Мы сами себя погубили

      Был уже вечер, когда Джон и Льюис приехали в поместье. Это был большой красивый загородный дом с обширным садом, немного запущенным, но всё ещё привлекательным. Аккуратные дорожки, выложенные белыми камушками, виднелись в уже сгустившихся сумерках. Мориарти вышел из кареты, придержал дверь Ватсону и, взяв багаж гостя, направился к парадному входу. За массивной двустворчатой дверью скрывался великолепный холл, украшенный гобеленами и… двумя, приличного вида, господами, истошно орущими друг на друга. Один был высокий и черноволосый, второй низкий и блондин. — Засуньте вашу шляпу, сэр, в вами же указанное место! И не учите меня что и как делать! — кричал блондин, почти срываясь на визг. — Если вы не заметили, многоуважаемый мистер Бонд, я не ношу шляпы, поэтому оставьте ваши отвратительные советы при себе! — в тон собеседнику проорал брюнет. Изысканно ругающиеся господа не обратили никакого внимания на вошедших и продолжали свою перебранку. Атмосфера накалялась. Джон стоял, не зная — смеяться ему или попробовать помешать ссоре. Льюис выронил чемодан доктора и устремился к двоим джентльменам, надеясь, как показалось Ватсону, помирить их. Но он не успел. Его опередило ведро. Как оказалось, Фред (а именно так звали примирителя) оказался умнее всех и просто запустил пустым ведром в бранящуюся парочку. Ведро, жалобно звякнув, отскочило от пола в дюйме от ноги полковника Морана, чем прекратило все препирательства. А Порлок, с невинным видом отступил в тень портьеры. Джеймс и полковник затихли, выискивая глазами ведрометателя. Льюис, с видом приговорённого на 10 лет работы каторжника, выдавил из себя что-то наподобие приветствия и, взяв чемодан Джона, потащил доктора в отведённую ему комнату. — Прошу прощения за всё это — уныло пробормотал красный до корней волос Льюис, когда они поднялись на второй этаж — не подумайте, что у нас постоянно такое происходит(вообще-то да), это всего лишь недоразумение. — Да, нет, ничего страшного — ответил Джон, еле сдерживая почти истерический смех. — Вот, здесь ваша комната — сказал блондин, указав на красивую дверь с медной ручкой — завтрак в 8.00, надеюсь, столовую вы найдёте. Доброй ночи. — Доброй. — ответил Джон Льюис ушёл. Его ждало одно очень важное дело, а именно вставить мозги этим идиотам, устроившим разборки в холле. Теперь по коридору шёл уже не милый юноша, а серийный маньяк-убийца, разыскивающий свою жертву. (и вскоре нашедший) Пока в кухне совершалось смертоубийство, Ватсон осваивался в новой комнате. Это была очень уютная и удобная спальня, с кроватью, диваном, парой кресел и кофейным столиком. Интерьер был выдержан в голубых и зелёных тонах. За дверью, спрятанной за портьерой, находилась ванная комната с небольшим круглым бассейном, находящимся в центре комнаты. Приняв душ, доктор надел пижаму и улёгся на кровать. Но тут же вскочил. Нечто, напоминавшее миниатюрного ежа, уткнулось в незащищённую спину доктора. Произнеся шёпотом нехорошее слово, Джон откинул покрывало и увидел жёсткую щётку для волос. — Да кто же это так шутит?! — спросил у пустой комнаты раздосадованный доктор, потирая то место, куда впилась щётка. Прощупав каждый квадратный дюйм кровати и не найдя других ловушек, Джон наконец улёгся и через четверть часа уснул.

***

— Бонд, Моран! Объяснитесь! — сказал Льюис и для убедительности хватил по столу рукой. — Я…Мы… Простите нас, господин Льюис! — сказал Джеймс, склонившись в полупоклоне и левой рукой надавив на макушку полковника. Мориарти смягчился. Каким-бы опасным преступником он ни был, в душе он всегда оставался милым и добрым Льюисом. — Тогда идите спать. Завтра у нас будет много работы. Я подожду брата Альберта, а вы укладывайтесь. — проговорил блондин, принимаясь за грязную посуду, лежащую в раковине. — Спокойной ночи, шеф! — ответил Себастьян и, зевая и потягиваясь, вышел из кухни. Подмигнув Льюису, за полковником последовал Джеймс Бонд. Догнав Морана в коридоре второго этажа, он хлопнул приятеля по плечу. — А что, неплохо повеселились сегодня? Прости за «шляпу»! Может поиграем с нашим гостем? Ты сильно устал? — Ну, я тоже погорячился — тут он приобнял Бонда за плечи — а ведь ты прав, сдаётся мне, одной расчёской наш гость не отделается. — Ты думаешь о том же о чём и я? — Раз, два три! (хором): Гробовщик спешит на помощь! — Ха-ха, ты, я смотрю уже и реквизит подготовил? — спросил Себастьян. — Ну конечно! — отозвался Джеймс, опираясь на изысканный сосновый гроб, стоявший у стены — Тогда за работу! Себастьян и Бонд аккуратно подняли и потащили гроб к комнате доктора Ватсона. Поковыряв шпилькой в замочной скважине, Джеймс беззвучно приоткрыл дверь. Из тёмной спальни доносилось мерное похрапывание. Джон спал. — Отлично! — прошептал Моран и втащил гроб в спальню. Доктор оказался тяжелее, чем предполагалось. Друзья силились поднять его, но ничего не выходило. Ватсон, словно мешок с картошкой оттягивал руки и всякий раз, когда казалось, что победа уже близка он скатывался обратно на матрас. — Фууу, ну и жирдяй… — в сердцах прошептал блондин, утирая пот со лба. — Может, лучше скатить его? — предложил взмокший полковник. — А это идея! — отозвался его напарник Но Джон словно, старая колода, не желал двигаться с места. Друзья пыхтели, тужились, но закатить доктора в гроб больше чем на четверть не удавалось. — Да чем же он там питается, камнями что ли? — прошептал раздосадованный полковник. — Чёрт, Себастьян, я устал и хочу спать, давай просто рядом гроб положим? — также шёпотом сказал Бонд — Ну и фиг с ним! Пусть просто лежит! — Хорошо, а что мы будем де… — Джеймс не закончил Ватсон зашевелился и сел на кровати. Моран толкнул приятеля под кровать, а сам забрался на прикроватную тумбочку. Натыкаясь на стены и бормоча что-то про туалет доктор дошлёпал до ванной и скрылся за дверью. «Не смеяться! Только не смеяться!» — стучало в мозгу у полковника, сидевшего на тумбочке, словно дикий кот. Послышались шаги босых ног, и из-за портьеры вышел сонный врач. Всё также, не зажигая света, он подошёл к кровати и…лёг в гроб, оставленный приятелями. Через несколько минут по спальне поплыл густой храп. Полковник слез с тумбы, Джеймс выполз из-под кровати, и оба, сгибаясь от беззвучного смеха и кусая в кровь костяшки пальцев выбежали из комнаты доктора, не забыв при этом аккуратно закрыть крышку гроба. Полковник лежал, Бонд стекал по стене, хохоча во весь голос и утирая слёзы. — Это шедевр! — икая от смеха проговорил Бонд — Этот доктор! Гхахах, это гениально! — Ой, а как ты на тумбочку-то взадрался! Клянусь, я напишу рассказ и проиллюстрирую его! — Остаётся только пожелать Джону приятных снов! Шатаясь от смеха, приятели ушли спать.

***

В дверь наконец постучали. Льюис выключил воду, вытер руки и ушёл открывать. На пороге стоял Альберт. Зелёные глаза брата уже несколько недель, как утратили блеск, волосы потускнели, он осунулся и как будто постарел на несколько лет. Альберт, как и Льюис очень тяжело переносил злополучную любовь Уильяма. Он стал рассеян, молчалив и не хотел разговаривать ни с кем кроме брата. — Что нового? — словно бы машинально произнёс старший. — Доктор переехал, завтра сможем приступить — тихо доложил блондин. — Хорошо. Не заваришь чай? Я что-то устал сегодня. — Конечно, дорогой брат. Чайник закипел, Льюис разлил кипяток по чашкам, долил заварки. Братья молча сидели, каждый наедине с собственными мыслями. Оба Мориарти знали, что думают об одном и том же, но сил высказать эту боль вслух просто не было. Альберт допил чай, встал из-за стола, поставил чашку на раковину. — Иди ложись, ты сильно устал, дорогой брат — всё также тихо сказал Льюис. — Спасибо. Доброй ночи. — отозвался брюнет и вышел из кухни. Льюису оставалось домыть всего одну чашку. Он аккуратно провёл губкой по хрупкому фарфору, смыл пену водой и поднял посуду к глазам. Вдруг рука его дрогнула, чашка выскользнула из ослабевших пальцев, упала и разбилась. Льюис не сразу понял, что произошло. Ему вдруг в голову пришло, что эта чашка удивительно похожа на их жизнь - одно неверное движение...и всё, от них останутся только осколки. Конечно, их можно склеить, но...стоит одному потеряться...например, кусочку по имени Уильям и не будет больше никакой чашки... больше вообще ничего не будет...