Лёгкий ветер и светлые облака

Часть 1

Вэнь Кэсин чувствует, как нездоровая лёгкость наполняет тело, а голову начинает слегка вести, но всё равно вновь разливает вино по чашкам. Себе и этому проклятому никак не опьянеющему чудовищу. - Ну что ты так смотришь, старая черепаха? Мы пьём с тобой или в гляделки играем? Байи надменно фыркает и одним махом опрокидывает в себя содержимое чашки. - Тупой ребёнок! Мы с тобой по капелькам цедим, а не пьём! - он берёт высокий белый кувшин, наполненный почти доверху. - Смотри, как нужно пить! - и, приникнув губами к узкому носику, залпом уничтожает вино. Кэсину думается, что его собственные глаза сейчас выглядят как два круглых блюдца. Вот это вызов! Твою ж мать... - Вот же скотина... - бурчит он себе под нос и тянется за вторым кувшином. Ничего, старая черепаха ещё увидит, что Вэнь Кэсин ничуть не хуже умеет! Не зря же он перед реваншем использовал все известные методики Долины целителей по нейтрализации действия алкоголя, начиная отварами и заканчивая особой медитацией перед попойкой! И поначалу всё шло прекрасно. Только вот после третьего кувшина защита, похоже, начала сбоить. Ну хоть тошно пока не становилось, как после первой винной стычки с чудовищем. Теперь-то уж Кэсин твёрдо вознамерился стоять до последнего – он просто обязан был выиграть эту необъявленную войну! Пальцы смыкаются на ручке кувшина, но вдруг соскальзывают - и тот опрокидывается на бок, разливая прозрачную жидкость по столу. - Так, всё! - молчаливо наблюдавший в стороне Цзышу поднимается с лавки и берёт Кэсина под локоть. - Лао Вэнь, пойдём. И лицо такое хмурое. Чего это он? - Куда пойдём, А-Сюй? - Кэсин улыбается и слегка щурится, пытаясь сфокусировать взгляд. - Мы со старой черепахой ещё не кончили, между прочим. - Я бы с тобой в жизни не кончил, - ворчит Байи, уже что-то жуя. Если не пьёт, то что-нибудь лопает... Несносный! - Ты себя видел? Жалкая малявка, непонятно что о себе возомнившая. Кэсин не сразу понимает, что тот имеет в виду. Хлопает ресницами, соображая... а потом заливается безудержным смехом, сквозь который выговаривает кое-как: - Да я бы... ха-ха... не то, что не кончил бы... ха-ха-ха... я б даже не возбудился от тебя! Ископаемое!.. В этот момент Цзышу хватает его под руки и резко поднимает на ноги. И только сейчас Кэсин осознает, насколько же он пьян. Пошатывается, заваливаясь назад, но А-Сюй ловко удерживает за плечи, и Кэсин опирается спиной ему на грудь. И тут же расплывается в довольной улыбке. Глядя на них нечитаемо-ледяным взглядом, Байи ядовито выплёвывает: - Давай утаскивай его отсюда, а то, гляди, заблюет стол. А я ещё поесть намерен. Да как в него столько вмещается?! - Я не собираюсь бле... ик! - Кэсин прикрывает рот рукой и роняет смешок, понимая, что его ни капли не тошнит. Кажется, отвары хоть как-то сработали. - Всё хорошо, А-Сюй. - Раз хорошо, тогда не придется нести тебя на руках. Сам дойдёшь, - придерживая за плечи, Цзышу тащит его в направлении дома. До Кэсина вдруг доходит. - То есть… ты мог понести меня, А-Сюй? Вместо ответа ему что-то невнятно сопят, но Кэсин уже научился различать оттенки ворчания и безошибочно улавливает в родном голосе согласие. Он тут же обвивает руками шею Цзышу и делает печальные глаза. - А-Сюй, я хочу на ручки! А-Сю-ю-юй! Где-то позади раздаётся тихое "дети малые", а Цзышу лишь вздыхает: - Убить меня хочешь, да? - но, покачав головой, всё же поднимает Вэнь Кэсина на руки. Благо идти недалеко. Тот вцепляется в него крепче и уже в дверях дома кричит: - Я всё равно перепью тебя, чудовище! Так и знай! - Нет уж, - твёрдо произносит Цзышу, занося его в спальню. - Твоя глупая привычка конкурировать со Старшим ни к чему хорошему не приведёт. Он наклоняется, опуская Кэсина на постель, а тот и не думает разжимать объятия – наоборот, тянет его на себя. И взгляд из невинно-детского превращается в хищный и хитрый. - Ну почему же? - полушепчет он бархатно. - Уже привела. Чжоу Цзышу упирается руками в постель, пытаясь не завалиться сверху, но хватка Кэсина оказывается слишком уверенной для пьяного. - Отпусти меня, лао Вэнь, - требует он, хмурясь, и губы его так близко, что Кэсин смотрит только на них. - И не подумаю. Он берёт внезапностью - рывком тянет Цзышу на себя и мгновенно ловит его губы поцелуем. Ногами обвивает бёдра, руками - шею и прижимается всем телом. Всё. Попался. А-Сюй замирает, напрягается весь, и кажется, что он вот-вот грубо отстранится, съязвит, нацепив маску невозмутимости, как делал в первое время их знакомства. Кэсин жадно целует сомкнутые губы и скулит от досады, но в следующий миг его крепко впечатывают в постель и перехватывают инициативу, целуя в ответ горячо, порывисто, терзающе. Отпуская эмоции, точно лавину. Накипело... Ладони жарко скользят по спине Цзышу, ощупывая под тканью ханьфу сводящие с ума выступы лопаток и крепкие литые мышцы. Вэнь Кэсин сладко стонет и с диким удовольствием трётся низом живота о его пах. И возбуждение бьет в голову новой волной опьянения. Такого, с которым алкогольное по удовольствию и рядом не стояло. Вот бы А-Сюй овладел им прямо так, в этой позе, тесно, страстно, закрывая собой от всего мира... Цзышу отстраняется, и смотрит ему в глаза пристально, а у самого во тьме широких зрачков горит пожар. - Ну и что ты сделал? - спрашивает, серьёзно нахмурив брови. Кэсин улыбается своими чувственными полными губами так довольно, будто нализался хозяйской сметаны, и за это не прилетело метлой. И отвечает с абсолютно невинным видом: - Соблазнил тебя, конечно же. - Его бесстыжие ладони обводят изгиб поясницы Цзышу, соскальзывают на ягодицы. - Будто ты сам не понимаешь, А-Сюй. - И сжимают властно, точно свою собственность. - Кэсин! - цедит тот сквозь зубы и вновь решительно впивается губами в губы, и сам прижимается к нему сильнее, притирается, ничуть не скрывая собственное возбуждение. …Двери с резким шумом раздвигаются - и в пространство комнаты нагло вклинивается раздражающий голос, обладателя которого сейчас уж точно не хотелось бы видеть: - Ученик Хуайчжана, где тут ещё есть еда? - Какого?!. – охает Кэсин, а Цзышу резко вздрагивает от неожиданности. Подскочить до потолка ему мешают только крепкие объятия, не ослабевшие даже при появлении чудовища. Е Байи безразлично машет рукой: - Да что я там не видел? Ничего интересного. - Ничего интересного?! - Вэнь Кэсин от возмущения даже приподнимается на локте. Но А-Сюя от себя не отпускает. – Да ты такой скучный, что, я уверен, все твои партнеры от уныния засыпали ещё во время прелюдии! Если на тебя вообще кто-то имел глупость повестись! - Не начинай, лао Вэнь… У Цзышу на лице можно безошибочно прочесть: «О нет, только не снова». Однако Кэсин лишь прищуривается хитро... Вот здесь-то у него есть, чем помериться со старой черепахой! Он облизывает губы и с вызовом произносит: - Тебе бы и правда не мешало чему-нибудь полезному поучиться! А-Сюй шокированно смотрит на Кэсина и отрицательно качает головой. А Е Байи, кажется, и вовсе его не слушает. Цепким взглядом он осматривает комнату и, что-то заприметив, бесцеремонно направляется к столу. Взяв оттуда бумажный пакетик, довольно бросает: «Хоть что-то есть...» - и садится на лавку. Лицом к кровати. Откидывается на спинку, забрасывает себе в рот горсть орехов и произносит требовательно, со сталью в голосе (таким тоном Цзышу обычно гоняет Чэнлина на тренировках): - Чего смотрите, как бараны на ворота? Продолжайте! - А губы в ухмылке кривятся. - Вдруг и правда чему научусь.