Вот ты, рыжая мразь, и попалась.

Байс и Уильям менялись местами, по очереди с ней развлекаясь, а в её глазах всё это превратилось в большое расплывчатое пятно. Вероятно, если бы не пронизывающая боль, Лисса завалилась бы в сон от изнеможения. Но происходящее сейчас с ней не давало этого сделать. Заметив, что Лисса больше не сопротивляется и ничего не говорит, Уильям убрал ладонь с её рта. Взгляд его остановился на аккуратном ротике, всегда привлекавшем его внимание. С одной стороны, Уильяму сомневался насчёт Лиссы, в первую очередь из-за того, что она для него старовата, ведь взрослее его почти на десять лет. С другой стороны, у неё была очень миловидная внешность и красивые черты лица, разве что, иногда искажаемые злобой, но всё равно очень притягательные. Тело её выглядело подтянутым, однако немолодым. И сейчас, пролежав у них в подвале без еды и воды, Лисса стала худенькая и вовсе не так солидно выглядела, как прежде. Но, тем не менее, Уильям заметил, что она оставалась весьма сильной и ловкой, как и прежде. Убрав руку, Уильям прикоснулся к её губам своими. -Что ты делаешь, придурок? — достаточно бесцеремонно обратился к нему отец. — Не надо её целовать. Она тебя укусит. Рэссем младший отпрял и внимательно поглядел на Лиссу, закусив губу. Она тоже глянула на него, стиснув зубы, но так ничего и не сказала большее, через мгновение отвернувшись головой в другую сторону. Уильям вызывал у неё отвращение. И слюни его она также не жаловала. Однако сейчас, дабы отвлечься от Байса и всего страдания, которые он ей приносит, Лисса была готова даже ответить ему на поцелуй, лишь бы отвлечься от невыносимой боли. Но после слов Байса, Уильям пока больше не прикасался к её губам. Когда Байс заметил, что его член окрасился в красный, ему перехотелось продолжать. Он отошёл и оставил Лиссу на некоторое время в покое. Байс сполоснулся водой, которую предусмотрительно принёс, а затем предложил и Уильяму. Тот согласился и также ополоснулся. Однако Байс хотел бы продолжения. Он чувствовал, что из неё можно выжать ещё больше пользы, хоть она и лежит бездыханно. Он постоял, поглядел на лежащую Лиссу, и вышел за кое-чем. А Уильям, оставшись с ней наедине, всё же пожрал её рот своими губами. Он ни на что не рассчитывал, поскольку видел, что Лисса находится в полусознании и её лихорадит. Однако она ответила к его удивлению, несколько не так, как он себе представлял, но ответила. Но через несколько секунд ему пришлось прерваться от столь приятного занятия. В комнату снова зашёл Байс. В его руках виднелась баночка с маслом. Байс подошёл к лицу Лиссы и снова шлёпнул её по пылающему виску: -На животик.- Похотливо улыбнулся он с наигранной нежностью, когда та открыла глаза. -Не надо, пожалуйста…- прохрипела ему Лисса. — Я всё поняла… -Не пудри нам с Уильямом мозги. Ничего ты не поняла, ведьмочка.- С этими словами Байс опять дёрнул её за волосы вбок, отчего она повернулась и сдавленно зашипела, скорчив лицо от боли. Байс, воспользовавшись помощью сына, перевернул Лиссу на живот и ударил ладонью по её правой ягодице, оставив красный след. На этот жест Лисса ничего не ответила, однако далее, когда Байс, окунув в баночку палец, стал прикасаться к её заднице, она промычала, злобно, но обессиленно вздохнув. Она никогда не понимала, как же можно тр*хать кого-бы то ни было в задницу, ведь это так гадко. Ей казалось, что это место предназначено для совсем другого дела. Она не знала, кто вообще придумал такую ужасную идею, вероятно, какие-то извращенцы. Она бы ни за что не стала бы заниматься такими гадостями, если бы не положение, в котором оказалась. Но она приняла решение забыть всё это как страшный сон после того, как эти развратники закончат, и никогда больше не вспоминать.