Первая встречная, люби меня вечно.

      Утром Бильбо проверяла упакованные чемоданы: свои и четверых мальчишек. Следующей точкой их пути должен был стать Ривенделл. Город, с которым слишком многое связано…       В аэропорту их встречала Арвен, старая подруга Бильбо и дочь мастера Элронда. Арвен близилось тридцать лет, она была на три года старше, и, как и у мисс Бэггинс, её личная жизнь не ладилась: единственным человеком, к которому она смогла что-то почувствовать, был её двоюродный племянник Арагорн Элессар, сын Араторна, сына Эльроса — старшего брата её отца (да, Арвен очень поздний ребёнок). Но это абсолютно только их дело. И, сказать честно, Бильбо нравился Арагорн. Хоть он и был моложе её, он был мужчиной, в отличие, например, от Дрого — её старшего кузена, который никогда не взял бы ответственность на себя, в отличие от Элессара. Может, именно поэтому они с Примулой и попали в аварию.       Как бы это странно ни звучало, но раз и в наш век можно встретить огромные объединения преступного мира, то раньше это было как само собой разумеющееся: во времена молодости мастера Элронда, профессоров Гэндальфа, Сарумана, Радагаста и ныне покойного Элроса были свои герои и злодеи, по сравнению с которыми Смауг был лишь мальчиком на побегушках… И самым главным из этих злодеев был Мелькор.       Ривенделл всегда был одним из величайших оплотов культуры, и 30-40 лет назад это было не исключением: тогда, когда представители учёного совета были молоды, и если и входили в какие-то советы, то разве что в студенческие (хотя, разве первокурсник может быть туда избран?) — в те времена был самый настоящий разгул империи Мелькора. Тогда же прозвучало его самое громкое дело — захват заложников с одной лишь целью: обменять их на блестящего студента, которого знали профессоры Гэндальф и Саруман, тогда ещё первокурсники. Этим студентом был Майрон, удивительно талантливый юноша, создавший доказательства существования Эру в своей первой работе. Навсегда оставшейся единственной: никто не знает, что с ним стало, но, судя по всему, Мелькор, так ненавидевший Илуватора, просто запытал его до смерти. В честь Майрона стоит памятник рядом с корпусом института теологии, на котором он никогда не учился. «Иронично,» — подумала Бэггинс.       У Бильбо, Арвен и мальчишек был целый день перед последующим отправлением до Эребора, в который Бильбо очень хотела вместить всё — показать Сэму, Фродо, Мерри и Пиппину город, и этому отлично поспособствовало то, что у Арвен очень вместительная машина. Иначе кому-то пришлось бы прятаться под сидение всякий раз, когда они проезжали мимо полицейских.       Города, в которых прошло твоё прошлое, имеют мистическую способность: люди, с которыми ты тогда шёл, и улицы, по которым ты когда-то ходил, давно изменились, а может их уже и нет — снесли в пользу постройки нового микрорайона или шоссе. Их нет, а ты есть. И ты помнишь, как красиво на той улице падали снежинки, крутясь и сверкая в лучах солнца, чтобы потом навсегда осесть в чьих-то иссиня-чёрных волосах.       Жаль, что обладательницей тех волос была не Арвен, ведь на её свадьбу она бы ехала не из единственной возможности объясниться. Хотя, как будто от её объяснений что-то изменится.       От тягостных раздумий её отвлекли мальчишки: великолепная четверка носилась по залам музея, заставляя почтенных смотрителей подскакивать на своих местах, тогда как её подруга возглавляла звонкую ватагу. — А теперь идём в буфет! — громко заявила Арвен, придерживающаяся принципов, что если банду нельзя приструнить, то её необходимо возглавить, — В каждом уважающем себя музее есть буфет. — А куда мы пойдем после буфета? В музей к рыцарям, да? — с надеждой в голосе произнес Сэм. — С вами хоть на край света, — улыбнулась Бэггинс, — Если нам хватит времени, мы обойдем все музеи города… — Значит, нам надо поспешить, — совсем по-деловому заявил Мерри.

***

      Бильбо проснулась поздним утром следующего дня и обнаружила странные доказательства вчерашней внезапной пирушки: дом хоть и не был совсем вверх дном, однако же был достаточно потрёпан. Но, пройдя по всем комнатам и не обнаружив вчерашних посетителей, Бильбо обрадовалась — в сложный поход они отправились без неё.       Успокоившись, она принялась за завтрак, но примерно в половине одиннадцатого к ней в дверь постучали. Это был Гэндальф. — Голубушка! А все ждут, когда же ты уже соизволишь пожаловать! И правильно, что они тебя не дождались, а оставили послание. — Какое такое послание? — Вот те раз! Ты что, даже не стала вытирать пыль… — Причём тут пыль? Хватит с меня уборки и мытья посуды на четырнадцать персон! Да и вообще, нормальные люди оставляют напоминания на дверях холодильников! — А если бы ты протёрла пыль, как любила делать это в общежитии университета, тогда бы знала, что тебя ждут на заправке, что у выезда из города, ровно в одиннадцать…       В одиннадцать?! Но учитывая дорогу, занимающую около двадцати минут, и только если она пробежит это расстояние, то на сборы у неё осталось не более десяти минут. А контракт ведь уже подписан! Какой скандал. Что о ней подумают люди?       Каким-то чудом, запыхавшейся мисс Бэггинс всё же удалось успеть в назначенное место к назначенному сроку. Правда, она не взяла множество вещей, которые ни одна здравомыслящая девушка не оставит дома, будь то деньги, кепка от солнца, наушники, носовой платок… да без запасной прокладки, наконец! Только документы и схватила… — Браво. Секунда в секунду, — улыбнулся ей Балин, сверявшийся с часами. Тут же показались все остальные сотоварищи этой странной компании, повыглядывав из ещё двух не сильно примечательных машин. — Теперь залезайте оба — и в путь! — скомандовал Торин. — Прошу прощения, но я не успела собраться как следует, даже носовой платок не взяла, не то что уж шляпу от солнца. Да и вообще, ваше письмо, если быть точной, я получила только во второй половине одиннадцатого часа… — А вы не будьте такой точной, — посоветовал ей Двалин, — И не волнуйтесь. Вам всего-то придётся забыть о носовых платках до конца путешествия. А шляпу мы для вас найдем, наверняка у кого-то в багаже окажется лишняя.       На этих словах он строго посмотрел на двоих почти ровесников Бильбо — Фили и Кили, если ей не изменяет память, и те, шустро погрузившись в свои рюкзаки, выудили на свет Божий изрядно помятую кепку. — Держи, мне не надо, — протянул головной убор ей Кили. Четвёртым в их машине сидел Ори, а пятой должна была стать Бильбо. — По машинам, быстро! — в очередной раз скомандовал Торин, потому что в эту минуту их догнал Гэндальф на собственном мотоцикле. А ведь он же мог её подвезти!       Они достаточно долго ехали по просёлочной дороге, когда Бильбо, сидевшая рядом с водителем, наконец спросила: — А почему мы едем не через Ривенделл? Ведь так было бы быстрее… — За нами могут следить, — спокойно ответил ей Двалин, — Никогда не стоит давать своим противникам лишние возможности.       Ехали они долго, вокруг успело достаточно стемнеть, когда они все остановились: перед первой машиной вдруг упало дерево. Двалин, как и другие мужчины более крепкой комплекции, вышли из машин, чтобы убрать досадное препятствие, вот только им этого не удалось. Раздосадованные и уставшие, они расселись рядом с машинами, как вдруг кто-то разглядел вдалеке огни деревни. И в тот же момент обнаружилось, что Гэндальфа поблизости нет. — Теперь очередь за помощью, — заявил Дори. — Ступайте, мисс Бэггинс, и узнайте, что это за деревня и смогут ли они вызвать трактор, потому что вы не выглядите как возможная опасность… Поторопитесь, и если всё в порядке, побыстрее возвращайтесь. А если не в порядке, то дважды крикните сычом, один раз филином, а дальше уже наши заботы.       Бильбо кивнула, и лишь на полпути к огням вспомнила, что кричать как сыч или филин она и вовсе не умеет. Но да ладно, не стоит же думать, что всё и всегда может пойти не так, верно? Может быть, в кои-то веки, все будет нормально…       Вся эта «деревня» состояла из нескольких построек, свет же горел лишь в одном окне. Девушка подкралась к нему и прислушалась к разговору: — Вчера была баранина, сегодня баранина и завтра, что б тебе лопнуть, будет баранина! — Хоть бы какой завалявшийся кусок человечины, — добавил второй голос. — Вильям, дурная твоя голова! Зачем мы вообще попёрлись сюда? — Заткнись! — заорал третий голос. — Или ты думаешь, что люди всякий раз будут случайно к нам наведываться? — В городе было лучше… — В городе и полиция работает лучше.       Бильбо испытала отвращение и ужас одновременно. Ей страшно захотелось оказаться дома, за сотню миль отсюда, но вернуться к Торину и компании с пустыми руками она не могла, как не могла и крикнуть сычом или ухнуть филином. Хотя, вернуться с пустыми руками — лучшая идея. Она отлипла от стены и боком собиралась попятиться, как вдруг напоролась на пустую железную бочку. Звон от их встречи тут же распространился вокруг. — Эй, ты кто такая? — на неё упёрлись лучи света нескольких фонариков, — Тебе чего тут надо? — Я-я? Я вррр-хоббит… — И много вас тут таких врхоббитов? — Нас? Мн… Я одна, — Бильбо видела, как противники медленно наступали на неё, и решила спиной обойти бочки, чтобы броситься бежать к лесу. — Так много, или одна? — Я имела в виду, что как-то нас много, но здесь я одна, — пыталась заговорить им зубы Бильбо.       Ей почти удалось обойти две бочки, прежде чем она вдруг поняла, что следит лишь за двумя жителями этого странного посёлка…       А значит третий уже наверняка за её спиной. Она дернулась и попыталась резко уйти влево от бочек, потому что любой нормальный человек, чтобы зайти ей за спину, обходил бы справа. Но преступник оказался ненормальным человеком, и юная наследница клана Бэггинс врезалась спиной в бандита. Первым её желанием было отпрыгнуть влево и сигануть что есть силы, обегая остатки садов и ульев, но было уже поздно, а на её голове покоился мешок. — Молодая. Значит мясо мягкое, — сказал один из преступников.       «Отлично, закончу жизнь как пищевые отходы,» — подумала Бильбо. — Как будем готовить? Заживо, или трупяком? Запекать, варить или жарить? С приправами или без?       И в тот момент, пока решалась её судьба, с различными боевыми кличами логово осадили её товарищи.       Бильбо не видела, что происходит, но по звукам потасовки ориентировалась, что команда гномов идёт совсем не плохо. Она даже думала, что они одержат победу, пока один из бандитов не поднял её, держа за голову, и, сняв мешок, не приставил нож к горлу.       «Ха-ха, как-будто моя жизнь что-то для них значит,» — подумала она, но гномы действительно сложили оружие и позволили себя скрутить. — Что будем делать? — Запасы. — А как их делать? — Приготовить, а потом заморозить.       Бильбо задумалась. Среди них не было Гэндальфа, а значит у них была возможность спастись. Просто нужно было потянуть время до его прихода. — А можно сначала заморозить, а потом готовить, — подкинула идею она, видя, как много времени у бандитов уходит на споры, — Так будет гораздо выгоднее… И полезнее.       Компания подарила ей странный взгляд. Но это ладно, если у неё получится, она потом всё объяснит, главное сейчас потянуть время. — Заморозить? А что для этого надо? — Морозильная камера. А её у нас нет. — Но её можно изготовить из подручных средств, — возразила Бильбо, — Вам всего лишь нужно… — Что? Что нужно? — Выкопать глубокий погреб и натаскать в него с горного ледника, например, лёд, а можно купить в городе холодильник и генератор… — Погреб у нас уже есть… — Заткнись! Схрон не подойдёт под погреб… И вообще, пора освежевать хоть кого-нибудь из них. Можно начать с жирного, — он указал на, вроде бы, Бомбура. Бильбо их всё ещё не очень хорошо знала, но смерть хоть кого из этой команды не входила в её план. — А вы что, собираетесь нас готовить прямо так? Без приправ или гарнира? Даже без соуса? — ужаснулась девушка, — Разве вы в каменном веке живёте? Вы достойны большего и лучшего! — Да! — поддакнул самый молодой из бандитов, — Том, Вилл, вы слышали? Мы достойны большего. — Я не умею готовить соусы, — ответил, по-видимому, старший, которого звали Вилл, — Если умеешь — готовь.       После этих слов бестолковый бандит стушевался, но в дело вступила Бильбо. — Я могу. Я умею. Я буду говорить, а ты делай. Сначала надо почистить лук. Отрезаешь корешки, отрезаешь зелень и счищаешь верхнюю кожицу ножом, — скомандовала она.       Подручный выполнил её приказ. — Теперь мелко-мелко режешь. Сначала напополам, потом ещё раз и так много-много раз, — услышав шум на улице, её посетила интересная идея, которой она решила воспользоваться, — Да кто так режет? Дай сюда, я порежу.       Преступник протянул ей нож, она схватилась за рукоятку и метнула её Двалину. Тот, поймав, быстрым движением разрезал путы с себя и передал нож Торину, а сам гном ринулся на одного из бандитов.       Дверь распахнулась, и вошёл Гэндальф с несколькими людьми. Большие полицейские фонарики высветили всё пространство убежища бандитов. — Всем оставаться на своих местах! — приказал усиленный громкоговорителем голос.       «Получилось! У меня получилось!» — подумала она. — Беру свои слова назад, — громко прогромыхал Двалин, — Мисс Бэггинс оказалась очень удачным приобретением.

***

      Ривенделл радостно встретил новых героев, освободивших предместье города от сумасшедшей банды каннибалов. Но отдельно «Последний приют» радовался возвращению своей бывшей выпускницы — конечно же, Бильбо ждала встречи с подругой.       Они гуляли по своим любимым местам, пока Гэндальф, Элронд и Торин обсуждали будущий маршрут и план действий. Бильбо и Арвен были в саду, недалеко от места беседы, и не против были бы подслушать, но подслушивать у отца и бывшего научрука — это совсем нехорошо. Ведь они точно достаточно хорошо тебя знают, чтобы наказать тебя так, что чужие разговоры будешь обходить десятой дорогой, а уши греть только шапкой. Плавали, знаем. — Слушай, а что значилось в твоём контракте? Ты точно хорошо прочитала всё? — Вроде бы да… И ведь его составлял Гэндальф, не мог же он меня прям вот так подставить! — Ещё как мог! Ты же знаешь, какие о нем ходят слухи — самая зловредная сваха с огромным стажем: думаешь, что подписала контракт на получение информации и использование её в суде, а вместо этого тебя — хоба! — за волосы, и в ЗАГС! — Да быть такого не может, — ответила Бильбо, смеясь, — На правах любимой ученицы заявляю, что подписывала его направления на практику, стажировки и так далее, и ни одного скрытого пункта на церемонию и застолье не было. — Тебе просто замыливали глаза! — смеясь, заявила Арвен. — Чтобы ты привыкла, и подписалась не глядя… — Бильбо! Мисс Бэггинс! — Прозвучал голос Торина у подножия дорожки, где были подруги, — Идите сюда!       Она быстрым шагом вернулась к месту, где оставалась компания. На столе, до того заставленном яствами, теперь было нагромождение оружия и драгоценностей — схрон бандитов.       Ближе всех к ней стоял Гэндальф, он повернулся и в его протянутой руке был маленький кинжал, искусно выполненный и запечатанный в ножны. — Держи, это тебе. Сталь из Эрегеона, забытые и утерянные технологии… Он будет светиться синим светом, когда поблизости будут твои враги. — Спасибо, — ответила девушка. Вряд ли она достаточно разбиралась в оружии, чтобы выбрать во всей этой куче что-то стоящее.       Следующие дни перед отправлением в никуда летели быстро. Под руководством Гэндальфа и Торина команда пополнила провизию, заряд внешних аккумуляторов, бензин и так далее. Кили, Фили и Ори относительно быстро нашли себе компанию среди студентов, а сама Бильбо пересекалась с иными старыми знакомыми и проводила время с Арвен, когда та была свободна от дел кафедры, на которой осталась по настоянию отца.       Казалось, вся гномья команда нашла что-то интересное, или что-то по себе, пока Бильбо не обнаружила, что Торин не выходил за пределы университетского городка. — Почему? — удивилась она, — Ведь здесь столько всего интересного! — Никогда не был в эльфийских городах, — гордо ответил гном, — И не думаю, что смог бы найти в них что-то интересное.       «Вот в чём причина! Топографический кретинизм и полное отсутствие знаний о планировке. Ну или шовинизм, но будем надеяться на лучшее.» — А что, если я покажу вам этот город? — предложила Бильбо. — Может, тогда и вы найдёте здесь что-то по душе?       Торин словно бы на минуту задумался. — Это можно, — улыбнулся он.       Они гуляли по городу, заходя на аллею мастеров, выставки народного творчества или достижений хозяйства. Торин редко приставал к кому-то из мастеров или сопровождающих выставку, спорил с ними, пока мастер или представитель не высказывал ему в сердцах какую-нибудь из особенностей технологии, после чего сразу же старался куда-то спрятаться, ведь гномы — промышленные конкуренты эльфов. А Торин смеялся.       А потом пошёл снег. Совершенно обычное дело для апреля в Ривенделле. Мягкие белые снежинки большими хлопьями спускались вниз, чтобы уже на земле осесть. Ну или оказаться на волосах или ресницах. А Торину, несомненно, шёл контраст его волос со снежинками. А ещё ему очень шёл его смех. Но да ладно, разве Бильбо спрашивали, кому и что идёт?

***

      Детвора набралась и нагулялась. Сейчас они все были чисто вымытые и, сдвинув при помощи Арвен, Бильбо и Арагорна матрасы и диванные подушки, создали себе островок уюта, слушая «Большую Ночь Сказок».       Полный игр и новой информации день утомил детей, и они укатились в страну снов уже на третьей сказке. Рассказывать всю ночь сомнительного авторства истории ни у одного взрослого из трёх присутствующих не вышло бы. Но этот вечер убедил Бильбо в том, что стереотипы — это стереотипы, ведь парень моложе её запросто может быть гораздо более мужчиной, чем её старший кузен. Да, она о Дрого, отце Фродо. Да, в паре Примула и Дрого, скорее Примула была для Бильбо сестрой, а Дрого зятем. Причём не самым любимым. Но да ладно, Царствие им обоим Небесное… — Что ты собираешься делать? — Я? Ничего… — Ты просто возьмёшь и появишься на свадьбе племянника своего погибшего возлюбленного? — Да… Стой! Какого такого погибшего возлюбленного? — Не отпирайся! Всем всё ясно, все всё знают. Вспомни, какой ты вернулась из Эребора тогда. Сколько ты рыдала, что он погиб, и что ты всегда несёшь с собой лишь смерть — что родителям, что ему… — Что Примуле и Дрого… — О, нет. Вот здесь ты точно никак не виновата. И никакого твоего злого рока тоже нет. В этом случае дебилизм твоего брата, севшего пьяным за руль, и трусость Примулы, не посмевшей возразить ему и потребовать ночёвку в доме Саквилль-Бэггинсов! Так и в случае с твоими родителями — эпидемия. Никакой твоей вины нет. Судьба у них — умереть молодыми и до твоего совершеннолетия.* Так же и с этим Торином — подставиться под удар и погибнуть, мучительно умирая от заражения ран, было всецело его решением. Зато ты страдаешь: «Я никого больше так не полюблю, моё сердце закопано с ним…» — Я такого не говорила! — Да ради Эру! Но уж точно думала. Ещё и в монастырь пойди, чтобы жизнь уж точно не продолжалась. — Сначала нужно вырастить Фродо.       Арвен подставила кулак под щёку: — О… Да что ты говоришь! А чтобы мальчик вырос нормальным, ему нужен мужской пример рядом. И кто им будет? Старик Гэмджи? Гэндальф, появляющийся раз в тысячелетие?       Бильбо грустно усмехнулась: — Не знаю.       Арвен словно очнулась. — Прости, я не хотела давить на больное. Давай знаешь что? Если ты вернёшься с этой свадьбы и без помолвочного кольца, то в дело вступит вторая сваха Средиземья. — Тут первая не справился… — Именно! Куда ему!       Подруги рассмеялись.