Глава 7
19 июня 2021 г., 22:32
В Хогвартс они должны были отправиться через камин. Профессор МакГонагалл хотела поговорить с ними с глазу на глаз, да и посчитала, что им в любом случае будет лучше избежать толпы любопытных в поезде. Гарри неуверенно мялся у камина, держа в руках горшок с летучим порохом.
— С тобой всё нормально? — поинтересовался Драко.
— Не люблю камины, — объяснил Гарри.
Драко терпеливо ждал. Он вообще был хорош в этом. Знал, когда «зеленого света» чересчур много.
— Да, я и сам не фанат их, — произнес Драко. Гарри подозревал, что он понимает его, как никто другой. — Тогда я пойду первым.
— Спасибо, — благодарно произнес Гарри.
Когда Драко исчез, Гарри сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Зеленое пламя заставляло его пульс нервно зашкаливать. Он взял себя в руки, бросил горсть летучего пороха и даже сумел не вздрогнуть, когда после его вскрика, яркая вспышка зелёного озарила всё вокруг.
Драко лежал на полу в кабинете профессора МакГонагалл, свернувшись клубочком.
— Он с криками рухнул вниз, — кратко рассказала профессор МакГонагалл, побледнев.
Драко подполз к корзине для бумаги и его стошнило прямо туда. Гарри бросился к нему, убирая с его лица волосы.
— Дело в близости, — понял Гарри. — Я совершенно забыл про это условие.
— Я тоже, — отозвался Драко. Его волосы слиплись от пота. Гарри начал поглаживать его по спине в попытке поддержать. Когда Драко прекратило рвать, профессор МакГонагалл передала ему стакан с водой и заклятием очистила корзину.
— Возможно, Вам лучше переночевать в лазарете, мистер Малфой, — предложила МакГонагалл.
— Со мной всё в порядке, — ответил Драко. — Просто я не ожидал такого.
Он медленно поднялся на ноги и сел на один из стульев перед столом директрисы.
— Вы хотели поговорить с нами, профессор?
— Ну, — её определенно поразило такое вежливое поведение Малфоя. — Возможно, нам следует перенести разговор, пока Вы не почувствуете себя лучше.
— Пожалуйста, не напоминайте об этом, я и так чувствую себя достаточно униженным, — резким тоном попросил Драко. Его небольшая грубость, похоже, придала МакГонагалл решимости.
— Ладно. Мистер Малфой, я обязана проинформировать Вас о том, что разрешение вернуться Вам в школу противоречит моему здравому смыслу. Позвольте Вас заверить, что, если я услышу хотя бы об одном проступке с Вашей стороны, Вы немедленно вернетесь назад. И я не имею в виду к мистеру Поттеру, я имею в виду в Азкабан. Я доступно изъясняюсь?
— Да, профессор, — вежливо ответил Драко.
МакГонагалл приступила к изложению условий пребывания Малфоя в Хогвартсе. Гарри обязан был провожать и забирать его со всех уроков, включая те, которые у них не совпадали. Малфою вернут палочку, однако использовать её он сможет лишь на уроках под надзором преподавателей. Гарри позволялось оставлять его одного только в их комнатах, библиотеке или во время уроков, которые у них не совпадали. Малфой в таких случаях должен был ждать, пока Гарри придет и заберет его. Преподаватель защиты от темных искусств будет проверять палочку Малфоя раз в неделю, чтобы убедиться, что он не использует её незаконно. Список требований всё увеличивался, но лицо Малфоя оставалось вежливо-заинтересованным.
— Вам всё понятно? — закончив свою длинную речь, спросила МакГонагалл.
— Да, профессор, — ответил Драко.
Лицо профессора МакГонагалл стало более дружелюбным.
— Вы уверены, что не хотите, чтобы мадам Помфри Вас осмотрела? Вы меня довольно сильно напугали.
— Я в порядке, — смущенно сказал Драко.
— Ему просто нужно немного отдохнуть, — встрял Гарри. — Может, нам лучше пропустить пир и поужинать в своих комнатах?
— Прекрасная идея, мистер Поттер, — поддержала профессор. — Я проведу вас к ним.
К огромному облегчению Гарри, комнаты были раздельными. Гарри невысоко оценивал свои шансы не стать полным извращенцем, если бы ему пришлось делить с Малфоем спальню целый год. Профессор МакГонагалл выделила им апартаменты с двумя спальнями, ванной и гостиной. Наколдовав для них поднос с сэндвичами, она ещё раз уточнила, нормально ли Драко себя чувствует (он в свою очередь поблагодарил её, стиснув зубы), и ушла.
— Мне очень жаль, — произнес Гарри.
— Не говори глупости.
Они стояли бок о бок. Гарри повернулся к нему лицом и положил руку Драко на лоб, чтобы проверить температуру.
— Я в порядке, Поттер. Я привык испытывать на себе круциатус. Меня так подкосило только из-за неожиданности.
Рука Гарри скользнула по лицу Драко, опустившись на его шею. Они наклонились друг к другу и прижались лбами.
— Довольно угнетающе слышать, что ты привык быть подверженным проклятью круциатус, — отметил Гарри.
— Наверное, это было преувеличение с моей стороны.
— Мне жаль, что МакГонагалл так на тебя набросилась.
— Теперь ты начал извиняться за всё подряд, — заметил Драко.
Их носы соприкасались, а губы находились в сантиметре друг от друга. Гарри едва мог дышать. На ощупь волосы Драко под его ладонью были такими шелковистыми. Он желал раскрыть для себя все особенности тела Драко.
— Ты определенно не хочешь целовать меня сейчас, — мягко сказал Драко. — У меня отвратительный запах изо рта.
Гарри стремительно отступил.
— Я вообще не хочу тебя целовать, — произнес он. Скорее это было сказано самому себе, а не Драко, но Драко стал выглядеть так, словно его ударили. — То есть, я хочу. Очевидно, что я считаю тебя привлекательным.
Драко молча наблюдал за ним. Он делал так, когда пытался прикинуть, что говорить дальше. А Гарри ждал. Это была одна из привычек Драко обдумывать разные варианты. В половине случаев он, видимо, считал, что ему нечего ответить Гарри и просто уходил. Но порой он всё же заговаривал. Однако Гарри не мог похвастаться терпеливостью.
— Послушай, о чем бы ты не думал, ты можешь просто озвучить это.
Драко стрельнул в него настороженным взглядом. Прошло десять секунд, прежде чем Драко (как подозревал Гарри) проанализировал это новое заявление и тщательно перебрал все возможные версии ответов, чтобы наконец выдать.
— Ставки слишком высоки для меня.
У Гарри внутри натянулась пружина от этой определенно загадочной ремарки. Хотелось бы Гарри верить, что отчасти ставки высоки, потому что он тоже нравился Драко. Но вероятнее всего он имел в виду полную власть Гарри над ним через узы.
— Я понимаю, — сказал Гарри.
— Тебе следует решить, чего ты от меня хочешь, — добавил Драко.
И Гарри совершенно не понравился подтекст этой фразы. Всё сходилось к тому, что у Драко не было выбора. Отчасти так оно и было. Довольно проблематично отвергать ухаживания собственного тюремщика.
— Послушай, ты чертовски привлекателен, настолько, что я порой забываюсь. Но я считаю, что мы должны остановиться на дружбе.
К огромному удивлению Гарри, лицо Драко внезапно просияло. Гарри никогда в жизни не видел, чтобы он выглядел вот так: как человек, который только что выиграл самый ценный для себя приз.
— Друзья? — переспросил Драко с забавной улыбкой.
— Ага, — с легкой тревогой ответил Гарри.
— Хорошо, — согласился Драко, издав звук чем-то схожий с хихиканьем. — Отлично. Друзья. Поедим сэндвичей?
Мерлин, он точно собирался свести Гарри с ума.
***
Мать ждала его в спальне. — Он хочет дружить, — сообщил ей Драко, стараясь, чтобы голос не выдал его взволнованности. Но его мать отчего-то не выглядела восторженной из-за этого. — Ему нравятся те чувства, которые ты в нем пробуждаешь, — произнесла она. — Однако это не означает, что ему нравишься ты. — Нет, я… я понимаю это, — ответил Драко, хотя ему даже в голову не приходила подобная мысль. Когда она её высказала, всё стало выглядеть достаточно очевидным. Где-то в подсознании прозвучал слабый голосок, утверждающий, что его мать никогда не говорила ничего настолько жестокого. Но Драко не стал слушать его, ведь это не играло роли — теперь она общалась с ним именно так. Да и сказанное было чистой правдой. — Он не сможет полюбить тебя, пока ты не раскаешься, — изрекла она. — Но я не могу раскаяться только ради того, чтобы меня полюбили, — возразил Драко. — В этом и проблема, — ответила его мать и исчезла.***
— Не возражаешь, если мы поедим за гриффиндорским столом? — спросил его Гарри следующим утром пока они спускались по лестнице. — Нет, — автоматически ответил Драко, но затем кое-что вспомнил. — Да. Гарри остановился и взглянул на него. — Что? — Дин Томас, — намекнул Драко. — …Да? — Я не могу сидеть с ним за одним столом, — объяснил Драко. — Я уверен, если ты просто извинишься… — Я не стану извиняться перед ним! Гарри выглядел таким разочарованным, что невольно напомнил Драко об отце. — Почему нет? — спросил Гарри, явно пытаясь оставаться спокойным. — Потому что… Драко начал нервно ходить взад и вперед по коридору. В голове роилось такое количество мыслей, что он даже не стал пытаться отфильтровать их все. Потому что! Потому что иногда извиниться значило совершить самый эгоистичный поступок на земле! Потому что просить кого-то простить вас, хотя он этого не желает, являлось манипуляцией! Потому что Дин Томас не обязан был лицезреть его лицо три раза в день только из-за того, что Гарри захотелось трахнуть Драко, и он вытащил его из Азкабана, используя свою карту героя! — Почему нет, Малфой? — повторил Гарри до ужаса ледяным тоном, какой он уже бывало использовал в разговоре с ним раньше. — Он не должен видеть меня снова! Он остановился в шаге от Поттера, опасливо посмотрев на него, и с облегчением обнаружил, что выражение лица у того поменялось. — Драко… ты не можешь так думать. Глаза Драко в панике распахнулись оттого, что приказ тут же сковал его волю, и он быстро постарался избавиться от своих мыслей… — Твою мать, прости! Думай, как тебе хочется, — мгновенно исправился Гарри. — Я только пытался сказать, что ты не сможешь двигаться вперед, если будешь так к этому относиться. Драко ощутил, что достаточно совладал со своими эмоциями, чтобы суметь разумно отфильтровать ответы. Прежде чем заговорить, он быстро пробежал по готовым вариантам. — Иногда извиняться, значит проявлять эгоизм, — произнес он. Его мать безудержно плакала на коленях: — Прости меня, прости меня… — Я считаю, что Дин заслуживает извинений, — ответил Гарри. Драко закусил губу. — Позволь мне, пожалуйста, позавтракать в комнате и передай ему записку от меня. — Ты не можешь просить прощения через записку! Драко бросил на него обиженный взгляд из-за приказа, и Гарри стало стыдно. — То есть ты можешь. Просто это плохая идея. — В записке я просто хотел спросить его, согласен ли он выслушать мои извинения, придурок. Я не собираюсь выпрыгнуть перед ним, как черт из табакерки, со словами «Сюрприз! Прости, что я не помешал моей семье пытать тебя! Наслаждайся своими яйцами Бенедикт!». Гарри усмехнулся. — Ты очень давно не звал меня придурком. Я соскучился по этому. — Так ты передашь ему записку? — Да. И если он будет не против, тогда я приведу его в наши апартаменты после завтрака. Драко достал из кармана своей мантии перо и пергамент и быстро нацарапал Дину короткое послание. Дин, Я хотел бы принести тебе свои извинения. Но только в том случае, если это не причинит тебе ещё больше боли, чем я уже причинил. Если ты согласен, Поттер приведет тебя ко мне после завтрака. Если ты предпочтешь, чтобы я больше никогда не заговорил с тобой, передай это ему, и я, естественно, исполню твою просьбу. С уважением, Д. Малфой. Он отдал записку Гарри. — Я думаю, тебе надо приказать мне уйти в комнату, — сказал он. — Из-за близости. — Ой, — смущенно воскликнул Гарри. — Ладно. Признаться, мне не очень по душе говорить тебе, что делать. Драко ответил раньше, чем смог бы остановить себя. — А мне даже нравится. Гарри сглотнул. — Я имею в виду, что… очевидно, мне не нравится… ну, ты знаешь… быть под арестом, — в ужасе начал объяснять Драко. — Я не хочу, чтобы ты сделал из меня раба. Я только имел в виду в сексуальном плане. Блять. Если бы Драко сам не сгорал со стыда, возможно, выражение лица Гарри его бы позабавило. — Ага, я собираюсь сделать вид, что ты никогда мне этого не говорил, — ошарашено произнес Гарри, а затем он нахмурился. — Хорошо. Э-э. Иди в наши апартаменты. — Спасибо, — поблагодарил Драко и бросился прочь, ощущая, как его сердце бешено колотится в груди.
