Афродизиак

ВИТ Зайдя в подъезд и следуя за Славой, не мог не обратить внимание на пакет с логотипом "Детский Мир" в её руках. Но спрашивать о чём-то, кроме как о нас, пока не планировал. Да и все мои планы полетели к чертям, когда увидел девушку. Совсем другая, нет, такая, как давным-давно была раньше. — Хорошо выглядишь, — отвесил шаблонный комплимент. — А ты не очень. В эту самую секунду я понял, когда видел Славу такой. Четыре года назад. Десятое декабря. — Скучаешь? — Заприметив симпатичную первокурсницу в полном одиночестве, сразу подкатываю, пока "Медела" не поглотила мой энтузиазм алкоголем. Не удостоившись ни то, что ответа, а даже взгляда, без приглашения усаживаюсь рядом на свободный край дивана. — Я не приглашала, — манерно отвечает новая знакомая, заметно отодвигаясь поодаль. — Да ладно тебе, расслабься. Я не яйца подкатываю, просто общаемся, — обворожительно улыбнулся и добавил, — ди-джей кстати, довольно популярный. Откинулся на спинку дивана, предвкушая произведенное впечатление. Все девчонки велись на эту лапшу. — Вау, — едва округлив свои красивые глаза, отметила девчонка, — может и клипы снимаешь? Как я тебе? М.. Придвигается ближе, медленно напирая на меня своей объемной грудью. В-образный вырез приковывает мой взгляд и я так старательно держу свой бокал с вискарём в руке, чтобы не расплескать его от неминуемого удовольствия. — Ну снимаю, конечно. Там правда небольшой кастинг, но ты пройдешь точно... — Тогда поехали, наверное, он проходит у тебя дома? А хочешь ко мне? — Продолжает за меня первокурсница, оказываясь в заветной близости. Ещё никогда прежде девушки так ловко не поддавались на мои уговоры. Ломались и строили из себя неизвестно что, но с этой всё шло как по маслу. Мне кажется я как в диснеевском мультике вытянул губы для первого поцелуя. Приятный, дразнящий запах волос, оголенная тонкая шея, острый, точеный подбородок и два глубоких, лучистых янтаря глаз пьянили круче любого алкоголя. Уже вижу как её ротик своими мягкими губками возносит меня к небесам от наслаждения. — Так ты себе представлял? — Резко возвращает меня обратно на землю и следом опрокидывает мой бокал. Плеск напитка оседает на новенькой футболке и задевает брызгами лицо. Молниеносно подскакиваю, стряхивая капли виски. — Чё, какого хрена? Девушка, не скрывая тени улыбки, поднимается тоже. Окидывает меня победно-пронзительным взором и намеревается уйти. — Виталик, если что, — провожу ладонью по одежде, понимая что она пропитана насквозь. — Орловская, — отвечает на автомате и всё же покидает меня. Со мной остается только жгучее желание уложить эту девицу на лопатки, прямо подо мной, в моей же кровати. Сам того не замечая, дальнейшее время в клубе провёл в поисках новой знакомой. Высматривал её тут и там, но тщетно. Переключиться на кого-то другого не получалось, эта заноза слишком крепко засела. Пока вокруг все веселились, бухали и снюхивали дорожки прямо у барной стойки, я вышел на улицу, прикидывая куда двинуться дальше. Морозный воздух защекотал ноздри, и я подтянул ворот зимней куртки повыше. Таксисты вперемешку с такими же, требующими продолжения банкета, как и я, обосновались напротив входа. Толпа мешала сконцентрироваться, а пьяные рожи вокруг и вовсе навевали скуку. Двинулся вдоль здания всё также прикрываясь воротом, теперь уже от знакомых лиц. Остановился на углу, подумывая о том, не закурить ли мне. Откуда-то справа раздался тягучий и вместе с тем звонкий скрип. Обернулся на звук. В нескольких метрах от меня находилась детская площадка и кто-то не преминул возможностью покачаться на качелях. Напрягать зрение не пришлось, так как площадка хорошо подсвечивалась фонарями. — Какие люди и в полном одиночестве, — моё не найденное сокровище в клубе будто любезно поджидало меня на улице. — Только не говори, что сядешь ко мне на колени, — уточнила девушка, когда я подошёл ближе. — Я бы предложил тебе сесть мне на лицо, но ты, по-моему, не из этих. — От чего же? Не похоже, что ты так хорошо разбираешься в людях. — Парировала Орловская, продолжая медленно качаться. — Мы можем до утра обмениваться любезностями... — А можем сразу поехать к тебе? — Вставила с ходу свои пять копеек. — Не думаю, что во второй раз ты согласишься. — Не удивился, если бы она опять всё перевернула в свою пользу. — Я жду знакомую. — Симпатичная подружка? — Знакомая. — С виду обычная кукла, и откуда столько стали пробивается в её голосе. — Ты на юрика учишься или филфак? — Уточняя, занял соседнее местечко на свободных качелях. — Лингвистика, а ты? — А я ди-джей, говорил ведь, — отчего-то улыбаюсь, будто между нами произошёл нормальный, адекватный контакт. — А свою музыку пишешь? — Поддерживает разговор девушка. — У меня дома отличная коллекция пластинок. Резво, но мягко толкает меня в плечо, и я жалею, что не прихватил из бара бутылку. — Имя-то у тебя есть? — Слава. — Это типа непобедимая? — Уточняю возможную интерпретацию. — Нет, это просто имя — бестолковое и к тому же мужское, — фыркает в ответ и поднимается с качелей. — Увидимся как-нибудь? — Смотрю на неё, думая что в действительности это вряд ли случится. Домашние девочки не задерживаются в "Меделе". — А ты не такой кретин, каким хочешь казаться. Знаешь, я ещё не встречала свой День Рождения на качелях. — Обнимая себя за плечи, чуть ёжится от холода. — Это намёк на свидание? — Почему ты во всём ищешь какой-то особый смысл? — Снова недовольные нотки в голосе. — Может наша встреча не случайна и я твой подарок судьбы? — Осмелев, поднимаюсь и подхожу ближе, кладя руку в области её талии. Начавшийся снег крупными хлопьями ложится на темные волосы девушки и она тут же накидывает капюшон так, что меховая опушка от куртки закрывает щёки. Два, уже знакомых мне своей яркостью, янтаря, пламенем с чёртиком переливаются в глазах. — Скорее я твой. — Выносит вердикт и я почему-то с ним мысленно соглашаюсь. .... — С днём рождения, — выдаю уже в лифте, при этом несмело переминаясь с ноги на ногу. — Спасибо. — В ответ также сухо, как и при встрече. — Вспомнил твой день рождения и наше знакомство... — То как ты с триумфом вылетел из караоке помнит вся Москва. — Слава покидает лифт первой и на подходе к двери оборачивается на меня. — Я бы хотела оказаться в том дне. — Можем повторить, — улыбаюсь, но девушка не поддерживает моё веселье. — Дома не убрано, я не ждала гостей. В квартире казалось как-то непривычно пусто. Я не был здесь с тех пор, как забрал Славу к себе. Не мог сказать, что здесь и раньше царил семейный уют, сопровождаемый ароматными запахами еды, но сейчас казалось и вовсе безжизненно. Слава прошла на кухню и что-то убирала со стола, пока я топтался в коридоре с неприкаянным букетом цветов. — Кофе нет, — послышалось от девушки. — Не догадался взять торт, — пройдя к ней, положил лилии на стол и сел на высокий стул. — Как ты? — Всё нормально, а ты? Будто мы и не были никогда близко знакомы. Какие-то натянутые, шаблонные ответы. Я ошибся, думая, что Слава показалась мне такой, как четыре года назад. Там она была живой, а сейчас словно пустая. Только сдержанность говорила о том, что в ней ещё немного осталось той Орловской. — Заметил пакет из детского... — придирчиво посмотрел на девушку, вникая в негласный ответ. Её вид ничего не выражал, ни смятения, ни отрицания и прочесть какую-либо эмоцию оказалось невозможно. Слава включила чайник на подогрев и поставила передо мной две чашки с чайным пакетиком в них. Взяв букет, осмотрела комнату в поисках вазы. Видимо ничего не заприметив, отложила цветы на тумбу. Села напротив меня, сложив ладони под подбородком и упершись локтями в столешницу. Очевидно, я должен был сейчас всё рассказать. Почесав переносицу, всё никак не мог найти покоя своим рукам. То заламывая пальцы, то потирая виски. Сидели в полной тишине и только вода, закипающая в чайнике, нарушала её. К нарушителям присоединился и Висла, показавшись с характерным мяуканьем в проёме кухни. — Ничего себе ты его раскормила, — отметил пухлые формы кота, когда тот уселся недалеко от своей миски. — Он непривередлив в еде, — проговорила девушка и убрала руки от лица. Хлопнув по своим коленям, как собачку призвала Вислу и тот, на моё удивление, повиновался. — У тебя даже кот дрессированный. Слава не обратила внимание на мои слова, легко почесывая пушистого за ушком. Я поднялся с места. Пройдя к чайнику, снял с панели нагрева. Наливая воду по кружкам, старался не выдать то, как потряхивало руки. Не знал, заметила ли девушка, и испытывала ли она волнение сродни моему. — Слав, — вернувшись на стул, решил начать с чего-нибудь, — я пришёл не просто, чтобы поздравить или как-то отметиться. Не смог дозвониться и много раз писал смс... — Я читала одно из них и на признание в любви это не было похоже, — перебила девушка, пресекая и без того тяготу моей речи. — Да, я тогда был напуган.. — Напуган? — Да дай договорить. — Выждав секундную паузу, набрал в рот воздух и, надув щеки, выдохнул, продолжив говорить. — Мы поспешили, не разобравшись, отказались друг от друга даже не попытавшись расставить все данные по полочкам. Вслепую поверили словам этой дуры. Реально, никакого ребёнка там и не было, да и когда бы. Всё как-то сам оттягивал, но время шло, и сомнения росли... — Вит, это ничего не меняет. Всё в прошлом. У тебя своя жизнь, а у меня своя. — И что ты называешь жизнью? Посмотри вокруг, у тебя никого не осталось, я тоже один, почему не объединиться, почему не попробовать? — Меня порядком вымораживала её отстраненность. Хотелось схватить за плечи или ещё лучше приковать к батарее наручниками. — Мне жаль, — проронила Слава и, согнав с колен кота, поднялась. Я лишь закатил глаза, откинул голову назад, готовый поверить в Христа, только бы кто-то мне помог образумить Орловскую. Девушка, прихватив букет, покинула кухню. Смотрел ей вслед, даже не соображая, какие доводы можно привести в защиту наших отношений. Прождав возвращения пару минут, пошёл на поиски. Думал, что она в своей комнате, но там никого не оказалось. Заглянул ещё в одну из соседних спален и выйдя оттуда ни с чем, увидел в дальнем коридоре движение. Слава оказалась в кабинете отца. Мне сразу бросилось в глаза какое-то подобие постели по правой стене от входа. Тут же был включенный ноутбук, рядом стояла кружка с водой. — Проводишь время здесь? Девушка встрепенулась, будто и забыла, что я всё ещё находился в квартире. — Да, тут спокойнее. Подошёл к ней и, не давая возможности к бегству, придержал за плечи. — Поговори со мной, — попросил, видя как Слава старательно уводит взгляд в сторону. — Неужели ты не думала о нас, обо мне. Неужели всё вот так бессовестно пропало, не оставив никакого следа в душе? — Вит... — Скажи. Хотел вместе с ней превратиться в какие-то частицы, чтобы раствориться в воздухе. Обнял крепче и чуть наклонил голову, целуя у виска. Следом убрал прядь волос за ухо и спустился к мочке. Чуть прихватил губами, оставив поцелуй, перешёл к шее. Я чувствовал, что Славе не всё равно. Лёгкая дрожь, пробирающая её, ответила на все мои вопросы. Потянул лямку футболки обнажая плечо. Я знал, что каждое моё касание отзывается в её сердце. — Вит, пожалуйста, не нужно, — шёпот, который будто бы просил напротив не останавливаться. От плеча перехожу к ключицам и от них по шее к губам. Не пропуская ни миллиметр, целую будто не целовал никогда. Провожу ладонью по руке девушки, наслаждаюсь мягкой кожей и веду к животу, чтобы задрать край одежды. В ответ Слава перехватывает мою ладонь своей и делает шаг назад. Отпускает, сосредоточившись взглядом на моём лице. — Мы опоздали. Не понимаю к чему она клонит и делаю попытку приблизиться. — У меня будет ребёнок и он не твой. Чувствую, как замирает моё дыхание, оставаясь огромным комом в горле. Кто, когда, почему — вопросы стрелой пронеслись в голове, но так и не были озвучены. СЛАВА Вит так и ушёл, ошарашенный новостью, не в силах сказать хоть что-то. Я не винила его, да и сама хотела всё так закончить. Оставить за закрывшейся за ним дверью. Перенесла букет на кухню и долго смотрела в окно. Мерещился удаляющийся силуэт парня, который больше никогда не окажется поблизости. Терпкий запах лилий дурманил разум. Не поддаваясь на искушение, повернулась к вазе спиной и отошла на несколько шагов. Невозможно дышать и не слышать этот аромат. Отпечаток недавнего вечера, тонкая вуаль, обволакивающая раздетое тело. Голое нутро и такие же оголённые нервы. Закуриваю ментоловую сигарету, в ответ мой кот недовольно машет хвостом. — Последняя, — обещаю ему и, в отличие от меня, он знает, что это ложь. Горделиво проходит по кухне к своему креслу и быстро сворачивается клубком на кожаной перине. Открываю окно. Моментально становится зябко от декабрьского холода. Кожа покрывается мурашками. Порывисто затягиваюсь и бросаю недокуренную сигарету. Захлопываю створки, виновато поглядывая на хозяина кресла. Задремал. Взгляд падает на букет. От воспоминаний обжигает губы, и срывается вздох. Дрожь лёгкой поступью проходит от шеи к ключицам и замирает на груди. Проникает под кожу, заставляя сердце вибрировать. Касаюсь холодными пальцами губ, словно это успокоит, утешит. Не хочу вспоминать и боюсь забыть. Закрыв глаза, представляю, что всё могло быть иначе. Я сама перечеркнула нашу жизнь.