Степень безумства

      Знаменательный день похода на Шиганшину наступил слишком скоро. Часы летели, едва поспевая друг за другом, и вот почти всё командование, несколько разведотрядов и сотня новобранцев уже стояли на площади, готовясь отъезжать в Каранес. Эрвин Смит, командор разведкорпуса, произносил вдохновляющую речь, внушающую солдатам боевой настрой, а Ханджи чувствовала лишь нескончаемый ужас. Завтра её дебют. Роль главного командира в большой битве. Никаких поблажек, никаких скидок, никаких послаблений. И лишь одна огромная ответственность.       Эрвин, как и полагается, отдал ей сыворотку, сказал какие-то напутственные слова о том, что верит в неё, знает, что она сделает правильный выбор и ещё много вещей, которые Ханджи почти не запомнила. Она лишь кивала, вяло улыбалась, благодарила. И чувствовала, как футляр огнём жжёт её кожу через нагрудный карман куртки.       Усевшись на свою лошадь, Ханджи отдала пару распоряжений, поправила перчатки и оглянулась. Заметила где-то позади отряд Аккермана, хотя самого его в поле зрения не было, и почувствовала, как сердце сковала глухая, уже почти позабытая боль.       Уйдя из кабинета Эрвина в тот день, она была слишком подавлена и расстроена для любого рода разборок, поэтому осознанно избегала Ривая. И хотя ловила его внимательные взгляды в столовой, всё равно старалась находиться в обществе других людей, глупо и громко смеяться, обхватывая Моблита под локоть, показывая, что очень занята. Но вот вечером, после отбоя, спрятаться уже не смогла. Аккерман буквально поймал её в коридоре, дёрнул за предплечье и отвёл в сторону.       — Ты почему от меня бегаешь? — тихо спросил он. — Думаешь, я идиот?       Ханджи нахмурилась, вырываясь из его хватки.       — Я просто не хочу обсуждать то, что произошло. Давай представим, что ничего не было, ладно?       — То есть… ты всё вспомнила, — констатировал Ривай, и в его глазах бушевали грозы. — И что, тебе нечего сказать?       Ханджи хмыкнула, стараясь не смотреть в его лицо. Конечно, ей было что сказать. Как совестно за то, какой выставила себя в его глазах. Какой ощущает себя мерзкой, грязной, неправильной. Какой горючий стыд кипит в её сердце, и как хочется вырвать эти воспоминания из головы, но уже не получится.       — Я сожалею о произошедшем, — с заминкой сказала она. — Не помню точных подробностей вчерашнего вечера, но суть ясна. Я ведь опять чокнулась, да? Ещё и наговорила всякого… — Ханджи горько усмехнулась. — Твоей вины тут нет, но хотела бы попросить… больше не потакать мне в такие моменты.       — И что же, по-твоему, я должен был тогда делать? — Ривай злостно прищурился. — Просто уйти к себе? Оставить тебя заниматься чем попало?       — Что-нибудь, от чего я бы не чувствовала отвращение! — процедила Ханджи, повернувшись. — Или думаешь, что мне хочется видеть последствия своей «болезни»?! Не знаю, что ты там теперь думаешь обо мне, Аккерман… но очень прошу тебя. Оставим эту тему. И не будем о ней говорить.       Несколько мгновений его лицо Ривая казалось каменной маской.       — Отвращение, — отчётливо повторил он. — Я понял. Раз так, то не буду беспокоить. Мне и самому это доставило немало неудобств.       Ривай развернулся чтобы уйти, а Ханджи закрыла глаза, почувствовав укол в сердце. Ну почему же так? Почему они не смогли сохранить то хрупкое, что выстроилось между ними, почему же всё так оглушительно рухнуло?       — Ответь честно… — начала она, пока Ривай ещё не исчез за поворотом. — Зачем ты вообще… это сделал?       Он остановился и долго молчал, и Ханджи видела, как дёргались его пальцы, словно готовясь сжаться в кулаки. А когда Ривай заговорил, то его голос звучал спокойно:       — Я думал… что тебе нужно помочь.       И тогда Ханджи поняла, что даже готова рассмеяться от унижения. Превосходно. Теперь ей дают секс из жалости.       — Не нужно мне такой помощи, — прошептала она. — Поэтому в следующий раз оставь своё милосердие при себе. Мне это всё противно… до ужаса.       Они разошлись, словно ничего и не было, а в своей комнате Ханджи хотелось сломать каждую вещь, которая попадётся на глаза. От обиды, от грязи в сердце, от стыда. А следующие семь дней тревога не оставляла её в покое, заставляя метаться на влажных от пота простынях, работать без продыху в попытках забыться. Ривай сдержал своё слово и не беспокоил её, если дело не касалось службы. Они ходили вместе на совещания, спали через стенку, сидели в одной столовой, как и во все прежние года. Только так, будто никогда между ними ничего не было. И они никогда не становились ближе.       Армия добралась до Каранеса и расположилась в тавернах, отдыхая перед ночной экспедицией. Кто-то выпивал, расслабляясь перед долгой дорогой, кто-то снял номер и отсыпался, кто-то отвлекался болтовнёй и чисткой лошадей. Разведчики заполонили улочки городка, словно муравьи, а простые люди поздравляли их с походом на Шиганшину. Осыпали благодарностями. Напутственно вдохновляли. Надеялись на лучшее. И только Ханджи хотелось скрыться в темноте своего номера, выспаться хоть раз за эти суетливые дни, но ни одна ночь не давала покоя. Ей снились вспышки огня и детские крики. Опалённые косички, которые когда-то заплетала сама. И лицо Феликса, таявшее в языках пламени.       Моблит разбудил её ближе к вечеру. На улице алел закат, озаряя город, пока разведкорпус и сотня новобранцев ровным строем пробирались через ворота на территорию Марии. Люди провожали их овациями. Кричали, плакали, любили их. Ханджи лишь улыбалась. Только это ей и оставалось делать.

***

      — Как же тут жутко, — пробормотал Бернер, пока разведчики пробирались вдоль леса гигантских деревьев, переговариваясь вполголоса. Здесь, на территории титанов, никому не могло быть спокойно в принципе. — Я никак не привыкну к свету этих кристаллов. Они навевают какую-то тоску.       — Может, дело в том, что у тебя трясутся поджилки? — Ханджи иронично фыркнула, глядя на свой фонарь. Лично она считала находку пещеры Райсс невероятно удачной, ведь именно благодаря ей каждый из идущих не ступал в кромешном мраке, а держал вещь, источающую постоянный голубой свет.       Они двигались в ночи уже несколько часов и пока ни разу не наткнулись на активного гиганта, хотя все знали, что такие существуют. Судя по сведениям очевидцев битвы в замке Утгард, тогда подобными являлись все нападавшие, и командование сошлось во мнении, что тот огромный волосатый титан, похожий на зверя, даже мог управлять себе подобными. Король титанов? Вожак или вроде того? Ханджи очень долго размышляла об этом, но так как других столкновений с Звероподобным не было, оставалось только предполагать. Тем не менее, с Эрвином они рассмотрели и такой вариант. Один из десятков прочих, которые могли произойти.       — Есть большая вероятность, что Звероподобный может управлять титанами. — Сосредоточив серьёзный взгляд на обоих командирах, тот упёрся ладонью в стол, на котором широким пластом была раскинута карта Шиганшины. — А если внутри скрывается человек, подобный Брауну и Гуверу, то всё становится более объяснимым. Возможностей врага мы не знаем, как и границ использования его сил. Если Женская особь могла кристаллизовать своё тело и призывать других титанов, тогда где же предел возможностей этих существ?       — Мы уже знаем, что управлять титанами возможно. Стоит только вспомнить, как Эрен приказал другим монстрам напасть на особь, съевшую его мать. — Ханджи сосредоточенно хмурилась, скользя взглядом по чертежу. — Неспроста Звероподобный появился именно тогда, когда титаны начали бегать по ночам. Раньше похожих случаев не было.       Эрвин перевёл внимательный взгляд на Ривая, но тот лишь сощурился, а потом спросил:       — Считаешь, они используют это при битве в Шиганшине?       — Я уверен, — ответил он, обводя пальцем зону, находящуюся сразу за пределами стен города. — Если рассматривать с точки зрения удобства… для них было бы логичным оставить себе манёвр для отступления, если что-то пойдёт не по плану. А так же воспользоваться привилегиями, дабы отрезать нас от путей отхода.       — А если мы попытаемся сбежать не в лес?       — Тогда имеет смысл отрезать нам путь и с другой стороны. Звероподобный уже швырялся камнями и лошадьми в разведчиков. Кто мешает ему сделать это снова?       — Но сперва ему нужно дождаться, когда мы заделаем ворота с другой стороны. — Ханджи нахмурилась, склонившись локтями на стол. — Звероподобный, судя по всему, очень ловок. Если он будет мешать нам в городе… это проблема.       Какое-то время они молчали, обдумывая услышанное, а потом Эрвин выдохнул:       — Значит, нам придётся поддаться их плану и оставить новобранцев с внешней стороны.        Ханджи выпрямилась.       — Собираешься сделать молодых солдат… пушечным мясом? — тихо спросила она, и её голос зазвенел сталью. — Просто чтобы сделать вид, что мы не поняли замысел врага, и застать его врасплох?!       — Знание — сила, но и им нужно пользоваться с умом, — ответил Эрвин. — Пойми, Ханджи, выхода нет, если мы хотим иметь хоть какое-то преимущество в этой битве. Всё будет зависеть от того, как быстро вы справитесь с Бронированным и Колоссальным. А если завести новобранцев в город — думаешь, это поможет? Большинство погибнет в первой же заварушке. Или считаешь, что твои тренировки с копьями пошли им на пользу? — Выдержав на Ханджи строгий взгляд, он вернулся к карте. — Ты ведь знаешь, как это обычно работает.       Да, она знала это не хуже других. И тем отвратительней была мысль вести новобранцев на смерть под своим командованием. Если Эрвину было легко жертвовать кем-то ради своей цели… то ей — нет.       — Я могу попытаться уничтожить Звероподобного сам, — вмешался Ривай, внимательно оглядывая карту. — Если простые титаны и правда расположатся вокруг города по дуге, то я могу попытаться добраться до него в воздухе.       — На открытом пространстве?       Он кивнул, обводя пальцем нужную территорию.       — Титанов логичнее выстроить так, верно? Я сомневаюсь, что Зверь выберет особей меньше пятнадцати метров, а это отличные мишени для УПМ, как и деревья. Я справлюсь.       Ханджи почувствовала, как внутри всё скрутило. Ему возможно придётся сражаться с десятками титанов в одиночку.       — Для начала вам нужно будет расправиться с Колоссальным и Бронированным, — хмуро пробормотал Эрвин. — Не уверен, что тебе выпадет шанс.       — Это лишь предложение, о котором майору стоит помнить в битве.       Ривай поднял на Ханджи взгляд, и её пробрал привычный волнующий трепет, заставляя слабеть в ногах, а сердце пускаться вскачь. И тут же она осеклась: нельзя думать о чём-то, что могло бы напоминать об их близости. Теперь они только коллеги, только напарники, только сослуживцы. И ничего больше.

***

      — О, скачут.       Зик Йегер, прислонившись плечом к стволу огромного дерева, с интересом наблюдал за горизонтом. Он выглядел беззаботно, когда из чащи вылетела длинная колонна вражеских всадников, скорым галопом направляясь к Шиганшине, а когда армия совсем въехала в город, раздавил сигарету носком ботинка. Обернувшись, несколько раз хлопнул в ладоши. И больше дюжины исключительно вялых людей, как по команде, поднялись с земли и выстроились в ряд.       — Что ж, девочки, принимаемся за работу. Бегом-бегом! — подначивал Зик, пока его марионетки отрешённо брели по дуге на территории Марии, то и дело спотыкаясь, налетая друг на друга, падая. Он утомлённо вздохнул. Кто бы знал, как его раздражало, что элдийцы в этом состоянии такие медлительные. Ростом побольше управлять ими легче — неизменный плюс превращения.       Когда все разошлись, Зик снова прислонился к стволу дерева, морщась от спазма в желудке. Спешные сборы сразу после завтрака никогда не шли ему на пользу, поэтому он предпочитал есть в спокойствии. Но что поделать, раз такая нужда? Вглядываясь в горизонт, Йегер услышал, как позади хрустнули ветки. Обернулся и встретил необъятную продолговатую морду титана Пик Фингер, которая склонилась рядом с ним.       — Готова? — спросил он.       — МОГУ СПРОСИТЬ ТО ЖЕ САМОЕ, — прогудела она в ответ.        Зик кивнул, прошёл к закреплённым на её спине доскам, и, ловко взобравшись по верёвке наверх, нагнулся над огромной бочкой, в которой скрывался Бертольд.       — Ну что, Гувер, готов встретить старых друзей? — спросил он, постучав по крышке, но услышал в ответ только молчание. — Скоро будем выдвигаться. Я тебя предупрежу.       — ПРЕКРАТИ ДОСТАВАТЬ МАЛЬЧИКОВ, — укоризненно сказала Пик, повернув голову. — ОНИ И ТАК НАСЛУШАЛИСЬ ОТ ТЕБЯ НА КОРАБЛЕ.       Да, Зик порой и правда перебарщивал, но ничего не мог с собой поделать. Как удержаться, если парни такие смешные? У Райнера и вовсе был вид, словно он готов скорее утопиться в море, чем отвечать на прямо поставленные вопросы своего командора, но Йегер не осуждал его. Кто может обвинить человека в человечности? Точно уж не он.       — Настроение с ночи просто прекрасное, — выдохнул Зик, ловко спрыгнув с досок и вновь вставая рядом с Перевозчиком. — Никак не могу дождаться заварушки.       — В ТАКОМ ПРЕДВКУШЕНИИ ОТ ВСТРЕЧИ С БРАТОМ?       — Можешь не верить, но я почти что испытываю к нему тёплые чувства, — ответил он, поджигая очередную сигарету, и вспышка спички на миг осветила его лицо. — Судя по досье, наш папочка решил исправить на Эрене ошибки моего воспитания. Слышала про феномен второго ребёнка?       Фингер молча смотрела на него, а потом отвернулась.       — ТЫ ВСЕГДА МНОГО ГОВОРИШЬ, КОГДА ВОЛНУЕШЬСЯ.       — Да не волнуюсь я. Всё пройдёт по плану.       Зик сосредоточил взгляд на часах. Пять сорок. Пора готовиться к бою. Пока он курил, издалека показалась вспышка молнии, означающая, что Эрен превратился в титана. Значит, сейчас жители Парадиза заделают ворота, пробитые Колоссальным целых пять лет назад. Стоило начинать операцию.       Докурив, Зик внимательно посмотрел на марионеток, выстроившихся по дуге вокруг ворот. И приготовился набрать воздух в лёгкие.

***

      Ханджи рывком вытащила обрезанного по рукам и ногам Брауна из туши Бронированного, швыряя к стене одного из домов. Она уже знатно устала от происходящего. Несмотря на то, что Эрен почти исчерпал себя в сражении, чёртов Райнер умудрился выжить даже после сносящего удара громовых копий и почти оторванной головы! Удивительно. Ханджи была в ярости, но взяла этот случай на заметку, решив подумать о нём позже. Они все умеют так делать?       — Следи за ним, Конни, — сказала она мальчику, который тяжело дышал после боя, утирая пот со лба. — В ближайшее время ублюдок не посмеет даже рыпнуться. Если, конечно, не хочет, чтобы я отрезала ему ещё и яйца.       Эрвин оказался прав в своих предположениях относительно тактики врага. Мало того, что Звероподобный завалил камнями вход в город, оторвав конницу и новобранцев от остальных, так и превращение Гувера уничтожило почти все старшие отряды, обыскивающие дома в поисках противников. Вокруг творился хаос. Ханджи даже пришлось оставить новобранцев Бернеру, а самой направиться помогать в битве с Бронированным. И теперь чувствовала, как тревожно сжимается сердце. Что происходит за с стенами? Как там Моблит и остальные? Что со Звероподобным? Ничего не изменилось?       Быстро взглянув на Спрингера, воркующего вокруг потерявшей сознание Саши, она сказала:       — Я полечу проверить конницу, а ты дождись Жана и перебирайтесь к стенам. Там безопаснее.       Дождавшись кивка, Ханджи выпустила тросы в ближайшую крышу, взмывая в небо. Ветер тут же горячо опалил волосы, заставляя щуриться. Она подлетела к стенам и приземлилась на краю, глядя туда, где отряд Ривая сражался с Колоссальным, но пар, источаемый огромным телом, был слишком густым, — было видно лишь чёрные мелькающие точки в воздухе. Ханджи обернулась в другую сторону, приложив ладонь ко лбу… и вздрогнула.       На полянке, где всё так же стояла огибающая дуга титанов, Звероподобного не было. Он просто исчез.       Ханджи спустилась к застывшим тревожной кучкой новобранцам, ударяясь подошвами о землю, и нашла Моблита около одного из домов, хмуро вглядывающегося в горизонт.       — Что произошло? — воскликнула она, подбегая. — Где Звероподобный?!       — Не знаю, — ответил он, — титаны продолжали стоять, а потом Зверь сел, начал покрываться дымом. Мы сначала ничего не поняли… а потом он просто распался на части, как когда мы разрезаем их затылки. Видимо, его носитель покинул тело и куда-то сбежал.       — Дерьмо! — в сердцах выругалась Ханджи, вытирая вспотевший лоб. — Давно случилось?       — Минут десять назад.       — Что с ранеными? — Она обернулась на окровавленных новобранцев, пострадавших от обстрела камнями. Зверь начал заваливать ворота так быстро, что никто не успел сориентироваться, поэтому пострадало много солдат и лошадей.       — Погибших всего несколько человек, но четверть колонны не имеет возможности сражаться.       Вдруг раздался оглушительный грохот, заставив их пригнуться и накрыть головы под сыплющейся с неба земляной крошкой. Ханджи выпрямилась и увидела, как огромная туша титана Йегера лежит грудью прямо на краю стен.       — Что случилось? — прошептала она. — Его зашвырнул Колоссальный? Так далеко?       Они в напряжённом ожидании смотрели на Эрена, который лежал и по-прежнему не шевелился, потеряв сознание. Моблит вдруг подметил:       — Он не испаряется. Видите?       И Ханджи расширила глаза, понимая, что он прав. Если от титана не исходил пар, значит… его тело не регенерировало. Но что пошло не так? Вдруг Эрен настолько покалечен, что не может больше двигаться, а организм не может восстанавливаться? Что, если Звероподобный исчез неспроста?       Ханджи тут же сорвалась с места, выбросила в поверхность тросы, взлетела в воздух. Моблит рванул следом, когда она обернулась и крикнула:       — Оставайся с новобранцами! Это приказ! — Упираясь ногами в стену, взмыла ещё выше. — Нельзя оставлять Эрена одного!       Её сердце бешено стучало, в глаза летела пыль и земля, но Ханджи не обращала внимания. Она пыталась как можно быстрее достичь стены, а после ловко вскочила на край и оглянулась. Тишина и дым. Где-то посреди города отряд всё ещё боролся с Колоссальным, но здесь больше никого не было. Пространство казалось пустым.       — Эрен… — Ханджи выпустила трос, который воткнулся в тело титана, и вскочила на его спину. Размахнувшись, одним ударом рассекла горячую плоть. — Ну что же ты! — причитая, она подхватила мальчика подмышками и начала тянуть из раскалённых мышц. — Как же ты мог так не вовремя пойти на отдых?! Нам ещё нужна твоя сила, дорогой!       За Эреном тянулись жилы и куски кожи, словно титан не желал отдавать владельца, но Ханджи была упряма и сильна. Наконец оторвав мальчика от тела, она с болью упала на спину. И только тогда туша начала испаряться, испуская густой дым.       — Тяжёлый… Значит, кушаешь хорошо… Сейчас немного переведёшь дух и вернёшься в норму, верно? — Ханджи кое-как стащила Йегера вниз, закинув его руку себе на плечо и потянула в сторону, безвольного и вялого. Она и сама не знала, кого пытается успокоить. Может, себя? — Сейчас, сейчас… Надо отвести тебя в спокойное место, передохнёшь и снова в бой… Верно, Эрен?       Пар клубился так плотно, что Ханджи почти ничего не видела. Она ступала по стене, одной рукой прижимая к себе тело мальчика, а второй стискивала рукоять лезвия, чувствуя, как та скользит по вспотевшей ладони. Один шаг, второй, третий... Ещё немного, ещё чуть-чуть. Выйти на более-менее обозримую территорию, а потом уже выпускать тросы. Не лететь же в пустоту, верно?.. А после можно будет укрыться где-нибудь в городе, с самого края, или спустить Эрена к новобранцам.       Ханджи раздумывала над этим, когда вдруг заметила движение сбоку от себя. Тут же сбросила Эрена с себя на землю, вздёрнула клинок, стремительно обернулась. И увидела, как из густого полотна пара встаёт чья-то тень.

***

      Зик Йегер был недоволен. Он и так добирался сюда в спешке, заставив Пик затащить себя на стену, а после отослал её обратно следить за обстановкой на поле боя. Кряхтел, корячился, пытаясь забраться на край, держа в зубах острый солдатский нож: надо же как-то вырезать Эрена из тела, не таща с собой ничего громоздкого. И почти добился своего, но когда в поле зрения появилась… эта женщина.       Почему именно она? Зик тяжело вздохнул, сокрушаясь о собственном невезении, и стал наблюдать, как разведчица вытаскивает мальчишку и спускает на землю, медленно продвигаясь вдоль стены. Очки, тёмные волосы, хвост, низкий голос… Сложно спутать. Учёная из отряда исследования. Как её там звали, по словам Гувера и Брауна? Ах, точно. Ханджи Зоэ.       Зик почесал пальцем за ухом, пытаясь понять, как справляться с ситуацией. Превращаться смысла нет, его заметят, а где-то там летают Аккерманы, которых Райнер настойчиво предлагал избегать, и ясное дело, почему. Подняться незамеченным и напасть сзади не получится: слишком мало места. Заговорить зубы, а потом убить? Неплохая идея. Зик забрался на стену, переложив нож в рабочую руку, прижал его пальцем так, чтобы лезвие тянулось вдоль запястья и начал выпрямляться.       Разведчица тут же кинула Эрена на землю, вздёрнула клинок и воскликнула:       — Кто тут?!       Зик встал в полный рост, зная, что из-за тумана видна лишь его тень, и поднял ладони, показывая свою полную безоружность.       — Простите, что испугал вас! — обеспокоенно начал он, подходя ближе. — Как он, майор? Я видел, Эрен не может подняться. С ним точно всё в порядке?       Ханджи прищурилась, пытаясь рассмотреть его, но от тепла испарений её очки наверняка начали запотевать, и Зик знал это. Хорошо, что свои он ещё перед боем спрятал в карман.       — Майор, его нужно отвести в безопасное место, — продолжал Зик, медленно пробираясь сквозь дым. — Я видел, что Звероподобный исчез. А вдруг он где-то здесь? Я хотел помочь вам.       Ханджи задумалась, и он ловчее прижал кинжал к ладони.       — Да, вы правы… он в порядке, — тихо отозвалась она, глянув на Эрена. — Мне нужно отвести его куда подальше. Не поможешь, солдат? Подойди ближе.       Зик пригнулся, чувствуя, как натягивается тело, как напрягаются мышцы. Опустил руку с кинжалом, готовясь к броску, и…       И не сразу понял, когда сносящий удар каблука пришёлся по его виску. После — подсечка и толчок, и вот он уже лежит на земле, прижатый лезвием, нож отброшен куда-то в сторону, а глаза сидящей на нём разведчицы горят огнём.       Что ж, в прошлую их встречу она выглядела куда более приветливой.       — Думал, я совсем идиотка?! — прошипела Ханджи, сильнее вжимая клинок, и Зик придушенно рассмеялся. — Ублюдок… Что смешного?!       — Да ничего, — он вновь приподнял ладони. — Просто удивился, как ловко меня обманули! Даже не предположил, что вы можете лукавить.       — Тогда вы исключительно наивный человек, — раздался циничный ответ. Она наспех оглядела его. — Звероподобный, полагаю? Вряд ли тут кто-то ещё будет ходить полуголым, если только он не сумасшедший или… титан.       Зик уже и забыл, что взбирался сюда без рубашки.       — Даже жаль представать в таком виде перед дамой, — расслабленно ответил он, — я не рассчитывал, что наш контакт произойдёт подобным образом. Может, сделаем попытку сесть не на меня, а за стол переговоров?       Ханджи хмыкнула, выставляя вперёд сапог и медленно встала, не отрывая лезвия от шеи Зика.       — Это вряд ли. Стол переговоров завален трупами, господин…       — Зик. Зовите меня Зик.       Она некоторое время внимательно изучала его лицо, думая о чём-то, а затем кивнула.       — Начальство велело пленных не брать, но меня не оставляет мысль, что мы сможем заполучить в ряды армии Звероподобного. Так что поднимайтесь, Зик.       — Хотите собрать всю боевую мощь титанов под своим крылом? — вставая, он одобрительно покачал головой. — Дальновидно.       Ханджи нахмурилась, откидывая его ещё одним пристальным взглядом, неуверенно осознавая что-то, и наконец спросила:       — А мы… не встречались прежде?       Зик улыбнулся, указывая на карман штанов, из которых торчала дужка очков. Медленно опустил ладонь, вытащил их, нацепил на нос. И тогда глаза Ханджи расширились в изумлении. Сделав шаг, она вжала лезвие прямо ему под челюсть и яростно воскликнула:       — Так вы были в Стохесе! Я вас помню! В чайном магазине! Как вы, чёрт его дери, туда пробрались?!       — А что, вы считаете, что это так сложно? — искренне удивился он. — Ваш мир окружают стены протяжённостью не менее семисот километров. А мне нужно было что-то, что поможет уснуть на этих ужасных матрасах в Шиганшине. И в тот день я, по вашему совету, взял точно такой же чай, как и у вас. Помните?       Ханджи поражённо молчала.       — Удивительно… — пробормотала она, отводя взгляд. — Тогда… какого чёрта вам от нас надо? Кто вы такие? И почему нападаете из-за стен?       Зик ждал этого вопроса. Его забавляло любопытство людей, ничего не знающих о внешнем мире, и он даже представить не мог, как отреагировала бы эта женщина на суровую правду своего существования. Какие предположения витают в их головах? Что они живут посреди огромного поля и бесконечных лесов, а на другом краю земли есть страна, полная титанов? Это они себе думают? Зик знал, что в том нет вины островитян: король Фриц оказался безжалостен к памяти своих сородичей. А ведь какие интересные перспективы могли открыться для этих людей! Но теперь почти все они — корм для гигантов. А разведотряд так и вовсе клуб самоубийц.       — Мне нравится ваш здоровый интерес, — Зик вежливо улыбнулся, — и нравится, что вы хотите узнать больше вместо того, чтобы просто меня обезвредить.       — Я могла бы отрезать вам все конечности, как Райнеру, и уже потом вести полюбовные беседы. — Ханджи сурово сверкнула глазами. — Такой вариант вам понравится больше?       — Вряд ли старина Браун в восторге.       Он был уверен, что встретит хвалёного командора Эрвина Смита, о котором столько рассказывал Бертольд. Без пяти минут герой войны, бесконечно уважаемый солдат, мастер планирования и тактики. А вот Ханджи Зоэ, судя по докладу ребят, хоть и была майором корпуса, в основном занималась научной деятельностью. Ловила и препарировала титанов, имея под своим командованием целый исследовательский отряд. Создавала оружие и новые способы борьбы с врагом, познавая их маленький узкий мирок. Лишённые знаний, памяти, цивилизации. Как сложно изучать то, что тебе почти неподвластно! Быть ограниченным в любых возможностях, буквально запертым, но всё равно идти напролом. И всего за какую-то сотню лет, верно?       «Интересно, а с ней можно договориться? — с любопытством думал он. — Если я собираюсь в будущем налаживать контакт, то имеет смысл прощупать почву. И не имеет значения, заберём мы Эрена сегодня или нет. Учитывая, что я вообще не собираюсь отдавать его марлийцам».       — Скажите мне, — спросил Зик, склонив голову, — как вы смотрите на то, чтобы заключить между нами некое… соглашение?       — И это вы говорите после того, как перебили четверть моих солдат метанием щебёнки? — голос Ханджи опустился до шипения, она угрожающе надавила лезвием. — Уже поздно!       — Война — дело нешуточное, вы и сами это понимаете, — терпеливо ответил Зик. — Разве любые перемены не строятся на кучке бессмысленных смертей и трупов? Я же говорю о компромиссе.       Ханджи нервно перебрала клинок в ладони.       — И в чём же заключается… компромисс?       — Целью нашего путешествия был захват Координаты и уничтожение вражеской армии, но… вы мне нравитесь. Поэтому можем попробовать ограничиться малой кровью. Я забираю с собой Эрена, — спокойно пояснил Зик, кивая головой на лежащего на земле юношу, — и просто ухожу. Мне нет нужды истреблять ваше и без того малочисленное войско, а вам наверняка жаль весь тот молодняк, что собрался под стеной. Также у вас останутся Райнер и Бертольд, отличные боевые трофеи. В остальном я связан по рукам и ногам. Как вам такие условия?       Ханджи моргнула один раз, потом второй. Угол её губ дёрнулся, и тут… она расхохоталась. До слёз, не разжимая клинка в руке, громко и от души.       — Вам так понравилось моё предложение? — с ухмылкой спросил Зик, но тут лезвие с размаху пришлось по его голове, плашмя ударяя в висок. Ханджи отправила его резким пинком на землю, поставила сапог на грудь, упирая остриё в шею, и прошипела:       — Мне легче отрубить тебе все конечности, придурок! Я столько людей сегодня потеряла, а ты хочешь, чтобы отдала ещё и Йегера?! Да чтоб ты сдох, — она почти вонзила клинок в мягкость яремной вены, и Зик почувствовал на языке привкус соли.       — Что ж… я пытался… по-хорошему, — прохрипел он, широко открывая порозовевшие зубы, — но придётся… по-старому…       Рука в карман, щелчок, курок — и вот уже пуля с громким хлопком летит в её плечо. Ханджи вскрикнула, Зик моментально выбил клинок из её руки, перекатил на землю и несколько раз смачно приложился рукоятью револьвера по её лицу. В одну, другую сторону, пока из скулы не потечёт кровь. Схватил за волосы и с силой впечатал затылком в камень. Один раз, второй. Ханджи издала протяжный болезненный стон, медленно перевернулась на живот. Зик поднялся на ноги и с лёгким отвращением стряхнул с пальцев выдернутые волоски. Зачем солдаты женского пола вообще отращивают волосы? Легко хвататься и накручивать на руку… и не только в бою. Непристойно улыбнувшись, он проверил заряд в револьвере, косясь на лежащую на земле жертву, которая пыталась подняться. Напросилась на бойню — получай тумаки. Таковы правила этого жестокого мира, и милых дам они тоже не обходят стороной.       — Если честно, не очень люблю бить женщин, но иногда приходится. — Зик шагнул ближе и откинул Ханджи пинком обратно на спину. Стащил очки с её окровавленного лица, смял в кулаке и выбросил за стену. — Вот и зачем всё так усложнять, Ханджи? А могли бы договориться полюбовно, по-хорошему.       Он глянул на распластавшегося без сознания Эрена, которого Колоссальный качественно зашвырнул на стену, как и следовало их плану. Присел около безвольного тела брата и принялся рассматривать его лицо, пытаясь понять, насколько тот похож на их отца, когда услышал слабый звук. Ханджи шарила ладонями по земле, явно пытаясь найти утерянную рукоять. Зик вздохнул, поднимаясь на ноги. Достал из кармана пачку сигарет, прикурил, будто никуда не торопясь, и некоторое время следил за ней, словно за поведением странного зверька.       — Всё пытаетесь противостоять мне? Ползёте, ищете, роетесь, — пробормотал он, делая медленную затяжку, — пытаетесь сделать хоть что-то. Вы же понимаете, что это бессмысленно? Вам придётся просто покориться, Ханджи. Смириться с обстоятельствами. Разве так не легче?       Из её рта послышался хриплый смех. Она подняла голову, стискивая в гневе зубы, и прошипела:       — Знаете, Зик… я от этого уже заебалась. Вы, мужское отродье, меня бесконечно затрахали. Но это не отменяет факта, что переставать бороться… не в моей крови. А вы можете проявить такое свойственное вам милосердие и оставить меня в живых… — Ханджи закашлялась, попыталась отдышаться, взбивая дыханием пыль. — Но обещаю: мы встретимся. И когда я посчитаю нужным, то набью вам морду до такой степени, что вы начнёте просить пощады.       Йегер беззлобно рассмеялся. Всё-таки в гневных женщинах есть неподдельное очарование. Он даже был не против увидеть её обещание наяву, но лучше не оставлять следов — вдруг у этой дамочки есть какой-нибудь личный мститель? Смерив Ханджи сожалеющим взглядом, Зик вновь посмотрел на циферблат часов. Нужно поспешить.       — Тогда вам придётся побороться ещё кое с чем, дорогая, — пробормотал он, доставая пистолет и без лишних реверансов направляя в её лицо. — Сможете вытащить пулю из своей головы?

***

      После выстрела Йегер продолжил затягиваться сигаретой, выпуская в воздух густой серый дым. Стоя на фоне битв и сражений, смакуя терпкий вкус табака, он думал о том, как хорошо покурить после грязной работы. Думается яснее.       Неплохое всё-таки место, этот Парадиз. Зик считал, что тут даже можно было бы устроить исторический курорт, сложись всё иначе. Прогулка по старым временам, почти машина времени… Жаль только, что он не доживёт до момента, когда эти мечты претворятся в жизнь. Кто знает, чем бы закончилась его служба, будь он не элдийским отродьем, а обычным солдатом? Быстрый шаг по карьерной лестнице, хорошие выплаты, ранняя пенсия… Вдруг ему даже удалось бы прикупить домик на берегу моря? А то столько разговоров о нём, а Зик входил в океан только однажды, когда их отряд сражался у берегов Турджии. Едва успел смочить ноги, а тут неподалёку труп поплыл… Вот вам и приятные впечатления.       Зик вздохнул и отошёл к стене, вспоминая о том, что пытался договориться с Ханджи о компромиссе. Согласия не вышло, значит прежний план в силе.       Вобрав в грудь побольше воздуха, он протяжно закричал в пустоту, заставляя птиц спешно взлететь в небеса. Призывая силу королевской крови, наполняясь ей, напитывая тело искрами и властью. Где-то на краю леса титаны внезапно пришли в движение, срываясь с места, направляясь к кучке новобранцев, застывших мелкими точками на земле. Зик откашлялся. В последнее время дыхание совсем ни к чёрту — из-за частого курения. Даже регенерация не всегда успевала лечить.       Постучав кулаком по груди, в последний раз затянувшись, Йегер выкинул окурок за пределы стен.       — Ну что, братец, отправимся домой? — Зик подтащил тело мальчишки за шиворот и завернул поплотнее в плащ, чтобы случайно не коснуться кожи. — Вот ты удивишься, когда очнёшься. Кстати, слышал про феномен второго ребёнка? — он вновь вспомнил ту теорию, что пытался рассказать Пик. — По мнению экспертов, второй ребёнок в семье, как правило, не испытывает на себе ошибки воспитания, которые родители отработали на первом ребёнке, и вот…       Йегер прыгнул в пустоту, утаскивая тело мальчика за собой, а небо над Шиганшиной раскололось молнией. Огромная обезьяна приземлилась у подножия стены, пока простые титаны, следуя его приказу, пожирали новобранцев. Красными глазами Зверь равнодушно оглядел кровавую бойню, а потом направился к лесам, испытывая облегчение. На корабле можно будет наконец-то вспомнить об удобной постели. В местных матрасах была одна солома! Даже странно, что жителей острова не смущало слово «вши». Или только один Зик, будучи неким подобием животного, беспокоится об этом?       Звероподобный озадаченно почесал за ухом. Хотя, что с них взять, с этих парадизцев, застряли в чёртовом прошлом! Единственный человек, который стремился к развитию, — и того пришлось пристрелить. Но зато теперь можно было спокойно следовать плану, не задумываясь ни о чём другом.        Звероподобный пугающе улыбнулся. Он был чрезмерно доволен собой.