомстит, и отомстит так сильно, что они надолго запомнят тот день и пожалеют, что так с ней поступили.       Девушка ждала его, он должен был прийти и как-то объясниться, в конце концов, это он эксперименты над ней ставил. Снова придет и будет нести ту самую чушь про нужду, благо и прочие вещи, заставляя её снова и снова позволять уничтожать себя во имя чьего-то там счастья. Такие, как он, не принесут счастья никому. — Ники, как ты? — в гостиную вошел Тони. Он хмурился и что-то вертел в руках, смотря на неё притворным мягким взглядом. Ники повернулась и показательно убавила телевизор, приготовившись слушать его легендарную речь.— Я бы хотел поговорить с тобой. О чем-то важном, — мужчина подошёл к дивану и мягко опустился рядом, садясь, как всегда, полубоком. — Послушай, я не виню тебя. В том, что ты разнесла комнату, нет ничего удивительного. Особенно после всего того, что ты узнала. Мне не хотелось тебе об этом рассказывать, честно, я предполагал, что ты потеряешь память, и очень на это надеялся. Это было слишком страшно для тебя, — он обнял её, поглаживая по голове. Девушка обрадовалась этому жесту, можно было не корчить скорбные рожи, пустым взглядом смотря в телевизор. — Но пойми, мы и сами не ожидали такого исхода, результатов было слишком много, нельзя было прерывать опыт. Лучше ты один раз переживешь это, чем снова и снова проходить через все круги ада, ты ведь понимаешь меня? Я переживал о тебе, оставил Наташу помочь тебе, а она вместо этого все испортила. Я должен был защитить тебя от таких воспоминаний, куколка.       Беллум не выдерживала такого сладкого потока лжи, аж зубы сводило от сахарной приторности. Она мягко отстранилась, вытирая щеки. Тут даже слезы имитировать не пришлось, боль от предательства все еще была свежа. Она низко опустила голову, шмыгая носом, и закрылась волосами. Внезапно пришло понимание, что он просто выставляет опыт как благо, Наташу как предательницу и источник проблем. От болезненного осознания девушка закрыла лицо руками и задержала дыхание, чтобы позорно не разрыдаться. Тони лгал ей, в открытую лгал и надеялся, что она поверит. — Ну, так что там с прощением? — тихо с натянутой улыбкой поторопил он её и раскинул руки для новых объятий. Ники подняла на него взгляд и увидела, как его глаза бегали по помещению, а сам он больше скалился, чем искренне улыбался ей. Нервничал и пытался слабенько манипулировать, даже не думая о том, что его можно раскусить. — Я прощен? — Да, конечно, — не стала спорить девушка и улыбнулась дрожащими губами. Сколько же вокруг неё лжи, от осознания даже страшно становилось. А говорил ли ей кто-то правду? — Как всегда.       Она потянулась за новыми обнимашками, желая спрятать лицо, но случайно нажала рукой на пульт от телевизора, лежащий рядом. Звук прибавился, и она услышала репортаж про неясного вида взрыв, но вот фото, которое она заметила краем глаза, заставило её сердце сделать кульбит и замереть. Это был Баки! Руки подкосились, и Ники упала в объятия Старка, шокировано смотря на мутное фото. Это не мог быть быть он, просто физически не мог, он же не подрывник, в конце концов. Это не могло быть правдой. — Что это такое? Они же лгут! — девушка почти подпрыгнула на место, но Тони удержал её, прижимая к себе и гладил по голове. — Это не правда! Это был не Баки! — Я хотел рассказать тебе об этом сам, — строго проговорил он и дотянулся до пульта, выключая телевизор. Мужчина не давал ей вырваться из объятий, но говорил раздраженно и хмурился. — Но раз так получилось, то уже поздно что-то менять. Послушай, это важно, — Старк встряхнул её за плечи, заставля смотреть в свои глаза. — Я хотел подготовить тебя, зная, как тепло ты относишься к Роджерсу и Барнсу. Дело в том, что они сбежали. У одного просто снова шарики за ролики заехали, и он подорвал целую высотку с людьми, а второй поскакал за ним, как горная лань. Они оба преступники, куколка, — он пронзительно заглядывал в её глаза, выискивая там что-то одному ему известное, а ей и играть не приходилось, все было чистой правдой. Она попросту растерялась, снова потонув в отчаянии и непонимании. Этого не могло быть даже на секунду, все они лгали. — Я пытался их остановить, но у меня ничего не вышло. Стив как с цепи сорвался, твердил, что его дружок прав, что он будет его защищать и тому прочее. Их поймали, Барнса отправили на допрос с психологом, но тот избил его и скрылся от полиции. Неизвестно, где они оба скрываются, но мы их активно ищем.       Вся его речь была наполнена такой фальшивой грустью, что становилось тошно. Он лгал ей, глядя прямо в глаза. Нагло врал о её семье, о «предательстве» тех, кто когда-то первыми откликнулся на её немые мольбы о помощи. Она ни на йоту не поверила ему, даже если бы не видела записи опытов. Ложь была настолько очевидна, что в голове не укладывалось, как он мог подумать о том, что она сможет в это поверить.