Леди клана Харуно или она дочь Тсунаде

      В какой-то момент Сакура отстала, так как говорила с внутренней, да и на здания смотрела. Чоджуро шел рядом с ней, он хотел ей что-то сказать, но не решался. Набравшись мужества, он наконец заговорил.       — А-ано, п-простите, Харуно-сан? еле слышно произнес он, так что Сакура сначала не поняла, что он обращается       — Да, Чоджуро-сан? ответила она с легкой улыбкой.       — Я… мне было интересно… как вы узнали, что я один из мечников? спросил он, смотря куда угодно, только не на нее, и быстро добавил — В-вы не обязаны отвечать.       — В этом нет ничего такого, Чоджуро-сан. Один мой знакомый дал мне книги о нациях шиноби и кэндзюцу. Там был раздел о Семи Мечниках Тумана, включая диаграммы, как выглядят каждый из мечей. Меня сразу привлек ваш меч, и он не давал мне покоя. Простите, что указываю на это, но едва ли это незаметно. Собрав все воедино, было довольно легко. Хирамекарей, полагаю?       Чоджуро кивнул ей, что-то обдумывая в своей голове.       — И вам не показалось странным, что я, ну, м-я? он указал на себя с легкой самоуничижительной улыбкой.       Сакура была готова ударить его за такое и высказать все тому, кто так сильно подорвал уверенность Чоджуро в себе.       — Однажды мой сэнсэй сказал нашей команде, что в этом мире есть люди, которые моложе нас, но сильнее нас. Это было единственное мудрое слово от него как сэнсэя, — сказала она с ностальгией и улыбнулась ему, когда он посмотрел на неё с удивлением. — Так что нет, это не было настолько шокирующим, тем более это не значит, что у тебя нет телосложения фехтовальщика.       Сказала Сакура, указывая на его рост, который был немного выше её, и на ширину Чоджуро. Он, казалось, обдумывал её слова, и хмурое выражение его лица исчезло, когда он, улыбнувшись, посмотрел на неё.       — Спасибо, я… я не хотел вмешиваться в чужие дела, но большинство людей даже здесь не решаются поверить, что я один из семи. И то, что вы сказали Мэй-сама, было удивительно.       — Иногда, — сказала Сакура, глядя на спины Ао и Шикамару и вспоминая своих друзей из Рассвета, — Люди недооценивают тебя. Это величайшее оружие, которое ты можешь использовать против них.       Чоджуро ещё раз посмотрел на неё, задумавшись: такая маленькая девочка, на вид ангел, но так много знает. Казалось, что она прошла через многое, что заставило её повзрослеть.       — Спасибо, Харуно-сан.       — Просто Сакура. Мы одного ранга, и хотя я моложе, Харуно-сан звучит для меня как-то странно, — сказала она, и парень от её слов покраснел.       — Тогда, С-Сакура-сан, — сказал он, немного идя вперед, чтобы она не видела его покрасневших щек. Ему явно было неловко.       — Намного лучше, — ответила она. Они шли в тишине, пока Сакуру не осенила мысль. — Чоджуро-сан, ты не мог бы завтра прогуляться со мной по деревне? Знаешь, Кира - одна из крупнейших наций шиноби и единственная деревня, в которой я была за пределами Конохагакуре. Хотелось бы осмотреть достопримечательности, может ты покажешь свои интересные места?       Сакура и не подозревала, что её просьба так сильно заставила покраснеть Чоджуро. Ао и Шикамару изредка поглядывали на них, лишь вздыхая от мысли: "Эта девушка не догадывается, что доведет его до сердечного приступа".       — Я… если это то, чего ты хочешь, С-Сакура-сан.       — Я бы очень этого хотела, Чоджуро-сан.       Добравшись до дома, в котором им предстояло жить, Ао и Чоджуро ушли, оставив ключи.       Дом был не большим, но места хватало: две ванные комнаты, две спальни, гостиная и кухня. Удивило их то, что холодильник был набит едой, за что Сакура была очень благодарна. Приняв свежий душ, они легли спать - это была первая ночь за пять дней на удобной кровати, они быстро уснули.       На следующее утро, бодрые и выспавшиеся, после долгих дней в пути и сна на твердой земле, Сакура приготовила завтрак. Пообедав, она и Шикамару сыграли несколько партий сёги, ожидая проводников. Сакура хотела пройтись по магазинам, но Нара этот план не вдохновлял — он планировал провести день в одиночестве.       Сакура проиграла первую партию, но выиграла вторую. В это время она почувствовала знакомую чакру. Улыбнувшись, она взяла кошелек и, схватив Шикамару за руку, они пошли к двери.       — Доброе утро, Чоджуро-сан, Ао-сан, рада видеть вас снова, — сказала Сакура, открыв дверь. Чоджуро и Ао немного удивились, как она поняла, что это они, но вскоре догадались, что она почувствовала их чакру.       Чодзюро и Ао кивнули в знак приветствия, но по Ао было видно, что у него не было выбора. Сакура лишь пожала плечами, стараясь не думать об этом, но всё равно немного настораживалась. Так показывать свои эмоции было не для ниндзя, особенно когда ему нужно заботиться об иностранных детях. Сакура это понимала, но миссия есть миссия, и её надо выполнять, хотя иногда эмоции берут верх.       Когда их вывели на главную улицу Киригакуре, было почти тихо по сравнению с Конохагакуре. Люди казались тихими и замкнутыми, лишь часть бросала на них подозрительные взгляды, но в основном сохраняли спокойствие.       Здесь не было шума или суеты, к которым она привыкла дома, не было дружелюбных улыбок или нетерпеливых продавцов, стремившихся продать свой товар. Все просто занимались своими делами, магазины сливались друг с другом, и мрачность добавлял дождь.       Но Сакура старалась верить в лучшее. После того как Мей-сама убедит старейшин, в Кире будет шумно так же, как и в Конохе, а может даже громче. Ведь её цель - организовать мир, и Кира - это только начало пути.       — Чодзюро-сан, я примерно знаю, что здесь произошло и как Мей-сама заняла место Мизукаге, но я думала, это было много лет назад.       — Ты ничего не знаешь о том, на что это было похоже, — говорил Ао грубым голосом и ускорил шаг. Сакура лишь прищурилась. — Но они знают. Их годами угнетали, пока не появилась Мей-сама, и теперь они измучены и не верят в перемены.       — Мы знаем, Ао-сан, что наше присутствие означает перемены. Но вопрос Сакуры был в том, почему они все ещё такие. Или экономика вашей деревни хуже, чем предполагалось?вмешался Шикамару. Его голос был резким, он как и остальные не позволял, чтобы с ней так разговаривали. Ведь Сакура заслужила уважение, а Ао поступил грубо. Но его поведение говорило об этом, и срываться на Сакуру Шикамару не позволял.       Ао почти что ощетинился, заставив Чодзюро немного схватить рукоятку меча, почувствовав враждебность товарища. Сакуре ситуация не нравилась, и она потянула парня в более безопасное место.       — Чодзюро, ты знаешь, где находится оружейный магазин? спросила она. Парень сразу оживился.       — Я-я знаю э-это место. Я-я часто х-хожу туда за о-оружием. Думаю, т-ты найдёшь что-то интересное.       Сакура одарила его улыбкой и взяла за руку.       — Тогда покажи дорогу, Чодзюро.       Бедный мальчики, они ещё не знали, на что подписались. Сакура и Шикамару вернулись поздно вечером, к половине десятого, уставшие. Сакура упала на диван, а Шикамару направился к котацу и залез под него.       — Я никогда больше не пойду по магазинам с девушкой.       — Кто мог подумать, что Кира настолько большая?       — Как ты умудрилась столько всего купить?       Сакура лишь улыбнулась. Она часто ходила по магазинам с мамой, наверное, это у неё от неё. Но если честно, она немного увлеклась, ведь не все её покупки можно было объяснить. Половина из них - сувениры для друзей, товарищей и родных.       Она действительно много чего накупила, и, час просматривая один из подарков, который она купила Изуне и Котецу, - пару кодачи-близнецов, они были не только красивы, но и хорошего качества. Лезвия были укреплены и пропускали чакру. Она ожидала высокую цену за них, но была удивлена, когда продавец потребовал треть цены за этих красавцев. Она была шокирована, когда отдавала деньги.       Сакура непонимающе смотрела на Чодзюро, ожидая объяснения. Тот смущенно говорил, что это из-за плохой экономической ситуации, в которой находилась Кира до того, как Мей-сама стала Мизукаге. Он также сказал, что экономическое состояние сильно влияло на малый бизнес - оно заставляло поднимать цены до огромных размеров, что более касалось продуктов питания, или, напротив, снижать их. Это особенно наблюдалось в местах, где работали настоящие мастера своего дела, таких как небольшие оружейные магазины, где она и купила кодачи.       От этого Сакуре стало грустно. Она пожалела, что не настояла на более высокой цене за кодачи, которые явно того стоили, и сделала заметку вернуться туда ещё раз.       Затем Чодзюро повел её в магазин одежды, где указал на гетры, которые были просто ужасны, что вызвало усмешки у некоторых ниндзя. Честно говоря, ни одна вещь здесь её не заинтересовала, но когда она заметила очень знакомую вещицу, подошла к вешалке и достала плащ из того же мягкого материала и серого цвета, что и её собственный.       Сложив печати, она стала Шисуи. Ниндзя, которые их сопровождали, насторожились и удивлённо смотрели на Сакуру. Она же развернула плащ, надела его и посмотрела в зеркало, отмечая, всё ли ровно. Как оказалось, плащ очень хорошо сидел. Улыбнувшись, она сняла технику, аккуратно сложила плащ, не забыв прихватить ещё четыре с собой, что, конечно, вызвало удивлённые взгляды у Ао, Чодзюро и Шикамару. Было ясно, что эти плащи она покупает не для себя: один, конечно же, для Шисуи, другой для Итачи, третий для Генме-сана, а два других - для Айлона и Айкуна. Все они были выдающимися шиноби, которым такие плащи не повредят.       После магазина одежды они направились в ювелирный. Шикамару жаловался на разнообразие булавок, зажимов, ожерелий и браслетов. Она немного похихикала над ним, сказав, что если он подарит своей матери какой-нибудь подарок, то она перестанет придираться к нему, и начала рассматривать украшения. Она очень хотела что-нибудь подарить Шизуне, Анко, Айко-тян и, конечно же, своей маме. Хотя мало кто из них носил украшения, всё равно приятно сделать подарок. Но ни одно украшение не привлекало её внимания, пока она не заметила шпильки для волос. Каждая из них была на любой вкус и цвет, и выполнена очень качественно. Одна шпилька была из золота, украшенная лепестками сакуры. В середине бабочка, а также свисали бело-розовые бусинки. Эту она решила купить себе. Другая шпилька была такой же, но с малиновыми цветами, что очень подходило бы Айко-тян. Показавшись ещё, она нашла третью, тоже такую же, но с жёлтыми цветами, чтобы подарить маме. Затем она увидела красивую заколку в виде фиолетовой бабочки для Шизуны. Её внимание привлекла заколка в виде змеи серебряного цвета, которая очень хорошо держала волосы - это был подарок для Анки. Закончив с покупками, они с Чодзюро решили немного пройтись, оставив Шикамару и Ао в магазине. Чодзюро не возражал и следовал за ней, как верная тень.       — Чодзюро-сан, а поблизости есть книжный магазин? спросила она.       Чодзюро одарил её самой лучшей своей улыбкой, и она улыбнулась в ответ. Когда он привел её в книжный магазин, она сразу же поняла, что здесь проведет половину дня, если не скупит весь магазин. Оглядевшись, она направилась к книжной полке фехтования — ведь это было самое лучшее место, известное своими техниками владения мечом.       В целом, Сакура была довольна своими покупками, и библиотека в Рассвете пополнится. В конце концов, Сакура вышла из магазина с охапкой книг и свитков: две книги по гендзюцу с очень полезными схемами, иллюстрирующими некоторые из более сложных движений, которые близнецам могут понравиться; свиток по уходу за металлом; книга о фундзюцу; несколько книг по технике с водой; также она купила кулинарную книгу с рецептами Киригакуре. Микаю должно понравиться, ведь он почти кормит весь Рассвет. Он хороший шиноби, недавно стал генином, но его команда почему-то его не любила, потому что он был похож на Орочимару. Поэтому Микай работает отдельно и живет в Рассвете, так как родители выгнали его, когда узнали, что он хочет быть ниндзя.       Остальную часть дня они прогуливались по Киригакуре, осматривая достопримечательности. Это было великолепно вплоть до вечера, когда стало холодно, и они решили вернуться домой.       — Зато твоя мама не будет доводить тебя несколько дней, когда мы вернёмся, — сказала Сакура, попивая горячий чай. Шикамару открыл один глаз, чтобы одарить её недобрым взглядом.       — Лучше бы сработало то, что ты сказала, иначе я бы буквально измучил себя ни за что, — сказал он, что её рассмешило.       Собрав все свои покупки, она аккуратно упаковала их в запечатывающие свитки и, спустившись, направилась на кухню.       — Мне не хочется готовить сегодня вечером, но если ты что-нибудь захочешь, я могу принести тебе бисквит, умебоши и амицу, — сказала она громким голосом, чтобы Нара её услышал.       — Спасибо, Сакура, принеси, пожалуйста, мне немного бисквита, — услышала она в ответ. Она достала маленькое блюдце и наполнила его бисквитом, вернулась в гостиную, оставив тарелку на голове Шикамару, потому что ей захотелось пошутить, и села на своё место.       — Давай, вставай, Шикамару. Мне пока не хочется спать. Как насчёт парочки раундов в сеге?       Шикамару поднял голову, чтобы бросить на неё свирепый взгляд, бормоча себе под нос: "Беспокойная женщина, и что я такого сделал, чтобы заслужить такую судьбу?" Но это не помешало ему занять своё место рядом с ней, и они начали играть. После игры и хорошего душа, они пошли по комнатам, чтобы лечь спать. Сакура также написала письмо матери и Забудзе-сану, что всё прошло хорошо, чтобы в Рассвете не волновались, и с лёгкой душой легла спать.       Неделя прошла довольно быстро. Пару дней они провели, осматривая достопримечательности и знакомясь с жителями Кири, с Чоджуро и Ао в роли гидов. Из-за этой насыщенной программы Шикамару едва не настигло переутомление, и он не был удивлён, когда на следующее утро его категорически отказался вставать с кровати. Сакура лишь вздохнула и пошла одна осматривать достопримечательности, не забыв оставить завтрак для Шикамару на случай, если он всё-таки решит встать.       Примерно через пятнадцать минут раздался стук в дверь. Открыв её, Сакура увидела только Чоджуро — Ао, его напарника, нигде не было видно. Увидев её задумчивое лицо, парень торопливо объяснил:       — Ао-сану нужно было явиться на заседание совета. Я надеюсь, ты не возражаешь, что сегодня я буду твоим единственным сопровождением?       Чодзюро заметно нервничал, его щёки горели румянцем. Он старался не смотреть на Сакуру, но когда она взяла его за руку и повела, покраснел ещё сильнее.       — Конечно, я не возражаю. Без обид к Ао-сану, но твоё присутствие мне гораздо интереснее, — сказала она, вызвав у Чоджуро ещё большее смущение.       — Я-я-я… Спасибо, — едва сумел вымолвить Чоджуро, поглядывая на свою руку, которую Сакура всё ещё держала. Внезапно они остановились, и в голову Сакуры пришла идея. Она взвесила все "за" и "против" и наконец решилась:       — Чоджуро-сан, ты бы не хотел провести со мной небольшой спарринг? спросила Сакура с лёгким смущением, наблюдая, как молодой человек приходит в себя от удивления.       — Ты уверена, что именно так хочешь провести день? неуверенно поинтересовался он.       — Конечно, если ты не против, — ответила она с очаровательной улыбкой, от которой Чоджуро снова покраснел и отвёл взгляд. Он знал, что такому обаянию невозможно противостоять.       Когда они добрались до тренировочной площадки, которую рекомендовал Чоджуро, и которую редко посещали, Сакура предложила спарринг без чакры и ниндзюцу, только кэндзюцу. Это удивило Чоджуро, но она заверила его, что это всего лишь дружеский спарринг, не настоящая схватка. Он нерешительно согласился.       Достав свои дайтон, полученные в подарок от Забудзе-сан, Чоджуро встал напротив Сакуры, и спустя несколько секунд их клинки столкнулись. Сакуре было любопытно узнать, на что способен Чоджуро. Несмотря на возраст, он был умелым шиноби, и это было видно по тому, как осторожно он вел бой. Даже в дружеском спарринге оба сдерживались, чтобы не нанести вред друг другу, но навыки Сакуры всё же нуждались в оттачивании.       Спустя час боя оба стояли уставшие. Сакуре удалось несколько раз задеть Чоджуро, но не сильно. Чоджуро тоже не отставал, и на теле Сакуры были синяки. Они решили прерваться для отдыха.       — Сакура-сан, не-несмотря на то что у тебя только катана, ты смогла удерживать противостояние с Хирамекари. Но ты тратишь больше энергии, чем я, чтобы держать равновесие. Я бы хотел продолжить, если ты не против, — предложил он, встречая её положительную улыбку.       — Я тоже получила удовольствие, Чоджуро-сан. С удовольствием продолжила бы наш спарринг, — ответила Сакура.       И они продолжили, даже немного забыв о времени. С каждым разом на губах Сакуры появлялась улыбка, переходящая в оскал. Её усталость сменилась знакомой решительностью. Извлекая второй клинок из свитка, Сакура предложила усложнить спарринг. Чоджуро же воспользовался техникой клонирования, и Сакура моментально вычислила его настоящий облик. Чоджуро был поражён, когда она поманила его, говоря «иди сюда», и их танец начался заново.       Они были настолько увлечены, что не заметили наблюдателей: Ао, Шикамару и Мизукаге расположились на окраине поля. АНБУ Мизукаге также следили за боем, стараясь оставаться в тени; один из них даже улыбался под маской.       Шикамару был удивлён, когда Мизукаге с сопровождающим Ао-саном пришла к нему и предложила следовать за ней. Мей-сама повела их подальше от глаз деревни, в укромное место. Шикамару становился всё более беспокойным, чувствуя знакомую чакру, которая за последние дни стала для него привычной - это была чакра Сакуры.       Подойдя ближе, он смог заметить, Шикамару чуть не закрыл лицо ладонью, осознав, чем она занимается. Вызывать людей на драки - это Наруто мог. Нара ещё больше удивился, когда заметил, что Мизукаге казалось удовлетворённой, наблюдая, как её подчинённый ведёт дружеский спарринг с иностранным дипломатом. Шикамару осторожно прислонился к скале, а Ао облокотился на дерево, продолжая наблюдать.       И какое было их удивление, когда Сакура держалась наравне с Чоджуро - они были просто великолепны. Казалось, что они наблюдают не за боем, а за танцем, так они были впечатляющи. Внезапно Чоджуро приостановил бой и отметил, что её катана могла удержать Хирамекари, что ещё больше шокировало их. А у Мей на лице появилась загадочная улыбка. Вернувшись к битве, Шикамару заметил, как Сакура изменила стойку, и за её спиной появился клон. Она удерживала их в поле своего зрения, держа ещё один клинок в правой руке. Ао и Мей нахмурились, узнав стойку. Шикамару определённо не ожидал, что Сакура перекладает призванное оружие в левую руку, принимая самую удобную позу, которую он видел.       И они продолжили свой танец. Шикамару был поражён, увидев, как Сакура легко двигалась, её лицо украшала усмешка. Она была расслаблена, словно в своей стихии, свободная и живая, как будто до этого она носила маску, чтобы многие думали, что она на что-то не годится.       Ведь совсем недавно она закончила академию. Шикамару подумал, сколько времени ей потребовалось, чтобы быть уверенной в своей левой руке и уметь одновременно орудовать двумя клинками.       Чодзюро и Сакура продолжали сражаться ещё полчаса, затем, наконец, закончили. Они поклонились друг другу и оба рухнули на землю, усталые, но счастливые. Увидев их завершение, Мизукаге вышла на поляну, чем напугала их.       — М-Мизукаге-сама! сказали они одновременно и поспешили поклониться.       — Отличная битва, — сказала она им, чем смутила их, и они оба покраснели, заикаясь в благодарности. — Итак, Харуно-тян, Нару-кун.       Шикамару подошёл к Сакуре, вызвав удивлённые взгляды.       — Прошу прощения за то, что не нашла времени поговорить с вами раньше, но уверяю, что вы найдете мои слова утешением. Совет наконец-то согласился на мирный договор между нашими деревнями, хотя они потребовали небольших корректировок. Я уже отправила письмо с обновлёнными условиями вашему Хокаге с личными благодарностями за то, как хорошо проявили себя его юные дипломаты. Я думаю, ответ придёт не раньше чем через неделю, так что вам придётся дольше погостить в моей деревне. Надеюсь, вас это устраивает?       Мей посмотрела на них с довольной улыбкой, они же осознали, что только что услышали.       — Совет… согласился? произнесла Сакура, не веря услышанному от Мизукаге-сама. Она полагала, что старшее поколение будет труднее убедить, помня прошлые отношения между Киригакуре и Конохагакуре.       — Харуно-тян, я бы хотела с тобой поговорить, у тебя найдётся минутка?       Сакура озадаченно посмотрела на Шикамару, который лишь пожал плечами, но бросил подозрительный взгляд, прежде чем уйти. Сакура ничего не сказав, направилась за Мизукаге. Они дошли до вершины, похожей на лицо Хокаге, это была самая высокая точка в деревне.       — Мизукаге-сама? спросила Сакура, не понимая, зачем её позвала Мей-сама. Та лишь похлопала по валуну рядом с собой, показывая, чтобы Сакура присела.       — Признаться честно, мне немного любопытно. И я говорила тебе называть меня Мей-сама.       — Что вас интересует, Мей-сама? ответила Сакура, догадываясь, чего хочет Мизукаге. Она смотрела ей в глаза и была поражена их проницательностью. Перед ней сидела женщина, возглавившая восстание против предыдущего Мизукаге. Не отводя взгляда, Сакура слушала.       — Мне любопытно, почему девочка из гражданской семьи знает больше об истории и внутреннем положении моей деревни, чем её партнёр из одного из главных кланов Конохагакуре. На самом деле, это было гораздо больше, чем я смогла использовать некоторые из этих аргументов против собственных старейшин. Мне также любопытно, как этой же девочке удалось продвинуться от студента академии до чунина менее чем за год. Я не могу назвать себя экспертом по обществу Конохагакуре, но я бы предположила, что гражданскому человеку, особенно в рядах шиноби, это совсем не легко. — хотя голос Мей был дружелюбным, Сакура могла понять, что её допрашивают, а значит Мизукаге не могла что-то понять или она хотела о чём-то узнать, что у неё не укладывалось в голове. И это только малая часть того, что она спросила.       — То что я вам сказала в наш первый день, было правдой. Большая часть моей информации была взята из книг, а более конфиденциальная информация была получена от моего учителя, Тсунады Сенджу. Она поделилась со мной этими знаниями, — объяснила Сакура. После того как она упомянула, что некоторую информацию ей предоставила её мама, Мизукаге хитро прищурилась. Не будет же она говорить, что половину из этих сведений она слышала от Генмы, который прошёл третью мировую войну шиноби. Да и Забудза любит вспомнить былые времена. А если она узнает, что на неё работает один из семи мечников тумана, прощай конфиденциальность.        — А что касается моих навыков, спасибо учителю, который обеспечил меня необходимыми знаниями и навыками, хотя это время от времени беспокоило моего сэнсея, что у меня нет различий в навыках с моими товарищами по команде. Но он был тем ещё сэянсеем, говорившим, что навыки - это не всё, что нужно для экзамена на чунина. Что касается моего гражданского происхождения, это, конечно, немного усложняет ситуацию. Но меня это устраивает.       — Твой сэнсэй, случайно, не Хатаке Какаши? спросила с блеском в глазах Мей. Сакура нахмурилась.       — А я и не знала, что это общественная информация.       — Это потому, что это не так, — ответила с весёлым и немного несмешным голосом Мей. — Видишь ли, я была не совсем честна с тобой, сказав, что мало знаю о тебе. Тсунады действительно прислала мне письмо, в котором сообщила, что она отправит пару свежеиспечённых маленьких чунинов, чтобы представить мирный договор, предложенный в одной из наших предыдущих переписок, — объяснила Мей, видя, как у Сакуры округлились глаза. Сакура уже догадалась, о чём речь.       — Она также в общих чертах рассказала, чего мне ожидать от тебя и Нара-куна. Но этого было достаточно, чтобы получить общее представление о том, чего мне ожидать. — Мей хитро посмотрела на Сакуру. Та лишь вздохнула, мама не предупреждала её об этом.       — Так же представь моё удивление, когда вместо ленивого генина я получила юношу с острым умом и знаниями ситуационного менеджмента и твой стиль обвинительного убеждения. Это был глоток свежего воздуха, увидев кого-то настолько уверенного в своих знаниях, что не колеблясь столкнётся лбами с Мизукаге. Она очень переживала за вас с Нара-куном, что вы добьётесь успеха. Она очень хвалила тебя, но сомневалась в Нара-куне. Также она рассказывала, какая ты у неё красивая, умница, да ещё выпускница академии, — говорила Мей. Сакура закрыла лицо руками от смущения. Кто же мог знать, что Мизукаге-сама и её мама окажутся подругами.       — Вы самого начала знали, кто я, а я тут секретность держу, выкрутиться пытаюсь, а вы всё знали. Неужто мама попросила?       — Можно и так сказать. Она решила, что я не буду ничего тебе рассказывать до тех пор, пока не будет подписан мирный договор. Думаю, она будет рада за тебя, узнав, что ты успешно выполнила миссию.       — Понятно, Мей-сама. А можете рассказать мне, как вы с мамой познакомились? спросила её Сакура, на что та только улыбнулась. В Конохагакуре, в резиденции Годайме Хокаге.       — ШИЗУНЫ!!!       — Да, Тсунады-сама, — сказала она, входя в кабинет Хокаге и видя её шокированное лицо. Тсунады отдала ей письмо.       — Прочти его и скажи мне, что там написано, — всё ещё в шоке была Тсунады. Шизуны лишь посмотрела с непониманием и начала читать письмо, её глаза расширились.       — Мизукаге согласилась на предложенный вами мирный договор, Тсунады-сама, это же здорово! Она также спрашивает, можно ли изменить некоторые условия по просьбе старейшин. Она говорит, что договор вступает в силу немедленно. Она также пишет, что была впечатлена поведением наших чунинов, что Харуно-тян была очень убедительна в своих аргументах, в то время как Нара-кун обнаружил потенциал как дипломат. Тсунады-сама, это просто невероятно! Сакуре-сама и Нара-сан справились.       Шизуны была очень рада новостям, она посмотрела на наставницу и увидела, как та плачет.       — Тсунады-сама?       — Моя милая девочка уже совсем взрослая. Я не сомневалась в её способностях, но беспокоилась, справится ли она. Шизуне, мой любимый ангелочек, сделала первые шаги к своей мечте, — сказала Хокаге, вытирая слёзы. Шизуне от такой картины тоже заплакала.       — Да, Хокаге-сама. В госпитале Конохагакуре       Забудза сидел в кабинете, когда ему принесли письмо. Открыв его и прочитав, поначалу он был в шоке, а затем на его лице появилась улыбка. Положив письмо обратно, он взял свои вещи и направился к выходу из госпиталя, но остановился у ресепшен.       — Хана, не знаешь, где правая рука и глава лаборатории?       — Демон-сан, Тень-сан и Мишарай-сан ушли несколько минут назад. Сказали, что уйдут сегодня пораньше, так как работы не так уж и много. Без Сакуры-сама здесь делать нечего.       Забудза только усмехнулся, предупредив Хану, что он тоже уходит, и направился в Рассвет. Только там он сможет найти Хаку и Мишарая. Да, с уходом Сакуры в деревне стало очень скучно.       Открыв дверь, Забудза убедился, что все из Рассвета были здесь, кроме, конечно же, Айки-тян, так как она в последнее время играет с Конохамару. Подойдя к бару, он попросил чего-нибудь покрепче, что сразу же вызвало удивленные взгляды.       — Забудза-сан, а не рановато для алкоголя? спросил его Микай.       — Хм, не рановато, я получил хорошие новости, и это нужно отметить, — ответил он с улыбкой на лице. Микай не стал спорить и налил ему.       — И какие же новости вы получили? спросил Микай. Выпив содержимое, Забудза достал письмо и положил его на бар. Многие сразу же посмотрели на него.       — Я получил письмо от Сакуры-сама, — с ехидством сказал он. Все сразу же оказались у бара, желая узнать, что в нём написано. Но Микай вовремя забрал письмо, чтобы его не разорвали.       — Микай, что в нём написано? спокойно спросил Генма. Открыв его, он начал читать вслух. Забудза-сан, ребята, всем привет.       Пишу вам, чтобы сказать: Изуны, Котетсу, я всё ещё жива! Нам потребовалось четыре дня, чтобы добраться до Страны Воды, мы прибыли в Киру всего два дня назад, но уже успели посмотреть местные достопримечательности и посетить местные магазины. Забудза-сан, почему вы не говорили, что здесь такие классные катаны? Также мы получили положительное подтверждение от Мизукаге-сама, что она согласна с нашим мирным договором. Это просто невероятно! Рассвет потихоньку движется к своей цели. Мизукаге-сама также сказала, что пройдёт ещё две-три недели, прежде чем мы сможем вернуться домой. Пожалуйста, скажи Айко-тян, чтобы не грустила. Шисуи, Итачи, Айкун, Айлун, не делайте глупостей и не думайте заявляться в Киру, вам всё ясно? Пожалуйста, не грустите, я очень по вам скучаю. Постарайся никого не убить, пока меня нет. С любовью, Сакура.       Как только Микай закончил чтение, на него смотрели удивлённые взгляды, и только Забузу улыбался.       — Её отправили с дипломатической миссией в Киру в качестве первой миссии как чунина? в шоке произнесла Анко.       — Хм, забудь об этом, она была успешна, — сказал Котетсу.       — Значит, мы.       — Потихоньку, идём.       — К нашей, цели.       — И Сакура-сама.       — Только, что.       — Сделала.       — Первый шаги.       Говорили близнецы, и многие с ними соглашались, ведь это начало их дальнейших действий, хотя многие всё равно грустили из-за того, что ещё нескоро увидят Сакуру.