Предрассудки крови

Прошло почти три дня, а от гриффиндорцев не было ничего слышно. Дин приходил к Люциусу без ответов, но говорил, что, кажется, Рон Уизли начал следить за Поттером, а Джинни резко захотела помириться с Гермионой. Значит, гриффиндорцы где-то спалились. Хотя, если они запустили против меня дело, попробуй тут не спалиться. На четвёртый день после письма дверь скрипнула, и он услышал звук каблуков. Резко обернувшись, увидел перед собой женщину, которая больше его не боялась и явно расцвела как внешне, так и внутренне. Гермионе Грейнджер давно было не восемнадцать. Янтарные глаза стали жёстче, а каштановые кудри послушнее. Девушка вошла в чёрном брючном костюме, под которым было только такого же цвета бельё. Сероглазый блондин невольно скользнул взглядом в декольте гриффиндорки, которая добродушно улыбалась. – Здравствуйте, мистер Малфой. – Добрый день, мисс Грейнджер. У Вас стальной голос. – Я Вас больше не боюсь. Прошу прощения, что не давали с Гарри о себе знать, просто, как только мы получили от Вас одобрение, сразу возбудили уголовное дело, которое готовили последний месяц. Брачный договор попал на глаза намного раньше, нежели услышали, как Драко подкупает Министра. – Кингсли согласился? – Да, но у нас нет доказательств. В прочем, мы собираемся не сажать в Азкабан Министра, а вытащить отсюда Вас, – язвила Гермиона. – Мы с Гарри не можем винить Бруствера за то, что он хочет от Вас избавиться. В прошлом Вы хорошо отличились. – Смысл Вам мне помогать? – А Вы не догадались? – Есть предположение, что я могу опровергнуть брачный договор. Этим я спасаю Министерство от влияний Дафны Гринграсс, которая растит Брана Яксли, то есть Гринграсса, – специально обмолвился Люциус. – Верно. Вы влиятельный человек, мистер Малфой, но с благими намерениями. Вас всегда интересовали капитал дома и влияние в Министерстве, однако, если Дафна получит все права там, то так и до освобождения Пожирателей недалеко. – А я по-Вашему кто? – он закатал рукав, указывая на шрам, что остался от метки Волан-де-Морта. – В первую очередь Вы – чистокровный аристократ, который гордится своей фамилией, родословной и умом. Вы не будете создавать другого Волан-де-Морта, а Дафна готова вырастить. У неё не должно быть Малфоевского влияния. А Драко — глупец, раз согласился на эту сделку. – Думаю, он в кои-то веки винит меня за смерть Нарциссы. – Вы здесь ни при чём. Нарциссу Малфой прокляла собственная сестра. Если бы она отказалась перейти на сторону психа, то умерла значительно раньше. – Благодарю, – Люциус удивился словам ведьмы. – Как Вы будете меня вытаскивать? – Когда был обыск Малфой-мэнора пять лет назад, то я осмотрела Вашу библиотеку и нашла очень древний фолиант. Я не могла к нему прикоснуться, поскольку не являюсь чистокровной или полукровкой. Её открыл Гарри, и я нашла там закон об осуждённых чистокровных волшебниках, которые не убивали и не воровали, – Люциус ухмыльнулся. – Есть такой, но там говорится, что за меня должен заступиться кто-то равный мне по статусу. – Я Героиня Войны. Гарри не может, ведь является начальником Аврората. Если он начнёт спасать заключённых, его быстро устранят. – Этого недостаточно, мисс Грейнджер. Первое: должно пройти не менее четырех лет с момента осуждения. Это есть. Второе: статус в обществе. Вы не самый богатый человек, пусть и влиятельный. – У меня ещё есть желание. Когда мы победили Волан-де-Морта, нам пообещали выполнить любое желание, кроме полной амнистии заключённых, но я могу попросить забыть о Ваших грехах. – Вы не просто умны, Вы хитры, будто змея. Это комплимент, – Гермиона улыбнулась. – Но есть третий пункт: Вы должны будете прожить в моём доме сто дней, не покидая его границ, как и я, собственно. Сможете? – Да. Кэти поможет мне вести дела. Тем более они планируют свадьбу на октябрь, до того времени я уже оставлю мэнор. – Я не об этом говорю, мисс Грейнджер. Вас пытали в моём доме, забыли? – Я справлюсь со своими страхами. – Уверены? – Да. Люциус ухмыльнулся, не веря её словам, ведь видел, как потупился её уверенный взгляд. Девушка до сих пор боялась места, где её пытали, но спокойствие мира было важнее. – Мистер Малфой, я справлюсь. Ещё, Гарри копает под Дафну, поэтому в скором времени, возможно, маленького Брана будет воспитывать мать девушек. – Давно умер отец девушек? – Два года назад от драконьего пламени. Он решил посмотреть драконов в Перу и подошёл к Перуанскому змеезубу. Плачевно всё закончилось. Вот Дафна и расправила крылья. – Скорее показала клыки змеи, – поправил ведьму маг. – Когда слушание? И не подпишет ли до этого Драко договор с Асторией. – Симус отказывается его подписывать, пока Вы живы или Вы сами его не подпишете. Слушанье завтра, поэтому Вашу камеру будут охранять всю ночь два лучших аврора Британии – Гарри Поттер и Оливер Вуд. Они прибудут в десять вечера, до этого за Вами присмотрит Дин. К Вам больше никого не пустят. А еду принесёт Гарри, поэтому придётся поголодать. – Это того стоит, – расплылся в обаятельной улыбке слизеринец. – Я думаю, у Астории тоже нет выбора. Я, Гарри, Дин и Драко доучивались последний год с курсом помладше. Астория очень милая и спокойная. О такой невестке и жене только мечтают. – Посмотрим. – Она чистокровная. – Да, это мне нравится, – не стесняясь, протянул Люциус. – Вы не меняетесь, уже хорошо. Рада видеть, что даже Азкабан не уменьшил Ваше эго! – Зато Вы стали той ещё акулой, верно? – Мне всё равно не хватает деловой хватки в некоторых делах. Я только недавно уговорила Попечительский совет, чтобы студентов малоимущих семей обеспечивали мы. – И как? – Семь против пяти в мою сторону, но это было трудно. Второй проект они отклонили, как и Министр. – Если выйду на свободу, могу помочь. Небольшая благодарность, так сказать. Не люблю быть должником. – Я уже согласна на Вашу помощь в этом деле. Люциус самодовольно улыбнулся, оставаясь таким же аристократом даже в тюремной полосатой форме. – Да, завтра в шесть утра дадут воду на час, чтобы Вы могли сбрить щетину, искупаться. Ваш домовой эльф явится в семь утра с чистой одеждой и тростью. Я ведь правильно помню, у Вас больная нога? – Вы запоминаете все детали, мисс Грейнджер? – Я такая во всём, – извиняясь, произнесла девушка. – Гарри и Оливер доставят Вас в Визенгамот на девять утра, но они уйдут уже в семь, поэтому за Вами присмотрит Дин те два часа. Надеюсь, Вас не попытаются убить. – Я тоже. – Да, на счёт палочки. Вы не сможете пользоваться ею, пока не пройдёт сто дней, а затем её будут проверять на заклинания ещё год, – Люциус согласно кивнул. – А у нас кто-то делает палочки? – Оливандер. Он вернулся в своё ремесло и обучает этому молодого специалиста. А что? – Тёмный Лорд отобрал у меня палочку, чтобы проучить, а затем она треснула, когда операция «Семь Поттеров» накрылась. – Я не знала… – Гермиона чувствовала себя неловко. – У Вас ещё есть вопросы? – Драко знает о моей апелляции? – Все знают. Гарри принесёт Вам выпуск сегодняшней газеты. Поэтому, если с Вами что-то случится, разбираться будут тщательно. – Надеюсь увидеть завтра солнце. Гермиона кивнула ему и, попрощавшись, закрыла за собою дверь. Люциус был несказанно рад, что сможет выйти на волю. Осталось совсем немного. Нужно пережить одну ночь и одно утро. А с Дафной он разберётся ещё.

***

Гермиона вернулась в Министерство, чтобы подготовить кабинет временно для Кэти, которая была даже рада побыть немного главной. Девушки так увлеклись перестановкой, что не заметили вошедшего Рона. – Привет, Гермиона! Гриффиндорки посмотрели внимательно на Рона. Кэти закатила глаза и без слов оставила их наедине, ведь по приветствию было понятно, к кому он пришёл. – Вот скажи мне, как можно взять и вытащить Люциуса Малфоя из Азкабана, где ему и место? Забыла Отдел Тайн? Забыла Пожирателей на Чемпионате мира по квиддичу? Забыла, как тебя пытали, а он стоял и смотрел? – Рональд, я никогда ничего не забываю, – спокойно ответила ведьма, усаживаясь в кресло и видя, как глаза Рона сверкнули при виде её декольте. – Однако я предпочту на свободе Люциуса Малфоя, который строит паучьи сети, чем увижу Дафну Гринграсс в роли Министра Магии! Не хватало, чтобы Драко попал в рабство! – Какое тебе дело до хорька? – Никакого, как и до Люциуса. Мы с Гарри спасаем мир. Снова. Он вот-вот посадит Дафну в Азкабан, но до того времени нам нужна гарантия завтрашнего дня. А дать её может, как странно это ни звучит, только Люциус Малфой. Иди работать, Рон. Ты ведь в Отделе Перси работаешь теперь? Иди туда. – Прогоняешь? А Гарри, наверное, приглашаешь в постели полежать? Кэти знает, что вы бывшие любовники. – Единичный секс не говорит, что мы любовники. Вот с Виктором Крамом – да, ведь спали полгода вместе, а с Гарри – раз. С тобой, Мерлин меня уберёг, мы остались друг другу никем. Даже не друзьями. – Значит, ты готова вытащить Люциуса любой ценой? – Цена известна, осталось уговорить Визенгамот. Думаю, это будет несложно. – Посмотрим! Я гарантирую, что это будет трудно. Это гарантирует тебе семья Уизли! – Так это правда, что ты с Дафной связался? У меня даже там есть уши, – Рон залился краской. – Передай подружке, что она сядет, а ты, если не одумаешься, сядешь рядом. И добьюсь, чтобы ваше крыло стерегли дементоры! Рон фыркнул, ухмыльнулся и ушёл, громко бахнув дверью. Кэти сразу же вошла и вопросительно посмотрела на подругу. – Кажется, мы с Гарри угадали – Рон парень Дафны Гринграсс. А чтоб их! – А Джинни? – Наверное, тоже в их лодке. Он сказал, что вся его семья против Люциуса. – Верно, но они не знают, что ты не оправдывать его будешь, а попросишь исполнить своё желание. Визенгамот в своё время никто не тянул за язык, когда они разбрасывались желаниями. Гарри и Рон сразу ими распорядились, а ты молодец. – Молодец? Кэти, я верила, что это будет моё желание… Надеюсь, оно окупится. – Да, Гермиона. Сегодня пришло ещё одно письмо. Полукровка. – Дьявол! Малфой обещал помочь, хотя и сам не знает, на что подписался. Ничего. Если он поможет, его имя только побелеет. Кэти улыбнулась и обняла подругу. – Мы с Гарри будем приходить к тебе каждую субботу. По крайней мере, я! Надеюсь, он не будет работать и выходные. А у него на Дафну что-то есть? – Насколько я поняла – да. Он не говорит, но это и к лучшему. Всё, что я знаю, что её сдал Нотт-старший, который сел на двадцать лет в Азкабан. Если он окажется прав, то срок сократится до десяти лет, а учитывая, что пять он уже отсидел, то свобода будет близка. – Наверное, она посвятила его в план, на случай, если Волан-де-Морт падёт. – И я так думаю. Но давай Нотта не будем подставлять. Может, он ещё внуков понянчить хочет? – Это всё, что ему светит на свободе. Иди к нам домой. Хорошо подготовься к слушанью. А я приду через пару часов. Нам лучше не оставаться одним в эту ночь. – Согласна. Гермиона готовилась к слушанью весь вечер и, если бы не Кэти, забыла поесть. Кикимер говорил, что Гермиона молодец, раз хочет чистокровного волшебника вернуть на волю, и делал всё, что она просила: приносил перо и пергамент, помогал найти документ, но главное, запомнил, что нужно поднять Гермиону ровно в шесть утра.