l'appel du vide

– Брат придет со своим сахарным папочкой, – не спрашивала, а констатировала факт Лиён, заходя в комнату, где уже удобно устроились на диванчике Давон и Наён. – Прячь все светоотражатели, а то ослепнем от лучей добра и позитива, – саркастически пробормотала Мин, плюхнувшись на диван. – Ооо, Хосоки-оппа придет, круто, – сразу загорелась Мун, словив на себе осуждающий взгляд сразу двух пар глаз. Обе девушки, и Наён и Лиён, не любили все эти приставки к именам. Особенно, когда это пресловутое «оппа» произносят миленьким девчачьим голоском, как сейчас у Давон. Им казалось, что она это специально делает. – Главное, чтобы они тут не миловались при нас сильно, как это обычно бывает с парочками, – вздохнула Ким, следя за тем, как уже заканчивает скачиваться сериал на принесенном ей ноутбуке. – Это ты сейчас про Юнги? Ладно Хо, но чтобы Юнги…да миловался с кем-то, еще и при всех – да ни в жизнь, – хохотнула Давон, при этом чуть не подавившись попкорном, который, кажется, уже почти доела, хотя они даже еще и не начали киносеанс. – Мы, скорее, сможем лицезреть, как Юнги-щи даст ему под дых за то, что тот в очередной раз назвал его «моей деткой». Девушки рассмеялись, даже Лиён весело хмыкнула куда-то в сторону, вспомнив, как неловко бывает иногда её брату, и как тот краснеет, как помидор, когда его неугомонный бойфренд одаривает того комплиментами и «милыми» прозвищами. Многие удивлялись, как такие две разных личности могут быть вместе. Они ведь, действительно, чуть ли не противоположности: по темпераменту, по отношению к жизни, к людям. Эти двое даже воспитывались в разных кругах, если можно так сказать про Юнги. Юнги не воспитывали. Юнги воспитывал себя сам. И сестру, по мере своих возможностей, конечно. Так получилось в силу обстоятельств, а именно, когда они бросили. Тема их родителей никогда не всплывала в обычных повседневных разговорах ни с кем, даже с друзьями. Все знали лишь то, что Юнги и Лиён позволяли им знать. Близкие для них люди были в курсе лишь того, что жизнь этих двоих помотала не слабо. Особенно Юнги: оставшись без присмотра людей, которые, казалось бы, должны оберегать и любить, Мину пришлось стать взрослым очень рано. С двенадцати лет Мин Юнги обеспечивал семью, состоящую только из него и его пятилетней сестры: он работал на двух, а иногда и трех работах, стараясь хоть как-нибудь да заменить девочке их. Мин даже и не мог назвать тех людей таким громким и, казалось бы, родным и нежным словом «родители». Для него те были только лишь «они». Насчет его сестры все было гораздо сложнее. Или проще? Смотря с какой стороны посмотреть. Она не знала их в принципе, что позволило ей не проходить через все то, что пережил её брат. Но было бы ошибочно утверждать, что Мин Лиён не могла держать обиду. Давон думала, что даже такой негативный опыт и эмоции могут помочь ей в терапии Лиён, но та, по словам её врача, наотрез отказывается чем-либо делиться. Её лечение встало в тупик. Без желания пациента идти на контакт – результата не будет. Мун очень хотела ей помочь, но проблема в том, что в последнее время у нее слишком много всего в жизни произошло. Её мысли явно будут сосредоточены не на учебе. Они будут утопать в чувстве вины, что она испытывает до сих пор. Перед своей бывшей пациенткой, перед её родственниками, перед самой собой. В её голове крутились уничижительные мысли: «Не уберегла» «Не смогла помочь» «Я могла сделать лучше» «Надо было в тот раз назначить другой препарат, подобрать другое слово, тогда может быть не вышло бы так». В дополнение ко всему, как вишенка на, мать его, торте – Пак Чимин. Здравствуйте, называется, вы нас не звали, а мы пришли (мягко выражаясь). Кажется, не было и минуты, чтобы Мун не возвращалась к мысли о том, как хотелось разрыдаться, всечь пару раз в оба глаза для симметрии и…черт возьми, обнять. Это был как рефлекс, который когда-то он ей сам привил – объятья, когда тебе плохо, когда тебя переполняют негативные эмоции, когда дышать все труднее и труднее. Куда все делось? Почему все привело к тому, что Давон сейчас сидит в окружении подруг, а мысли её не здесь? Они в данный момент в темных глазах-омутах запутались, что всегда смотрели на нее с нежностью и теплом. Она в них тонула, не надеясь на спасение, да и не желая его, на самом деле. Девушка все запомнила, как картинки-слайды в своей голове перелистовала. Она могла воспроизвести, как на проекторе, каждое вкрапление в радужке, каждую эмоцию, что в них отражалась, когда он улыбался (хотя тогда их почти и не видно было), был раздражен или даже рассержен. Мун могла бы воспроизвести и ту эмоцию, что была в них, когда он её оставил. Если бы было, что воспроизводить... Давон, находясь в таких тяжелых раздумьях, даже и не заметила, как подруги начали что-то обсуждать, она не очнулась даже тогда, когда у нее забрали уже почти полупустое ведро со снеками. – Хеллоу, Земля вызывает доктора Мун Давон, – Наён начала щелкать пальцами перед лицом, пытаясь понять, почему та застыла как статуя и, что более удивительно, даже не обратила внимание на то, что забрали еду. Её еду, на минуточку. – А? – девушка вышла из ступора, но все так же смотрела куда-то вдаль комнаты. – Б. Я спросила, ты не против если ТэТэ придет, а то он ведь не отвяжется, знаешь ведь, – вздыхает Ким и протягивает хозяйке квартиры телефон, где её брат завалил ту кучей сообщений с умоляющими смайликами и сердечками. – Я против, – тут же подняла руку Лиён, ища что-то в своем рюкзаке. Подруги надеялись, что это не перцовый баллончик или еще что-то похлеще, чем можно огородиться от настойчивого ухажёра, что так и рвется в гости. Хотя тот никогда и не пытался физически приставать, но Мин все же склонна драматизировать. – Это квартира Вон, так что тихо мне тут моего мишку обижать, – отмахнулась Наён. – Мишку? – скривилась Мин. – Боже, я запомню, – и ухмыльнулась вслед, откидываясь на спинку дивана. – Да-да, пусть приходит, больше народу – больше веселья и бла бла, – улыбнулась наконец соизволившая перевести взгляд из угла комнаты Мун. – И пусть купит еще что-нибудь пожевать, а то я все схомячила, и ничего не осталось. – Удивительно, ха. Еще бы, если ты хомячишь их горстями. Как ты еще не подавилась? – Ким напечатала утвердительный ответ брату. Сообщение тут же было прочитано, словно тот все это время держал заветный телефон в руках и уже был на низком старте, чтобы рвануть сюда. Скорее всего, так и есть. Наён вернулась к ноутбуку, где уже все было закачено. Сегодня она решила всех удивить (на самом деле, нет) и скачать кое-что, что застряло в её сердечке уже давним-давно и не может выйти. – Ой, девки, вам понравится. – Надеюсь, это не «Анатомия страсти», Наён-и, ну пожалуйста. Мне медицины и на работе хватает, а тебе видимо нет, – проныла Давон, пытаясь подсмотреть, что же такого секретного у подруги в ноутбуке, та же легко увернулась от атаки, легко подняв устройство вверх, чтобы мелкая не дотянулась – всегда действенный прием. – Не, это гораздо лучше, уж поверь, – в этот момент в дверь позвонили, и гостеприимная хозяйка уже пошла встречать первых гостей. Через минуту квартиру озарил свет. И в переносном смысле и буквально. Чон Хосок, что сам собой представлял солнышко-лучистое, принес с собой переносной диско-шар. Кажется, в пору всем было очки надеть. – А что, тут не вечеринка? – воскликнул Хо, попутно обнимая Наён, сидящую на диване и чуть не выронившую свой лэптоп, так как парень был приверженцем очень крепких объятий. Ей-богу, Чон Хосок – просто страшный сон интроверта. Юнги, все это время пытавшийся выгрузить огромный ящик с пивом на стол, тоже выглядел удивлённым. Точнее пассивно-удивлённым, что больше в его стиле. – Я тоже так думал, – с укором посмотрев на сестру, пробормотал Мин. Та лишь фыркнула и продолжила пялиться в своей смартфон, который, видимо, она и искала на дне сумки. – Нее, ребят. Мы планировали сериал глянуть. Пока не знаю какой, Наён держит интригу, – начала объяснять Давон. – Ааа, ну и ладно, сериал так сериал. Но пиво выпить надо, ребят. Ну за встречу же, – сохранил свой позитивный настрой Чон, начав помогать своему парню распаковать ящик с алкоголем. – Нет бы помог дотащить, а? Я чуть свой позвоночник не потерял по дороге, – пробубнил явно недовольный жизнью Юнги, пытаясь отколупать скотч, что так и въелся в картонную коробку. – Детка, ты же сам сказал: «Я сам, я сам. Я тебе что, девка какая-то, неспособен один ящик с бухлом отнести?», – попробовав спародировать хриплый и раздраженный голос Мина, Хосок все же смог открыть заветную коробку и уже доставал по очереди бутылки. – Хосок, блять, я тебе не «детка», – рыкнул предупреждающе Юнги и уже выставил руку для атаки на своего бойфренда. – Конечно нет, малыш, – тот явно потешался, но все же был достаточно благоразумным, чтобы при своих словах отойти на более-менее безопасное расстояние. Ведь Мин начал наступление и уже мог ударить несносного Хосока по наглой морде, но в это время раздался еще один звонок дверь. Точнее, звонки. Это точно Тэхён. Только он мог пытаться сделать из простого дверного звонка мелодию, нажимая на кнопку в определённом ритме. Сразу видно – музыкант. Ну или просто не наигравшийся школьник, балующийся с дверными звонками. – Привет Лиён-и, – первое, что сказал Тэхён, войдя в комнату. Нет тебе ни здравствуйте ни до свидания другим, находящимся в помещении. Для него в этой комнате, кажется, существовала только Мин, которая кстати и бровью не повела и не оторвалась от смартфона ни на секунду. Тэхён же, привыкший к такому, просто присел рядом с той на диване, дальше и не пытаясь завести разговор. Ведь знал, что бесполезно. Но он продолжал быть настойчивым – в этом весь Ким. – И всем остальным привет. О, и пиво тут, – он говорил с передышками, видимо сильно спешил, что не могло не вызвать улыбку у окружающих, ведь они знали причину почему так. – Ну что, народ, расселись быстро, – Наён в это время уже колдовала над большим плазменным телевизором, пытаясь найти разъем для флешки. – Я, конечно, не думала, что будет столько желающих посмотреть с нами сериал, но… – Я вообще думал, что тут вечеринка, – раздался бубнеж из «зала», явно принадлежавший Юнги. – А ну-ка цыц, сами пришли. Итак, вашему вниманию представляется величайший сериал поколения Z, с лучшим на свете первым, вторым и третьим сезонами, – Ким говорила так восторженно и громогласно, что все задержали дыхание, словно слушая речь президента. Через пару секунд экран загорелся, серия началась и… – Серьёзно? Дневники вампира? – Юнги посмотрел на Наён вопросительно, подняв бровь. – Не просто Дневники Вампира, а Дневники вампира первый сезон, первая серия – классика. У тебя какие-то проблемы с классикой, Мин Юнги? – Ким прищурилась угрожающе. – Ой, да пофиг. Главное – тут есть пиво и соджу, – разрядил обстановку Хосок, но все же уже заинтересованно смотря на экран. Кажется, он, в отличие от своего парня, был очень даже не против такого поворота сюжета. Кто бы что там не «бубнил», на протяжении всей первой, да и второй и даже третьей серии все с наслаждением упивались сюжетом, прерываясь лишь на пиво, жевание чипсов и комментарии Юнги и друзей о том, что: «Стефан заслуживает большего. Вон Кэролайн и то получше будет. Или вообще Мэтт». Под конец третьей серии Хосок все же решил зажечь свой диско-шар, предложив включить музыку. Так как почти все друзья были уже довольно поддатые, даже несмотря на то, что «тщательно следили за сюжетом сериала», а Давон обещала себе не пить (ага), все охотно согласились. Кажется, все же вечеринке быть. Мун вытащила свою портативную колонку, и все будто позабыли про сериал. Даже Наён и Лиён, которые уже тоже зарядилась «энергией солнца» Хосока. Веселье только началось, а никто и не заметил, как кончилась выпивка. – Ребят, мы, кажется, все вылакали. Кто пойдет в круглосуточный? Надо только быстрее, а то время уже скоро выйдет, – пыталась перекричать музыку Давон, обращаясь ко всем и словно к никому. Ведь слишком уж все отдались танцу – кто-то полупрофессионально, кто-то, кажется, изображал уличного танцора, да еще какого. – Ребятааа, – предприняла еще одну попытку хозяйка квартиры. – А, ладно, поняла, значит я схожу, – проворчала недовольно Мун. – Я с тобой, мне надо подышать, – подошла к ней Лиён, которая уже была готова на стену лезть от тэхёновых взглядов исподлобья. – Сбегаешь? – слышится за спиной у уже направлявшихся к выходу из квартиры девушек. Оклик явно предназначался не Мун, так что та пошла одеваться и дожидаться Лиён уже у двери. Ждать долго не пришлось, так как не прошло и тридцати секунд Мин уже выскакивает в коридор чем-то раздраженная. Точнее кем-то. Кажется, сегодня Ким Тэхёну прилетело пара ласковых от его «предмета воздыхания». – За что ты так с ним? Попробуй хотя бы с ним подружиться. Столько лет парень пытается пойти на контакт, Лиён-а, – Давон не оставляла попыток достучаться до подруги. – Я считаю, что друзей мне хватит, – прошерстив мимо той, ответила Мин, выйдя за порог, при этом ее лица так и не коснулась ни одна эмоция. Оказавшись на улице, обе девушки, с наслаждением вдохнули прохладный вечерний воздух. Вечер сегодня, действительно, красив в своей простоте: ведь на улице сегодня было необычно тихо, даже для такого времени суток. Сеул ведь никогда не спит? Так почему же погода как будто насторожилась сейчас, словно предвещая надвигающуюся беду?