(Не) Сладко

      Это невозможно. Это просто не-воз-мож-но.       Со дня рождения близнецов прошло чуть больше недели — и всю эту неделю у Осаму болела голова.       Ацуму через день после вечеринки уехал на тренировки в лагерь молодёжной лиги. Его, как и множество молодых спортсменов, подвергали жестоким тренировкам и дотошным медицинским осмотрам. Они с братом практически не общались всё это время, что дико непривычно, но связующий, кажется, был на седьмом небе от счастья.       У старшего всё немного сложнее.       Немножечко. Совсем чуть-чуть.       Примерно на один дёргающийся глаз.       Документы. Целая куча документов, законов, правил, условий…       Конечно, он знал, что свой бизнес — это не просто, совсем не просто.       Но, честное слово, какого черта?       Ну, это же просто магазин. Он будет торговать онигири и подобной едой. Не оружием, не человеческими органами и даже не наркотиками. Просто едой. У государств какие-то проблемы с продуктами питания? Чем им не угодили огурцы? Ну нет у поставщика какой-то там справки. Это же просто огурцы!       О, боги, дайте ему сил. Сил, терпения и анальгина. Последнего можно побольше.       Только на изучение и попытки понять, где брать всё необходимое, уходили все силы. А вчера матушка заботливо напомнила сыну, что на бухгалтера средств у него сейчас не было, и все расчеты как минимум два месяца ему придётся вести самому. Даже книгу по бухгалтерскому учёту дала.       Это был контрольный в голову.       Вторник. 14 октября. 05:47.       Прекрасно.       Чем ещё можно заняться в такой день и такое время, как не изучением расположения куриных ферм на карте? А их ветеринарные справки и описание состава комбикорма, которым они кормят несчастных птиц? Ну чём не криминальное чтиво с неожиданными поворотами событий? В конце обязательно кто-то умрёт.       Этот «кто-то» будет Мия-старший.       Сквозь окно пробивались тёплые лучи солнца, и если бы свет не бил прямо в глаза, парень даже насладился бы моментом. В доме тихо. Родители ещё спали, а брата в комнате не было. Никого не было. Он и не думал, что так скоро начнёт скучать по бешеному Цуму.       Осаму уже присмотрел себе квартирку недалеко от озера, на берегу которого они с братом в детстве кидали мяч по вечерам. Красиво и с ностальгией.       Глаза слипались, тело ломило от неизменной уже несколько часов позы, в горле першило и сушило, в животе было пусто и оттого противно. Кофе, ему нужен кофе.       Шуметь кофе-машиной не хотелось. Родители проснутся и начнут читать лекции о необходимости своевременного сна. Поэтому Осаму решил пойти в кофейню, которая открывалась в 06:00, пытаясь скрасить участь работяг ароматным эспрессо и свежими круассанами.       Путь недолгий, как раз к открытию будет там.

***

      Ровно в 06:01 Мия прозвенел на всё кафе колокольчиками, которые подвесили у двери, дабы уследить за шустрыми покупателями. В небольшом зале было пусто. Странно. Неужели никто не ходил в кафе в шесть утра?       Ах, да, он ведь один был такой дебил.       Из-за прилавка вынорнула девушка с идеально уложенными волосами и идеальной порцией ненависти вперемешку с неким презрением в глазах, умело скрытыми за дежурной улыбкой. Видимо, она была чем-то занята, а Мия посмел втиснуться в рутину и нарушить привычный ритм дел. Неприятная особа. Как бы в кофе не плюнула. Или она была такая неприятная только утром по вторникам? Это новый сотрудник или как? Осаму видел её впервые. Не сказать, что он был постоянным клиентом данного заведения, но девушку бы точно запомнил.       Несмотря на скверное настроение, внешне она была очень даже привлекательна. Глаза красивые, ореховые, почти как у Цуму, только более холодные. Нос прямой, губы слегка пухлые, ресницы длинные, почти до бровей. Волосы чёрные как смоль. Очень похожа на персонажей из манги, только кожа была не бледная, а слегка загорелая. Худая такая, казалось бы, даже щуплая, но ему как спортсмену ясно, что на самом деле подтянутая, сушёная. — Здравствуйте. Чего желаете? — без запинки проговорила дежурную фразу девушка.       Так, чего же он желал?       Миллион долларов, нескончаемые запасы еды, голос, как у оперного певца, дом у моря, машину S-класса и собаку. Да, пожалуй, достаточно. Осаму ведь не наглый. Но для начала сойдёт и: — Кофе, пожалуйста. Раф с кленовым сиропом. И что-нибудь поесть. — Поняла, — кивнула девица и развернулась к огромной машине, извергающей энергию небольшими порциями.       Эх, дамочка, ничего вы не поняли. Как и он сам, если честно.       С помещением он определился. Место было хорошее, с солидной проходимостью и на удивление небольшой арендной платой. Даже думать не хотел, почему так дешево.       С оборудованием тоже проблем немного. Для кухни возьмёт всё новое. Благо, родители согласились занять ему сумму, гораздо превышающую ту, что он хотел изначально. Нужно поскорее вернуть им деньги. Они так давно мечтали съездить в кругосветное путешествие и полжизни на него откладывали. Мебель можно и не с магазина — главное, чтобы прилично выглядела. В родном районе съезжал один магазин, и ещё одно кафе закрылось на ремонт. Мебель они продавали буквально за копейки, но в хорошем состоянии.       Отлично, сегодня же позвонит и договорится о встрече. Если всё соответствует опис… — Прошу, раф с кленовым сиропом. Сахар и приборы на столах. Присаживайтесь, круассаны я принесу Вам сама. Их только привезли, ещё разгружают. Дайте мне пару минут. — Ага, — схватив стакан наугад, Мия двинулся в сторону высокой стойки.       Если всё соответствовало описанию, то как быть? Куда на время сгрузить столы, стулья и всё прочее? Он ещё не подписал договор аренды с тем мужчиной. Как его там звали? Джеро* или Джиро*. Ну и расплодились. Ладно, не важно. Что-нибудь придумает, когда прижмёт. Упускать такой лакомый кусок не стоило. Попросит придержать для него — и всю утварь точно продадут первому встречному. У них ведь тоже подпирали сроки. — Ауч!       Осаму решил, что сядет перед панорамными окнами, ещё когда проходил мимо них на улице. Он был человеком целеустремлённым и пёр как танк — напролом. Вот и сейчас чуть не снёс пару деревянных объектов. Этот стол думал, что сможет ему помешать? Ха, не сегодня.       Кофе опасно заплескался в незакрытом стакане, норовя плюнуть молочной пеной прямо на новый свитшот — но пронесло, и слава богам. Этого его хрупкое сердечко точно бы не выдержало, а ломаться и растирать сопли в кафе при симпатичной девушке — как лезвием по венам.       О чём это он? Точно, мебель.       Осаму без особого труда забрался на барный стул — ещё одно преимущество высокого роста, не считая небольших недостатков в виде синяков на макушке от низких дверных проёмов — и принялся меланхолично помешивать деревянной палочкой сахар — аж пять порций. Он любил сладкое. И кислое, и острое, и вообще все вкусы, которые способна иметь еда.       Мысли в его голове плавно текли, не давая и шанса на передышку. Хотя после свежего и холодного воздуха стало гораздо лучше. Он думал о работе, о мебели — чёрт бы её побрал — о родителях, о Суне, который звал его на какую-то вечеринку в субботу, о брате и о смысле бытия в целом.       Ему не терпелось съехать и начать жить самостоятельно. Вставать тогда, когда захочется, не гладить джинсы, которые и сами разгладятся, когда их наденешь, слушать ту музыку, которая нравилась ему, а не всем домочадцам. И собака, как же он хотел собаку. Бордер-колли. Самая умная порода собак, подстать ему. — Прошу, Ваши круассаны. Ещё горячие.       Официант-кассир-бармен-менеджер сняла с подноса тарелку с двумя пышными шоколадными круассанами. Парень не уточнил, какие ему были по душе, так что она взяла первые, что выгрузили на деревянных подносах, словно хлеб в пекарнях. — Молодой человек. — А? — Мия потерянно заморгал, пытаясь сконцентрироваться на обеспокоенном женском лице.       Сколько он так сидел? Давно она его звала? Кофе, вроде, не остыл. Неловко-то как. — Говорю, круассаны. Ещё горячие, — синяки под глазами, спина сгорблена, взгляд потерянный — она уже видела подобное. У этого человека явно что-то случилось, и навряд ли выпечка тут поможет. — У вас всё в порядке?       Порядок.       Всё ли у него в порядке? Осаму сомневался.       Бумаги готовы лишь на четверть, Ацуму говорил что-то о тянущих неприятных ощущениях в колене, которое он повредил ещё в детстве. Травма не слишком серьёзная, но неприятная и временами докучающая. В отцовской машине барахлил мотор, а страховка кончилась аккурат три дня назад. Голова до сих пор побаливала, несмотря на две таблетки обезболивающего. Есть хотелось, спать хотелось, трах…       Ясно, он в порядке. Мысли как наушники из кармана — один большой узел, который сам завязался — но, в принципе, Мия цельный. Нужно было заканчивать метаться из стороны в сторону с идеей в руках — как та белка с желудем в мультике — и наконец разложить всё по полочкам.       Кофе, потом домой, спать и вперед. — Да… да, просто голова болит. Слишком много мыслей, — попытался максимально естественно отпить кофе, виновато улыбаясь.       Ни капли кофе в рот не попало. Напиток готовили основательно, соблюдая стандарты, потому плотная молочная пена сиганула в желудочно-кишечное путешествие первой, оставляя добротные, но лёгкие следы на лице бывшего волейболиста. — Понимаю.       Этот парень был таким здоровым, коренастым, задумчивым и серьёзным. Ох, а эти белые усы. Если она сама ему скажет, будет очень неловко. Лучше сделать вид, что не заметила. Главное, не засмеяться. — Просите за вопрос. Вы спортсмен? Просто Вы такой высокий.       В кафе до сих пор никого не было.       Ранние пташки — это в основном постоянные посетители, которые ходили в одни и те же дни, либо страдающие бессонницей, вроде сероволосого. Отец был занят приёмом товара, так что никто ничего не скажет, если вместо пересчёта стаканчиков, сиропов и кофе она немного поговорит.       Зажав поднос подмышкой, девушка прислонилась к стойке — на стул лучше не залазить — и приготовилась к ответу. У нее глаз был набит. Угадала или нет? — Да, занимался волейболом с младшей школы, — согласился, кивая болванчиком.       Так и знала. Официантка — 1, незнакомец — 0. Но что-то было не так.       Волейболисты не пили кофе, о вредности которого тренера не ленились напоминать подопечным при каждом удобном случае, в шесть утра и не заедали их мучным, которое у спортсменов также под запретом. Да и спали они по расписанию, а у парня явно с этим были проблемы.       И всё же, несмотря на усталый вид — какой он хорошенький. — Решили бросить? — спросила брюнетка, смущенно убирая прядь волос за ухо, стараясь прикрыть проступивший румянец.       Мия и забыл, каково это — общаться с девушкой, которой также приятно в твоём обществе.       С милой девушкой, которая смущалась, а не кидалась на тебя с постерами твоей фамилии и криками о своём фанатстве. Как же его это раздражало. Лучше, когда вот так. Когда тихо, спокойно, смущающе, интимно.       Нужно будет попросить её номер и позвать на свидание. Может, и не светило ничего серьёзного, но хоть побыть в хорошей компании, посмотреть фильм, погулять в парке, да на ту же вечеринку сходить в субботу.       Хотя, нет, это же Ринтаро. Туда лучше девушку не вести. — Не будет времени, — Осаму развернулся на стуле всем корпусом к собеседнице. Поставил локоть на стойку и положил подбородок на руку, стараясь принять максимально расслабленую позу. — Я открываю свой магазин, и все силы будут уходить туда. Вернее, уже уходят. — А я раньше бегала, но пришлось оставить спорт, мешало учёбе, — пожав плечами, поделилась девушка с лёгкой улыбкой на лице.       Бегать было приятно. Когда пот скатывался по вискам, футболка прилипала к спине, ноги тяжелели от перенапряжения, лёгкие натягивались от частых глубоких вдохов, а воздух казался ледяным из-за контраста температур внутри тела и жёг горло. Так легко становилось в такие моменты. Но вскоре бег стал способом скрыться ото всех, и проблемы решались кроссом. Тогда и полетели кроссовки в мусорку — алгебра первостепеннее. — Мой отец, кстати, тоже начинал своё дело с нуля. Тяжело тогда было.       Весёлый, казалось бы, только начатый рассказ о былых временах закончился на печальной ноте. Не только потому, что ностальгия по любимому делу застряла в горле неприятным комом, но и от воспоминаний о трудных временах.       Отцу тогда и правда было нелегко. Работать за двоих сутки напролёт, воспитывать ребёнка, да ещё и дочку, в одиночестве, вести домашние дела и прочее. Всё на сильные, но не железные плечи. Всё сам. — Ваш отец? — парень отнял руку от лица и взглянул на девушку более внимательно.       В задумчивом взгляде, казалось, можно было разглядеть картинки, сменяющиеся, словно фотокарточки — печальные картинки. Если человек от одного упоминания так легко углублялся в былое, значит, действительно было непросто.       Жаль. Мия готов поспорить, что эти глаза были гораздо прекраснее, когда в них плескалось счастье. — Да. Это кофейня моей семьи, — брюнетка перевела затуманеный воспоминаниями взгляд и снова не сдержала улыбки — слишком резкая смена настроения, учитывая последние мысли пару мгновений назад.       Осаму льстило, что, несмотря на глубинные переживания, особа могла так легко и озорно улыбаться, всего лишь взглянув на него. Конечно, он знал, что привлекателен, даже очень. Не зря ведь было столько фанаток — он сомневался, что им просто нравилась его игра в волейбол — однако, неожиданно. Ему отчаянно захотелось пригласить девушку хоть куда-нибудь. Отвлечься от собственных проблем и помочь ей отвлечься от своих. Говорить и смеяться.       Так. Она сказала, что это — кофейня её семьи. Её отец открыл кафе сам, с нуля. Значит, он здесь? Неловко было просить номер у девушки, когда в пяти метрах стоял заботливый опекун. У Осаму были только чистые намерения, но отец девушки вряд ли поверил бы на слово. Сам ведь мужчина, понимал, как всё устроено. Мия-старший не был таким, ни одной похабной мысли в его голове — только приятное общение и хорошо проведённое время.       Он, конечно, был бы не против чего-то более смелого, но сам даже дёргаться не стал бы. Максимум, может не отказать, если спутница сама выразит интерес. Он не какое-нибудь там похотливое животное.       Ну, разве что, чуть-чуть.       Сероволосый в очередной раз глубоко погрузился в свои мысли, из-за чего вновь не заметил обеспокоенного вида собеседницы. Девушка всерьёз решила, что спугнула шанс на будущее общение, поведав о наличии родственника поблизости.       Хотелось добавить ещё что-то, что-нибудь нейтральное. Вывести разговор в непринужденную беседу об интересах, любой музыке и еде, забавных воспоминаниях, и провести время в компании симпатичного молодого человека ещё немного. Но реальность ворвалась неожиданно и оглушительно громким звоном дверных колокольчиков.       Посетитель — дама в деловом костюме, — не обращая внимание на окружение, уверенно шагала к кассе, роясь попутно в сумке в поисках кошелька. Как и каждый день с понедельника по пятницу, в 6:30 утра — двойной эспрессо и круассан без наполнителя, всё с собой. — Ладно, мне пора работать, — с плохо скрываемым огорчением пробормотала девушка, прижимая поднос к груди. — Простите за беспокойство и приятного аппетита. — Спасибо, — слегка растерянно, но не менее печально ответил Осаму. Вечно он всё портил своими мыслями. Думал много — говорил мало. Идиот.       Очередной звоночек повседневности раздался эхом по полопустому залу. Пара студентов — парни из близлежащего колледжа — прибыли, чтобы взять по стакану цитрусового чая и посидеть за дальнем столиком, в спешном порядке доделывая очередной конспект.       Миссис Микото нетерпеливо постукивала тонкими пальцами с идеальным маникюром, ожидая свой кофе, но, несмотря на возможную жалобу и вытекающую лекцию о правилах обслуживания от отца, девушка всё же решилась на очередную инициативу. — Как будет называться Ваш магазин? Может, я буду заглядывать туда, — остановившись на полпути, спросила сотрудница кафе. — Онигири Мия, — на автомате ответил давно выбранное название бывший доигровщик и мысленно ударил себя по лбу за тупость. Да что с ним было такое? — А я Мия Осаму, — добавил поспешно.       Брюнетка повторила недавний жест — убрала прядь волос за ухо, — посмотрела в последний раз в серые глаза и застенчиво, на грани слышимости, ответила: — Ясу Момо*. Рада знакомству, — развернулась и под гогот студентов забежала за стойку, без напоминания начав спешно готовить крепкий бодрящий напиток, пакуя только что внесённые отцом хлебобулочные изделия прямо с подноса в руках.       Ну, здравствуй, благословение свыше.       Осаму ухмыльнулся собственным мыслям — быть может, и правда знак с выше. Окинул заинтересованным взглядом невысокого мужчину с тёплой улыбкой. Если он и правда создал подобное место самостоятельно, было бы неплохо пообщаться с ним и задать пару вопросов, но для начала необходимо выспаться, разобраться с мебелью и огурцами, и немного отвлечься.       Мия достал из кармана смартфон, уже прогововария в голове ответ на приглашение от Суны. Вечеринка наверняка будет не из самых приличных, но, в принципе, почему бы и нет. Один раз живем, как говорится.       Тёмный заблокированный экран пустил солнечный зайчик от яркого солнца в глаза, сменяясь отражением хозяина. Осаму посмотрел на своё лицо и готов был провалиться сквозь землю.       Он будто Санта Клаус, только без колпака с помпоном и бороды. Получается, всё то время, что они общались, будущий бизнесмен кокетничал с девушкой, сверкая молочными усами? Видимо, Момо просто пожалела его и не стала смеяться, тыкая пальцем и указывая на его никчёмность, потому что не заметить такое было невозможно.       Прекрасно. Сосунок, блин.