Твое имя, увековеченное в золотой раме

Капитан Бэй Доу объявила официальный маршрут их экспедиции. Во-первых, они задержатся вокруг Гу Юня (ужас был очевиден на лицах ее людей), поскольку ходят слухи о том, что там замечены многие богатые запасы руды, прежде чем они официально отправятся на отмель Яогуан. Бэй Доу сказала, что такие сражения должны быть предотвращены, к большому облегчению Чжун Ли. Тем не менее, то, что смертные определяют как битвы, отличается от того, что Архонт воспринимает как битву. — Ч-Чжун Ли ... тебе не стоило было колоть его с такой силой! — Прошу прощения. Я просто хотел обеспечить безопасность всем от этих существ, Люмин. Ты должна понять, что такая сила необходима. — Э ... Это просто осьминог … — Они не просто осьминоги. Такие ужасные существа должны быть уничтожены... — А-а-а! Господин Чжун Ли! Что вы делаете с нашим обедом?! Истерика Сян Лин приводит Гео Архонта в недоумение. Смертные никогда не перестанут быть для него странными. Чжун Ли не может понять, как это липкое, скользкое, отвратительное создание — может вызвать аппетит. — Я уверен, что он все еще съедобен. — Люмин, он проткнул этого несчастного осьминога своей секирой! - Сян Лин смотрит на свою светловолосую подругу. - Он вонзил нож так, словно находился в самом разгаре чертовой войны со своим злейшим врагом! Она не ошибается, но и не права. Хотя этот "осьминог" - подобие тех существ, с которыми он сражался в прошлом, они не что иное, как их миниатюрные версии. Они совсем безобидные, за исключением их отвратительных черных чернил — Ладно, давай не будем слишком горячиться. - Люмин делает шаг вперед, мягко отталкивая руку Чжун Ли, которая защищала ее (от крошечного осьминога). - У нас все еще есть много материалов для приготовления пищи, верно? Морякам удалось наловить там много морепродуктов. — Да, но все равно стыдно тратить впустую то, что могло бы быть едой, - Сян Лин скрещивает руки на груди. - То, что один из матросов случайно бросил сюда осьминога, еще не значит, что его можно заколоть. Чжун Ли хотел возразить; этот осьминог в основном бросился на них, но предпочел промолчать, потому что боялся обидеть Сян Лин. В конце концов, люди чувствительны. Хотя, одна вещь, которую он узнал от Люмин и других смертных вокруг него, лучшим ответом на эту ситуацию было бы … — Прошу прощения. - коротко говорит Чжун Ли, хотя его хватка на древке еще не ослабла. - Этого больше не повторится. Он не может давать никаких обещаний. Особенно когда дело касалось этих отвратительных морских тварей. Сян Лин наблюдает за мужчиной глазами, ищущими правду, Люмин тихо вздыхает и кладет руку на лоб. В конце концов Сян Лин смягчается. — Очень надеюсь на это. Даже если ты не любишь морепродукты до такой степени, что Люмин умоляла нас запастись материалами, не относящимися к морепродуктам, я ожидаю, что ты будешь уважать морепродукты, которые мы вылавливаем, хорошо? Люмин издает что-то похожее на взволнованный визг, говоря тихое "это должно было быть секретом" своей подруге. Чжун Ли делает вид, будто ничего такого не услышал, и согласно кивает. Он постарается быть вежливым с этими скользкими тварями. Обычная веселая улыбка Сян Лин в конце концов возвращается к его согласию. Она похлопывает Люмин по плечу и уходит на кухню корабля. Оставшись наедине с Люмин, Чжун Ли на мгновение задерживается, чтобы рассмотреть ее красное лицо. Он не мог понять, что заставило ее покраснеть — гнев или смущение. Он даже не уверен, стоит ли расспрашивать ее о том, что она думала о нем и приняла решение запастись материалом, не относящимся к морепродуктам для него. — Т-тебе надо переодеться, - внезапно говорит Люмин, изо всех сил стараясь не выглядеть неловко. - У тебя черные чернила на брюках и куртке ... - она замолкает. Он догадывается, что она чувствовала себя виноватой в том, что он героически (или драматически) защитил ее от этого летающего осьминога. — Все в порядке. - твердо говорит Чжун Ли. - Было бы еще хуже, если бы это испортило твое белое платье. — Хм. - Люмин улыбается. - Это да. Но к счастью, они чисты. Тишина. Они молча смотрят друг на друга, и Чжун Ли не понимает, почему ему не приходит в голову ни слова, хотя он что-то хотел сказать, но все слова забылись как прах. — Господин Чжун Ли! Женский и мягкий голос зовет его по имени, Чжун Ли не замечает, как лицо Люмин искажается раздражением. Теперь перед ним стоит Инь Син, хирург и медсестра флота Крукса. Она смотрит на него со звездами в глазах, отличающимися от тех, что сияют в глазах Люмин. — Мне сказали, что вы ранены. Чернила осьминога опасны! Мы должны немедленно вылечить вас. "Звучит, как детский лепет" - думает Люмин, слегка нахмурив брови. — Это только испортило мою одежду... — Чернила могли просочиться сквозь одежду на кожу! - настойчиво говорит Инь Син. - Пожалуйста, позвольте мне иметь честь осмотреть вас! Во-первых, почему и во-вторых — честь кому? Раздражение Люмин растет еще больше, хотя Чжун Ли был занят мыслями об отвратительных черных чернилах, которые выделял осьминог, чтобы даже заметить выражение ее лица. — Вы правы. - медленно протягивает Чжун Ли. — О, господин Чжун Ли! К ним приближается еще один женский голос. Глаз Люмин дергается, но Чжун Ли снова не замечает этого. Мора-Граббер, бухгалтер флота Крукса, приближается к ним с каким-то нервным и раскрасневшимся лицом. — Я ... если вы не заняты, не могли бы вы уделить мне минутку, чтобы помочь с бухгалтерией? - нервно спрашивает она, как будто нарушила законы этой самой страны. Инь Син хмурится. — Разве ты не видишь, что он ранен?! — Ранен? Я думаю, ты просто хочешь привлечь его внимание. — Что?! Как ты могла?!... Больше Люмин ничего и не желает слушать. С каждой секундой Чжун Ли все больше запутывается. Когда он поворачивается к Люмин, она просто тихо говорит " извините" и отступает к Бэй Доу

***

— У кого-то плохое настроение. Люмин не нужно отводить взгляд от текущего эскиза, который она рисует, чтобы знать, что это Бэй Доу. Сморщив лицо, Люмин смотрит на набросок корабля, который она делает. Раскачивание лодки затрудняло проведение идеальных линий. Бэй Доу садится рядом с ней на корабельной сторожевой башне, и две женщины сидят молча. В конце концов, Бэй Доу говорит: — Это имеет отношение к тому консультанту, чье внимание было полностью монополизировано почти всеми на этом корабле? Люмин съеживается, карандаш в ее руке почти ломается. — Может быть, - фыркает Люмин. Бейду ухмыляется и протягивает : — Ревнуешь? — Раздражена. Капитанша от души рассмеялась, и Люмин обнаружила, что откладывает альбом. — Я бы тоже разозлилась, если бы разговаривала с кем-нибудь, а Инь Син или Мора-Граббер отвлекли бы их внимание, спросив, можно ли кормить их, как ребенка. - говорит Бэй Доу. Блондинка могла только вздохнуть в ответ, мысленно прокручивая то, что именно вызвало у нее плохое настроение. В течение всего дня к нему подходили все члены экипажа. Пусть это будет кузнец, который ищет совет о лучших усовершенствованиях для изготовления оружия, моряки, которые также хотят совета по парусному спорту, или даже те женщины, которые явно намеревались флиртовать с ним! Пытаться накормить его под предлогом "этот осьминог мог парализовать твою руку". Она закрывает глаза и вздыхает. Ей не нужно об этом думать. — Учитывая, что все твои попытки поговорить с ним были пресечены каждым человеком на этом корабле, я понимаю, почему ты так злишься. - говорит Бэй Доу с улыбкой. Люмин хмурится. — Мне не нравится быть лишней. С высоты сторожевой башни Люмин видит Сян Лин и Паймон, которые весело беседовали на кухне, а матросы двигались и по очереди поворачивали штурвал. Они почти у Гу Юня, послеполуденное небо медленно становится оранжевым. — Все в порядке. Быть лишней — это часть человеческого бытия, я полагаю. - Бэй Доу вздыхает, глядя на облака над головой. - Позволь себе почувствовать твои эмоции, Люмин. Нет смысла ворчать по этому поводу и держать это при себе. Люмин делает паузу, ее золотистые глаза смотрят на фигуру Бэй Доу. Человек, да? Люмин чуть не смеется. Может быть, ей нужен был этот тревожный звонок. И она напомнила то, что она, по сути, не человек даже. Раздражение? Да. Ревность? Она не хочет думать об этом. — Если я почувствую все свои чувства, думаю, они меня поглотят, - признается Люмин, вытаскивая из инвентаря свою золотую оправу. На ее лице заиграла легкая улыбка. - Это последнее, чего хотел бы мой брат. Он всегда ненавидел, когда я была слишком эмоциональной. Глаза Бэй Доу сужаются. Она нежно похлопывает Люмин по плечу, напоминая ей, что она всегда рядом. — Эта золотая рамка — подарок твоего брата? - спрашивает Бэй Доу. Люмин качает головой. — От моей матери. Хотя, глядя на него, я вспоминаю их обоих. — Ты, должно быть, очень скучаешь по ним, не так ли? Она хотела ответить "да", но почему-то не находила слов. Она тупо смотрит на золотую рамку, и каким-то образом ее мысли уносятся в ту ночь, когда они с Чжун Ли говорили о своих именах, в то утро, когда он заключил ее в свои объятия. — Не волнуйся! Бэй Доу хлопает ее по спине, отчего Люмин кашляет. Брюнетка начинает громко от души смеяться и обнимает ее рукой, давая ей очень похожее на Бэй Доу боковое объятие. — Я найду способ переправить тебя в Инадзуму. Не теряй надежды, Люмин. Ты еще найдешь своего брата. Это тепло, оно отличается от того тепла, которое Люмин чувствовала с Чжун Ли. Она напоминает ей о брате и, возможно, о матери. Как странно. — Спасибо, Бэй Доу. - Люмин наклоняется в сторону, обнимая ее. - Ты лучший капитан пиратов на свете. Я обязательно расскажу леди Нин Гуан, какая ты потрясающая, когда увижу ее в следующий раз. Услышав это, Бэй Доу снова рассмеялась. — Ты когда-нибудь перестанешь быть ведомой в наших отношениях? — Никогда! Вы оба заслуживаете счастья. Бэй Доу качает головой и вздыхает. — Ты тоже этого заслуживаешь, Люмин. Не забывай об этом. - капитанша взъерошивает ее волосы. Люмин задается вопросом, знает ли она это. Она медленно кивает, оборачиваясь, чтобы увидеть, что Гу Юнь находится всего в нескольких шагах. Бэй Доу приглашает ее спуститься со сторожевой башни, и Люмин соглашается. Она готовит свой планер и прыгает. Спускаясь, она замечает пару янтарных глаз, смотрящих на нее. Золото встречается с янтарным, Люмин видит странный взгляд в глазах Чжун Ли — пристально смотрящих на нее. Он наблюдал за ней все это время? С мягким стуком она грациозно приземляется перед ним. Чжун Ли смотрит на нее, его неподвижные янтарные глаза непроницаемы. Люмин каким-то образом чувствует, как в ней закипает раздражение, хотя прекрасно знает, что случившееся раньше не было его виной. — В чем дело? - спрашивает Люмин, стараясь говорить ровным тоном. Чжун Ли моргает. — Ничего. - просто отвечает он. Его голос кажется задумчивым. — Знаешь, в большинстве миров, которые я посещала, люди всегда стараюлись поделиться своими тревогами друг с другом. - она скрещивает руки на груди. - Я вижу, что тебя что-то беспокоит. Хочешь поговорить об этом? Он смотрит так, словно хочет возразить, но воздерживается. Вместо этого он впадает в задумчивое состояние, размышляя, стоит ли ему говорить с ней о своих тревогах или нет. — Вы, кажется, близки с капитаном Бэй Доу - ровным голосом говорит Чжун Ли. — Да. - она отвечает с той же ровностью. Чжун Ли отводит взгляд. — Похоже, тебе нравится ее общество. Вы вдвоем хорошо проводите время на сторожевой башне. — Да?... - теперь она больше смущена. - Бэй Доу — хорошая подруга. Я рада, что смогла с ней познакомиться. - Люмин ловит себя на том, что улыбается. Чжун Ли не отвечает, и Люмин, пользуясь случаем, внимательно наблюдает за выражением его лица. Для тех, кто не привык читать неподвижную скалу, они предположили бы, что Чжун Ли выглядит невозмутимым и со слишком безразличным взглядом. Но умение Люмин читать выражение его лица улучшилось за последние месяцы. Тоска... Нет. Это было что-то другое. — Слушайте все! - раздался громовой голос Бэй Доу. - Мы собираемся сделать остановку в Гу Юне, чтобы собрать материалы и поохотиться на драгоценные артефакты рядом с владениями Гу Юна! Были замечены Маги Бездны и хиличурлы! Идите на свои посты и готовьтесь к бою! — Ну что, пойдем? - Люмин поворачивается к нему с предвкушающей, задорной улыбкой. Чжун Ли согласно кивает. Они вдвоем направляются к своим местам, Люмин ловит себя на том, что отталкивает все мысли, которые у нее были раньше. Она рада, что Чжун Ли, Гео-Архонт жестокий Бог Моракс и невозмутимый мужчина — начинает соприкасаться с человечностью. Это то, чего она хотела с самого начала их знакомства. Пробудить его чувства, стереть всю ту невозмутимость с его лица и тяжесть в глазах. Но...Может ли Чжун Ли ревновать к ее близости с Бэй Доу?

***

Прибыв в Гу Юнь, Люмин и Чжун Ли отправились со своим подразделением собирать материалы. Чжун Ли поручили работать вместе с кузнецом и другими моряками над добытием руды. Бэй Доу сказала ей, что это потому, что его Гео способности полезны для добычи полезных ископаемых, и, честно говоря, Люмин была с этим полностью согласна. Домен Гу Юнь является домом для печально известного архаичного набора артефактов Петры. Говорят, только самые удачливые смогут найти эти древние артефакты, которые, как говорят, когда-то принадлежали самому Владыке Гео, Мораксу. К счастью для всей команды, и особенно для Моры-Граббера, которая чуть не упала в обморок от радости, они смогли откопать различные архаичные артефакты Петры — высоко оцененные пятизвездочные артефакты. — Нам действительно повезло, не так ли? - Сян Лин свистит. - Продажа этих артефактов может принести нам миллионы! — Если мы сумеем правильно их использовать. - говорит Бэй Доу. - К счастью, за нас говорит господин Чжун Ли. Я уверена, что он сможет бороться за наше дело! — Ты не должна рассчитывать на него в вопросах, связанных с морой. - Паймон вздыхает. - Паймон и Люмин на собственном опыте убедились, как плохо он понимает мору! — Так плохо, да? Они все смеются, Люмин смотрит на пыльную маску в своих руках. Базальтовая маска одиночества, по крайней мере, так сказала Мора-Граббер. Интересно, знает ли Чжун Ли его историю? — Я слышала, что господин консультант отправился на вершину Гу Юня. - Бэй Доу толкает Люмин локтем и смотрит на нее. - Ты должна пойти и сопровождать его. Мы не уедем до заката, так что не стесняйтесь болтаться так долго, как вам захочется. Люмин обдумывает это, маска в ее руке побуждает ее пойти ему навстречу. — Паймон будет сопровождать тебя... — Хе-хе, ты пойдешь с нами, Паймон! - говорит Сян Лин. - До встречи, Люмин! Получайте удовольствие! Над морем скал Люмин находит одинокого Чжун Ли, наблюдающего за морем облаков с вершины Гу Юня. Это было точно так же, как в тот раз — после того, как он бросил останки Соляного Бога в море — после того, как они вдвоем согласились подписать контракт под именем Люмин и Чжун Ли. Это как-то поэтично, когда они были здесь в последний раз, они были свидетелями восхода солнца, и теперь они будут свидетелями заката в том же самом месте. Может быть, чувства Люмин были просто беспорядком. Она задается вопросом, почему вид одинокой фигуры Чжун Ли вызвал у нее боль в сердце. Люмин не уверена, нервничает она или чувствует что-то еще. Он знает ее присутствие, янтарные глаза поворачиваются к ней. Люмин отшатывается, заставляя себя улыбнуться. — Могу я присоединиться к тебе? - спрашивает она. — Конечно. Она встает рядом с ним и раскрывает ладонь, чтобы показать ему древний артефакт, который они нашли. Чжун Ли смотрит на него, и его глаза становятся далекими. Она знает это состояние. Эти янтарные глаза, которых больше нет в данный момент. Глядя на время, в которое они никогда не смогут вернуться. — Говорят, эту маску называют мазальтовой маской одиночества. - начинает Люмин. - Говорят, Рекс Ляпис носил его во время войн Архонтов. Если ты не возражаешь ... не мог бы ты рассказать мне об этом подробнее? Он смотрит на нее, янтарные глаза Чжун Ли больше не такие отстраненные, далекие. Он смотрит на нее с мягкостью и очень мудро, как дедушка, который собирается рассказать занимательную историю. — Торжественная маска, вырезанная из базальта. Его пустые глазницы смотрят вперед бесстрастно и холодно. - он берет маску из ее рук, их пальцы соприкасаются. - Во время войн Архонтов Рекс Ляпис столкнулся с беспредельной резней. Никогда нельзя было приписать ему мягкость. Он говорит это с улыбкой, будто эти времена были очень хорошими. — Он не проявит милосердия даже к друзьям, ставшим врагами. Его каменно-холодное выражение лица ни разу не изменилось за всю эту легендарную эпоху, - Чжун Ли закрывает глаза. - Только когда пыль осела, он сложил свое неподвижное лицо, - меланхоличная улыбка, далекая и далекая. - Это было необходимо. Чтобы выполнить контракт. Еще один тревожный звонок. Люмин легко забыть, насколько они разные на самом деле. Они оба прожили долгую жизнь, но Чжун Ли пришлось нести тяжелое бремя. Тысячи лет, наблюдая за землей, которую он поклялся защищать. Люмин кладет свою руку поверх его, касаясь края древней маски, которая все еще кажется такой же красивой, как и тысячи лет назад. — Рекс Ляпис столько всего принес в жертву и вытерпел. - тихо говорит Люмин. - Я счастлива, что он наконец может отдохнуть. Чжун Ли напрягается. Люмин не уверена, из-за ее слов или из-за ощущения своих маленьких рук над его. — Отдыхай. Даже сейчас я уверен, что он все еще не спит. - он усмехается. — Неугомонный, да? - Люмин отдергивает руку, глядя на море. - Прости. Ведь это я виновата, не так ли? Шум моря, дует мягкий ветер. Небо начинает приобретать знакомый оранжевый оттенок, он напоминает ей о всех вечерних прогулках, которые они с Чжун Ли совершали в гавани. Как странно. Это вызывает ностальгию. Она сама не знает почему. — В чем виновата? - растерянно смотрит на нее Чжун Ли. - Ты ничего не сделала. — Не лги мне, - Люмин смотрит на него серьезно. — Причина, по которой ты так странно смотрел на меня раньше, заключается в том, что ты ... - она не хотела этого говорить - ... Раздражен, верно? Потому что я проводил больше времени с Бэй Доу, чем с тобой. Боги, она произнесла это так, словно разговаривала с ребенком. Люмин надеется, что он не обидится. К счастью, Чжун Ли выглядит скорее озадаченным, чем обиженным. — Раздражение. Так вот как называется эта эмоция? - Чжун Ли закрывает глаза. - Это было похоже ... на что-то другое. Сердце Люмин едва не замирает. — Что-то еще? — Что-нибудь по сильнее - его янтарные глаза смотрят на нее, ища ответа. - Что-то, чего я не должен был чувствовать. На этот раз она уверена, что ее сердце пропустило удар. Что это должно было означать? Люмин быстро отводит взгляд. Чжун Ли замечает перемену в атмосфере и делает шаг назад. Между ними повисает неловкое молчание, Люмин прикладывает руку к сердцу, чтобы почувствовать, как учащенно бьется сердце. — Если тебе от этого станет легче... - Люмин сглатывает. - Я тоже ... почувствовала раздражение. Раздражение. Конечно. Давайте назовем это так. Она вырывает маску из его рук, он позволяет ей взять ее без особого сопротивления. Люмин осторожно надевает базальтовую маску, надеясь, что это помешает ему прочесть ее истинные чувства. Ее истинные чувства. Что это вообще такое? — Как я выгляжу? - спрашивает Люмин с неловкой улыбкой на губах. Легкая улыбка украшает его губы. — Пугающе. — Ты что, дразнишь меня? - она улавливает веселье в его тоне. — Возможно. Они успокаиваются, когда оранжевые оттенки начинают доминировать в небе. Шелест деревьев, отдаленный шум волн, бьющихся о берег. Люмин ерзает — сама не зная, почему. Это не похоже на то, что она совершает грех — или, может быть, это потому, что она собирается исповедаться в своих грехах Богу? Эта маска не помогает. Она ничего не может скрыть. — Все завладели твоим вниманием. - Люмин съеживается от того, что она говорит, как хнычущий ребенок. - Я даже не могла ... поговорить с тобой. Так что, наверное, я была слегка раздражена. — Хм... Мне показалось, что ты избегаешь меня. Я подумал, ты предпочитаешь присутствие капитана Бэй Доу больше, чем мое. Ее сердце снова чуть не заколотилось. По тому, как Чжун Ли говорил, было ясно, что он определенно ревнует. Как надутый ребенок, на которого не обращают внимания. Как будто... — Ах да? Ты выглядел так, как будто вам больше нравилось присутствие Инь Мин или Мора-Граббера. - фыркает она. Чжунли хмурится. — Но это не так... — Они были повсюду вокруг тебя. Как и ожидалось. В конце концов, твоего невероятно красивого лица достаточно, чтобы заставить любого влюбиться в тебя. Пауза. Тишина. Чжун Ли моргает, Люмин моргает. Они молча смотрят друг на друга, и глаза Люмин тут же расширяются. Ее лицо тут же краснеет, сердце колотится так, что она готова умереть от остановки сердца. Неужели она только что... — Ты считаешь меня красивым? Она сделала это! О звезды наверху — Итер, мать — Люмин даже представить себе не могла выражение разочарования на их лицах, если бы они узнали, какой глупой и рассеянной она стала! Люмин молится, чтобы маска смогла скрыть покраснение ее лица, потому что она действительно не знает, как справиться с этой ситуацией. Повернувшись к Чжун Ли, она с удивлением увидела на его лице почти невинное, детское любопытство. Кажется, он чего-то ждет, ждет ее ответа. Это невозможно. Как она собирается выбраться отсюда живой? Люмин сглатывает. Слишком поздно сожалеть. — А кто бы так не считал? - отвечает Люмин, застенчиво отводя взгляд. Выражение его лица говорит, что он не удовлетворен ее ответом. — Красота в глазах смотрящего. - он на дюйм приближается к ней, янтарные глаза светятся чем-то, в чем она не уверена. Он заманивает ее в ловушку. Люмин нужно выбраться отсюда победительницей. Она смотрит на него в упор. — Твои пронзительные янтарные глаза делают твои чары трудно оспариваемыми. - легкая улыбка украшает ее губы. - Даже эта базальтовая маска не может скрыть столь неоспоримого очарования. Глаза Чжун Ли снова расширяются, губы приоткрываются. Хорошо. Она не позволит ему взять ситуацию под контроль. — Ты не ответила на мой вопрос, Люмин. - он кладет свою руку в перчатке поверх ее. — Думаю, что да, - Люмин понимает, насколько они близки. - По крайней мере, косвенно. — Ты считаешь меня красивым? - спрашивает он еще раз. Люмин смеется. — Конечно, да - легко говорит она, наклоняясь ближе к нему. - Не думаю, что когда-либо встречала кого-то столь же красивого, как ты. Возможно, это из-за заката, а может быть, из-за взгляда Чжун Ли она почувствовала себя вынужденной признаться. Эта маска, которую она носит, которую носил Рекс Ляпис тысячи лет назад, возможно, дала ей прилив уверенности. Его рука над ее, их лица на дюйм ближе и ближе. Чжун Ли останавливается, Люмин делает то же самое. Они смотрят друг на друга, солнце медленно садится. Непроницаемые янтарные глаза смотрят на неподвижное золото. Люмин начинает действовать первой, отстраняясь и снимая маску. Она встает с небрежной улыбкой на губах. — Самое время вернуться на корабль. Чжун Ли кивает — Да. Давайте вернемся. Они шли молча, и Люмин чувствовала только глухое биение сердца. Ей показалось, или он собирался поцеловать ее? Хотела ли она, чтобы он поцеловал ее?

***

На следующий день они прибывают на отмель Яогуан. Флот разгромил гвардейцев руин, охранявших роскошный сундук с сокровищами, и двинулся, сея хаос, к лагерям хиличурлов, преграждавшим им путь. Похоже, полоса везения экипажа не закончилась вчера. Ночной нефрит мерцает великолепием, прекрасный Кор Ляпис сияет цветом глаз Чжун Ли. Мало того, им удалось откопать более древние артефакты, такие как кусок Аэросидерита и Божественное тело из Гу Юна. Бэй Доу была в восторге, команда была готова к праздничной вечеринке. Что и следовательно, происходит сейчас. — Ну же, Джуза! Все еще не можешь победить своего капитана, да?! — Агх … вы просто ... слишком безумны, капитан! Это были последние слова старшего помощника, прежде чем он рухнул от чрезмерного употребления алкоголя — по крайней мере, по нормальным человеческим стандартам. В которую не попадают ни Люмин, ни Бэй Доу. — Безумная? Ха-ха! Хорошо! - Бэй Доу издает смешок, ее щеки раскраснелись от алкоголя. - Кто-нибудь еще осмелится бросить мне вызов в соревновании по выпивке?! — Никто не сможет победить вас, капитан! - Говорит один из матросов, невнятность в его голосе указывает на его душевное состояние. — Ха! - Бэй Доу фыркает, допивая шестую бутылку. - Люми-ин! Иди сюда! Люмин, которая была занята уходом за пьяной Сян Лин, сердито смотрит на женщину. Сян Лин всегда был легковесной. Отсутствие у нее опыта в выпивке тоже не помогало. Но предоставьте щебечущему шеф-повару напиться самой, потому что " почему бы и нет!’ - говорит она. — Разве ты не видишь, что я занята? - рявкает Люмин. - Я не собираюсь соревноваться с тобой в выпивке, когда Сян Лин собирается взорвать корабль своей стряпней! — Пфф. Твое воображение просто зашкаливает! - капитанша радостно смеется, должно быть, алкоголь уже подействовал. - Да брось ты! Ты здесь единственная, кто может сравниться с моей игрой в выпивку! Люмин помнит, как они с Бэй Доу практически выпили целую бочку во время их первой встречи. Возможно, тысячелетняя жизнь Люмин помогла ей выработать такую устойчивость к алкоголю. Но сейчас? Она действительно не в настроении. — Ох! Мисс Люмин и капитан! Это звучит ВЕЛИКОЛЕПНО! - восклицает Фуронг, который в этот момент явно пьян. — Реванш! Реванш! - кричит Сюй Люйши. - Уберите легкие напитки! — Легкие? - Люмин в этот момент была более чем раздражена. - Бэй Доу, только не говори мне, что ты купила... — О, черт возьми, да! - Бэй Доу бьет кулаком по воздуху с уверенной ухмылкой на губах. - Алкогольный эквивалент искушения адептов! Самый крепкий ликер, который вы найдете во всем Тейвате! - она громко смеется. - Говорят, даже адепты не сможет противостоять его силам! Сюй Люши достает бутылки. Бутылки?! — Ты купила целую коробку?! - Люмин даже не могла контролировать громкость своего голоса в этот момент. - Бэй Доу, ты с ума сошла?! — Поверь мне, я вне себя. - парирует Бэй Доу. - Да брось ты! Давайте выпьем это! Посмотрим, кто здесь лучше всех пьет! Да и вообще кто угодно! Давайте все побалуемся этим убийственным напитком адептов! Люмин делает "рука лицо" — как они вообще дошли до этого? Она благодарна, что маленький Юэ уже спит — она надеется, что он сможет продолжать спать, потому что если все пьяные на корабле будут травмировать маленького ребенка, то... Члены флота издают рев, подталкивая ее принять вызов Бэй Доу. Если быть до конца честной, то "самый крепкий ликер в Тейвате" действительно выглядит заманчиво. Но действительно ли разумно для нее пить алкоголь, когда ее разум все еще в беспорядке? — Могу я принять ваше предложение, капитан Бэй Доу? Глаза Люмин расширяются, весь корабль поворачивается к человеку, произнесшему эти слова. Чжун Ли, который еще не притронулся к стакану спиртного, смотрит на сцену своими неподвижными янтарными глазами. Ее желудок сжимается от беспокойства, что он делает? — Ха! Серьезно?! - Улыбка Бэй Доу становится шире. - Да, черт возьми! Пошли, господин консультант! Посмотрим, как ты справишься с алкоголем! — Что ты делаешь?! -кричит Люмин шепотом, хватая его за рукав. - Пожалуйста, не говори, что ты действительно собираешься это сделать. — Все в порядке. - отвечает Чжун Ли твердым голосом. - Алкоголь для меня ничто. Его бесстрастность — притворяться, будто ничего не произошло, носить невидимую базальтовую маску, чтобы скрыть свои эмоции. Если он собирается играть в эту игру, она будет играть по своим собственным правилам. — Передай мне бутылку! - спросила Люмин с яростным выражением на лице. - Я никому не проиграю. Вот тебе и рациональное мышление. Итер убьет ее, если когда-нибудь узнает, насколько сильно она отказалась от своего мозга в пользу своего нелепого сердца. Чжун Ли хмурится. — Люмин... — Тише. - губы Люмин изогнулись в игривой улыбке. - Посмотрим, кто выйдет победителем, господин Чжун Ли. Вечеринка перерастает в яростное пьяное соревнование между капитаном "Крукса", милым путешественником и таинственным консультантом. Ликуя и смеясь, Люмин позволяет себе почувствовать момент и этот крепкий алкоголь, который слишком крепок — даже для нее.

***

— Я удивлена, что ты все еще стоишь после этого. — То же самое можно сказать и о тебе, Люмин. Полная луна, ее ясное отражение на бескрайнем бескрайнем море. Волны бьются о корабль, он мягко раскачивается из стороны в сторону. После того, что казалось вечностью, аплодисменты флота в конце концов стихают. Один за другим они теряют сознание от алкоголя или от усталости. Чжун Ли и Люмин были единственными, кто остался, перенося отключившихся членов экипажа в каюту, где они должны были спать. — Я удивлена, что это так, - признается Люмин, растягивая ноющие мышцы. - Этот алкоголь оказался сильнее, чем я ожидала. - она садится рядом с ним. - Как ты себя чувствуешь? — Прекрасно. - отвечает Чжун Ли. - Давненько я не употреблял столько алкоголя. Это ... как-то странно. Его взгляд кажется далеким, но в то же время близким. Люмин бросает на него быстрый взгляд — пиджака на нем больше нет, рукава были закатаны. Несмотря на прохладный воздух, Люмин чувствует, как ее тело становится горячим. На этот раз от алкоголя, а не от стыда и смущения. — Похоже, тебе было весело. - Люмин говорит мягко, с легкой улыбкой на губах, когда она вспоминает его лицо во время соревнования по выпивке. - На твою улыбку было так приятно смотреть. Пауза. Люмин понимает всю тяжесть своих слов, но не может взять их обратно. Чжун Ли смотрит на нее, его неподвижные янтарные глаза пристально смотрят на нее. — Тебе не холодно? - его взгляд скользит по ее обнаженной шее. Она бессознательно дотрагивается до него. — Жарко. — Ты, должно быть, слишком много выпила. - его глаза сузились. Она замечает легкий румянец на его лице. — Может быть. — У тебя красное лицо. - комментирует Чжун Ли, наклоняясь ближе к ней. Она знает. Она также знает, насколько опасна эта ситуация. — Как и у тебя. - Люмин дразняще улыбается. - Бэй Доу сказала, что даже адепты не смогут противостоять силе этого алкоголя. Похоже, это правда. Она видит, как его неподвижные янтарные глаза двигаются в первый раз за сегодняшний вечер. Бабочки в ее животе разбегаются и улетают. — Не волнуйся. Ты не один. - Она подмигивает. Боги, она действительно потеряла всякий здравый смысл от всего этого. - Мы в этом деле квиты. — Ты хорошо пахнешь. Спонтанность его слов поражает ее. На мгновение Люмин очнулась от транса, осознав, в каком абсолютном беспорядке она находится. Чжун Ли показался ей хищником, готовым вцепиться в добычу когтями, и Люмин понравилось, как он грозно смотрит на нее. Ее лицо уже раскраснелось, терять больше нечего. Это плохо. Алкоголь снижает их контроль. Это более чем плохо. Но Люмин любит такие вещи. — Спасибо. - Люмин улыбается. - Это все благодаря духам, которые дала мне Гань Юй. Люмин уже была достаточно сумасшедшей, чтобы использовать его, прежде чем отправиться к нему. С таким же успехом можно пойти на все. — Гань Юй? — Что? Теперь ты тоже будешь ревновать ее? - поддразнивает Люмин. - Сначала ты завидуешь Бэй Доу, теперь Гань Юй. Кто следующий? Ты бы тоже завидовал, если бы я сказала, что собираю все эти звездочки для Чайльда? Глаза Чжун Ли темнеют. Ей это нравится. — Вы собирали их для него? - холодно спрашивает Чжун Ли. — Конечно. - легко отвечает Люмин. В его глазах мелькает едва заметная грусть. — Почему? — Потому что он дал мне понять, что у меня есть свой типаж. Она не может поверить, что все это происходит на самом деле. Он поднимает бровь. — Типаж? Мать, Итер, Боги и Небеса наверху. Прости ее за то, что она сейчас собирается сделать. — Спокойный, уравновешенный, сдержанный... - Люмин наклоняется к нему. - Знающий, скромный, и кто-то, кто плохо справляется с морой, потому что он идиот, который не привык быть человеком. Его янтарные глаза вспыхивают узнаванием, ее лицо пылает. Слишком жарко. Как и он. Его раскрасневшееся лицо. Его закатанные рукава. — Мне нравятся брюнеты с янтарными глазами. - алкоголя было слишком много. Слишком. - Высокие и красивые. — А если конкретно, - его голос низкий, их лица в нескольких дюймах друг от друга. - можешь сказать, о ком ты думаешь? — Да. Люмин никогда не верила в небеса, но она уверена, что это отправит ее в ад. — Ты. Ее толкают к холодной деревянной поверхности корабля — теплые губы захватывают ее собственные. Люмин издает стон, его губы горячие. Слишком жарко. Она чувствует, как он собственнически сжимает ее запястья, его рука сжимает золотой браслет, который он не так давно купил ей. У них сохранился вкус их ужина, алкоголя, который свободно циркулирует в их организме. Они все испортили, заставив его страстно целовать ее, как будто они любовники. Грубо. Его поцелуй груб. Тело Чжун Ли прижимается к ней. Осторожно, чтобы не раздавить ее, но достаточно, чтобы сказать ей, что он не собирается отпускать ее. Он прерывает их поцелуй, и Люмин в первый раз подвергается воздействию его эмоций. Его раскрасневшееся лицо, рваные выдохи... — Люмин, я... — Нет - обрывает его Люмин. - Снова. Чжун Ли выглядит противоречивым. — Заканчивай то, что начал, Чжун Ли. - выплевывает она, ее грудь вздымается. - Не смей убегать. — Убегать? - его хватка на ее запястье сжимается. — Опять. - ее золотистые глаза не отрываются от его янтарных глаз. - Поцелуй меня. — Нетерпеливая. Их губы встретились еще раз, на этот раз нежнее, чем прежде. Люмин не знает, что с этим делать, но ловит себя на том, что наслаждается мягкостью его губ. Он отпускает ее запястье, она обнимает его. Они расстаются, чтобы глотнуть воздуха, и целуются снова и снова. Его пальцы следуют за ней, жар, скапливающийся в ее животе, становится почти невыносимым. Ощущение его губ, его руки в перчатках на ее бедрах — давай же, Люмин, не об этом ли ты желала? Становится слишком жарко. Грохот. Глаза Люмин расширяются, Чжун Ли тут же отстраняется. Они оба застыли на месте, как будто само время остановилось. Она задыхается, все еще не веря, что столько что случилось. — Ой! Больно ... - послышался далекий голос — это был один из матросов. - Нужна ... вода… Шаги матроса затихают, как только бешеное сердце Люмин возвращается к нормальному ритму. Шум волн, неземное сияние луны. Чжун Ли садится, освобождая ее из клетки. Люмин следует его примеру, и последствия ее действий наконец-то оседают. Люмин быстро встает и уходит в женскую каюту. О, мать, Итер, Боги и Небеса над ними. Люмин только что поцеловала Бога. И ей это понравилось.