Я люблю тебя, госпожа Стокер

Шестнадцатое декабря встретило жителей города похолоданием. Хотя солнце радовало своим присутствием, в пальто было уже не так тепло. На его смену пришли тёплые длинные куртки и мягкие свитера под ними. Для Агнии этот четверг стал не таким обычным, как многие до него. Ведь сегодня её День рождения. Кроме Киры она никому не говорила о празднике. Не любила лишнюю суету, обязывать людей дарить подарки, чтобы позже сделать ответный презент — ритуал довольно милый, но сам по себе напоминал бесконечную цепь. Ей хотелось провести рабочий день в тишине. После — собраться дома у бабушки, посидеть втроём. Родители снова в разъездах, а звать ещё кого-то она не решалась. Даже... кого-то особенного. Но как только Фролова перешагнула порог своего кабинета, из коридора донеслось: — С Днём Рождения! Что? Мне... показалось. Она выудила голову в проём и заметила Наташу. Копирайтер стояла с чашкой в разговаривала с мужчиной. Брови именинницы поползли вверх. Вскоре собеседник Наташи подключился. — Да... с праздником. Уже одно поздравление смутило девушку, но услышать второе следом, так ещё и от человека, имя которого с трудом всплывало в голове, казалось чем-то нереальным. — С-спасибо... — только нашлось в ответ. В мгновение ока девушка вернулась в кабинет и слишком громко закрыла дверь. Нет. Всё нереально. Тебе кажется... Неужели Кира рассказала другим? Вероятно. Но я же просила её не говорить... Агния заняла рабочее место и приступила к обязанностям. Похоже, продолжение дня определели заранее. *** Видимо, интуиция не подвела. Когда пришло время обеденного перерыва, Фролова вышла из кабинета. На этаже было слишком тихо, потому странное предчувствие поднималось внутри. На лестничном пролёте девушка услышала тихий смех, а затем громкое: — Поздравляем! Поздравляем! Поздравляем! Люди хлопали и радостно кричали. Лицо именинницы медленно расцвело в улыбке. К ней приблизился Серёжа. — Ты же не думала, что твой праздник правда останется незамеченым? — изумлённо поднял брови. Его локоть нежно погладила Кира, стоящая рядом. Светловолосый чертёнок подмигнул подруге, и та рассмеялась. Хотя ей не хотелось давать огласку своему празднику, видеть счастливые лица коллег и друзей оказалось действительно приятно. Вскоре Филипп Сергеевич лично поздравил Агнию и попросил сотрудников не расходиться после работы. Все единогласно были за небольшой корпоратив. Любое совместное мероприятие являлось уместным, если оно объединяет коллектив. На том и порешили. День в ожидании отдыха прошёл достаточно быстро. Затем все собрались на первом этаже, закрыли двери в издательство и потихоньку стали открываться вечеру. Ели знакомые вкусности из "Аспарагуса" за углом, пили вино — кто-то и вовсе не ограничивался парой бокалов... Подолгу общались и просто хорошо проводили время. Время близилось к восьми. Агния предупредила, что не может задерживаться допоздна. Про бабушку, которая ждала дома, тактично промолчала. К счастью, все отнеслись к тому спокойно и медленно стали расходиться. Кто домой, кто в бар для продолжения праздника. А кто-то совсем не торопился уходить. Занятая своими сборами, Фролова не заметила, как издательство опустело. Когда вышла на улицу, заметила, что на улице её ждало знакомое трио — Валенский, Бадьянова и... Орхеев. — Ребят, спасибо за сегодня. — А как иначе? День рождения только раз в году — такое нельзя пропускать. — Похлопал по плечу Серёжа. Фролова недолго думала о своих дальнейших действиях. И либо это вино приятно облегчило мысли, либо праздник располагал, но она посмотрела на ребят и вдруг спросила: — Как вы смотрите на то, чтобы продолжить вечер у меня дома? Бабушка обещала приготовить свой яблочный пирог. Даю руку на отсечение — вкуснее вы не пробовали... В подтверждении выставила свою изящную ручку. Виктор невольно проследил за этим действием, посчитав, что подождёт, пока ответят его друзья. — Лично мне идея нравится! Кира оживилась, подхватила ладонь подруги и зашагала в сторону её дома. — Мальчики, чего ждём? Особого приглашения? Дважды повторять не пришлось. Игривые кудри девушки как будто утягивали всю компанию в пляс, и остальная часть дороги прошла быстро и задорно. *** Агния предупредила бабушку, что сегодня у них будут гости. Издалека виднелся свет в уютной квартирке. Своим теплом он притягивал, манил зайти внутрь. В глубине души Фролова хотела поскорее познакомить бабушку со всеми. А Нина, будто ощущая мысли внучки, встретила гостей в коридоре с нежной улыбкой и приготовила для всех тапочки. Орхееву пришлось довольствоваться тапочками отца именинницы, которые оказались не по размеру. Однако он, как настоящий джентльмен, легонько поцеловал руку приветливой хозяйки. — Нина Марковна, у вас чудесный дом. Мне очень приятно познакомиться с той, кто воспитала такую замечательную девушку. Женщина в самом деле зарделась, а после шёпотом на ухо внучки проговорила: — Ты знаешь, мне кажется, твоё мнение было ошибочным. "... к сожалению, фамилия не соответствует характеру её владельца..." Орхеев стоял рядом с эмоцией непонимания. Агния только махнула рукой, мол, "не бери в голову". После обмена любезностями Нина пригласила всех на кухню, откуда уже доносились разномастные ароматы. Несмотря на недавнюю трапезу в кругу издательства, ребята почувствовали, что они готовы к новым гастрономическим свершениям. Женщина села во главе стола, Виктор и Агния — по правую сторону, Серёжа и Кира — по левую. Хозяйка и виновница торжества ухаживали за гостями, накладывая в тарелки разные вкусности. Запечённая картошка с овощами, утка с золотистой корочкой, хрустящие салаты провоцировали рецепторы в носу и пробуждали неслабый аппетит. Несколько долгих минут слышались только позвякивания вилок, довольное мычание и многочисленные похвалы стараниям повора. Нина Марковна принимали все слова благодарности и внимательно следила, чтобы тарелки не пустовали. Не могла нарадоваться, глядя на счастливые молодые лица. Ещё больше приносило радость замечать, какими взглядами одаривал внучку молодой человек, сидящий рядом. Она не сомневалась в искренности юноши, ведь прожила немало, и могла различить честный взор от наигранного. После трапезы началось непринуждённое общение. Ребята делились своими эмоциями от недавней победы на премии — трепет не утихал до сих пор — рассказывали об интересных случаях на работе за последнее время. Периодически ребята спрашивали у Нины Марковны об эпизодах детства именинницы, и та охотно делилась подробными рассказами. Всё же они были ближе друг другу, чем кто-либо. Бабушка буквально заменила Фроловой родную мать, что не помешало малышке вырасти и стать хорошим человеком, другом, личностью. От каждого рассказа на глаза наворачивались слёзы, но не горечи. То были слёзы счастья и изумления, потому что некоторые случаи она не могла вспомнить, как ни старалась. В такие моменты удивлённо поднимала брови и жадно вслушивалась в слова женщины. Когда Серёжа описывал страшно-смешное приключение в крыле рекламщиков, телефон Фроловой коротко завибрировал: пришло сообщение. Она открыла окно уведомлений — непрочитанное от папы. "С Днём рождения, доченька. Прости, что с мамой не смогли вырваться в этом году. Обещаю, что Новый год мы отпразднуем всей семьёй! Целую. До скорого!" Всей семьёй... Как странно читать нечто подобное и мысленно понимать, что статус "семьи" медленно, но верно размывался. Ещё страннее ощущалось осознание, что этот год стал очередным. Одним из многих, когда родители не приехали на праздник. "Работа превыше всего, жизнь подождёт". Кажется, родители жили именно по такой установке. Но если ты понимаешь, что хочешь посвятить себя науке, зачем заводить детей? Как они будут себя чувствовать? Какое отношение сложится к тебе?... С другой стороны, девушка благодарила маму и папу за жизнь. За то, что обеспечили. На этом всё. Всё их участие в жизни дочери. На большее и надеяться не стоит. В своих раздумьях она понуро опустила голову, забыв, что в комнате не одна. Орхеев заметил перемену настроения и коснулся напряжённой ладони. Карие глаза обратились к нему, готовые заполниться солёными каплями. Из радио зазвучала ритмичная песенка. Виктор безошибочно узнал "I wont dance" Фреда Астера. Сжал маленькую ручку и шепнул имениннице: — Потанцуешь со мной? Пару секунд она обдумывала услышанное. Опять посмотрела на него — на сей раз с благодарностью — и улыбнулась. Её смешливый взгляд стал ответом. Юноша мягко поднял Агнию и повёл в центр кухни. Места было не сказать, чтобы много, но аккуратно двигаться под резвую мелодию они смогли. Минуя праздничный стол, красивую мебель и остальных гостей, которые наблюдали за парой с изумлением. Спустя полминуты Серёжа решился пригласить Киру — она тотчас согласилась. Валенский прижимал к себе румяную красавицу за талию и шептал всякие глупости между поворотами. В какой-то момент Агния подошла к бабушке и увлекла её за собой в танец. Женщина не успела осознать своих действий, пока не оказалась в водовороте энергичных тел. В силу возраста Нина Марковна танцевала осторожно, придерживая руки на уровне груди и перешагивая с ноги на ногу. Образовался испровизированный круг, все переглядывались между собой и улыбались. Танцевали, как могли, но чувствовали себя отлично. Казалось, ничто не способно испортить этот момент. Вскоре заиграла новая мелодия. (Wheres my love — SYML) Бабушка сослалась на усталость и вернулась за стол, а молодые люди разбились на пары. Этот танец предполагал более тесный контакт, более личные эмоции. Фролова опустила голову на плечо своего партнёра и почувствовала, что мрачные мысли по-прежнему волнуют её. Будто ощутив неладное, Орхеев шепнул на ухо: — Тебя что-то беспокоит? Почти сразу услышал ответ. — Это не стоит переживаний. Не в день праздника точно... Он уткнулся носом в копну пушистых волос. Её слова не принесли покой. — Ты можешь рассказать мне, что тебя гложет, Агния. Если я не смогу помочь, тебе хотя бы станет легче... — отодвинул голову, надеясь встретить её взгляд. И вот карие глаза, печальные, полные невыразимой боли, встретились с его туманными озёрами. Нежные губы дрогнули, сжались, а затем в бессилии девушка снова опустила голову на сильное плечо. — Это всё родители... Мы давно потеряли родственную связь. А семейные узы развязались ещё в тот период, когда я научилась сама ходить. Бабушка, — глянула в сторону Нини Марковны, — заменила их обоих. Я не жалею об этом. И всё равно каждый год, когда они находят новые причины не появляться — или используют рабочие старые — я чувствую себя покинутым щенком. Что, в принципе, недалеко от правды... — Эй... Виктор поддел её подбородок и нежно приподнял. Глаза встретились снова. — Знаешь, я давно понял для себя, что мы переоцениваем значимость родителей. Они дают нам жизнь, и уже за это нужно быть благодарными. Но... большую часть жизни ты строишь, опираясь исключительно на свой выбор, своё мнение и свои решения. К тому же, не стоит забывать, что рядом с тобой есть множество других людей, которые с радостью поддержат, помогут, утешат. Орхеев поддел её носик своим, и на девичьем лице заиграла улыбка. Как если бы своими словами он подарил ей недостающую дозу покоя. Агния вспомнила их недавний поцелуй. Спонтанный, внезапный, намеренно подстроенный. Вдруг поняла, что будь на месте Виктора другой человек, она бы чувствовала себя ужасно. Всё так неправильно, скомканно, наигранно. Однако... Это случилось именно с ним. С самым противоречивым и в то же время подходящим человеком. А сейчас, танцуя и впитывая всё то, чем юноша делился с ней, Агния думала о том, как ей повезло. Она признательностью принимала всё то, что этот человек мог ей дать, и неосознанно крепче обнимала его. Под конец песни Виктор оставил долгий поцелуй на горячей щеке девушки, и она поймала себя на мысли, что хотела бы замедлить те мгновения. *** С наступлением позднего вечера гости разошлись по домам. Агния мыла посуду после праздника, пока Нина Марковна заканчивала прибирать на столе. — У тебя замечательные друзья, моя дорогая. Фролова обернулась на реплику женщины. — Согласна. Мне с ними очень повезло... — Я заметила, что между Кирочкой и Серёжей что-то есть. Это так? — Да. Они оба неравнодушны друг к другу, но никак не могут напрямую заявить о своих отношениях. — Главное, что их чувства взаимны. А признаются или нет — их дело. — Верно... Одна тарелка скользнула в руке и глухо стукнулась о раковину. Агния выдохнула, опустила голову, в то время как Нина Марковна пристально посмотрела на неё. — А тебя, вижу, беспокоит то, что ты не можешь признаться в чувствах даже себе? Сердце на миг замерло. Женщина за спиной всегда прекрасно умела читать людей, и Фролова помнила это. Особенно с учётом того, что перед опытным человеком она представала открытой книгой — без утаек и разночтений. — Да, бабуль... — Скажи, что не так. — Понимаешь... Изначально у меня с Виктором отношения не заладились — и это мягко сказано. Он... он не пытался скрыть своей неприязни ко мне. Всячески старался поддеть, досадить. А при первом знакомстве вообще при всех выразил недовольство моим назначением... — И теперь ты боишься, что ваши чувства не могут быть такими же крепкими, как если бы это была любовь с первого взгляда? — Да! — выпалила тотчас. В очередной раз бабушка оказалась права, оказалась так близко к истине, как не всегда бывала сама Агния. Нина Марковна посмотрела в тёплые шоколадные глаза внучки и улыбнулась так, что морщинки заиграли на лице. — Скажу тебе одну неочевидную вещь, Агния. Она станет моим подарком в твой праздник... Девушка развернулась, сосредоточив внимание на собеседнице. Точно маленький ребёнок, открыла глаза пошире и придвинулась, готовая слушать. А бабушка, подыгрывая, обратилась в шёпот: – Любви с первого взгляда не существует. Вот и всё. Это может быть симпатия, заинтересованность, в вашем случае — неприязнь, да и вообще что угодно. Но любовь в том виде, в которой мы её понимаем, рождается не по щелчку пальца. Она как дерево цветёт... Распускает свои почки, выпускает листья, и только спустя много-много времени даёт плоды. Её тон сменился на серьёзный, предупреждающий. — И если люди нетерпеливы, если это дерево не подпитывать своей заботой и вниманием — оно не разрастётся. Останется таким же маленьким, хилым ростком, а вскоре и вовсе погибнет. — Я понимаю, бабуль, — ответила на выдохе. — Добавлю ещё, что если отношения начинаются с неприязни, то в будущем они будут самыми честными. – Но... почему так? — Когда человек пропитан симпатией, он не видит ничего сквозь розовые очки. Каждый недостаток воспринимается, как достоинство. Любой опасный звоночек отсекается в сторону, хотя правильнее бы к нему прислушаться... Доходит до абсурда, когда человек буквально становится ходячей бедой, но ты напрочь поглощена своей привязанностью и не можешь мыслить разумно. В этом плане, моя дорогая, неприязнь — более искреннее чувство. И не переживай так по этому поводу. Скоро сама увидишь, как ваши чувства раскрываются с новой стороны. Женщина протянула ладонь и коснулась нежной щеки. Касание тёплое, родное, полнило спокойством разум Агнии и даже тело. Она не была так напряжена, как прежде, и это радовало. — Спасибо, бабуль. Что бы я без тебя делала?... — Полагаю, чуть больше ошибок, чем хотелось бы? — спросила с улыбкой более широкой. Они обнялись, наслаждаясь тишиной кухни. — С праздником, дорогая. Я люблю тебя и очень рада, что ты у меня есть. — И я тебя люблю, бабуль...