Obsession

Тэхен задыхается, когда его вжимают в постель сильнее и сильнее. Кусает руки и хватается за простыни рваными движениями, разрывая ткань. Шею обжигает поцелуями, змея снова облетает его плечи, душит, но совсем по-другому. Эротично. Тэхен скулит и закатывает от удовольствия глаза, грудь ходит ходуном, распаляя любовника сильнее. Руки перемещаются на чужие плечи, умоляюще сжимая. Влажные губы сильнее распахиваются, рвано хватая воздух, а пушистые ресницы собирают выступившую от напряжения влагу. Тэхен уже не знает, куда себя день, оставляет красные полосы на чужой коже, вертится на постели, тихо постанывая, умоляет не издеваться, но его сильнее вдавливают в постель, фиксируя руки и заставляя поджимать пальцы на ногах и сводить колени, безмолвно открывать рот шире и безостановочно пытаться сделать вдох. Чужие руки проводят по бедрам, мягко оплетая тело, гладят талию и ведут по спине вверх, заставляя подняться и сесть. Но Тэхен падает обратно, как только руки касаются его груди, а чужое дыхание обжигает ключицы. Тэхен задыхается, а змея словно шевелится на его теле, следуя приказам хозяина, велевшего ей унести Тэ на небеса блаженства. Его губы захватывают в плен, страстно впиваясь в его рот, ловят тэхеновы мольбы не останавливаться, лишают воздуха, чужой язык касается подбородка, и Тэхен правда готов кричать. Руки любовника оплетают все тело, а сам он спускается ниже, касаясь губами внутренней стороны его бедер. Тэхен чувствует, что змея дернулась, все ближе и ближе подбираясь к его губам, в то время как чужие губы целуют его колени и ползут выше, выше и выше, к самым чувствительным местам. Тэхен хочет застонать, но вместо этого чувствует лишь змею, впившуюся в его рот. И резко выдыхает, в ужасе распахивая глаза и тяжело дыша.

***

Тэхен лежал в кровати уже черт знает сколько времени, а будильник все не звенел. Маленькая змейка крутилась между пальцев, он словно ощущал все маленькие чешуйки, на самом деле не выгравированные на змеином туловище. Стыд и вина наполнили его душу, заставляя нервничать. В голове раз за разом крутился вопрос: «Зачем я ее взял?», но как всегда не было ответа. Незачем. Эта дурацкая статуэтка и не стоит ни черта, хотя может для Чонгука она значит чертовски много. Просто так тоже не вернуть, нужно незаметно подложить или оставить её себе. Спрятать подальше или выкинуть. Черт, Тэхен в который раз перевернулся на постели, беззвучно ударяя руками в воздухе, когда в дверь постучали. - Эй, ты уже не спишь? – послышался чонгуков голос из-за двери. Тэхена затрясло. Чертова змея! Сердце бешено забилось, а глаза лихорадочно забегали. Он запихнул её под одеяло, смяв его на углу постели и уронив подушки. И тут же кинулся открывать дверь, на ходу поправляя одежду и успокаивая дыхание, распахнул дверь, сглатывая. - Ты чего такой растрепанный? Хотя это не важно. Спускайся, нужно поговорить, - Тэхен все ещё тяжело дышит, хоть и пытается это скрыть. Чонгук был как обычно холоден, и как обычно не обращал на него почти никакого внимания. Просто выглядел идеально и заставлял втихую восхищаться тем, как он выглядит, а ещё эти костюмы троечки, сводящие с ума многих в компании, сводили с ума не только люд простой, но и Чон Тэхена, пускающего слюни на идеал всех известных любовных романов современности уже третий день подряд, хоть и не нравился ему этот придурок вовсе. Блядский Чонгук, Тэ очень надеялся, что он не видит, как Тэхен на него смотрит, даже если он делает вид, что не замечает, это все же лучше, чем издевки. - Иду, - тихо бросает Тэ и идет к шкафу, чтобы причесать хотя бы волосы, но по дороге прихватывает змейку, перерыв заново всю постель. Горничная будет в шоке. На кухне никого нет, даже горничная как назло еще не явилась, зато там тихонечко сидит Чонгук, сидит весь такой, пьёт кофе, облизывает покрасневшие от горячего напитка губы (как хорошо, что он не любит холодный кофе), роется в телефоне, и все это выглядит так правильно и по-домашнему, что Тэхен не прочь бы сейчас забраться к нему на колени. Но обстоятельства не те. - Ты что-то хотел? – бросает он, доставая свою кружку. - Мы так и не выяснили, кто сливал активы с брокерского счёта, - Чонгук смотрит, как задирается футболка, оголяя тэхенову поясницу и медленно облизывается, тут же вновь дела вид, что очень занят своим кофе. - Я думал, что это делается по наставлению господина Чона, он ничего мне про это не рассказывал, но ты говоришь, что приказа на это не было, так? - Верно.       Подтверждает Чонгу, рассматривая домашний вид Тэхена и даже чуть-чуть завидует, что этот придурок не парится о времени, придет в офис вовремя, всем улыбнётся и займет своё «папочкино» место, а Чонгук снова явится раньше, чтобы отследить каждого, кто пройдет через систему. - Ты же в курсе, что бесполезно приходить раньше и что-то вынюхивать? – брови Тэхена ползут вверх, а усмешка на губах делает его совсем подростком, и Чонгук думает о том, что его отец чертов педофил. - Думаешь, так мы ничего не выследим? - Мы? – Тэхен фыркает и улыбается, - Не знаю, как ты, а я могу отследить всё это через смартфон. Держи, - протягивает он Чонгуку свою мобилку, и внимательно следит, чтобы чужие пальцы не перешли куда-то помимо открытой вкладки. - То есть я могу не ездить на работу раньше? – Чон хмурится, а Тэхен не может сдержать улыбки. Как тут черт побери не спалиться? - То есть ты можешь остаться и позавтракать, - кивает Тэхен и сжимает в кармане змейку, желая отдать, но было бы слишком странно делать это сейчас, а вот импульсивное желание поцеловать Чонгука почему-то растет в геометрической прогрессии, так что Тэхен забирает свой телефон и убегает вверх по лестнице, оправдываясь утренним душем. Завтракаете ли Вы по утрам? Тэхен слишком сильно любит много кушать утром, чтобы не есть много вечером и вообще просто быть в хорошем настроении. Ведь еда – это почти как деньги. Хорошо, когда она вкусная и её много. Чонгук же вообще не завтракал, выпил только эту свою чашечку кофе и схватил яблоко, словно хотел ещё сильнее проголодаться. Тэхен спустился вниз уже при параде, в рубашечке, небрежно расстегнутой на пару пуговиц, без галстука, зато в классических серых брюках. И уже с укладкой. Если бы Чонгука в тот момент спросили, за что он так его ненавидит, то он бы с легкостью сказал – за идеальность. Вот Тэхен идеально выглядит, потратив на сборы куда меньше времени, чем сам Чонгук; вот знает о компании больше, чем сам Чонгук, последние три года поднимавший филиалы; вот Чонгук совсем его не знает, но что-то в этом придурке так и притягивает, что временами хочется себе что-нибудь отгрызть, чтобы глаза на него не косили. И Чонгу правда не знает, что ещё спросить, прокашливается и уверенно выдаёт: «Ты змейку мою не видел?» Тэхен теряется, губы слегка дергаются в едва видной ухмылке, руки медленно подрагивают в карманах брюк, он сглатывает и упирается взглядом в чонгуков кадык. - Н-нет? – сжимая статуэтку в кармане, - А что за змейка? – и тянется левой рукой к правому плечу, чтобы размять и скрыть напряжение. - Да неважно, потом поищу, - и подозрительно щурится, махнув рукой в сторону двери, - Нам пора, - Тэхен просто кивает, продолжая сжимать змейку в кулаке.

***

      Чонгук осторожно стучится в дверь, сам не понимая почему это самое «осторожно». На сердце на удивление спокойно, хотя тревожные мысли изредка закрадываются в голову. Он мотает головой, заходя в кабинет. - Ты что-то хотел? – устало спрашивает Тэ, на часах уже стукнуло семь вечера, а они всё ещё в офисе. - Хотел обсудить дальнейшую стратегию, - Чонгуку совсем не нравится его измученный вид, хотя сам он выглядит едва ли лучше. Взгляд медленно скользит по столу, ища изъяны, которых не сосчитать по пальцам. Документы вовсе не упорядочены, карандаши и скрепки разбросаны по столу, стикеры приклеены куда попало. Чонгук тяжело вздыхает. - Так что там по стратегии? –тихо шепчет Тэ, не отрыва глаз от компьютера, не переставая щелкать мышкой. - Я уезжаю, - Чонгу говорит тихо, почему-то надеясь, что его не услышат, – Через три дня. - Нет, не уезжаешь, - просто утверждает Тэхен, но сердце пропускает удар, а пальцы застывают над кнопкой. Чонгук тихо смеётся и почему-то надеется, что и правда не уедет, какой бы ни была причина. - У нас есть нерешенное дело, младший господин Чон, тебе придется остаться и помочь мне с этим. - Думаю, мы сможем выяснить что-нибудь за три дня, отправим запросы на экспертизу… - Я не про счёт, - отрезает Тэхен, поднимая глаза от монитора и впиваясь взглядом в Чонгука, - Не решено дело с делёжкой наследства. Я ещё не получил все свои деньги, - он опускает руку в карман, дотрагиваясь снова до украденной змейки. - Кто тебе сказал, что ты получишь все свои деньги, - улыбается Чон, за красивую улыбку Тэхену можно простить многое, но не это. Тэ поднимает взгляд, наблюдая за тем, как Чон опирается руками на стол, наклоняясь вперед, невесело улыбаясь. Тэхену не то, чтобы некомфортно, просто выглядит это неловко. Ему неловко. Чонгук улыбается, а тэхеново сердце пропускает удар. Затем ещё один, а затем он улыбается, вальяжно откидываясь на спинку стула. - Слышал ты пару свою встретил, уверен, что сможешь уехать? – Тэхен нагло ухмыляется, перебирая карандаш в руке. - Что? – Чонгу слегка тушуется, тушуясь, - Откуда ты?.. Тэхен неожиданно осознает, что никто не знает об этом, кроме них двоих. Потому что никто не может знать. Улыбка спадает с его лица, а сам он подается вперед, шепча. - Видел снимки у тебя на компе, - Чонгук молча смотрит ему в глаза, ни черта не понимая, - Тату… У тебя явно другие, - тянет он, больше не осознавая, как выбраться из этой ямы, - Да что-о? – тянет он, неожиданно дергая чонгуков галстук на себя. Дергает резко, оставляя между их лицами жалких пять сантиметров, тяжело дышит, но продолжает улыбаться. Чонгуковы глаза бегают по его лицу. Ничего не попишешь, он пропалился. - Я был у тебя в комнате, - выдыхает Чону в самые губы. Чонгук словно не дышит, замерев. - Там были твои фото, - выдыхает Тэ, - Точнее твой…торс, - улыбаясь, - Я видел тебя в футболке, Чонгук-а. Так что же тогда было на твоем ноуте, м? – Тэхен приближается, наматывая галстук на руку, - Делаем выводы: ты. встретил. соулмейта. Я же прав? – Тэхен улыбается, но ему вовсе не весело. - Ты ревнуешь? – неожиданно осознает Чонгук. - я стащил твою змейку, - одновременно с ним выпаливает Тэ, доставая статуэтку из кармана.