Первая встречная, люби меня вечно.

      Дозорных Торин выставил вовсе не зря. Тем же вечером на них снова напали гоблины, но теперь уже верхом на варгах. Команде пришлось сниматься с места в очень резком темпе. Некоторые вещи, что уцелели после их похода внутри гор, они и вовсе бросили. Для открытого столкновения с гоблинами их было слишком мало, поэтому им и пришлось бежать. Но варги несколько быстрее, нежели люди, поэтому варгам удалось загнать их к обрыву, с которого им бы пришлось прыгать, если бы не деревья. Местами их корни даже выглядывали из обрыва, поэтому гоблины и варги решили, что если прийти большим числом, то произойдёт срытие отвесного склона из-за тяжести деревьев. Но Гэндальф, заметивший это, не дал им подобраться близко: он поджёг шишки и бросал их на шкуры варгов или гоблинов. Последние отступили, так как вся команда оборонялась: от одной шишки зажигались десятки, и их обстреливали четырнадцать человек...       Путники было решили, что им удастся одержать победу, но погода была не на их стороне: в сухую, безветренную ночь огонь легко распространяется, и они, собственными действиями, устроили себе верховой пожар.       Гоблины, заметив их бедственное положение, стали улюлюкать и насмехаться. А огонь всё разгорался, с лёгкостью поднимаясь выше, ближе к обрыву и деревьям, где они сидели. Торин, со словами «Я гном, а не жертва обстоятельств!» Спрыгнул с дерева, на ходу освобождая оружие.       На него кинулся вожак варгов, гоблины никогда не седлали вожака стаи. «Ведь самый умный и сильный варг может быть гораздо умнее самого умного гоблина,» — сказали бы вам в ответ на это всё исследователи негоблинского происхождения. Потому что никто, кроме гоблинов, не знает, почему так.       Для Торина схватка с вожаком в честном бою не стала бы сложной, но эта схватка не была честной: со спины на Торина прыгнул другой варг. Вдвоём волки мглистых гор могли загрызть его.       Бэггинс оглянулась: ниже всех на ветках была она. Спрыгнуть с дерева и не покалечиться могла только она. Бильбо никогда не перестанет удивляться своей Туковской половине: она спрыгнула с дерева и, оголив Жало — так она назвала свой меч, — ринулась в бой. Большой помощи она, книжный червь, далеко не спортивного телосложения, оказать не могла, но и секунды, на которые отвлёкся вожак варгов, были для Торина отличным подспорьем — он смог убить другого.       Но варгов на этой поляне было не двое и даже не трое. Их было много. А защищались лишь двое: воин и девчонка. Даже Гэндальф успел бы испугаться, если бы не скулёж варгов, к которому он прислушался.       Животные боятся огня. Это для них естественно, это в их природе. Но ещё животные боятся самолётов и вертолётов. А ещё, у них гораздо более чуткий слух, чем у любой нации людей, поэтому первыми, кто почувствовал приближение помощи, были их враги.       Им повезло: глава лётного военного клуба «Орлы», что был близким другом Элронда и Гэндальфа, патрулировал вверенную ему территорию. И не сочтите его расистом, но гоблины верхом на варгах, устраивающие ему пожар — не, так дело не пойдёт. Было вызвано подкрепление и пожарный вертолёт. В первую очередь на верховой пожар был вылит запас вертолета-тушителя. Во вторую очередь, уже позже, когда они заметили сидящих на деревьях людей, были брошены верёвочные лестницы, по которым наших товарищей и подняли на борта. — Если можно, высади нас на одиноком уступе, — попросил старого друга Гэндальф.       Когда вертолёты стали приземляться на каменном пространстве, уступая, первое, что услышала вышедшая из кабины Бильбо, было: — Как наша госпожа-взломщица? — спросил Торин. — Всё в порядке. Бильбо здесь. Невредима, — ответил ему Гэндальф. — Ты! Куда ты ввязалась! Ты ведь могла погибнуть! Я говорил, что ты будешь обузой, что ты не выживешь в походе, что тебе не место среди нас!? Я никогда так не ошибался в своей жизни... Прости, что сомневался в тебе.       Услышать подобное из уст Торина был самый большой комплимент. — Да нет... Я бы тоже в себе сомневалась. Я не героиня, и не воительница, я так...       Гэнлальф покачал головой и произнес: — Нет времени прибедняться. Нам нужно идти, мы ещё не так далеко ушли от Мглистых Гор. А ещё, нам нужна помощь.       Им пришлось еле поспевать за быстрым шагом старика. Откуда только у него силы берутся? — Здесь живёт старый знакомец моего хорошего друга. Его зовут Беорн, и он оборотень. Иногда он громадный чёрный медведь, а иногда — громадный могучий человек. Медведь непредсказуем, а с человеком можно договориться. Однако, он недолюбливает гномов, — сказал Гэндальф.       Гномы зашушукались, споря о том, стоит ли идти к этому человеку. И большая часть была против. — Не о чем здесь спорить. Нам не пройти через Лихолесье без помощи Беорна. Орки настигнут нас ещё до того как мы войдём в лес. Так, Бильбо... поможешь мне. Что ж, эта задача требует особого подхода. Нужно быть крайне осторожными. Последнего, кто его потревожил, он порвал на куски. Я пойду первым. Бильбо, ты пойдёшь со мной. — Я? А что я ему скажу? — спросила Бильбо, — Что от меня требуется? — На месте разберёмся. Я верю в твою счастливую звезду, что не раз спасала тебя на экзаменах. А все остальные, ждите здесь. И не выходите, пока я не подам сигнал. И выходить будете по двое. Всё понятно? — Ясно. Ждём сигнала, — коротко и чётко ответил Бофур. — И никаких резких движений и громких звуков, не мельтешите. Выходить только по двое, ясно? Хотя знаешь что, Бомбур? Ты за двоих сойдёшь, так что выходи один. Ладно. Запомнили? Ждите сигнала.       А дальше началось шоу. Гэндальф отвлекал на себя высокого, крепкого мужчину и говорил с ним, рассказывал историю их путешествия, постепенно увеличивая количество участников. А Бильбо поддакивала. Должно быть, ни одна экзаменационная комиссия не сравнится с тем количеством «воды», что они влили в уши Беорну. Девушка очень боялась того, что может произойти, если этот человек разозлится, ведь, вообще-то, к началу их рассказа он согласился помочь двоим путникам. Двоим, но не пятнадцати.       Но то ли им повезло на хорошее расположение духа оборотня, то ли он просто очень любил слушать истории, что в итоге клюнул на разводку от Гэндальфа, а вся честная компания, в том числе и 13 гномов, были покормлены. И уложены. Кто на лавках, кто на полу.       Бильбо досталось место на полу, на кухне, где Гэндальф совещался с Беорном (ты можешь быть сколько угодно мастером своего дела, но на производстве, на месте, можешь не знать чего-то конкретного. И лучше узнать у местного мастера нюансы, чем сломать станки или нарушить договоренности). И девушка засыпала под их неторопливое обсуждение. — И потому наш путь лежит через Лихолесье. — Ходят слухи, что орки из Мории заключили союз с Некромантом из Дол-Гулдура. Я бы не совался туда без крайней нужды. — Некромант? Ангмарец воскрес? — Нет, просто какой-нибудь неадекватный юноша развлекается. Молодёжи хочется верить, что они исключительны, а многие тратят большие силы и время на то, чтобы владеть особыми знаниями, что не несут ничего хорошего. — Что же, мы пойдём по эльфийской тропе. Она пока безопасна. — Безопасна... Но синдар не похожи на своих собратьев, они не так мудры и более вспыльчивы. Но да, это не столь важно. — Это ещё почему? – влез в разговор Торин. — Эти земли кишат орками. Их становится всё больше, а вы идёте пешком. Живым вам до леса не добраться. Я не люблю вас, гномов. Вы алчны и слепы. Вы не видите ценность жизни тех, кто слабее вас. Но орков я не люблю больше. Поэтому я помогу вам.       Утром следующего дня, когда Бильбо проснулась, она обнаружила множество следов медведей. Самых разных по размерам и габаритам. А самого хозяина и Гэндальфа не было дома.       «Семья Беорна. Они пришли напугать орков? Или просто собрались здесь поболтать? Да что вечно происходит?» — подумала Бильбо, но, растолкав Фили, Кили, Бофура и Бомбура, принялась вместе с вновь поднятыми готовить завтрак.       Вечером, когда Беорн и Гэндальф вернулись, она слегка подслушала их разговор, но ничего из него не поняла, кроме того, что Гэндальф планировал продолжить путешествие завтра с утра. А Беорн вдруг предложил ему оставить Бильбо с его народом: — Ваш поход на «дракона» не место для хорошенькой, маленькой девчонки. Это совсем не безопасно.¹ — Знаю, мой друг. Но Бильбо умна, хитра и достаточно хорошо соображает, чтобы справиться со всеми тяготами. Она моя лучшая ученица, да и я буду рядом. — Хотелось бы, чтобы твои планы сбывались, — сказал Беорн и отвернулся.       Утром, пока небо еще не утратило около рассветную розовость, они вышли из дома. Беорн помахал им.

***

      Они шли по тропе уже достаточно долго, когда Гэндальф вдруг сказал, что нужно сделать привал. — Совсем скоро будет развилка, по которой я от вас уйду. — Ты что, бросаешь нас? — спросила Бильбо. — Я остался бы, если б мог. Есть другие дела, такие же неотложные, как и это путешествие. Собери всех, я расскажу наш с Беорном план.       Бильбо кивнула, не зная, что ей сказать. — И я не бросаю вас. Я вернусь, как только смогу. Не бойся, ничего не случится. И я оставляю тебя за старшую. — Вы же сами говорили, что мне нельзя доверять что-то сложное... — Ты изменилась, Бильбо Бэггинс. Ты уже не тот хоббитёнок, что уходил из Шира поступать. — Я собиралась рассказать тебе. Я... кое-что нашла в гоблинских пещерах. — И что же ты нашла?       Бильбо почти уже рассказала про кольцо, но что-то внутри не дало ей довести дело до конца. — Свою храбрость. — Хорошо. Это очень хорошо. Тебе она точно пригодится.       Когда все, наконец, собрались на поляне и немного перекусили, Гэндальф рассказал их план: — Я буду ждать вас на отроге у склонов Эребора. В день Дурина. Не потеряйте ключ с картой. И не заходите внутрь горы без меня. А теперь про то, что рассказал мне Беорн: в лесу есть ручей, на который наложены тёмные чары. Не прикасайтесь к воде. Перейдите ручей по каменному мосту. Даже воздух в этом лесу пропитан дурманом, он постарается проникнуть в ваш разум и сбить вас с пути. — Сбить нас с пути? Каким образом? — пискнула Бильбо, но Гэндальф её не услышал. — Не сходите с тропы ни на шаг, а иначе вы больше её не найдёте. Что бы ни случилось, не сходите с тропы. Все понятно? — Да! — хором ответили гномы. — Тогда я вас оставлю.       После ухода Гэндальфа, они еще немного посидели на полянке. — Идёмте, мы должны достичь Эребора до заката в День Дурина, — сказал Торин, — Это наш единственный шанс найти тайную дверь в горе. У нас три дня, чтобы пересечь этот лес.       Они шли уже достаточно долго, когда они стали путаться и спорить. Тропинка была выложена камнями, которые покрылись мхом, или от длительного использования протерлись, или были выбиты из дорожного полотна. — Тропа сворачивает сюда. За мной! — сказал Торин. — Не отставайте.       Они наконец вышли к берегу ручья. — Как душно. Нечем дышать. Моя голова, всё кружится, — сказал Нори. — Мы нашли мост. Мост! — крикнули Фили и Кили.       Мостом служили переплетённые ветви деревьев. Какой ещё мост можно ожидать от эльфов? Такой, который не нравится потому что не выдержит кряжистого и приземистого гнома. — Попробуем переплыть? — спросил Бофур. — Ты не слышал, что сказал Гэндальф? Тёмная магия сковала этот лес. Воды ручья тоже зачарованы! — напомнил Торин. — Какой-то он не очаровательный, — продолжил препирательство Бофур. — Нужно придумать, как переправиться. — Ветви вроде бы прочные, — продолжал мысль с мостом Кили. Он встал на ветки и перешёл ручей. — Кили! — только и крикнул Торин. — Ладно, пустим лёгких вперёд.       Второй пошла Бильбо. — Всё нормально! Не вижу никаких проблем. О, вот одна. Нет, нет. Всё в порядке. Хотя... Что-то здесь не так. Совсем не так. Оставайтесь там!       Но за ней уже пошёл кто-то ещё. — Да что ж такое, ухватиться не за что!       Торин отрубил кусок ветки, за которую зацепился его капюшон. — Ты что делаешь? — возмутилась Бильбо. — Зря ты так. Плохая примета. — Я не верю в приметы, — ответил ей Торин, — Мы сами куём удачу.       «Но внешняя удача никогда бы не помешала,» — мысленно возразила Бильбо. Как вдруг, они услышали далёкие голоса — Что это? Голоса? Голоса. Вы слышите их? — Я ничего не слышу, — ответил ей Торин, — Ни ветра, ни птиц... который сейчас час? — Я не знаю. Я даже не знаю какой сегодня день, — ответили ему. — Как всё это долго. Когда же кончится этот проклятый лес?! — И я хотел бы это знать. Одни деревья повсюду.       Торин вдруг встрепенулся. — Вон там. Туда! Вперёд, делай, что говорят. За мной! — Нет, нет. Подождите. Подождите! Стойте! — кричала им вслед Бильбо. — Нельзя сходить с тропы. Мы должны идти по тропе!       Гномы шумели, галдели, но продолжали бежать за свои лидером. Ей ничего не оставалось, кроме как пойти за ними. — Мы заплутали, — спустя какое-то время констатировала факт Бильбо. — Я не помню это место. Здесь мы не проходили, — ответил ей Балин. — Тропинка должна быть здесь. Не могла же она исчезнуть! — заявил Дори, вдруг посмотревший под ноги и не увидевший привычный камень. — Если только её не спрятали, — язвительно отозвался Двалин. — Глядите! — крикнул Ори. — Это ведь кисет. В этих лесах есть ещё гномы, — ответил ему Дори. — Больше скажу. Гномы из Синих Гор, — поддакивал Бофур, — Он один в один как мой. — Потому что он и есть твой, — вмешалась Бильбо, — Ты понимаешь? Мы ходим кругами. Мы заблудились. — Не заблудились. Мы идём на восток, — ответил ей Торин.       «Ну да, ну да. Человек, дважды заблудившийся в городе, легко может определить восток в тумане, в лесу,» — мысленно проворчала Бильбо. — Где восток? Мы потеряли солнце. — А я-то думал, ты у нас профи. Это не я потерял тропу.       «Солнце... Надо найти солнце,» — подумала Бильбо.       Гномы начали препираться. — Я-то думал, ты у нас всё знаешь. — Мы прошли вон там! Что ты сказал?       «Наверх. Надо залезть на дерево!» — решила Бильбо. — Что? Что это? Прекратить! Тихо! — заявил Торин. — Замолчите. За нами наблюдают.       Бильбо залезла на дерево и обнаружила, что солнце практически скрылась с небосвода. Идти им было нельзя. Закатное солнце осветило лес, далёкий город и Одинокую гору. — Я вижу её! Вижу! — кричала Бильбо гномам.       Но, спустившись вниз, никого не обнаружила.       «Зачем мы не послушались советов Беорна и Гэндальфа! — сокрушалась она. — А теперь мы так все запутали. „Мы“! Хорошо, если „мы“, а то же одной так страшно!»       На земле никого не было. И следов тоже. Но с нижних веток тянулась паутина...       Бильбо надела кольцо и пошла за этими условными следами.       Их захватил народ умарийе², поклонявшиеся огромной паутине и спеленавшие её друзей в огромные коконы белого... а что это? Впрочем, не важно. Важно, что их нужно спасать.       Бильбо с удивлением обнаружила, что понимает речь умарийе. Может, это тоже одна из особенностей кольца³?       Бильбо по одному отвлекала жирных сотрудников из числа умарийе, чтобы вырубить или контузить. Но она не справлялась. Их было слишком много.       Наконец, она решилась и, перерезав ближайший к ней кокон, освободила Фили, предварительно сняв кольцо. — Быстрее! Освободите остальных!       Фили, пошатываясь от действия паучьего яда и нахождения вверх-ногами, приступил к делу. Они должны дать умарийе отпор. Должны.       Отравленные, контуженные гномы и девчонка, державшая раньше мечеподобное оружие лишь дважды в жизни — на что они надеются?       Но тут прозвучали звуки дозорных рогов синдар. Умарийе, услышав это, бросились бежать, но пару пуль постовые им отправили в спины.       Бильбо удалось сохраниться и надеть кольцо...       Гномов окружили. Контуженными, с паучьим ядом в крови, сражаться с хорошо обученными синдар? О нет, это глупо.       У гномов изъяли оружие. Абсолютно всё, даже ножи из носков. Кили попытался пошутить главе стражи, красивой рыжеволосой девушке, что у него в подкладке штанов ещё есть оружие. Та же, спокойно оглядев его, сказала: — Нет. У тебя там нет оружия.       А тем временем другой эльф препирался с Глоином по поводу портрета его семьи и того, кто есть кто. Но, наконец, всё прекратилось, и связанных её друзей повели в камеры и казематы. Из разговоров вокруг, она узнала что этот эльф — сын короля.       Они вошли в укреплённый город. Бильбо очень сильно замешкалась, задумавшись о том, что её может увидеть металлическая рамка металлодетектора, но то ли гондолинская сталь не читается за металл, то ли технологии её кольца распространялись и на это, но она прошла. Она очень вовремя решилась, потому что в следующий момент её спутников разделили. Торина отвели на допрос к королю эльфов. — Некоторые воображают, что твоя цель благородна — попытка вернуть родину и убить Смауга. Я подозреваю, что твои мотивы куда прозаичнее. Обычное ограбление или что-то подобное. Ты нашёл путь внутрь горы. Ты ищешь то, что даст тебе право взойти на престол. Камень государя... Аркенстон. Его ценность для тебя безмерна. Я тебя понимаю. Там есть камни, которыми и я хочу обладать. Самоцветы белее света звёзд. Я предлагаю тебе свою помощь в обмен на них. — Я слушаю, — ответил Торин. — Я отпущу вас, но вы вернёте мне мои камни. — Услуга за услугу? — Даю слово. Как король королю. — Я не поверю, что... Трандуил, великий король, сдержит своё слово, даже если завтра наступит конец света! Ты не знаешь, что такое честь! Я видел как ты поступаешь с друзьями. Мы приходили к тебе однажды: голодные, бездомные, и просили твоей помощи. Но ты отвернулся от нас. Ты повернулся спиной к страданиям моего народа и пламени, что изгнало нас! Ты презренный человек! Человек, не достойный и плевка на могилу, как и твои предки.⁴ — Не рассказывай мне о пламени! Я видел его гнев и силу. Я потерял своего отца и жену! — лицо короля изменилось: должно быть, отключились какие-то проекторы, что заставляли видеть его лицо цельным. — Я сражался с великими змеями севера и я предупреждал твоего деда, к чему приведёт его алчность, но он меня не послушал. Ты такой же, как он. Тогда и оставайся здесь, пока не сгниёшь! Я терпелив. И я подожду. Уведите.       Бильбо последовала за профессией, уводившей Торина в казематы. — Он предложил сделку? — спросил Балин, как только эльфы отошли от темницы. — Да. А я послал его на... его и всю его родню. — Ну вот и всё. Без сделки надежды у нас нет. — Есть ещё надежда.       Бильбо хотела было оторваться, но вспомнив, как её не послушали на тропе, решила отомстить. И ушла.       А путь из казематов она знала только один — через зал короля. Почти пройдя его насквозь, она услышала его голос: — Я знаю, что ты здесь. Зачем ты прячешься в тени?       Сердце Бильбо ушло в пятки. Она судорожно думала, что ей делать. — Я пришла доложить вам, — раздался голос той самой старшей в дозоре. — Я приказал уничтожить это гнездо ещё две луны назад. — Мы зачистили лес, как вы и велели, владыка. Но с юга пришли ещё пауки, они плодятся в руинах Дол-Гулдура. Если мы уничтожим их логово... — Крепость за пределами наших земель. Охранять границы от этих тварей — вот ваша задача. — Нам удастся прогнать их, — ответила она, — И что дальше? Не уйдут ли они в другие земли? — Другие земли меня не волнуют. Великие державы мира сего рождаются и угасают, но здесь, в этом лесу, мы выстоим. Леголас сказал, ты храбро сражалась сегодня. Ты стала очень дорога ему. — Уверяю вас, владыка, Леголас видит во мне лишь командира стражи. — Раньше так и было, но сейчас я уже не уверен. — Я... не думаю, что вы позволите сыну сойтись с простой лесной эльфийкой. — Да, ты права. Не позволю. Однако ты запала ему в душу. Не обнадёживай его понапрасну. Я пока лишь предупреждаю тебя: не меть в мои невестки. — У меня нет подобных мыслей, владыка. — Тогда, Тауриэль, ты свободна. Пока. Твой дозор сдан.       Эльфийка развернулась кругом. Бильбо последовала за ней в надежде изучить больше ходов, но капитан стражи привела её лишь в другие казематы. Она шла, пока не остановилась напротив камеры, где сидел Кили. — Камень у тебя в руках. Что это? — спросила она. — Это талисман. На нём лежат сильные чары. Если руны на камне прочтёт не гном, то быть ему навеки проклятым. Или нет. Если ты не веришь в такие штуки. Это просто памятка. Рунный камень. Матушка дала мне его, чтобы я не забыл о своём обещании, — ответил Кили. — Каком обещании? — Вернуться к ней. Она волнуется. Считает, я безрассудный. — А это так? — Неа...       «Развел. Развели как школьницу,» – удивлённо подумала Бильбо.       Но тут, в тишине без разговоров, наконец стало слышно, как на этаже выше проходит пир. — Похоже, у вас там гулянка наверху? — спросил Кили. — Сегодня Мерет эн Гилит — «Пир звёздного света». Всякий свет священен для Элдар, но лесным эльфам милее всех свет звёзд. — Мне он всегда казался холодным. Чужой и недосягаемый...       «Ой-ёй-ёй! Кили похоже и сам развёлся, как школьник. Мне нужно бежать отсюда, ведь если Торин узнает, что я слышала и не помешала... он мне голову вместе с ними открутит,» – решила Бильбо.       Уже убегая, она слышала обрывок фразы Тауриэль: — Это свет памяти. Прекрасный и чистый — как твоё обещание...       Бильбо хотела выйти к гулянке, но вместо этого увидела лишь тюремщика. А рядом с ним был такой же пьяный виночерпий...       Она огляделась и увидела бочки. В её голове созрел план. — Готов спорить, солнце сейчас встаёт. Уже почти утро. — Значит, не видать нам одинокой горы, да? — спросил Оин. — Рановато вы носы повесили, — вмешалась Бильбо. — Бильбо! Живая! — обрадовался Балин, к чьей решётке она подошла и начала открывать замок. — Что? У тебя ключи! — А ну тихо! Охрана недалеко! — ответила она. — Теперь Нори.       Когда все были освобождены, Торин вновь попытался повести своих людей. — Идём наверх. Давай, давай! — Не туда! — вмешалась Бильбо. — Вниз, за мной. Сюда. — Глазам не верю, — сказал Кили, — Мы в винном погребе! — Нам надо наружу, а ты нас ещё глубже затащила! — Я знаю, что делаю, — ответила Бильбо. — Тише! — рявкнул Торин. — Так, быстренько все забирайтесь в бочки. — Ты с ума сошла. Они нас найдут! — сказал Двалин. — Не найдут, я тебе обещаю. Прошу вас, пожалуйста, вы должны поверить мне! — Делайте, что она сказала! — велел Торин — И что нам теперь делать? — Задержать дыхание. — Задержать дыхание? В каком смысле? Что происходит? — Мы отправляемся в большое плавание, — ответила Бильбо, нажимая на рычаг.       Бочки посыпались в воду. Оставалось лишь надеяться, что они успеют к сроку.

***

      Бильбо вспомнила это путешествие в полусне, находясь в самолёте. Она мысленно радовалась тому, как легко ей путешествуется теперь. Окончательно задремать ей помешали дети: на большой высоте им стало закладывать ушки. — Нужно закрыть уши и открыть рот. Подержать так пару секунд, и сказать «аааа». И давление в ушах выровняется, — улыбнулась им Бильбо.