"Опечатано! Не вскрывать"

      Как-то так и выходило всегда. Каждый раз, когда Реду казалось, что дела наконец-то пошли в гору, и жизнь уготовала ему хоть что-то, кроме новых тревог — он тут же снова умудрялся все испортить! Словно сглаз или проклятие черными масляными потеками волочились за ним, марая все вокруг. Мрачная тишина, побежденная было, снова воцарилась между ним и Форт Максом — плотная и промерзшая настолько, что даже Аутриггер старался ненароком не очутиться на пути. Тишина царила даже ночью: Ред не спал, ожидая знакомого рокота мотора за стеной; Макс не спал… ПОЧЕМУ-ТО, а утром на кухне молча выливал в себя с полканистры энергона за раз и уходил. Куда — следить Ред уже не осмеливался.       Так прошло несколько дней. База все более приходила в порядок — чего нельзя было сказать о ее обитателях. Был поздний вечер, почти ночь; Ред снова лежал на своей кровати и смотрел пустыми глазами в потолок. Нехватка сна и топлива сказывалась на нем: даже постоянно таская при себе флягу, невозможно было выхлебать столько, сколько организм перерабатывал ночью — просто в бак не вмещалось. Но спать, зная, что за ним наблюдают, он физически не мог! Валяться всю ночь неподвижно с шлангами под капотом, наедине с собой и своими мыслями, тоже. Замерзший, как вся злополучная Луна-1, и такой же неприкаянный — спутник без планеты — Ред лежал, до груди накрывшись найденным тут же на базе куском брезента. Обычно такими пользовались миниботы или тощие щепки вроде Ранга, не приспособленные к полевым условиям, а не крепкие автомобили; однако последняя пара дней доконала Реда настолько, что, тщательно выстирав и высушив своеобразное одеяло, он ощущал даже некоторую благодарность неизвестному владельцу. Тепло и звук собственного мотора баюкали его, и Ред уже вполсилы боролся не с бессонницей, но со сном, когда за стеной — он еле поверил ушам — пару раз кашлянул и наконец мерно заурчал двигатель Макса. Видно, еще одной бессонной ночи ни один из них не выдержал бы. «Тем более тяжеловес, тем более постоянно мотающийся непойми где!» — чуть не с досадой подумал Ред. Нет, сегодня Форт Макс не будет разгуливать по ночам (и, бездна побери, смотреть как он спит!), а изнуренный инспектор наконец отдохнет. Ну, хоть немножечко. Возможно, даже получше обычного: перезагружаться вручную не пришлось; усталость взяла свое, и все мысли и страхи потонули в глубоком, как обморок, сне.       Надеждам его, однако, было не суждено оправдаться. Когда Ред открыл глаза, вокруг снова царила чернильная темнота, не нарушенная в этот раз ничьей подсветкой — сам он огней не носил — а в голове словно в колокол били. Только через десяток секунд в ушах щелкнуло, и разбудивший Реда звук достиг сознания. Вместо баюкавшего его низкого рокота за стеной снова раздавался исступленный рев, вой вентиляторов и скрежет невпопад сцепляющихся шестерней: уже знакомая адская симфония максовых кошмаров. На секунду Ред не почувствовал даже ничего, кроме досады, настолько нужны ему были эти несчастные восемь часов сна. Ну, семь! Ну пожалуйста, хотя бы шесть…       Макс коротко вскрикнул, гулко и жалобно; что-то скрежетнуло и хлопнуло, как рвущаяся резина. Ред оказался на ногах быстрее, чем успел подумать. Не расставаясь с одеялом, он в два счета обобрал с себя заправочные шланги и выскочил в коридор, только на пару мгновений помедлив у двери комнаты Макса. Что, бездна побери, может случиться с парой одиноких ботов на древней заброшенной базе? Что там с ним — или КТО?! Пистолетов Ред не носил, но ракетница на плече сама напомнила о себе, из одубевшего куска брони превращаясь в живую часть тела, запустила когти упоров под наплечник: не лучшее оружие, но лучше, чем ничего! Под ногами хлюпнула лужа, розоватая в свете из коридора… Все худшие картины во вселенной успели пронестись перед внутренним взглядом Реда, пока он трясущимися руками искал на непривычной стене выключатель. Неведомые враги? Искроед? Внезапно сошедший с ума Аутриггер? Но в освещенной, как днем, комнате были лишь они двое. Резко выдохнув, Ред бросился к изголовью кровати и завернул заправочный кран — вот откуда тек на пол напугавший его энергон! — затем волчком развернулся к Максу и почти машинально затянул узлом оборванный топливный шланг. «Вот что здесь так хлопнуло. Слава богам!» Вытащить из открытой груди спящего заправочный «пистолет», закрыв тем самым вентиль, он попросту не посмел бы — даже если это было бы физически возможно. Форт Макс метался, в полсилы поджав к животу колени, неуклюже царапал пальцами распахнутые грудные пластины: вот-вот вырвет и второй топливный шланг или скатится с кровати на пол! За какофонией стонущего металла Ред услышал слова и машинально застыл, пытаясь за доли секунды осмыслить, понять, помочь. — Турбофайер, — шептал Макс еле различимо, но с таким нажимом, будто от этого зависела вся его жизнь. — Виндбрейкер, о, простите меня, простите!       Последнее он почти выкрикнул. И снова имена, список имен, как исповедь. — Оверран, Врум… Ред Алерт!       Инспектор отшатнулся, чуть не поскользнувшись на пятнающем пол топливе. Форт Макс почти рыдал, комната вокруг напоминала поле битвы. — О Праймас, прости меня, Ред, о нет… — Макс! — выкрикнул Ред, снова не успев даже задуматься, ни как будет выглядеть с заляпанной энергоном броней, ни что подумает о нем Макс, когда проснется. Оклик не возымел никакого действия. — Фортресс Максимус! Тревога! — рявкнул он изо всех сил.       Вот уж это слово способно было из-под земли поднять любого автобота! Кто на сигнал тревоги не вскакивал, как ошпаренный, дольше дня не жил — Макс был не из таких. Красные глаза вспыхнули, сбивчиво мигая, как будто вот-вот перегорят, огромные, как тарелки; охранник болванчиком сел в постели, пушка, которую он на ночь оставил у изголовья, словно сама очутилась в руках. Потом взгляд его, сканирующий комнату, встретил Реда… И державшие пушку руки безвольно упали, звякнув о сжатые колени. Медленный выдох был больше похож на стон. — Ред. — Я, — беспомощно развел руками инспектор. — Вот.       Ракетница щелкнула и свалилась обратно за спину. Заткнутый за наплечник брезент, и так испачканный чужим энергоном, освободился и съехал бы в окружающую кровать лужу; Ред машинально поймал его и принялся кое-как складывать, чтобы только занять руки. — Ты жив.       Макс повернулся на бок и свернулся клубком, словно протоформа, не спуская пылающих глаз с Реда. — Это ты жив, — буркнул Ред, демонстративно веером раскрыв пластины наплечников. О холоде он и думать забыл, из вентиляции разве что пар не шел. — Да, — совершенно серьезно кивнул Макс и, одним движением выкрутив оборванный топливный шланг, бросил его на пол у самых ног Реда. — Ну, тогда я… — пробормотал инспектор и уже хотел повернуться, чтобы уйти. «Чем бы это ни было, что бы я в его кошмарах ни творил.» — Ред! Он остановился, как вкопанный. — Ред, — горькая гримаса исказила лицо Макса, — ПОЖАЛУЙСТА…       Форт Макс не спал и наяву звал его. Значит, Реду либо снится это, в коем случае все скоро превратится в очередной кошмар; либо Макс хочет его попросить о чем-то, в коем случае это тоже превратится в кошмар! О чем? Никогда больше не говорить с ним? Убраться с Луны-1 к чертям собачьим? — Ред, — Максу удалось вернуть в голос немного командного тона, и это успокаивало: он уже не просил, а приказывал. — Останься. — Ты говорил во сне, — пробормотал инспектор, оправдываясь. — Я думал, что кто-то напал, пока мы, думал… — Спасибо.       В голосе Форт Макса должен был быть сарказм, но Ред напрасно искал его. Он обвел глазами комнату: сесть было негде, роскошью лунная база не страдала; Макс тяжело перекатился на спину, все еще незаметно, как он думал, сжимая колени, и похлопал по краю кровати рядом с собой. «Садись.» Тщательно стараясь не коснуться его, Ред уселся; руки сами комкали сложенный уже в аккуратный прямоугольник брезент. — Кто они? — лаконично спросил он. — Кто? — нахмурился Макс. — Турбофайер, — осторожно заглядывая ему в лицо, предложил Ред, полностью сознавая, что снова ходит по тонкому льду, но необходимость узнать все-таки взяла верх над неудобством. — Виндбрейкер? Я же сказал, ты говорил во сне. Хочу знать, отчего оказался в одной фразе с ними.       Макс молча закрыл лицо ладонями, но то, как завыли его вентиляторы, как напряглось, чуть не выгибаясь, массивное тело, выдавало его с потрохами. Отлично, просто восхитительно! Сказать, что Ред не знал этих имен раньше, было бы наполовину ложью: он понаслышке припоминал их как исключительно неуправляемых и агрессивных сорвиголов, постоянно с пушкой наперевес. Эти боты сотворили что-то поистине ужасное, за что совестливый Форт Макс, конечно, винил только себя самого — мол, не уследил! — и Ред рисковал оказаться в их числе. — Я не говорил Рангу, — глухо пробормотал Макс. — Но ты прав. Ты имеешь право знать. — Имею, — упрямо вздернул плечи Ред, безуспешно подавляя дрожь. Все, что он мог услышать, он уже представил себе в деталях и не мог ощутить отвращения к себе большего, чем уже ощущал. Макс отнял от лица ладони и смотрел на него полными честной и неразбавленной боли глазами: — Они мертвы.