Твое имя, увековеченное в золотой раме

— Спасибо, что ты здесь. Без тебя я бы давно забыл. —Что бы забыл? — Свое имя. Она кладет свою руку поверх его. — Я никогда этого не забуду. Ни твое, ни мое. - она говорит тихо. - Даже спустя сотни тысяч лет я никогда не забуду имя того, кто мне дорог. Она знает, что она лгунья, но о, как горит ее сердце. — С именем приходит воспоминание. - говорит он так же тихо. - Никогда не забывай об этом. Золотые глаза брата, такие же, как у матери. Помнить — это тяжелое бремя, она прожила более тысячи лет. — В твоих словах нет смысла. — Полагаю, что да.

***

— У вас есть веская причина напасть на меня без предупреждения, Чайльд? — Аххахах, я просто хотел... — Проверь свои рефлексы. Да, я слышала это оправдание всю прошлую неделю. Пожалуйста, придумай что-нибудь получше. Люмин считает, что имя Чайльд подходит этому человеку. Дети могут быть прямолинейны со своими потребностями, и их личности часто меняются. Его имя похоже на "дети". По какой-то причине Чайльд безжалостно беспокоил ее. Может быть, подкарауливая ее в самые случайные моменты или сладко разговаривая с тонкими угрозами за его словами. И все же, несмотря на все его уговоры, Люмин все еще не могла понять, чего именно хочет от нее этот человек. — Я буду стараться изо всех сил. - Чайльд подмигивает. - Ну что, пойде... — Нет. — Я еще даже не закончил... — Меня не интересует "дружеский спарринг" - вздыхает Люмин. - У меня уже есть планы с мисс Бэй Доу и Сян Лин. Прошу меня извинить. — Не будь такой занудой! - он останавливает ее. - Я уверен, что у тебя есть несколько свободных минут для твоего любимого Предвестника Фатуи... — Оставь Люмин в покое, ты, брызжущий брызгами придурок! Паймон, которая молчала все время с их возвращения в гавань Ли Юэ, внезапно появилась. Люмин смотрит на тени деревьев. О, уже время обеда. Неудивительно, что Паймон вмешалась. Теперь ее плавучий спутник и надоедливый рыжий предвестник разражаются шквалом оскорблений, и Люмин чувствует, что усталость берет ее вверх. Эта игра в прятки длится уже слишком долго, Люмин не уверена, что у нее хватит терпения справиться с десятой засадой или тридцатой просьбой о спарринге. Если драка — это то, чего он хочет, тогда она даст ему бой. — Паймон, сначала ты пойдешь в ресторан "Ванмин". Скажи мисс Бэй Доу и Сян Лин, что я опоздаю, - говорит Люмин. — Подожди...ты действительно собираешься ... — Паймон недоверчиво смотрит на нее. — Не волнуйся. Я сделаю это быстро. Обещаю. - Люмин ободряюще улыбается. — Ну и уверенность у нас, товарищ, - ухмыляется Чайльд, его глаза блестят от возбуждения. - Хотя я не могу сказать наверняка, что это не закончится кровопролитием. Паймон издает писк, в то время как Люмин остается бесстрастной в лице. — Если бы ты хотел кровопролития, мы бы и близко не подошли к гавани. - Люмин вызывает свой меч. - Может, ты и Фатуи, но я знаю, что ты добрый малый. — Ты начинаешь говорить, как моя бабушка. - Чайльд смеется, держа лук в руке. Что ж, она на века и даже тысячелетия старше его. Паймон летит обратно в гавань Ли Юэ, и теперь ей приходится иметь дело с Чайльдом, который, похоже, слишком наслаждается этим. Она начинает сожалеть об этом решении, но Люмин нужно спокойствие. Чайльд слишком сильно ее беспокоит. Даже до того момента, когда она доверительно рассказала Чжун Ли об этом вопросе. Он сказал, что поможет ей справиться с ним, но, возможно, даже Гео Архонт не смог бы помешать Чайльду получить то, чего он хочет... Люмин чувствует землю под своей ногой, если она хочет закончить это быстро, ей нужно будет выпустить "Пробуждение земли". И все же, может быть, она потворствует ему в каких-нибудь любезностях, чего бы это ни стоило, чтобы он перестал ее беспокоить. — Если я выиграю этот бой, ты перестанешь меня беспокоить и скажешь, к чему именно ты стремишься. - твердо говорит Люмин. Чайльд издает смешок. — Так о чем же ты говоришь? Я не стремлюсь ни к чему, кроме возможности провести спарринг с тобой, - он невинно смотрит на нее. — Ты ужасный лжец, Тарталья,- вероятно, этого было достаточно, чтобы пробудить его боевой дух, Люмин действительно нужно отдохнуть от всего этого. - Ну же, я одолею тебя, как и прежде. Не приходи ко мне плакаться, если случайно сломаю ногу или две. — Вот теперь мы начинаем! Если бы только ее силы восстановились хотя бы наполовину, эта битва закончилась бы в одну секунду. Чайльд неумолим в своих атаках, Люмин жалеет, что не получила силы Крио, она действительно хотела заморозить его надоедливые гидро-клинки. Она не любила сражаться; ей нравилось заканчивать все как можно быстрее, вызывая звездный дождь с небес, чтобы победить своих врагов. Жаль, что сейчас это не вариант. Либо Анемо, либо Гео. С этим она могла работать. — Да ладно, откуда такая уверенность? - насмехается Чайльд, по-видимому думая, что он одержал победу. - Ты ведь не специально сдерживаешься? Как обидно. Удивительно, как лезвие, сделанное из воды, могло вызвать у нее слишком сильное кровотечение, но, честно говоря, Люмин видела гораздо более абсурдные вещи в других мирах. — Кто когда-нибудь говорил о сдержанности? Она ударяет ногой по земле, посылая ударные волны через землю. Чайльд переходит в оборону, она вызывает звездный меч прямо над ним. Как и ожидалось, он избегает их; дождь из гидро-пропитанных стрел, Люмин вызывает ветровой щит, чтобы защитить себя. Он жаждет крови. Люмин вздыхает. Пришло время стать серьезной.

***

— Тебе действительно не нужно было превращать его в камень. — Этот мальчик собирался напасть на тебя сзади, даже после того, как ты заявила о своей победе. — Хах, честно говоря, это была самая предсказуемая часть боя. Люмин победила, несмотря на то, что приложила минимум усилий. Она приставила свой меч к его шее, но, конечно, Чайльд хотел сделать последний трюк, прежде чем смириться со своей потерей. К счастью (или к несчастью), откуда-то и каким-то чертом появился Чжун Ли, установив каменную стелу между ними (и окаменевшим Чайльдом. Бедный мальчик). — Советую тебе не баловать его. - говорит Чжун Ли, осторожно накладывая ей на руку пластырь. — Я достигла своего предела. - Люмин лениво кивает. - Как бы печально он ни был известен, я уверена, что Чайльд сдержит свое слово. Он перестанет меня беспокоить и расскажет, почему он так настойчив в последнее время. А если нет... — Если кто-то нарушит контракт, он наверняка столкнется с гневом скалы. - вздыхает Чжун Ли и протягивает ей руку. - Пойдем. Я провожу вас до гавани. Твои друзья, должно быть, ждут тебя. На секунду Люмин остается смотреть на протянутую руку. Раздается глухая пульсация, она поджимает губы. Люмин принимает протянутую руку —ее ладонь так мала по сравнению с его, что даже становится забавно. Сколько бы молодо не выглядел Чжун Ли, он кажется ей добрым и мудрым дедушкой. Они идут молча, звук их ботинок тихонько стучит по земле. Она ловит взгляд лис, бегающих вокруг, желтые листья деревьев, падающие на землю. Ум Люмин рассеян; иногда ей легко забыть, что она другая, притвориться, что она такая же, как все. Чжун Ли испускает тонкое "кхм", и Люмин поворачивается к нему. — Вы хорошо себя чувствуете, мисс Люмин? Ах. Она также забыла, что ее эмоции слишком прозрачны. Должно быть, это показывало многое, учитывая, что кто-то такой тугодум, как Чжун Ли это заметил. На самом деле он очень проницателен, но порой в самых очевидных вещах будто притворяется тупым. — Я просто ... не уверена. Люмин делает паузу. Она знает, что если кто-то и может понять ее чувства, так это только он. В конце концов, они несут на своих плечах одно и то же бремя тысячелетий. — Мне приснилось прошлое, - говорит она - О моем брате. Он выглядит задумчивым. — Не хотите ли поговорить об этом? — Я бы так и сделала, если бы могла. - Люмин криво усмехается. - Не могу вспомнить. Шорох листьев, Люмин ловит падающий лист в свои руки. Оттенки желтого напоминают ей о брате. — Я просто … не знаю. Я забыла, как много вещей я не помню, так что это никогда не беспокоило меня, - она улыбается своей собственной шутке. - Но я в порядке. Просто временами я становлюсь эмоциональной. Когда Люмин смотрит на него, в ее груди эхом отдается сожаление. Кор ляпис, цвет его глаз. Он смотрит на нее, но одновременно будто и не смотрит. Глаза Чжун Ли кажутся далекими, она знает, что он смотрит туда, куда никогда не сможет вернуться. О. Как глупо с ее стороны. Она обременяла его такими мыслями. Люмин хотелось протянуть к нему руку, стереть с его лица это мягкое выражение. Но она не знает, как это сделать. Если бы это был Итер, она бы взяла его за руку, обняла. Но он ей не брат. Они не родственники. Они друзья. Почему-то это кажется неправильным — имеет ли она право обнимать его? — Прости.- заканчивает она, глядя в сторону. - Я не хотела, чтобы ты вспомнил что-то неприятное. При этих словах его янтарные глаза просыпаются, возвращаясь к настоящему времени. - Нет, не стоит извиняться. - он кашляет, подталкивая ее локтем, чтобы она продолжала идти. - Это нормально. Мы разделяем одно и то же бремя. Ее сердце бьется, они бьются. Оба плотно сжимают губы, по-видимому, погруженные в свои собственные мысли. Люмин действительно следовало держать свои мысли при себе — меньше всего ей хотелось видеть такое выражение на его лице. — Ожидать человечности от Бога — это прямой вызов самим небесам. Лжец. Они добираются до гавани, оба стоят молча. Ее золотистые глаза встречаются с его янтарными, словно призывая собеседника заговорить первым. Это становится неловко. — Мисс Люмин... — Господин Чжун Ли... Одновременно начали они, как их перебил крик. — ЭЙ, ЛЮМИН! Блондинка вздрагивает, Люмин встречает бегущих к ней Бэй Доу и Сян Лин. Она виновато смотрит на Чжун Ли, на что тот отвечает коротким кивком. — Увидимся в другой раз, мисс Люмин. - Его голос тверд, как будто события из прошлого даже и не происходили. Люмин слабо кивает, она предлагает свою самую ободряющую улыбку. Если бы только она могла повернуть время вспять, она бы не сказала ему, что он потерял связь с человечеством. Его глаза—сияющий Кор Ляпис, глаза Бога. Люмин видит их насквозь. Она видит его. Его человечность. Спина Чжун Ли исчезает в толпе; она удивляется, почему у нее так болит сердце.

***

Чайльд сдерживает свое слово и угощает ее и ее плавающего спутника ранним обедом. После нескольких дней, когда она отвлекалась на заказы, гуляя по гавани вместе со своими друзьями, Люмин обнаруживает, что ее мелодия возвращается к своему обычному ритму. Люмин делала это миллион раз, смешиваясь с простыми людьми, притворяясь, что она ничем не отличается от них. Притворяйся, пока не сделаешь это, сердце Люмин очень человеческое — оно никогда не перестает удивлять ее брата тем, как быстро она может прикрепляться и отсоединяться так быстро. Сады ее сердца принимают многих прохожих, но дом ее может приютить лишь некоторых. — Я просто хотел узнать, действительно ли у тебя нет парня. Это потребовало от нее всей силы воли, но Люмин каким-то образом удалось удержаться, чтобы не уронить звездный меч в голову Чайльда. — А я — нет. - твердо говорит Люмин. - У меня нет на них времени. Скорее, у них нет на нее времени. В любом случае, их время слишком мало по сравнению с ее. — О, вытри эту злую гримасу с губ, принцесса - Чайльд усмехается. - Позвольте мне задать еще один вопрос: ты заинтересована в том, чтобы иметь парня? Люмин хмурится. Это прозвучало безобидно, но ее щеки все равно предательски залились краской. — Чайльд, я ценю вас как союзника, но я не могу принять ваши чувства... — Нет, нет, нет, я не об этом. — О... Э-э ... извини. Чувствуя себя неловко из-за этой глупой ситуации, Люмин отводит взгляд, а Чайлд издает смущенный смешок. Почему она все еще беспокоится о нем? "Заинтересована ли ты в том, чтобы иметь парня?" У Люмин не было времени подумать об этом. Единственный человек, который оставался постоянным в ее жизни — это Итер. У нее были "дела" со смертными в мирах, в которых она путешествовала, но они никогда не были любовниками как таковыми. Кроме того, Итер всегда тащил ее прочь, напоминая ей, что их вид никогда не должен чрезмерно привязываться к чему-либо, если они не готовы принести жертву. Для Люмин эта жертва означала потерю брата и ее сил. Теперь она потеряла и то, и другое. Как странно. — Может быть - неопределенно отвечает Люмин. - Любовь и романтика... это довольно мило. — Ахаха, а в глубине души ты все-таки молодая девушка. — Ты хочешь, чтобы я снова избила тебя? — Просто шучу. - Чайльд поднимает руки в знак капитуляции. - Хотя… Я думаю, что у меня есть решение, если вы так отчаянно жаждете любви и романтики. - Я же сказала, что не могу принять твои чувства... — Ради Бога, это не я! - Чайльд стучит кулаком по столу, заставляя Люмин потрясенно моргать. - Э... в любом случае. Если подумать, ни Чайльд, ни Тарталья — не настоящее имя этого человека. Независимо от того, узнает ли она когда-нибудь его настоящее имя, Люмин начинает задумываться, не изменило ли это его каким-то образом. Тарталья — это его имя среди Предвестников Фатуи, Чайльд — это его кодовое имя, а его настоящее имя? Возможно, это его последняя связь со своим "истинным" я. Человеком, которым он был до того, как испачкал руки. Возможно, самое дорогое для него имя, известное только его семье. Моракс, Рекс Ляпис, Чжун Ли. Люмин моргает. Почему она думает о нем? — Скажи, хочешь поиграть в игру с описанием? - Чайльд невинно улыбается. Она в замешательстве. — Прости? — Да? Ладно! - он ухмыляется. - Во-первых, как бы вы описали господина Чжун Ли? — Я даже не говорила, что буду... — Как бы вы описали господина Чжун Ли? Если он и не угрожал ей раньше, то уж точно делает это сейчас. Глаз Люмин дергается, у нее ведь не было выбора, не так ли? — Он спокоен, - Люмин представляет себе его янтарные глаза, которые смотрят сквозь нее. - Уравновешенный, немного сдержанный. — М-м-м ... и? — И довольно болтлив в странных вещах, но он больше хороший слушатель. - невольно на ее губах появляется легкая улыбка. - Он знающий и скромный... добрый и понимающий. Он... Почему ты так ухмыляешься? Чайлд продолжает ухмыляться, немного прищурившись. — О, ничего. Хочешь сыграть еще в одну игру? — Что?... Но мы... — Это называется описать тип человека, который вам нравится! Я хотел бы быть с кем-то, кто может хорошо вести себя в бою, а как насчет тебя? Люмин не уверена, было ли это ложью или правдой — на данный момент они оба вероятны. Он угрожает ей, и Люмин не уверена, уйти ей или остаться. — Хорошо... если ты так хочешь играть. - она смягчается. - Думаю, мне бы понравился кто-то спокойный, уравновешенный, немного сдержанный... — Продолжай... Люмин продолжает: — Хороший слушатель... - Она делает паузу. Почему это кажется так знакомым? - Знающий, но скромный... Добрый и пон... НЕТ! Итер всегда дразнил ее за то, что она временами была немного рассеянной, но была ли она настолько рассеянной? — Нет, Чайльд! Ты же знаешь, что я не... — она запаниковала, ее лицо внезапно покраснело. — Но я ничего не говорил, - поддразнивает Чайльд, наслаждаясь полной потерей контроля, с которой столкнулась Люмин. — Дурак, ты подстроил мне эту ловушку! — Какую ловушку? - Чайльд пожимает плечами. - Конечно, я стратегически поставил вопросы рядом друг с другом, но все слова, которые вы сказали, исходили из ваших собственных уст, принцесса - он ухмыляется. - Ты можешь поблагодарить меня позже за то, что я спас твою личную жизнь. — Что?... Нет... Это просто совпадение! - Люмин свирепо смотрит на него, успокаивая учащенное биение сердца. -Е-есть много людей, которые подходят под этот критерий! — И господин Чжун Ли оказался самым подходящим под твой критерий - его улыбка — улыбка победителя. - Эй, если это тебя успокоит, я помогу тебе в твоей личной жизни! На самом деле, я уже спрашивал, какого типа людей любит господин Чжун Ли... — Довольно! Люмин, ее лицо все еще красное, как спелый помидор, тихо говорит "извините", хватает Паймона (которая съела месячную порцию еды за отдельным столом) за воротник и топает прочь. Для такой сильной женщины, как она, Люмин на удивление невинна, когда речь заходит о таких вещах, как любовь и романтика. Чайльд наблюдает, как она сливается с толпой, с приятной улыбкой на губах. Похоже, ему придется немного пораскинуть мозгами.

***

Ей предстояло встретиться с Лин, окончательный набросок портрета уже почти готов. Когда она прибыла в деревню, ее первым пунктом назначения была статуя семерых Архонтов. Люмин не молится ни Богам, ни небесам, но она понимает, почему смертные так часто занимаются подобными делами. Временами это сбивает с толку. Молиться кому-то, кто не ответит. Никогда. Издалека Люмин наблюдает за статуей семерых Архонтов и ее бледно-голубым сиянием. Она смотрит на фигуру, сидящую над троном. Владыка Гео, Моракс; Рекс Ляпис. Бог, которого якобы больше нет. И опять, господин Чжун Ли...Лицо Люмин внезапно краснеет. Нет! Этот глупый предвестник! — Лин всегда молится у статуи семерых Архонтов... - так говорили пожилые люди в деревне Лин. - Бедная девочка. Может быть, небеса смилостивятся над ней. Небеса, да? Люмин смотрит на небо, Селестия кажется такой далекой. — Тсс, Люмин ... Она молилась больше тридцати минут... - шепчет ей Паймон. - Паймон считает, что мы должны подойти к ней. Прошло... слишком много времени. Тридцать минут - довольно долго. Люмин подозревает, что Лин молилась гораздо дольше. — Прошу прощения, мисс Лин... - тихо зовет ее Люмин. Женщина вздрагивает и встает. — О-о! Мисс Люмин ... к-когда... — Всего несколько минут назад. - Люмин лжет, ей не нужно было заставлять женщину чувствовать себя хуже. - Прошу прощения, что прервала вашу молитву. — Ах нет...Я просто... Лин неловко шаркает ногами, ее лицо странно бледно. Должно быть, ее что-то беспокоит, и Люмин нужно что-то делать. — Поговорим у тебя дома? - вежливо спрашивает Люмин. - Нам еще нужно обсудить окончательные поправки к проекту, прежде чем я начну писать настоящий портрет. Выражение лица Лин немного расслабляется. — Да... Давайте вернемся. Учитывая, что это ее первая работа в комиссии по живописи за всю ее тысячелетнюю жизнь, Люмин приятно удивлена, что это не было ужасно. Лин — добрая клиентка, и Люмин посчастливилось довольно точно изобразить большинство черт своего любовника с минимальными ссылками. Может, ей стоит делать это почаще? — Хорошо, я постараюсь использовать яркие цвета, чтобы захватить его энергичную душу. - Люмин улыбается. - Есть еще что-нибудь, о чем вы хотели бы попросить? — Нет, это все ... - Лин резко замолкает. Ее лицо неприятно искажается. - О нет... — В чем дело? Женщина вскакивает со своего места и бросается к раковине. Она давится, глаза Люмин расширились. Она осторожно кладет руку на спину Лин, успокаивая ее, пока та рвет свой завтрак. — Я ... мне очень жаль... - Лин кротко извиняется, ее лицо бледное. - Я... — Пожалуйста, не беспокойтесь об этом - быстро говорит Люмин, и ее лицо выражает беспокойство. - Хотите, я вызову врача? У вас такой цвет лица... — В этом нет необходимости. - ответила Лин, снова усаживаясь на стул. - Я ... я уже консультировалась с врачом. — Это серьезно? - Люмин моргает, потом отступает. - Тебе не нужно говорить мне, если ты... — Я беременна. Пауза. Тишина. Люмин моргает. Один раз, второй. Она издает мягкое "о " и на мгновение успокаивается. Сегодняшний день был полон сюрпризов, не так ли? — К-Как давно ты ...? - тихо спрашивает Люмин. — Два месяца. - Лин смущенно улыбается. - Я узнала об этом несколько дней назад. — Я ... я понимаю... Теперь это опасная территория, и Люмин не знает, как действовать безопасно. Здесь происходит много событий: беременность Лин до того, как она сама стала замужней женщиной, ее любовник и отец ребенка мертвы, ребенок остался без отца и ... много других вещей. Она не могла просто сказать: "все будет хорошо", когда это явно не так. — В последнее время я гораздо больше молюсь. - начинает Лин. - Духу Рекса Ляписа, другим Архонтам, небесам и Селестии. - она торжественно смотрит на свой живот. - У меня много забот, так как я не знаю, что принесет будущее... но я хочу, чтобы этот ребенок был счастлив и жил хорошей жизнью. Это все, о чем я когда-либо могла попросить. - легкая улыбка украшает ее губы. — Понятно. - Люмин ободряюще кивает. Лин лучезарно улыбается ей, на этот раз она выглядит по-настоящему счастливой. — Я уверена, что Ли Цзе будет наблюдать за нами с небес. Небеса. Люмин молчит по этому поводу. — Это может быть немного глупо с моей стороны, но ... … Когда я думаю о возможных именах для ребенка, мне становится немного легче. - Лин хихикает. - Я подумывала назвать ребенка в честь отца, но...Я подумала об альтернативах. От ее приветствия улыбка Люмин становится ярче. Всегда приятно видеть улыбки людей. Смертные заслуживают того, чтобы быть счастливыми в своей короткой и мимолетной жизни. — Имя драгоценно и любимо. - говорит Люмин, поджимая губы. - Это ...прекрасно иметь имя, которое дорого тебе и окружающим. Женщина моргает, на секунду она кажется смущенной, прежде чем снова улыбнуться. — Что означает ваше имя, мисс Люмин? Люмин на секунду задумывается. Ее мысли уносятся в далекое воспоминание. — Мама говорила, что это значит как "свет". Как яркая звезда. — Это имя тебе дорого? Дорого ей? Люмин никогда не думала об этом в таком ключе. Ее золотые глаза плывут вдаль, к виду бескрайнего бесконечного неба, к виду светящихся крыльев, освещающих пустое ночное небо. Сколько веков прошло с тех пор, как она в последний раз слышала свое имя в голосе матери? Имя, подаренное ей матерью, она думала, что в какой-то момент забудет его, как мать забыла свое собственное. Именно Итер напоминает ей это имя. Близнецы, которые называют друг друга по именам. Без него Люмин бы уже забыла. Ха. Как странно. Это кажется каким-то знакомым, Люмин не может вспомнить. Лин ждет ответа, и вдруг Люмин вспоминает, что однажды и эта женщина будет забыта. Как торжественно. Может ли Люмин даже вспомнить свое собственное имя без брата? Тонкая улыбка. — Конечно.

***

— Могу я присоединиться к вам? Вид на гавань Ли Юэ, с этого холма она может видеть разноцветные ночные огни, синий океан, отражающий сияние полной луны, и вид жемчужной галереи, тихо покачивающейся. Похоже, внезапное известие о беременности Лин заставило Люмин снова погрузиться в раздумья. Назад к океану реальностей, к бесконечным мыслям, отягощающим ее плечи. — Господин Чжун Ли. - ласково улыбается Люмин, похлопывая по пустому месту рядом с собой. - Что ты здесь делаешь? Я думала, что вашей областью владения будет только гавань Ли Юэ. Возможно, Чжун Ли все еще помнил их последнюю встречу, которая закончилась неловкой запиской, он, кажется, был осторожен с ней. Немного поколебавшись, он садится рядом с ней на почтительном расстоянии. Его янтарные глаза светятся, но они всегда кажутся острыми, но далекими. — Когда смотришь на гавань издалека, это приносит приятную ностальгию. А я-то думал, что найду тебя здесь. Тебе всегда нравилось наблюдать пейзажи с холмов. Неужели он всегда так наблюдателен за ней? С застенчивой улыбкой на губах Люмин заправляет волосы за ухо. — Я знаю. Это напоминает мне полет. — Понимаю. Внезапно она чувствует себя неуверенно, ощущение дракона вокруг запястья тяжело давит ей на сердце. Либо быть меланхоличной, когда она вспоминает о своем прошлом, либо быть неловкой, когда мысли о ее разговоре с Чайльдом эхом отдаются в ее голове. Люмин предпочла бы еще немного побыть меланхоличной. — Когда рождаются Боги, кто их называет? Запоздалая мысль, Люмин говорит без удержки. Вечно спокойные янтарные глаза Чжун Ли расширяются от удивления. Она избегает его взгляда, но затем украдкой бросает взгляд... только чтобы увидеть, что он серьезно обдумывает ее вопрос. Его серьезное выражение лица, его измученные янтарные глаза, ее сердце бьется ровно. Чжун Ли поднимает голову и смотрит вдаль. Нашел ли он ответ? — Народ. - он отвечает. - Многие из моих имен — от смертных или других Богов вокруг меня. Пусть это будет Бог Войны или Бог Контрактов. Это имеет смысл. Многие из ее титулов были дарованы людьми миров, которые она посещала. Хотя она и Итер договорились о различных псевдонимах, чтобы скрыть свое истинное имя. По каким причинам, она не знает. Хм, тогда не будет ли "Чжун Ли" псевдонимом? — А как насчет Моракса или Рекса Ляписа? - Люмин смотрит на него с любопытством, внимательно наблюдая за спокойствием его глаз. - Это твое настоящее имя, верно? Он моргает, кажется, не зная, что ответить. Люмин пожимает плечами, ей придется продевать нитку немного медленнее. — Моракс, Рекс Ляпис, Чжун Ли … У вас много имен, и я не удивлюсь, если в какой-то момент у вас возникнет кризис личности, как и у меня. Это должно было быть шуткой, но, возможно, он не оценил таких самоуничтожительных шуток. Она честно шутила, она не была уверена, что у нее тоже был кризис личности. — Я никогда не думал об этом таким образом, - рассеянно комментирует Чжун Ли, глядя на желтые огни Ли Юэ. - Я просто тот, кто я есть, независимо от моего имени. Как странно. Имя определяет, кто вы, возможно, нет, но это большая часть того, кто вы. — У тебя есть любимое имя? На этот раз их глаза встретились. Пытливые янтарные глаза на простые золотистые. Он что, пытается ее прочесть? Чтобы понять ее намерения? Что бы он ни искал в ее глазах, Люмин уверена, что он не нашел ничего, кроме невинного любопытства. Она просто хотела знать. Возможно, она хотела успокоить свои эпизоды уплывания. Он отворачивается, возможно, ее простого любопытства ему было достаточно. — Любимое имя, это интригующий вопрос. - он напевает, положив руку на подбородок. - Как можно определить, что они предпочитают одно имя другому? Что измеряет чье-то излюбленное чувство нежности по отношению к имени, которым они названы? Хорошо сказано. Люмин успокаивает бешеный стук своего сердца. — Хороший вопрос. - она напевает. - ...Я догадываюсь, как они счастливы, когда их называют этим именем. Может быть, ей следовало придумать что-то более умное, чтобы сказать. Чжун Ли смотрит на нее, чтобы уточнить. Она мысленно возвращается в прошлое, совсем недавно (или, может быть, сотни лет назад), когда она еще путешествовала вместе со своим братом. — Что касается меня, то я люблю имя "Люмин" больше всех других имен, которые у меня есть - она слегка улыбается. - Меня раньше называли Богиней Звезд ... Хотя мне нравится вспоминать этот титул как имя моей матери. Спасительница, героиня… Меня так тоже называли. Она благодарна Чжун Ли за то, что он хороший слушатель. Он терпеливо ждет, пока она соберется с мыслями. Если бы только … — У меня даже были разные псевдонимы, такие как Хотару или Ин. Итер говорит, что это для предосторожности или что-то в этом роде. - она смеется, вспоминая выходки брата. - Возможно, были и другие имена... Но, кажется, я о них уже забыла Она задается вопросом, был ли Чжун Ли таким же — конечно, он был. Она понимает это лучше, чем кто-либо другой. (Возможно, они понимали друг друга лучше, чем кто-либо другой). — Но меня зовут Люмин. - она поворачивается к нему с искренней улыбкой на губах. - Это имя дала мне моя мать. Так они с братом называли меня. Люди, которые мне дороги, счастье, которое я принимаю как должное, когда они называют мое имя... - она прикусывает язык; она не собирается плакать. - Чтобы тебя называли по имени… В этом есть что-то драгоценное. Когда Люмин впервые очнулась в Тейвате, она подумывала о том, чтобы использовать другое имя. По какой-то причине ее сердце отвергло это. Может быть, она боялась, что, если никто не произнесет ее имени, оно будет забыто. Ее мать забыла свое собственное имя, и не было бы ничего удивительного, если бы Люмин тоже забыла. Она задается вопросом, был ли кто-то рядом с Итером, зовущим его по имени. Она не хотела, чтобы он забыл. Ни его собственного имени, ни ее. Воцаряется тишина, и Люмин внезапно осознает, что Чжун Ли все еще ждет ее. Она быстро поворачивается к нему с извиняющимся выражением лица. — Простите, я слишком много болтала, не так ли? - она неловко смеется. Вот оно снова. Сияние Кор Ляписа, его янтарные глаза кажутся далекими. Она знает, что смотрит в прошлое, но куда он уходит в прошлое? Возможно, к полю глазированных лилий, к виду заходящего солнца. Прах к праху, пепел к пеплу. Воспоминания, которые никогда не вернутся. Полная луна, Люмин ерзает. После того, как она озвучила свои обременительные мысли, ее разум прояснился. Теперь она поняла, как глупо себя ведет. Этот человек должен иметь терпение святого, чтобы слушать ее пустую болтовню. Прежде чем она успела сказать еще хоть слово, Чжун Ли посмотрел на нее; глаза уже не были такими далекими. Она и только она. — Нет - твердо говорит Чжун Ли. - Я понимаю. Сердце Люмин екнуло. — А ты знаешь? — Да, - он пристально смотрит на нее. - Люмин. О. Ее лицо краснеет. Странно слышать, как он зовет ее по имени, особенно учитывая, как эмоционально она говорила о том, как дорого это имя значило для нее всего несколько секунд назад. Он что, дразнит ее? Нет, она знает его лучше. Утешает ее? Или, может быть, он просто хотел произнести ее имя? Люмин не уверена, но быстрый ритм ее сердца, кажется, заставляет все ее тело чувствовать жар. "Боже, из-за мелочи так взъелась" Блеск его глаз, кажется, слегка изменился, заметил ли он ее раскрасневшееся лицо? Люмин отворачивается, она не может смотреть на него прямо сейчас. Только не так. Они сидят молча. Если бы только Паймон была здесь, или кто-нибудь еще. Эта ситуация слишком тяжела для нее. Она не знала, как себя вести. — Чжун Ли. С глухим стуком Люмин осторожно поворачивается к нему. — Это мое любимое имя. - уточняет он ровным голосом. - Мне кажется, я счастливее всего, когда люди называют меня так. - На секунду она ловит на себе его взгляд. - Это имя, которым меня называли дорогие мне люди. — Разве это не ваше менее известное имя? - спрашивает Люмин, желая развеять эту странную атмосферу. - Тебя чаще называли Мораксом или Рексом Ляписом. "Чжун Ли" может быть... немного сложнее запомнить. Чжун Ли смотрит на нее своими неподвижными янтарными глазами. — Помнить способен не каждый. Это то, что он должен сказать. Она чувствует, как в голове пульсирует мимолетная боль. Если бы это был ее брат, она бы держала его за руку. Но это не так. Он ей не знаком. Она не знала его больше тысячи лет. Он не ее семья. Но возможно... Ее рука на дюйм приблизилась к его руке, их мизинцы соприкоснулись. — Но я запомню. Они пристально смотрят друг на друга, мягкое свечение янтаря встречается со светящимся оттенком золота. — Твое имя. - она улыбается ему. - Чжун Ли. Его янтарные глаза блестят, и она еле находит едва уловимую перемену. Вокруг них летали светлячки, а звезды над ними были такими далекими. Люмин чувствует, как дрожит земля, или, возможно, это был эффект ее бешено бьющегося сердца. — Помнить — это тяжкое бремя. - Чжун Ли говорит медленно, убирая руку. Люмин смущенно отводит взгляд, океанский бриз обдувает ее лицо. — Я понесу это бремя. Почему она так себя ведет? Глупый Чайльд — это он во всем виноват. В глубине души она знает, что это не так. Действительно. Она уже не уверена. Чжун Ли встает и протягивает ей руку. — Уже поздно. Давайте вернемся и немного отдохнем. — Да. Завтра у меня будет напряженный день. - она принимает его руку. Люмин не забудет его имени. Имя, которое принадлежит кому-то дорогому ей. Она не забудет. Она обещает себе, что не забудет. Чжун Ли соответствует критериям того типа людей, которые ей нравятся. Нет, это действительно не так. Действительно.