Спираль закручивается
23 мая 2021 г., 02:35
Штольман полулежал на диване в своём кабинете, закинув ноги на низкий столик перед ним. Он давно снял пиджак и галстук и расстегнул ворот рубашки. Вокруг него были разложены бумаги, телеграммы и полицейские документы, собранные за день. Недопитая чашка кофе примостилась у полупустого кофейника. Мужчина вертел в руках монетку, пытаясь увязать пляшущие в его голове эпизоды и факты. За сегодняшний вечер произошло столько событий, что спать этой ночью ему явно не придётся.
Во-первых, в бывшей комнате Гастона на первом этаже измученный всей этой историей ночевал Пьер. Почти в десять вечера, когда Анна уже стала волноваться, вернулся их подопечный, крепко сжимая за плечо зарёванного воришку, пойманного в его убежище на задворках заброшенного лодочного сарая. Гастон сегодня перебрал все возможные места, в которых мог прятаться пятилетний мальчишка без опасения быть сразу обнаруженным. Он не стал привлекать к поискам остальных членов агентурной сети, потому что не хотел, чтобы новенький оказался один против всех. Бывший трубочист с улицы прекрасно помнил, что значит не иметь поддержки и быть вынужденным подстраиваться под толпу вокруг, просто чтобы выжить. Гастон не желал подкидышу такой судьбы.
Он обнаружил несчастного Пьера в окружении своих украденных героев. Увидев Гастона, мальчик вскочил, испуганно озираясь. Он уже был сам не рад, что затеял всю эту историю с похищением фигурок. Он был очень одинок, ему было грустно, а эти статуэтки давали ему хоть какую-то иллюзию, что не всё в этом мире серо и печально. Когда же ребёнок понял, что натворил, и осознал, что совершил, по сути, преступление, он запаниковал. Как выйти из этой ситуации, он не знал. Куда деваться — тоже. То, что Гастон погонит его из рядов агентов, было понятно — Пьер уже знал, что его начальник ратует за честность и порядочность. А если за выходом из команды последует потеря жилища, в котором мальчик сейчас живёт?
В общем, Пьер перепугался и сделал то, что совершил бы любой ребёнок, лишённый твёрдой опоры в жизни — сбежал и спрятался в свой волшебный мир, который всё ещё был способен защитить его от суровой реальности. Тут Гастон его и настиг. Он многое передумал за те три часа, пока шерстил квартал в поисках пропавшего товарища. Нельзя убить в Пьере надежду. Даже если он совершил кражу, то сделал он это не по злому умыслу, а потому что ему было некому доверять. А ведь сам Гастон был почти таким же пять месяцев назад, когда попал к Штольманам. И что было бы с ним, если бы его волшебная фея и её муж не дали ему шанса на лучшую жизнь?
Гастон поймал мальчика, который уже был готов дать стрекача, крепко взял его за плечи и, подсознательно копируя интонацию Штольмана, стал объяснять ему, что произошло, и как, по его мнению, следует поступить. Когда Пьер понял, что его не будут бить или выгонять из дома, его накрыло такое облегчение и такой стыд, что он зарыдал и ревел всю дорогу до дома Якова и Анны. Гастон не останавливал его. Он понимал, что слёзы сейчас выжигают всю дрянь, которая скопилась в душе ребёнка — так пусть льются!
Такими их и встретили Штольман и Аня, когда мальчики вошли в гостиную. Яков, зная, что его жена волновалась из-за долгого отсутствия Гастона, решил, что поговорит с ним позже — сейчас было не место и не время. Велев ребятам умыться, он сел за стол, готовясь к долгой беседе. Когда Гастон и Пьер вернулись, их уже ждал крепкий чай с пирогами, принесёнными хозяйкой дома. Вначале обсудили ситуацию с фигурками. Пьер порывался снова зарыдать, но мягкость Анны и спокойная речь Штольмана сделали своё дело — ребёнок успокоился и внимал словам взрослых, понимая, что нужно делать. Завтра же он вернёт все статуэтки в те дома, из которых они были взяты. Это раз. Найдёт способ отплатить хозяевам за беспокойство. Это два. И сделает ещё минимум два достойных дела, чтобы уравновесить содеянное. Это три.
Пьер был поражён. Ему дали шанс всё исправить, не делая публичного позора. Возместить всё и сделать ещё больше, чтобы совесть его не бунтовала. Вот это да! Настолько порядочных людей мальчику встречать не доводилось. Его бывшие родственники назвали бы это глупостью и мягкосердечностью и поспешили бы воспользоваться ситуацией. Однако что-то подсказывало ребёнку, что Штольман не дал бы им этого сделать. Новое понимание себя и положения человека в мире зародилось в Пьере. Ему нужно время, чтобы всё осознать и перестроиться, но начало было положено. После того, как Яков опросил ребёнка, они решили, что уже слишком поздно, чтобы отправлять его домой, и Аня попросила Мари постелить ему в старой комнате Гастона. Мальчик уснул как только положил голову на подушку — сегодняшний день измотал его эмоционально и физически.
Гастон, довольный тем, что его агентурная сеть вне опасности, что фигурки найдены, а Пьера не придётся исключать из его команды, отправился спать в свою новую комнату, которую переделали на втором этаже. Мальчик просто обожал своё обиталище. Умывшись и раздевшись, он упал на кровать, раскинув руки и ноги как морская звезда, и обозрел свои владения. Стены оклеены светлыми обоями в морском стиле, добротная мебель орехового цвета, уютные детали и главное — одну из стен занимал полностью огромный книжный шкаф. Там уже поселились любимые произведения Гастона, и каждую неделю полки пополнялись новыми невероятно пахнущими томами. Жизнь была прекрасна! Мальчик решил, что полчаса ещё почитает. Взяв со столика рядом «Айвенго», он погрузился в мир рыцарей и прекрасных дам.
Штольман же пытался переварить полученные данные. Он, конечно, и так понял, кто убийца, но услышать подтверждение из уст ребёнка было тяжело. Аня вообще не могла найти себе места. У неё всё из рук падало. Якову пришлось прервать её лихорадочные метания по гостиной, обнять и усадить на колени. «Яша, но ведь это чудовищное лицемерие! Как же так?» Каждый раз, сталкиваясь с новыми преступниками, она всё ещё не могла привыкнуть к тому, что всякая душа — потёмки. Всякий раз она недоумевала, как же человек может так поступить. В её голове не укладывалось, что можно проповедовать одно, а делать совершенно иное. Ей, как и Штольману, эта идеология была чужда.
Успокоив жену и уложив её спать, Яков отправился в кабинет, сварил себе на примусе крепкий кофе и сел за анализ и планирование. Пьер, который сидел в кустах, видел, как сердито направилась в сад мадам Колло, как супруга господина Меро вышла вслед за мужем, как резчик Деко закурил на углу, ушёл за дом и вернулся обратно. Мальчик показал, что убийца, увидев, что все покинули приёмную, быстрым шагом вернулся обратно, и через минуту они с убитой девушкой вышли из здания и спешно пошли к дальней калитке. Теперь Штольман думал, как правильно собрать доказательства преступления, потому что показания пятилетнего уличного мальчишки скорее всего не будут восприняты серьёзно.
Завтра они с Аней поговорят в Франком Деко и получат его показания. Дождутся телеграммы от Коробейникова, который уже несомненно получил его послание. Ночью он прочитает записную книжку Елизаветы Капустиной и разложит все документы по полочкам. Он должен быть готов к тому, что ему придётся искать мотивы и причины и копаться в прошлом, которое ему уже кажется непристойным и заляпанным. Он будет вынужден сорвать маску благопристойности с человека, которого все знали совершенно иным. Скандал выйдет громким, крупным и болезненным. Ему не привыкать, а вот людям далёким от сыскных дел будет сложно осознать, как так получается, что кто-то, кого они знали, покажет совсем не то нутро, которое они видели раньше.
«Что ж!» — Штольман откинул голову на спинку дивана. — «Завтрашний день будет сложным!»
