Только не забывай меня

- Ты сегодня что-нибудь ел? - Не помню, - Юнги в очередной раз всматривается в набросок, не понимая, чего не хватает, почему Тэхён на рисунке даже на одну тысячную не соответствует картинке в его голове. - Я так и думал, - вздыхает Намджун, доставая из пакета упаковку с китайской едой на вынос. - Такими темпами ты не доживешь... - До чего? - хмыкает Юнги, не отрывая взгляда от рисунка. - В целом, - неопределенно отвечает Намджун, - Ты вспомнил его? - как бы между прочим спрашивает он, даже перестав шуршать пакетом, чтобы не пропустить ответ. - Кого? Сказочного эльфа, который снится мне почти каждую ночь? Спасибо, что решил поиздеваться надо мной, Джун, мне этого правда не хватало. - Юнги с досадой комкает неудачный рисунок и тут же принимается за новый. - Ты только не забывай его... Голос Намджуна тихий, на грани слышимости, но Юнги словно пробивает разрядом тока. - Что? - Я говорю, у тебя кофе закончился, - как ни в чем ни бывало, отвечает Джун, - Нужно топать в маркет. Оторви свою задницу от стула и пойди проветрись. - Нет, ты сказал... сказал... - Юнги пытается уловить ускользающую мысль, но её место уже заняла другая, - В смысле - нет кофе?! Я ведь недавно покупал... - А я говорил, что потребляемые тобой дозы кофеина близки к смертельным, но когда ты меня слушал? - А ты не мог бы?... - с надеждой спрашивает Мин, не желая отрываться от работы. - Нет, - отрезает Намджун, - Сами, сэр, сами.

***

Походы в супермаркет не вызывают у Юнги восторга. Все эти банки, коробки, плошки, полиэтиленовые пакеты никак не ассоциируются у него с едой и аппетита не вызывают. Стойкое ощущение, что еда должна выглядеть не так. Здесь всё не так. А где - так? В его снах? Ты смешон, Юнги. Вот мир, в котором ты живешь, он настоящий и реальный, а то, что ты видишь во сне... Это всего лишь плод твоего буйного воображения. Мира эльфов не существует, как и Тэхёна, и белоснежного Ориона... Точно! Орион! Белоснежный пегас из его сна, фамильяр Тэхёна... его зовут Орион! Как же он поначалу невзлюбил Юнги... Стоп... Откуда он это знает? Может, ему это тоже снилось? Он не помнит... Не может вспомнить... - Молодой человек, вы собираетесь оплачивать товар? - вырывает его из мыслей голос кассира. - А?.. Да-да, сейчас. Сколько? Блять, а кофе он так и не купил... *** В этом сне нет картинок, только смутные образы и голоса. - Я спрячу его. - Где? - Тебе нельзя этого знать. То, что знаешь ты, знает и он. - В нашем мире нет места, где бы он не смог его найти. - Я спрячу его в другом мире. - А ты сможешь? - Смогу. Ради тебя, братишка, не ради него. Но если он тебя забудет... - Он не забудет. А вдруг с ним там что-то случится? - Если хочешь, я пойду с ним. - Но как я вас найду? - Найдешь... Должен будешь найти, Тэ. - Нет, Тэхён, я не согласен! Ты ведь останешься совсем один! - Юни, ты, главное, не забывай меня! - Как я могу, Тэ? Я никогда... - Они уже здесь. Давай, брат! Я найду вас! Не забывай меня, Юни...

***

Закончив последний набросок, Юнги еще раз просмотрел то что получилось, чтобы убедиться, что ничего не упустил. Надо же, он и сам не заметил, что брат Тэхёна здорово смахивает на Намджуна, только волосы у него розовые, а Намджун пепельный блондин. Юни же по-прежнему оставался без лица. Нет, Юнги не рисовал на месте лица пустой овал, просто делал так, чтобы оно не попадало в кадр. Правда в том, что Юнги не знает, как выглядит лицо Юни. Несколько раз он пытался придать ему суровые мужественные черты, но это было всё не то. Пусть пока всё остаётся так, как есть. На зазвонивший телефон Юнги смотрит, как на оживший камень. Намджун принес его для связи с издательством и показал, как пользоваться, но Мин всё равно посматривает на него с опаской. Уж очень тут попахивает черной магией. И, вроде, он понимает, что это тупо, но пересилить себя не может. Намджуна, как назло, нет, и ответить на звонок больше некому. Черт, как же не хочется прикасаться... Менеджер издательства предлагает организовать встречу с фанатами, с презентацией и раздачей автографов, на что Юнги без раздумий отвечает отказом и поспешно нажимает на кнопочку с красной трубкой, не слушая заверений в том, что его рейтинг взлетит до небес. Плевать он хотел на рейтинг. Он бы все равно рисовал эту мангу, даже если бы ни одно издательство не захотело её публиковать. Опять же, идея рисовать мангу тоже принадлежит Намджуну. Когда Мину впервые приснился синеглазый эльф, он все утро не мог найти себе места, бесцельно метался по комнатам, пытаясь удержать в памяти зыбкий образ, потому что это казалось ужасно важным. Тогда, схватив огрызок карандаша, он попытался перенести этот образ на бумагу. И когда вечером в квартире появился Намджун, все доступные поверхности уже были изрисованы набросками глаз, изгибов губ и бровей, чуть заостренных кверху ушей, но ни одного цельного изображения. - Ты знаешь, кто это? - Не знаю. Он мне сегодня приснился, и я почему-то очень боюсь забыть его лицо. Джун не задал больше ни единого вопроса, но утром на столе Мина лежали две стопки чистой бумаги и несколько пачек карандашей. С каждым новым сном образ всё больше обрастал подробностями. Слегка вьющиеся синие волосы, сияющие сапфировые глаза, родинки под глазом и на самом кончике носа, двойное веко на одном глазу, аккуратные заостренные ушки с серебряными колечками в них, серебряная цепочка и кулон с сапфиром, изящная шея, острые ключицы... Юнги мог нарисовать по памяти любую часть тела Тэхёна, не упустив ни одной детали. Намджун молча просматривал его рисунки, никак не комментируя даже те, где Тэ был полностью обнажен или занимался любовью с кем-то, чье лицо было скрыто за кадром. И однажды принес ему мангу. Юнги затянуло, и его сны стали постепенно перемещаться из головы на бумагу. В издательство её отнес тоже Намджун, потому что, как он сказал, счета сами себя не оплатят. Поэтому Юнги никогда не заботил рейтинг, как и то, что выдуманного им Тэхёна сейчас любят несколько тысяч людей.

***

Тэхён выглядит уставшим и измученным, но даже так его глаза сияют ярче драгоценного камня. Лунный свет путается в волосах, застревая в них и подсвечивая голубым. Он укладывает ладони на грудь Юнги и запрокидывает голову, медленно поднимаясь и опускаясь. Юнги же не может насмотреться на желанное тело, на темные ореолы сосков, на впадинки ключиц, на улыбку блаженства на его губах. - Я так скучаю по тебе, Юни... - Тэхён наклоняется к нему, опаляя губы горячим дыханием, - Мне так мало тебя... так мало... я хочу больше, хочу еще. Юнги накрывает его губы своими, и разведя руками упругие полукружия, толкается глубже, резче, сильнее, почти выходя и снова вбиваясь до упора. Тэхён стонет ему в рот, ослабевая и теряя контроль. Юнги понимает, что тот уже устал, и, не выходя, осторожно переворачивает его на спину. - Какой же ты у меня красивый... - шепчет Тэ, убирая с его лица пряди волос, - Люби меня, Юни, люби сейчас. Я не знаю, что будет завтра, и настанет ли оно для нас, но это всё неважно, пока ты меня любишь. Юнги не нужно просить любить Тэхёна, потому что любить его - это счастье, это дар небес, это высшее блаженство. Это бархатные стоны, это горящие от поцелуев губы, это длинные ноги, обхватившие его поясницу, это восхитительно горячая узость, это его имя на выдохе, это выгнутая до хруста спина, это подрагивающие мышцы живота и судорожно сжимающиеся стеночки входа, заставляющие его излиться следом. - Я уже близко, Юни... Я чувствую, что ты где-то рядом... Ты только не забывай меня... Юнги очень хочет сказать, что не забудет, но в своих снах он не может говорить.

***

Намджун просматривает лежащие на столе рисунки, останавливая взгляд на последнем, с которого на него смотрит синеволосый эльф. - Давай же, братишка, время почти вышло.