Сцена первая: Крылья и дурная компания
6 мая 2021 г., 19:19
У Сэма лицо, которое ничего не скрывает. Он красивый, особенно когда доволен. А когда доволен и озадачен, он просто ослепителен.
Это не мое слово.
Это слово Земо.
Он бы так выразился.
Я ловлю его мысли в своей голове и каждый раз что-то внутри сжимается от ярости и бессилия.
Я боюсь, что он опять сможет управлять мной.
Даже если он — это мое воображение. Мои «болезненные крючки», как называет это мой психиатр.
Сэм улыбается:
— Как ты это устроил?
— Я? — а я вот не умею улыбаться. Отмороженный. Я умею только растягивать губы, подражая обычным людям.
Я тренируюсь смотря сериалы на канале Парамаунт камеди.
Там много смеются, я учусь изображать обычные человеческие эмоции.
Радость.
Ирония.
Дружеская нежность.
Сочувствие.
Слово «ослепителен» нужно удалить к чертям.
Сэм просто очень рад и радость ему к лицу.
— Ваканда передавала тебе привет, сделать меня курьером — это их выбор. Странный.
— Они великолепны.
— Да, хорошая работа.
Друг из меня хреновый. Я выдохся еще не начав спектакль «Как я рад за тебя, и другие приключения психопата из холодильника».
Сэм это заметил.
— Я знаю, что ты хочешь сделать, — радость спряталась и в его смоляно-черных глазах появилось новое, незнакомое выражение, — если ты хочешь знать мое мнение. Я против.
— Я знаю.
— Но я пойду с тобой куда скажешь.
— Нет, Сэм, — я начинаю подбирать слова, — ты не можешь. Ты теперь парень со щитом и все смотрят на тебя. Ели хоть одна крыса прознает, что ты связался не с теми людьми...
— Плевать!
Он сердится и немного напоминает мне юного Стива.
— Нет не плевать, — я смотрю на него в упор, — я не хочу чтобы ты ввязывался в эту историю.
— Но эта гнида тебя обманет, помяни мое слово, — он злится на меня, на себя, на всех, кто мешает ему теперь делать что хочется, — разведет и... Да черт его знает... он способен на все!
— Ну так уж... — я пожимаю плечами, всем видом пытаясь изобразить пренебрежительное сомнение, — не делай из него монстра.
— Я не делаю. Он просто монстр. И ты, как никто, должен это понимать.
— Он очень умный, хитрый, изворотливый и подлый мужик, но он просто человек.
— Просто — не просто, а он тебя подставит и это плохо кончится.
— Я ему не позволю, — говорю я твердо, — я тоже не дурак.
Сэм просто не может это отрицать.
Он сомневается, а я уверен.
Земо не монстр.
Зато монстр я.
— Ты уверен, что это единственный выход?
— Да. Официально мы с этими Разрушителями не справимся. Земо их в конце концов всех уничтожит, а если вмешаюсь я... Кто-нибудь выживет. Возможно даже многие.
— Неизвестно еще пойдет ли он на контакт. Где он? Ты в курсе? Он кинул нас в Риге, он кинет тебя где угодно.
Я не могу рассказать ему, что было в Риге, поэтому молча киваю.
— Не кинет. Положись на меня и не вмешивайся.
— Это звучит, как приговор. Не вмешивайся... Какого хрена не вмешиваться?! Если у меня есть все возможности вмешаться? И я хочу помочь тебе... И вообще-то, я боюсь, что этот заковийский хрен в пальто сделает какую-нибуть пакость, из которой ты уже не сможешь вырулить. А я буду где-то черт знает где... Позировать на Фокс ньюс! Да какого дьявола?!
— Ну, а кто-то говорил, что быть Капитаном Америка просто?
Я его не убедил, но он пообещал не вмешиваться.
— А если Ваканда узнает.
— Ваканда знает.
— И они... Позволили тебе...
— Нет, но дали небольшую отсрочку. Они считают, что я сошел с ума.
— Я тоже.
— Я тоже, — вот сейчас у меня улыбка как у Росса из «Друзей», надеюсь я достаточно точно ее воспроизвел.
— Ладно. Но если что...
— Если что, да, Сэм.
— Да, Баки?
— Да, обещаю. Я выйду на связь и скажу «Помоги мне, Сэм».
— Так и скажешь.
— Обещаю.
— Держись от него подальше.
— Да.
— И чай этот его... Не пей. Мало ли что.
— Да.
— Когда?
— Я вылетаю сегодня в девять.
— Удачи.
— Спасибо, кэп.
Я вылетаю в семь. Я не думаю, я знаю, что за ним следят все, кому не лень, а я должен встретиться с моим новым напарником без лишних глаз.
Меня будут пасти в девять на рейсе в Вильнюс.
Жаль я не смогу проверить.
Хотя все равно.
Я теперь вне закона.
Я сажусь на рейс в семь ноль пять.
На Москву.
