Твое имя, увековеченное в золотой раме

Собеседование при приеме на работу — обычное дело в любом мире, куда приезжает Люмин. Работа или даже поиск работы — неотъемлемая часть жизни людей. Поскольку она не просто человек, эти аспекты жизни не являются для нее существенными. Люмин стало интересно, как Чжун Ли вообще нашел работу в похоронном бюро Ваншэн. Образ Властелина Гео, рыщущего в поисках работы, — забавный образ в ее голове. — Э-эм... сэр Бао? Мисс Ху Тао? О чем вы думаете... — Ш-ш-ш... - Ху Тао, директор похоронного бюро Ваншэн, жестом велит ей замолчать. - Мы изучаем ваши картины. —Прошло почти тридцать минут... — Ш-ш-ш... - Бао, человек, с которым она столкнулась вчера, подражает действиям Ху Тао. Люмин неловко переступает с ноги на ногу, кто же знал, что собеседование на работу так нервирует? Она с новообретенным уважением относится к людям, которые успешно устроились на работу благодаря собственным усилиям. Особенно художники. Она чувствует себя неуютно в этом напряженном молчании. Чжун Ли, он вошел в офис десять минут назад, чтобы обсудить вопросы организации похорон с Ху Тао, задумчиво сидит рядом с ней; руки скрещены, губы сжаты в плоскую линию. Почувствовав на себе ее взгляд, его янтарные глаза встретились с ее золотистыми. Люмин застенчиво улыбается, ее глаза посылают сообщение "Я сожалею, что отнимаю у вас много времени". Он отвечает с тихой усмешкой, мягко качая головой: "это не твоя вина. — Девочка, ты уверена, что ты не профессиональный художник? — Простите? — Какого черта?! Ваши картины лучше, чем тот предыдущий ни на что не годный бомж, который ушел без единого предупреждения! Когда Чжун Ли заявил о своей неприязни к своему боссу, Люмин могла только догадываться, что за человеком была Ху Тао. Она удивлена, что девушка просто, ну, нормальная девушка, которая может быть чрезмерно возбудимой, слишком много подшучивала над другими людьми. — Кто вы и где были все эти годы?! - Ху Тао хлопает кулаком по столу, ее лицо внезапно вторгается в личное пространство Люмины. —У ваших картин такие тонкие штрихи... Нет! Они супер-пупер харизматичны с отличным чувством стиля... - Ху Тао приближается, и Люмин отступает. - Например, вы так красиво нарисовали действующего Великого магистра Мондштадта, как будто у вас есть тысячелетний опыт! Она не ошиблась насчет тысячелетий, но может ли Ху Тао перестать вторгаться в ее личное пространство? — Э... я... — Пожалуйста, вернитесь на свое место, вы заставляете мисс Люмин чувствовать себя некомфортно. Услышав командный голос Чжун Ли, глаза Ху Тао мгновенно расширились от осознания. Люмин тихо шепчет спасибо своему спутнику. — Ах, упс! - девушка смеется. - Прости! Ваши картины были просто супер захватывающими, и мы были бы очень рады, если бы вы работали на нас! — Да... - послышался тихий голос Бао. —Э-э-э... прости, что был груб с тобой вчера, девочка. Я и не знал, что ты такая талантливая. — О, нет. Ничего подобного. - пренебрежительно говорит Люмин. - Я упорно работала, чтобы достичь этой точки, и мне еще многое предстоит узнать. "Много работала" - это преувеличение. Она работала так же, как и любой нормальный человек. Но у нее было больше времени, чем у них, чтобы использовать свои навыки. Ее тысячелетняя жизнь позволила ей накопить все эти различные навыки. Даже если ей придется приспосабливаться к различным материалам, присутствующим в разных мирах. Это довольно сложная задача. До того, как Люмин рассталась с Итером, у нее был альбом для рисования, надежно спрятанный в инвентаре. Он был полон картин пейзажей миров, которые она посетила. Итер предупредил ее, что опасно носить с собой "свидетельства" других миров, поэтому Люмин взяла за правило никогда не привязываться слишком сильно к своим картинам и не сжигать старые альбомы после того, как их страницы будут заполнены. Было несколько исключений, Люмин порвала страницы своих лучших картин, прежде чем сжечь сам альбом. Единственный альбом, который остался у нее, - это сборник ее любимых работ. Она любила время от времени оглядываться на него, Итер опирался на ее плечо и просматривал страницы вместе с ней. Теперь этот альбом исчез. Вместе с ее силами, крыльями, братом. И все же, эта золотая рамка. Старый подарок от матери остался. Интересно, почему? — Но считайте, что вас наняли! Эти картины слишком прекрасны, чтобы просто отмахнуться! — Спасибо, - коротко говорит Люмин, делая глоток чая, чтобы успокоиться. — К тому же ты привлекла довольно много людей. - небрежно замечает Бао. - Многие художники любят рисовать только женщин. Учитывая пожелания клиента к мужскому портрету, вы как раз тот человек, который ему подходит. — Подожди, подожди, подожди! - Ху Тао внезапно выхватывает ее альбом. - Кто эти люди? Кто-нибудь из них твой парень?! Или — все они твои любовники?! Люмин задыхается. Несмотря на то, что ее недавно нанятый художник сейчас задыхался и умирал у нее на глазах, Ху Тао, казалось, было все равно. Люмин слышит невнятные слова Бао, но все, на чем она может сосредоточиться, - это ее попытки успокоить внезапно учащенное сердцебиение и ощущение руки Чжун Ли, мягко похлопывающей ее по спине. — Ты в порядке? - обеспокоенно спросил Чжун Ли. — Хо-хо! Этот светловолосый джентльмен довольно красив, у него такая ученая атмосфера…Альбедо! Какое причудливое имя! — Это не так... — Ого! Этот действительно милый... но дикий! Он выглядит так, словно принадлежит природе... это такой разительный контраст с вашей элегантной натурой!... Рэйзор! Классное имя! — Босс, мы не должны... — О боже, разве это не капитан кавалерии рыцарей Фавонии? Черт возьми, ты действительно захватила его таинственную ауру здесь! Его глаза — такие детальные! Сэр Кэйа! Мисс Люмин, вы довольно бунтарски настроены, не так ли? — Мисс Ху Тао, вы делаете мисс Люмин... — Дорогой Моракс! Владелец самой престижной винной компании в Мондштадте. Его рыжие волосы, его пугающие глаза, это страстное пламя под глазами? Мастер Дилюк! Мисс Люмин, вы действительно бунтарны, не так ли?! Несмотря на попытки Бао и Чжун Ли заставить босса заткнуться, Ху Тао продолжает листать альбом, как старая сплетница. Взволнованная Люмин не могла говорить на эту тему без того, чтобы не покраснеть, она сжимала кулаки. — О! Кто это? Бард? Он... — МИСС ХУ ТАО! От громоподобного рева Люмин в комнате воцаряется мертвая тишина. Все глаза расширились, повернулись к Люмин, которая теперь стоит, сжав руки, с лицом красным, как яблоко. Отлично, теперь все внимание приковано к ней, Люмин уже задыхается от своей вспышки. — Я... Пожалуйста, перестань. - Люмин продолжает, теперь уже тусклым голосом —Они... мои друзья. Не любовники. Все одновременно моргают, и лицо Люмин продолжает краснеть еще сильнее. Она плюхается на свое место, внезапно чувствуя себя смущенной. — Я ... прости. — А-а! Не извиняйтесь, мисс Люмин! - Ху Тао неловко смеется, откладывая альбом. - Э-э, это я прошу прощения, я слишком сильно вторглась в вашу личную жизнь... хе-хе. Чжун Ли, он приходит в себя вторым, вздыхает. — Вам следует воздержаться от излишних слов, мисс Ху Тао, - советует он. — Знаю, знаю. Я ничего не могу поделать! - Ху Тао смеется. - Как у такой великой женщины, как мисс Люмин, может не быть парня — вот что я подумала! Может быть, один из этих красивых мужчин... — У меня нет парня. Голос Люмин по-прежнему приглушен, но в нем слышался бесспорный тон. — Ничего подобного. - добавляет Люмин. - Гм, если наше дело сделано, я бы хотела, чтобы меня уволили... — О, конечно! Извините, что отняла у вас так много времени! С этими словами Ху Тао отпускает ее и приказывает Бао проинструктировать насчет предстоящей работы. Не желая больше ничего, кроме как исчезнуть, Люмин быстро следует за Бао и выходит из кабинета, не удостоив Чжун Ли ни единым взглядом. Боги, она чувствует себя такой глупой после этой вспышки. Бао дает ей черновой план работы и говорит, что у нее есть неделя, чтобы закончить черновой проект, и ищет обратную связь с первоначальным клиентом. Она снова могла видеть Лин! Люмин чувствует себя счастливой. — Мисс Люмин — А, господин Чжун Ли! Вы закончили свою встречу? — Все могло закончиться и раньше. Выходя из кабинета Бао, она встречает Чжун Ли. Даже если ее сердце все еще было измучено предыдущим разговором, было бы невежливо полностью игнорировать его. — Не хотите ли пообедать вместе попозже? — А? Ее сердце неловко остановилось от приглашения Чжун Ли. Был ли это ее инстинкт борьбы или бегства, который все еще был в состоянии повышенной готовности? Была ли это его вежливая улыбка, которая почему-то выглядела лучше, чем всегда? Нет—она уверена, что ее тело все еще находится в полном боевом режиме. Возможно, она действительно хотела слегка ударить Ху Тао. — Я хотел бы посмотреть ваши картины, если вы позволите, - осторожно продолжает Чжун Ли. - Я заплачу за обед. Не беспокойся о море. — О-о! - Люмин кивает. - Конечно. Давай... пообедаем вместе позже. Его губы изгибаются вверх. — Я с нетерпением жду этого. И снова ее сердце неловко остановилось. Как странно.

***

Когда Паймон ушла, она была совершенно серьезна в том, чтобы получить бесплатную еду от испытаний нового рецепта Сян Лин, Люмин бродит по гавани, встречаясь с некоторыми людьми и участвуя в праздной болтовне. Сначала она хотела провести время дома и нарисовать пейзаж за окном, но что-то заставило ее пройтись и остудить голову. Она действительно нуждалась в этом. — Ты уверена, что не хочешь духов, дорогая? - спрашивает Ин'эр своим знойным голосом. - Они прекрасны и приятны, вы сможете привести в свою комнату любого человека, которого пожелаете. — Н-Нет, в этом нет необходимости. - Боги, только не это снова. - Э-э, спасибо, что сделали духи для маленькой Лулу. Она оценит это. — Ахаха, так не хочется оставить старшую сестру совсем одну… ладно, увидимся, Люмин. Попрощавшись с мисс Ин'эр, Люмин поворачивается и быстро бежит к докам. После разговора с маленькой Лулу о ее проблемах она не могла просто оставить девочку одну. Быть девочкой на побегушках в наши дни стало нормой для Люмин, так что она не особенно возражает. Тем не менее, слышать о том, что девочка растет, немного забавно для нее. Люмин примерно представляла себе, что происходит в жизни маленькой Лулу (и зачем ей понадобились эти духи. Дети растут так быстро в наши дни). — Благодарю вас, мисс Люмин! - маленькая Лулу ликует. - Хе-хе, интересно, как отреагируют Мэн и Фэй, когда почувствуют запах. Это будет очень весело смотреть! — С кем ты предпочитаешь играть? - дерзко спрашивает Люмин, прежде чем она успела что-то с собой поделать. — Хм? Я не предпочитаю ни одного из них … Я предпочитаю их обоих! Мэн и Фэй — мои лучшие друзья! А-а-а… Люмин видела множество подобных случаев. Она надеется, что дети смогут оставаться детьми как можно дольше. Действительно. Она надеется на лучшее. И ничье сердце не разбито. — Тогда ладно. Получайте удовольствие! Погладив девушку по голове, Люмин задерживается у причала. Она разговаривает с торговцами, просматривает их товары. Духи, любовь, романтика — и вот Люмин никак не может выкинуть эту мысль из головы. Быть молодой — значит испытывать трепет любви, во всяком случае, именно это она наблюдала у людей тех миров, где побывала. Она не могла винить Ху Тао за то, что та была слишком взволнована, обсуждая ее личную жизнь — нет, она действительно винила ее во многом. Люмин эта тема не нравилась. Видимо, по не столь очевидным причинам. Ее лицо снова вспыхивает при мысли, что Ху Тао предположила, что у нее были любовники с ее друзьями-мужчинами в Мондштадте. Да, они добрые люди, но не совсем ее тип? Альбедо был слишком загадочен, Рейзор слишком чист, Кэйа слишком прямолинеен, а Дилюк … Дилюк. Никто из них не был в ее вкусе. Какой у нее тип? Она не знает. Конечно, не они. Ах да, Ху Тао тоже почти упомянул Венти. Да, определенно не Венти. Он хороший друг, но она не могла справиться с чрезмерно возбудимыми и раздражающими людьми в качестве партнера. Боги, неужели она на самом деле думает о них? Что она делает со своей жизнью... — Эй, Люмин! Сюда! Повернув голову на шумный голос, Люмин встречает взгляд знакомого капитана Крукса, Бэй Доу. Ее настроение сразу же улучшается, прежние заботы смываются волнами. — Мисс Бэй Доу! - Люмин бросается к женщине. - Давненько я не виделась с тобой! — Ты так сильно скучала по мне? Хех, ты слишком хороша для этого мира, соплячка! Бэй Доу обняла миниатюрную женщину, Люмин рассмеялась, когда ее грубо обняли сбоку. — Экипаж тоже скучал по тебе, если тебе интересно. С тех пор, как ты свалилась с неба ниоткуда на наш корабль, ты занимаешь особое место в сердцах моих людей. — О боже, как лестно. - ее смех эхом отдается рядом с Бэй Доу. - Надеюсь, вам всем удалось накормить себя разнообразной пищей, а не рыбой все время! — Эх, как бы тебе хотелось. - Бэй Доу отпускает ее объятия. - Кстати, о рыбе... В руку Люмин вываливается корзина, полная рыбы. Блондинка моргнула, потом ее губы дрогнули. Она действительно получила аварийный паек от этих матросов, не так ли? — Сувенир от моих людей для тебя! Я уверена, что твой плавучий друг с удовольствием съест всю эту жареную рыбу на ужин! О, кстати, все свежее! Получила его на обратном пути. - Раскатистый смех Бэй Доу эхом отдается в ее ушах. - Мы собирались поджарить его на обед, но вернулись раньше, чем думали! Считай, что ты благословена. — Вы уверены, что не принимаете благословение за проклятие? — Ха-ха! Ты и твои нахальные возвращения никогда не менялись! Это самое лучшее в тебе, Люмин! Никогда не меняйся! — Я рада, что стала для вас забавным развлечением, мисс Бэй Доу. Капитан утопает в очередном хоре смеха, Люмин не смогла удержаться от смешка. Бэй Доу оказалась одним из первых людей, которых она встретила в Ли Юэ. Свободная, как ветер, Люмин объехала весь Ли Юэ, как только покинула Мондштадт. Взобравшись на горы Гу Юн, Люмин приземлилась в одиноком корабле, сразу же столкнувшись с острым краем клеймора Бэй Доу. Бой закончился в ничью, и Бэй Доу похвалила ее за храбрость и умение владеть мечом. Капитан "Крукса" стал ее первым союзником из Ли Юэ, и с тех пор они тесно связаны. Люмин может с уверенностью сказать, что Бэй Доу — одна из ее любимых людей во всем Тейвате — в конце концов, она не ограничивала ее в употреблении алкоголя, в отличие от всех остальных, кто думал о ней как о каком-то ребенке. — Как прошло ваше путешествие? Успешно ли вы убили злых плавающих хиличурлов, которые стреляли гидро-стрелой и замораживали вас крио-стрелами? - Люмин шутит. — Они были занозой в заднице, но могло быть и хуже с плавающими лоучурлами, которые могут разбить корабль пополам. - Бэй Доу шутит в ответ, забавляясь. - Но, честно говоря, это было довольно скучно. Ничего особенного. Просто драки то тут, то там, но мы действительно помогали людям. Приятно видеть их улыбки. — М-м-м, я рада, что вы благополучно вернулись! - Люмин ухмыляется. - Леди Нин Гуан, должно быть, очень скучала по тебе. — Пфф, да, точно. - Бэй Доу закатывает глаза. - Знаешь, по кому я скучаю? — По Сян Лин? — По Сян Лин! — Конечно, ты скучаешь по ней! - их смех привлекает внимание людей вокруг доков, Люмин успокаивается. - Ты уверена, что скучаешь по ней, а не только по ее стряпне? — Эй! Сян Лин — великий человек, а ее стряпня — это лишнее. - Бэй Доу тоже замолкает, прислонившись спиной к деревянному забору. - Ах, как здорово вернуться. Море велико, но вы не можете не скучать по суше. — Да, быть во флоте — это здорово. — Обожаю эти камбэки. — Ну, спасибо. Некоторое время назад Сян Лин также сопровождала ее в ее ранних путешествиях в Ли Юэ. Когда они встретились с Бэй Доу где-то на побережье, у них была целая группа, к которой присоединился весь флот Крукса. Достаточно сказать, что Бэй Доу и Сян Лин играли большую роль в ее первые дни. Она не могла не скучать по нему немного, но что ж, все должно продолжаться. — Кстати, я хотела спросить, не хочешь ли ты снова отправиться в приключение со мной и командой. - Бэй Доу вздрагивает, ее красные глаза блестят от возбуждения. - Если Сян Лин тоже согласится, у нас будет более разнообразный выбор блюд, если это то, о чем ты беспокоишься. — Приключение? Куда? — Яогуанская отмель! Говорят, ко времени нашей экспедиции ночной нефрит будет в лучшем качестве! - Бэй Доу усмехается. - Не только это, они говорят, что монстры вокруг там, как правило, начинают наращивать вещи и портить все. Кто-то должен надрать им задницы. — Я давно там не была... - бормочет Люмин. - Хм...а так, звучит весело! О, но когда ты думаешь уехать? В этом месяце я буду очень занята... — Тебе повезло, потому что мы планируем отплыть в следующем месяце! - отвечает Бэй Доу. - Кроме того, если вы хотите привлечь в нашу команду еще несколько членов экипажа, я не вижу причин, почему бы и нет. Мы были бы благодарны за дополнительную руку, особенно если это сильный или знающий парень. Сильный и знающий. Образ Чжун Ли первым всплыл у нее в голове. — В конце концов, приключениями лучше всего наслаждаться, когда ты с людьми, которых любишь. - Бэй Доу улыбается. Люмин вспоминает Итера. — М-м-м. Это уж точно. Бэй Доу ухмыляется и ерошит волосы Люмин. Блондинка фыркает, но не отталкивает ее руку. Это хороший момент, она позволяет ему течь. — Тогда я пойду на кухню к Сян Лин, хочешь? Я заплачу за обед. - спрашивает Бэй Доу. — Ах, простите. У меня уже есть планы с кем-то другим. - извиняющимся тоном отвечает Люмин. Женщина пожимает плечами. — Все в порядке, тогда как-нибудь в другой раз. - Бэй Доу усмехается. - О, и вам, вероятно, следует сохранить рыбу как можно скорее. Она начинает вонять. — Мисс Бэй Доу! Ее смех эхом разносится по докам, и Люмин только качает головой, на ее губах играет веселая улыбка. Приключение на мелководье Яогуан, да? Когда-нибудь ей придется спросить об этом Чжун Ли. С этим она идет домой, чтобы сохранить эти раздражающе вонючие рыбы.

***

Сохранив рыбу в своем маленьком холодильнике "Сайро", Люмин обнаружила, что ей лень выходить на улицу, пока не придет время встретиться с Чжун Ли. Так как он не уточнил, где хочет поесть, она предположила, что ей придется забрать его в похоронном бюро. А сейчас ей хотелось расслабиться и немного поработать. Бао предоставил ей документы, необходимые для работы над портретом Ли Цзе по просьбе Лин, его любовницы. Лин снабдила его небольшим наброском и несколькими письменными описаниями его физических особенностей. Поскольку они жили скромной жизнью в изолированной деревне, у них не было удобств камеры и его фотографий. Это понятно, но Люмин хотелось бы иметь более основательную ссылку на портрет. Набросок Лин — далеко не худшая ссылка на работу, и тысячелетняя жизнь и опыт Люмин подготовили ее к подобной ситуации. Но все же. Люмин имела право время от времени жаловаться; это ее первая комиссионная работа. Не то чтобы она когда-нибудь считала себя профессионалом. Вообще-то... это было бы неплохо. Кто знает. — О, уже почти время обеда. Она встает, берет с собой альбом и выходит из дома. Похоронное бюро Ваншэна не так уж и далеко, она будет там со скоростью молнии. Куда Чжун Ли поведет ее на обед? Если бы это был ресторан "Ваньминь", то Бэй Доу, Сян Лин и Паймон было бы неловко видеть ее за отдельным столиком с Чжун Ли. Нокаут в третьем раунде был бы хорош, хотя она бы ударила Чжун Ли, если бы он заказал для нее еще один безалкогольный напиток. Может быть, Павильон Люли? Это место дорогое, но... — Ого! — Ах! Подняв голову, Люмин натыкается на кого-то, роняя при этом альбом. — Мне так жаль, с тобой все в поря... — Ахаха, ты действительно неуклюжа, когда не сражаешься, не так ли, принцесса? Ах, просто ей повезло. Когда она поднимает глаза, ее встречает раздражающий рыжеволосый паренек, которого она имела абсолютное удовольствие избить, когда он пытался украсть Сердце Бога Рекса Ляписа. Раздражающая улыбка Чайльда прилипла к его лицу, и глаза Люмин только подергиваются. Он приятен и мил, когда хочет, но Люмин находит Чайльда больше раздражающим. Тем не менее, она считает его другом и не будет просто отмахиваться от него. Возможно, если бы она была в очень плохом настроении, она бы так и сделала, но сегодня она чувствует себя хорошо. Прежде чем она успела ответить, глаза Чайльда были уже прикованы к странице ее открытого альбома. — Ух ты, какой красивый портрет. Это твой парень? О Боги, только не это! Тотчас же (она бросила взгляд чей это был портрет, и когда увидела, что это был портрет Кэйи, она почувствовала еще большее раздражение) Люмин закрывает альбом. Чайльд улыбается ей, и Люмин немедленно встает. — Простите, сэр Чайльд. Я должна идти... — О, так быстро? Давай немного поболтаем. — Нет, мне нужно встретиться с... — А, я понял. Ты так внимательна к своему парню! Вы должны были сказать мне, что у вас уже есть парень, я бы поддержал... — Он не мой парень! Почему все, увидев мужской портрет, сразу решили, что это ее парень? Может, дело в том, как она их рисовала? Может быть, потому, что она выглядела как женщина в отношениях? Или потому что... Улыбка Чайльда становится еще шире из-за ее раскрасневшего лица, и Люмин понимает, что ее разыгрывают. Это самое худшее — с чего бы ему вообще... — Не твой парень? Ну вот и славно! Слушай, а как насчет того, чтобы пойти вместе пообедать? Почему все приглашают ее на обед? Это национальный праздник — привести своего друга на обед в Ли Юэ или что-то в этом роде? — Боюсь, что это невозможно. Обернувшись, Люмин встречает взгляд невозмутимых янтарных глаз Чжун Ли, которые пристально смотрят на Чайльда. Никогда еще она не испытывала такого облегчения при виде его. Со всеми этими возбужденными и энергичными людьми, приходящими к ней сегодня, Люмин нуждалась в успокаивающем присутствии, которое, казалось бы, следует за Чжун Ли, куда бы он ни пошел. — О, привет, господин Чжун Ли! Хочешь присоединиться ко мне и Люмин за ланчем? - весело спрашивает Чайльд. Люмин хмурится. — Я даже не знала... — Я заплачу! - Чайльд обрывает ее, теперь он действительно умоляет дать ему по башке. - Мы могли бы вместе пообедать и поговорить о предпочтениях мисс Люмин в отношении с парнями. — Что?! - лицо Люмин вспыхивает. - Что еще... — К сожалению, у нас с мисс Люмин уже есть планы. Давай поговорим в другой раз. - пренебрежительно говорит Чжун Ли. - Ну что, пойдем? — Да, давайте... — Помнишь, Люмин, я дал тебе двадцать звездочек бесплатно? Будь прокляты фатуи и их назойливые предвестники! Чайльд не всегда так раздражителен, он становится таким только тогда, когда у него есть план действий. Обычно он был сносным и даже приятным собеседником. Но, черт возьми, он точно знал, когда надо раздражать. Люмин даже не знает, что ему нужно на этот раз и зачем он притащил звездные ракушки, которые она использовала, чтобы красить пигменты несколько недель назад. — Да, - сухо отвечает Люмин, не имея достаточно сил, чтобы справиться с этим. - А что с ними? — На самом деле ничего. Я просто подумал, что за доброе дело нужно отплатить не менее добрым. — Это ошибочный аргумент. - говорит Чжун Ли, не сбиваясь с ритма. - Вы дали мисс Люмин бесплатные предметы по своей воле и... — Все в порядке, господин Чжун Ли. - Люмин кладет руку ему на плечо. - Пусть он... продолжает. — Ух ты, ты ужасно сговорчива! — Да, и что же ты хотел от меня? Чайльд сияет, а Чжун Ли смотрит неодобрительно. До тех пор, пока Чайльд не собирается следовать за ней, она считает, что все, что он попросит, должно быть в порядке. Она знает его достаточно хорошо, чтобы понять, что он не из тех, кто просит чего-то экстремального, особенно по такой прихоти. Если он это сделает, ей просто придется бросить звездный меч. — С тех пор, как мы говорили на темы твоей личной жизни. - и почему она не удивилась? - И с тех пор, как ты сказала, что у тебя не было парня... - Чайльд ухмыляется. - Мне просто любопытно, какой у тебя тип! В смысле, какие парни нравятся тебе! Люмин даже не хотела знать, зачем ему понадобилась эта информация и что он будет с ней делать. Это также национальный вопрос случайных людей о дне их личной жизни в Ли Юэ? Или, может быть, это национальный день вторжения в частную жизнь других людей. На самом деле, это происходит в любом случае. — Этот вопрос вторгается в личную жизнь мисс Люмин. - говорит Чжун Ли с ноткой раздражения в голосе. — Эй, эй, это простой вопрос! - Чайльд поднимает руки, сдаваясь. — Просто не значит, что можно спрашивать. — И все же... — Мой тип? Что ж... Внезапно оба мужчины уставились на нее. Это неловко, Люмин не собирается лгать. Какой вообще был ее тип? У нее никогда раньше не было отношений, даже когда ей было тысячи лет. Непохожесть усложняет жизнь, это факт, который она знает из всех миров, в которых побывала. Поскольку она не смертная, но и не богиня, иметь "нормальную" любовную жизнь не так просто. Были смертные, которыми она восхищалась и даже была очарована, но они никогда не были ее любовниками, потому что их время короче, чем ее. А как насчет таких, как она? Тот же тип людей, которые разделяют ее силы? Она редко с ними встречалась. Всю свою жизнь она была привязана к семье, и все. Она встречала некоторых из них раньше, сотни лет назад, но все они были совсем не похожи на нее. У них были разные цели и разные идеалы; трудно было наладить отношения. Их число тоже уменьшилось, их трудно найти. Бог. Мысль о том, чтобы иметь Бога в качестве любовника, отвратительна; как будто она нарушает правила самого своего существования. Она никогда не думала об этом. Люмин никогда не была очарована Богом; она не думает, что это когда-нибудь будет. — Ну-у-у? Какой у тебя тип? - Чайльд очень заинтересован, прямо как ребенок. Он действительно увлечен этой темой, не так ли? Люмин вздыхает, она решает упомянуть черты тех качеств, которыми была очарована в прошлом. Они все очень похожи. — Мне нравится ... кто-то спокойный, - начинает Люмин. - Уравновешенный, может быть, немного сдержанный, хорошо говорящий, не слишком общительный, но может вести разговор и быть хорошим слушателем. - она делает паузу. - Знающий, но скромный, добрый и понимающий, о, и кто-то вполне зрелый. Да, это все...Чайльд? По какой-то причине рыжеволосый парень, кажется, под кайфом, застрял на месте. Его глаза расширились, губы приоткрылись. Он моргает. Дважды. Он обрабатывает эту информацию. Глубоко. Когда она поворачивается к Чжун Ли, блондинка пожимает плечами, тоже не понимая. — О-о-о... - наконец Чайльд комментирует - А как насчет …внешности? — Внешность на самом деле не имеет значения для меня, но если бы мне пришлось выбирать... - Люмин снова задумывается. - Тот, кто хорошо одет. Не слишком броско, но и не слишком просто. Хм... может быть, кто-то высокий? Может быть, атлетического телосложения. Кто знает, я не совсем ... Чайльд, ты слишком пристально смотришь. — А... - Чайльд моргает. "Совпадений слишком много" - думает он. - А как насчет цвета волос и глаз? Люмин хмурится. — Без разницы. — А как насчет Глаза Бога, которым они пользуются? Она снова хмурится. — У меня тоже нет предпочтений. — Ой. Выражение лица Чайльда непроницаемо. Он бросает взгляд на Чжун Ли, который, похоже, совершенно не обращает внимания на эту ситуацию, но Люмин тоже выглядит невежественной. Вау. Это было... шокирующе для него. Затем он ухмыляется. — А как же вы, господин Чжун Ли? Какой у тебя т... — Мы уходим. Не говоря больше ни слова, Чжун Ли мягко подталкивает Люмин, чтобы она продолжала идти, блондинка кивает и дает Чайльду быстро увидеть себя. Когда Люмин машет рукой, Чайльд наконец замечает наличие браслета с золотым драконом. Он скользит вокруг ее запястья, этот золотой дракон, немного туго, как будто не хочет отпускать. Чайлд ухмыляется. Как забавно. Теперь это что-то новенькое.

***

В конце концов Чжун Ли повел ее в нокаут третьего раунда, где они заказали легкие основные блюда с несколькими гарнирами в качестве комплимента. Алкогольные напитки не заказывались, день был еще свежим, и после обеда их все еще ждала работа. Пока они едят, они беседуют в пустой болтовне, о своих днях, о своей работе. Люмин рассказала ему о своей встрече с Бэй Доу и о том, как она набрасывала черновик портрета для этой работы. Чжун Ли в ответ рассказывает ей о своей работе, и каким-то образом это сводится к различным мелочам о цветах, используемых для украшения этих похорон, которые он устраивает. Они по очереди разговаривают и слушают. Приятное изменение по сравнению с ее предыдущими разговорами сегодня. Ху Тао измотала ее, Бэй Доу была энергичной и шумной, как всегда, а Чайльд был раздражающе агрессивен по случайным причинам. Она не возражает против шумных разговоров, но праздные, мирные и успокаивающие разговоры вроде этого были ее любимыми. Чжун Ли никогда не бывает слишком много или слишком мало. Он хороший. Как раз то, что ей нужно. — Этот портрет... — Это Венти, ну или же Барбатос. Твой старый друг. — Он совсем не изменился, эта некультурная свинья. Покончив с обедом, Люмин провела для Чжун Ли небольшую экскурсию по своему блокноту. Там были пейзажные наброски Ли Юэ и Мондштадта, наброски чудовищ и, наконец, портреты людей, которых она привыкла называть друзьями. Она рисовала портреты Венти за несколько дней до своего отъезда в Ли Юэ. Бард попросил "запечатлеть его хорошие стороны", и Люмин могла только закатить глаза. Она позаботилась о том, чтобы в свете его глаз появились дополнительные детали. Именно это и отличало Венти от всех остальных. Это хорошо, думает она. Ей это нравилось. Хотя сам Венти никогда не видел конечного продукта. Она ушла в Ли Юэ, прежде чем закончить его. — Вы хорошо поработали, захватив его потрясающую ауру. - комментирует Чжун Ли, и на его губах появляется легкая улыбка. - Вы действительно искусны в этом деле, мисс Люмин. — Пфф, я и не думала, что услышу это слово из твоих уст. - Люмин качает головой. - Вы, должно быть, были близки. — Он надоедливый пьяница, позор искусства. — Стихи у него довольно милые, хотя мне становится немного грустно, когда я вижу, как он выпрашивает в таверне бокал одуванчикового вина. — Не иметь возможности обеспечить себя средствами...какой позор! — Правильно … какой позор! Как бы ей ни хотелось посмеяться над его неспособностью распоряжаться собственными деньгами, Люмин держит это при себе и продолжает устраивать экскурсию по своему блокноту. Чжун Ли внимательно слушает, время от времени давая комментарии, но в основном молчит. На мгновение она задерживается на наброске двух братьев, Дилюка и Кэйи, который остается незаконченным до сих пор. Братья, которые пошли разными путями. Даже если они не связаны кровью. Кэйа попросил ее нарисовать его и Дилюка, хотя Дилюк сказал ей не делать этого, но она все равно сделала это, потому что сцена их подшучивания была слишком забавной, чтобы не запечатлеть ее в своем альбоме. Она вспоминает себя и Итера. Как они разговаривали, смеялись друг над другом. Она скучает по нему. Она хотела бы увидеть его снова. — Ты, кажется, в приподнятом настроении. Повернувшись к Чжун Ли, Люмин внезапно смутилась. — Разве я ... выглядела мрачной? — "Мрачной" не подходит. Возможно, "обремененной" будет достаточно.” - говорит Чжун Ли. - Я прошу прощения за поведение мисс Ху Тао сегодня утром. Это, кажется, нервировало тебя. Особенно когда Чайльд Тарталья снова поднял эту тему. Ах, значит, он все-таки заметил. Он действительно проницателен, даже когда может быть слишком тупым. — Я никогда не была хороша в этой теме, - неловко смеется Люмин. - Любовь, романтика… Даже для такого старого человека, как я, я никогда ... по-настоящему не испытывала этого. Чжун Ли смотрит на нее, его янтарные глаза мерцают любопытством. — Ты никогда этого не испытывала. — Нет, не в обычном смысле. Мысль начинает кружиться у нее в голове — это редкий шанс, что у нее есть кто-то, кто мог бы связать с ее существованием более тысячи лет. Тогда у нее был Итер, но она практически знала о нем все, так как они испытывали почти одно и то же. Кроме того, Чжун Ли, предположила она, старше ее на несколько тысяч лет. Тысяча? Два? Он более зрелый, чем она. Она удивляется... — Если... вы не возражаете, если я спрошу... - Люмин тихонько вздрагивает. Когда Чжун Ли кивает, она продолжает - Вы когда-нибудь испытывали это? Сияние кор ляписа, глаза Чжун Ли напоминают ей о них. Он слегка тускнеет, только на мгновение, прежде чем его сияние возвращается снова. Что-то есть, она не могла этого назвать, да и было ли вообще этому имя? Сверкание в глубине его глаз. Тусклый свет, мерцающий в темноте. Как странно. Чжун Ли кашляет и делает глоток чая. Затем он серьезно смотрит на нее. — Нет. Вот это сюрприз. Судя по вспышкам его глаз, она предположила, что ответ будет противоположным... — У меня никогда не было отношений, - продолжает Чжун Ли - но... Его голос затихает, и Люмин чувствует, как ее сердце неприятно сжимается. — Прости. - Люмин обрывает его - Это ... тяжелая тема. Особенно для вас. Бессмертные, полагает она. Люди, жившие тысячи лет, видевшие, как люди приходят и уходят. — Не извиняйся. - Чжун Ли утешает ее, прищурив глаза. - Вы имели право спросить. — Нет, у меня не было такого права. - Люмин отрицает, все больше смущаясь. — Вы мой дорогой друг, мисс Люмин. - его янтарные глаза сверкают. - Ты имеешь полное право спросить меня о чем-то. Напряженность его глаз, ничто не может соперничать с ней. Грудь Люмин снова сжимается. Она убирает выбившуюся прядь волос за ухо и смотрит в сторону. — Ты носишь браслет. Поскольку сегодня день без боя, Люмин сняла наручники. При этом браслет, который подарил ей Чжун Ли, полностью выставлен на всеобщее обозрение. Это хороший подарок, ей он понравился. Чжун Ли, кажется, тоже счастлив, даже если это было не так ясно. — Ну, это символ вашего достижения в том, что вы научились человеческому поведению быть вежливыми друг с другом. - она дразнится. - Как я могу его не носить? — Как интересно. - губы Чжун Ли изогнулись вверх. - Трофей моих достижений, который принадлежит тебе. Вы действительно загадочны, мисс Люмин. — Благодарю вас, господин Чжун Ли. Трудно сохранить все эти слои тайны, когда я уже прозрачна. Они улыбаются друг другу, Люмин чувствует, как светлеет. Она вспомнила его слова, его осознание бремени, которое она чувствовала после того утреннего инцидента с настойчивостью Ху Тао. Он пригласил ее, чтобы подбодрить? Чтобы убедиться, что с ней все в порядке? Бабочки в животе, возможно, она слишком недооценила Чжун Ли в самом начале. Возможно, в нем больше человечности, чем она думала. Как странно. Она считает, что должна что-то ему вернуть. Мини-трофей за это новое достижение. Может быть, тот контракт, который они заключили, был излишним. Может быть, это было не нужно. Люмин открывает альбом и достает из инвентаря карандаш. Она рисует грубые линии, время от времени поглядывая на Чжун Ли. Он поднимает бровь, забавляясь ее действиями. Затем Люмин отрывает уголки своего блокнота и протягивает ему маленький листок бумаги. — Поздравляю с обучением человеческому поведению быть внимательным и восприимчивым к чувствам других людей. - Люмин улыбается ему, наполовину поддразнивая, наполовину искренне. - Прими от меня этот подарок. Чжун Ли осторожно берет листок бумаги из ее рук, их пальцы на мгновение соприкасаются. Он смотрит на карикатурный набросок самого себя, очевидно, его это забавляет. Его улыбка была слишком очевидна. — Вы действительно загадочны, мисс Люмин. Улыбка Чжун Ли тонкая, но каким-то образом она передает море эмоций, что-то, что она не знала, как читать. — Как и вы, господин Чжун Ли. Это очень мило. Люмин это нравится.