Последний ритуал

Сначала он попросту не поверил собственных ушам. То, о чем говорила Ребекка не имело совершенно никакого смысла, и отвлекло Никлауса даже от того занимательного факта, что его смогли вернуть к жизни. В систему координат Майклсонов, ставивших во главу угла две вещи — собственные желания и маниакальную страсть к семье, поступок сестры вписывался идеально. Клаус даже не удивился ее упрямству и бесстрашию, Ребекка была Майклсоном до мозга костей, может быть даже больше чем они с Элайжей и Колом вместе взятые, и именно поэтому то, что она сообщила ему только что, никак не могу быть правдой. Определенно, это лишь шутка. Однако, веселья в глазах сестры не было ни на грамм, мрачное лицо Марселя и вовсе говорило само за себя. — Ник, послушай… - нрушила напряженную тишину Ребекка, очевидно отыскав слова, для того, чтобы объяснить произошедшее, но Клауса мало волновали оправдания. Он вихрем оказался в центре гостиной, стискивая пальцами тонкую шею сестры. — Что ты наделала, Бекс?! Добиваясь ответа он сжал ладонь сильнее, от рык Марселя, вставшего между ними заглушил шепот сестры. — Полегче, Майклсон! — оскалился Жерар, обнажая клыки, — она пошла на это из-за вас! — А с тобой я еще поговорю, дорогой друг, — процедил Клаус, обжигая своего воспитанника полным ярости взглядом, — кто позволил вам сотворить подобное? И как, ко всем чертям, платой за это шоу оказался Элайджа? Этот вопрос даже звучал абсурдно, и гибрид ощутил, как в нем нарастает безумный смех, сдержать который он не стал и пытаться. Полные губы дрогнули в улыбке, и после он себя не сдерживал. Его больше похожее на истерику веселье перешло кажется и на Ребекку, которая осела на пол, сжимая руками голову — с ее губ срывался не то хохот, не то рыдания. Сохранить рассудок удалось только Марселю. — Именно таким я представлял воссоединение семьи, — закатил глаза он, качая головой, — ничего не меняется — фамилия Майклонов так и осталась синонимом слова «безумие». Но советую отложить истерику, скоро здесь будут Фрея и Кол. И Хоуп. При звуке последнего имени взгляд Клауса немного просветлел, прежде чем его глаза окончательно пожелтели, а лицо исказилось от ярости, зазмеившись темными венами. — Если ваша проделка хоть как-то отразиться на ней, клянусь адом, вы горько пожалеете о том, что… — Со мной все в порядке, папа, — перебил его задорный девичий голосок, и Майклсон застыл, мгновенно узнавая его обладательницу, которая в миг оказалась рядом, прижимаясь к его спине. — Дорогая, я … Чувства захлестнули его, но выразить их не позволил строгий голос, безжалостно разрушивший идиллию. — Хоуп, о чем мы с тобой говорили? Ты должна сдерживать эмоции. Он может быть для тебя опасен. Резко развернувшись, Клаус завел за спину дочь, и его тяжелый взгляд, сулящий неминуемую гибель каждому, впился в ту, что позволила себе подобную дерзость, однако, на лице стоящей перед ним девушки не отразилось и тени страха. — Ты еще кто? — прорычал он. — Та, что охраняет Хоуп от неприятностей вроде тебя, — сузила глаза девчонка, от чего гибрид окончательно озверел, но напасть ему не позволила Ребекка. — Ник, остановись, — вмешалась она, оказываясь рядом с незваной гостью, — и прекрати рычать на Грейс. Мы и так едва смогли уговорить ее заниматься с Хоуп! — Еще одна ведьма? — скривился Клаус, — надеюсь, случай с Элайджей не повториться? И вы не отдадите ей в оплату меня? — Похоже, после воскрешения у тебя поехала крыша, Майклсон, — рассмеялась Грейс, и мелькнувшие на ее щеках ямочки, почему-то разозлили гибрида лишь сильнее, — мне ни к чему старая ветошь вроде тебя. В гостиной воцарилась ледяная тишина, и Хоуп выйдя из-за спины отца, поспешила в сторону наставницы, становясь с ней рядом, что, разумеется, не укрылось от взгляда Клауса. Похоже, все ожидали от него нападения, выстраивая вокруг дерзкой ведьмы линию защиты. В прежние время это лишь раззадорило бы его, но не теперь. Сейчас, у Майклсонов были проблемы посерьезнее, чем белокурая выскочка. С ней он разберется позже. Приняв решение, Майклсон широко улыбнулся. — Пожалуй, мы не с тобой начали, дорогуша. И то, что ты ведьма весьма кстати. Ты случайно не знаешь, безумную, что покусилась на моего брата? — Ее случайно знаю я, — ответила ему вместо Грейс, появившаяся на пороге Фрея, — и кажется, у нас большие проблемы.