Like Normal People Do

             Независимо от того, сколько раз они выступали, ни один из парней не мог избавиться от мыслей о том, что впервые видит публику. Дэррил наблюдал за толпой, которая заполняла помещение, и теперь, когда группа поддержки оказалась в полном составе, он был загипнотизирован.       — Разглядываешь место, которое мы заполнили? — спросил Клэй, проходя мимо, вероятно, собираясь переодеться.       — Еще бы! Там так много людей, — ответил Дэррил, решив встать рядом с Клэем. На всякий случай ему, наверное, стоит держаться рядом с остальными. Клэй вяло обнял Дэррила за плечи.       — У нас все получится, Бэд, — заверил Клэй, сжимая плечо Дэррила, прежде чем побежать туда, куда его яростно поманили. Дэррил сел на диван в их раздевалке и был в одиночестве только мгновение, прежде чем Зак перебросился через спинку дивана и сел рядом с ним.       — Ты готов к этому, BaldBoyHalo*? — с ухмылкой спросил Зак, наклоняясь к Дэррилу.       — Более готов, чем ты, Scalpy*, — парировал он с самодовольной ухмылкой. Зак рассмеялся.       — Это было хорошо! Фанаты помогли тебе с этим? — спросил Зак, довольный тем, что отвлек Дэррила на данный момент.       Тем временем Клэя гримировали. Он переоделся в черные узкие джинсы, простую белую футболку и темно-зеленую рубашку, которую оставил расстегнутой и закатал рукава до локтя. Как всегда над сердцем у него покоилось длинное ожерелье с подвеской в ​​виде смайлика. Ему просто нужно было усидеть на месте чуть подольше, чем остальным, чтобы гримирующая команда смогла закрепить внушительный слой тонального крема на его лице, шее, руках и в любом месте, где проглядывались участки его кожи, ему нанесли темно-зеленые тени вокруг глаз и уложили волосы, чтобы они выглядели беспорядочно самым аккуратным способом.       Остальные были там, где должны были быть, так как уже закончили все приготовления.       Дэррил был одет в темно-серую футболку с буквами «BBH», напечатанными красным цветом, светло-серые джинсы, темно-красную рубашку и черно-красную бандану, повязанную на шее. У него также были размазаны красные тени вокруг глаз, а очки дополняли образ. Волосы остались распущенными и пушистыми.       Зак тоже надел черные скини-джинсы, но у него был вырез на коленях. На нем была голубая рубашка с воротником и тонкий сине-черный свитер. Он надел свою фирменную синюю шапочку с изображением странного лица наверху, а его волосы были уложены в неряшливую причёску. Глаза Зака были подчеркнуты яркими голубыми тенями.       Наконец, Винсент носил светло-серые джинсы и узкую черную футболку с длинным рукавом. Черная бандана была повязана ему на лоб, почти доходя до линии волос. Волосы A6d были уложены так, чтобы они рассыпались вокруг лица, а на глаза гримирующая команда наносила черные тени для век.       Клэй был единственным из четверки, кто пользовался большим количеством тона и на это у него были свои причины. Пусть одни считали постоянное нанесение покрытия странным, другие понимали и уважали это.       По мере того, как все стихло, парни поняли что это означает. Публика была собрана. Их выступление совсем скоро начнется. Клэй ухмыльнулся, когда наконец освободился от компании гримеров, и отправился искать своих товарищей по группе, расположившихся на диване.       — Вы готовы показать Лондону как это делается? — Клэй ухмыльнулся, скрестив руки на груди. Винсент протянул руку Клэю, тот закатил глаза, прежде чем взять Винсента за руку и заставить его встать.       — Давайте сделаем это, — ответил Винсент, глядя туда, где Дэррил и Зак все еще удобно устроились на кушетке. Дэррил усмехнулся и встал, заставив Зака ​​упасть на его опустевшее место, он встал следом.       — За четырех маффиинтеров! — воскликнул Дэррил, вскидывая бутылку с водой вверх. Клэй первым взял свою воду и прижал ее к бутылке Дэррила. Винсент и Зак неохотно присоединились.       С этими словами вся четверка в сопровождении персонала направилась по коридору. Все они взглянули на дверь, собираясь с силами. Кивнув, Клэй направился к затемненной сцене.

3

2

1

      — Привет, Лондон! — Дрим закричал в микрофон, когда включился свет, освещая сцену. В ответ он услышал громкие возгласы, крики, свист и аплодисменты. Прямо здесь, на сцене, был его дом.