Детективное агентство "Анна и её духи". История пятая. Пропавший пациент.

Придя домой, Анна отправилась к мадам Агнес — заниматься ужином и попросить на завтрашнее утро слоек с «Комте», которые ей очень нравились. Штольман прошёл в гостиную. Там, вертясь на самом краешке фортепьянного стула, его нетерпеливо ждал Гастон. Его ребята опросили тех, у кого пропали фигурки из садов, и он готов был дать подробный отчёт Якову. Значит, так! Всего было ограблено шесть домов, если считать их дракона, то — семь. Крали в разное время суток. Хозяева ничего не замечали. Агенты внимательно осмотрели места преступления, но, понятное дело, ничего не нашли — слишком много времени прошло. Сам Гастон исследовал их участок и обнаружил следы, которые вели сначала к живой изгороди, потом к кустам самшита, а после — к калитке. Штольман спросил, были ли это просто отпечатки ног или следы волочения тоже можно было различить. Нечёткие следы, и местами было похоже, что статуэтку тащили. Ну что ж, это полностью подтверждало теорию Штольмана. — Какие именно фигурки украли, вы спросили? — Да. Пропали две жабы, мышь, лиса, — при этих словах Гастон поёжился: ведь и его лисичка, подаренная Анной могла оказаться в списке похитителя — обезьянка, кот и наш дракон. Штольман покивал. — Если я не ошибаюсь, вы недавно закончили читать мифы и легенды Китая? — спросил он Гастона. Мальчик посмотрел на Якова, и вдруг страшная догадка мелькнула в его голове. Вот куда вёл его опекун! Ребёнок хотел уже взвиться на дыбы и начать горячо отстаивать честность своих агентов, но Штольман жестом попросил его успокоиться. — Сколько вчера вас было на собрании? — Вместе со мной и Мартой — пятнадцать человек. — Когда пришла мадам Колло, и вы начали спорить, ты видел, как все ушли? Гастон уже открыл рот, чтобы поручиться, что все ушли через главные ворота, но вдруг понял, что не может этого сделать — он был слишком занят тем, что пытался не нагрубить этой странной злой женщине. Мальчик закрыл рот и, отвернувшись, покачал головой. — Есть ли кто из новеньких в твоей команде? Гастон медленно кивнул. Пьер Малыш — пятилетний сирота, которого проездом оставили в их квартале родственники, которым он оказался ненужным. Оказавшись на улице, ребёнок совершенно растерялся: они хоть и бедно жили, но законов беспризорной жизни он не знал. Гастону тут же донесли, что появился новенький. Помощник Якова за один день наладил существование Пьера — принял его в свои агенты и определил на постой к ещё одному члену своей команды, у которого мать была не против присмотреть за мальчиком за ежемесячную плату. Пока новичок примерялся к системе работы, и Гастон не отправлял его на сложные задания. — Он пришёл сегодня на ваш сбор? — продолжал спрашивать Штольман. — Нет, сказал, что нужно помочь в соседнем доме. Ребята решили, что могут оказывать не только сыскные услуги, но и работать руками, поэтому к ним обращались, если нужно было что-то помыть, перетащить, отнести или рассортировать. — Вы вообще его сегодня видели? Гастон покачал головой. Штольман задумчиво перебирал пальцами. Очень не хватало колоды карт, но та самая, которая была с ним после проигрыша Гроховскому, сгинула после казематов, а новую он заводить не хотел. Итак, новый мальчик, совсем ещё маленький, каждый раз попадая с улицы в новый волшебный мир, когда его начальник читает ему чудесные истории в потрясающем воображение месте, испытывает глубокое разочарование, оказываясь на серых улицах. Он решает, что ему нужно такое убежище, где он может постоянно чувствовать себя не выброшенным родственниками за ненадобностью ребенком, а рыцарем, или волшебником, или принцем. Понятно, что денег у него нет, вот он и решает добиться своего вот таким печальным способом. Он попытался воссоздать сказочный уголок где-то ещё. Последняя история впечатлила его настолько, что её героев он попытался собрать воедино. Две недели подряд Пьер выискивал в садах нужных персонажей и брал себе. Финальным аккордом стал дракон вчера вечером. Гастону было одновременно жаль неприкаянного сироту и очень стыдно, потому что обвинения той злой мадам были обоснованы. Теперь нужно найти своего агента и всё вернуть. Придётся и самого воришку исключить из рядов агентурной сети — Гастон требовал кристальной честности. Штольман же размышлял о том, что Пьер вчера однозначно стал свидетелем преступления. Возможно, он не видел сам, что произошло, но может дать следствию множество ценных сведений. Яков очень надеялся, что ребёнок просто услышал от старших товарищей, что они ищут вора, и затаился, испугавшись наказания. Мысли о том, что убийца мог видеть ребёнка и расправиться с ним, мужчина старался пока от себя гнать. Фигурка была для него тяжела, вот мальчик и тащил её периодически, прячась по кустам. Его не должно было быть видно. Штольман поручил Гастону и его агентам найти Пьера как можно скорее. Мальчик кивнул и убежал. Он сам готов был не смыкать глаз, но вернуть репутацию своим ребятам. Аня позвала Якова пить чай. Он направился в столовую, но в дверь позвонили. От Этьена Эжени доставили вещи из гостиницы, в которой жила покойная. Штольман забрал коробку и папку и направился в свой кабинет — материалов было много, быстро разобрать не получится. Начнём с коробки. Несколько украшений, не очень дорогих. Интересная брошь. Штольман задумчиво провёл по ней пальцем. Изумруд и несколько бриллиантов вокруг. Это однозначно дорогая вещица. И выглядит она не такой новой, как остальные. Явно вещь с историей. Возможно, досталась по наследству. Интересно. О, записная книжка! Яков открыл яркую обложку. Убористым почерком внутри было исписано больше половины страниц. Это нужно оставить на ночь. Тут читать нужно внимательно, а информации много. Отложив коробку, Штольман перешёл к папке. Счета, документы, паспорт. Так. А вот это уже занятно. Яков вытащил обрывок записки. Что было в начале непонятно, но после оторванного края шло: «…после визита в клинику, пройдёте к дому 18. Там мы всё решим.» Вот значит, как всё было. Девушка пришла в клинику, чтобы после этого встретиться с кем-то на соседней улице. Дом восемнадцать. Там живут супруги Деклин, им лет под восемьдесят. Маловероятно, что они убили девушку, но завтра всё равно нужно к ним зайти и опросить. Дверь отворилась. В комнату вошла Аня. Подмышкой у неё была зажата папка с сургучовой печатью, а в руках поднос с чайником, чашками и чем-то вкусным под белой салфеткой. Яков встал, чтобы помочь ей. Пока Аня расставляла на столе всё для их чаепития, Штольман разломал печать. Это были документы из посольства, полученные из России, скопированные и отосланные Якову.Они гласили, что девица Капустина проживала со своей тёткой Капустиной Аграфеной Ивановной в Тверской губернии, в городе Желань, с самого своего рождения. Штольман задумался. Что же понесло её в Париж из города Желань Тверской губернии, не самого большого и богатого города Российской империи, надо сказать? Загадка. Сели пить чай. Аня принесла слойки с мёдом и орешки. Было очень вкусно. Узнав, что женщина, которая воспитывала убитую, жива и находится недалеко от Затонска, Анна огорчилась, что нельзя её допросить. Штольман вдруг улыбнулся. — Отчего же нельзя? Ты знаешь, кто собрался в отпуск под Тверь? Антона Андреевича Коробейникова ждала интересная неделя.