Убить дракона

Ночью не спалось. Дима то и дело поглядывал в окно на блекло-освещённое фонарем место у подъезда, но там так никого и не появилось. Глупо было ожидать обратного, но оба никак не могли свыкнуться с мыслью, что они уже в безопасности. — Давай я у тебя на ночь останусь, — предложил Антон. — Зачем? — Чтобы одному не страшно было. У Димы мама часто в ночную, а баба Нина той, кто даже под шум барабана ночью не встанет. Позов неуверенно махнул рукой. В то, что произошло, даже Вика бы не поверила. Разгромить тачку самому авторитетному парню на районе — Шаст до сих пор не понял, с какого момента его жизнь из «мирно и безопасно» превратилась в «страшно и рискованно». Чтобы отвлечься, Антон попросил у Димы аптечку. Вместо аккуратной сумочки с медикаментами, Позов положил перед ним целлофановый пакет. Антон порылся и, найдя там еще не распакованный бинт, ушел в ванную. После их поползновений Шастун ожидал увидеть покрасневшую болячку, но было все наоборот. Ранка затянулась коричневой корочкой, осталось только небольшое покраснение. Он кое-как перебинтовал руку и зубами подвязал бантик. Получилось неумело, но как уж смог. Димка вовсю уже похрапывал на кровати прямо в одежде, подперев рукой щеку.

///

Домой Антон пришел рано. Его встретила мертвая тишина и записка на холодильнике, прижатая магнитиком. «Вчерашний ужин в холодильнике. Разогрей в микроволновке» Антон заглянул макушкой внутрь, на него приятно пахнуло знакомой запеченной курочкой. Шастун довольно улыбнулся, достал аккуратно запечатанную пищевой пленкой тарелку и закинул в микроволновку. Три минуты он бесцельно ковырял спинку стула, потом резво на него залез и стал покачиваться из стороны в сторону. Ножка скользнула по плитке пола и Шастун чуть не свалился. Микроволновка издала характерный звук. Дима отписался, что он вырубился и проспал до обеда. Вместе дружно решили не идти на танцы, игнорируя тот факт, что точно схлопочут подзатыльника от Натальи Александровны за отсутствие на тренировке перед важным отчётным концертом. К тому же, тети Светы не было, упрекать за это некому. Димка на танцы ходил только из-за Кати, а Антон… Антон из-за того, что тетя Света решила, что надо заниматься чем-то помимо учебы. За окном сгущались темно-серые тучи, предвещая дождь. Шастун лениво запрыгнул на кровать и начал подряд переключать каналы на телевизоре. Домофон неожиданно зазвонил, перебивая какого-то мужика, который объявлял срочные новости. Антон подхватил ногами тапочки и, перепрыгивая через две ступеньки, снял трубку. — Привет, дохлик. Выйди-ка, поговорить надо, — узнать этот голос с легкой хрипотцой удалось сразу же. В груди что-то протестующе засуетилось. — Кто это? — Шастун не нашел сказать что-то более умное, чем это, поэтому притворился дурачком. — Это тот, кто тебе по доброте душевной, что мне, кстати, очень несвойственно, помог, а ты ему отплатил хуем на капоте, — голос звучал серьезно, недовольно. Шастун закусил нижнюю губу, не находя, что ответить. Впервые пожалел, что никого нет дома. Хотя его бы уже вряд ли что-то спасло. Арсений был настроен решительно. — Ну? Долго мне ждать? — нетерпеливо поторопил Попов, — через пять минут жду в машине. Не выйдешь, так я тебе помогу. У Антона в голове сразу возник вопрос: почему он? А еще - как Арсений узнал его адрес, если он ему назвал липовый? На другом конце трубки все еще ждали ответа. — Не надо, — просьба, больше похожая на мольбу, — пожалуйста. — Не-е-е, — почти пропел Арсений, и Антону показалось, что тот зло улыбается. — теперь не отвертишься. Три минуты, Антоша. — Ты же сказал, что пять, — будто надеясь на то, что тот сжалится, сказал Шастун. — Я нетерпеливый, как видишь. Жду, — и трубку сбросили. Антон отскочил от домофона, как обожженный. Грудь ходила ходуном. Что делать, если за дверью в машине тебя ждёт обозлённый парень, готовый надрать задницу, снять кожу живьём и тут же похоронить? У Антона мысли скомкано бегали в голове одна за другой. Позвони он Диме, и тот окажется в опасности с вероятностью остаться без зубов. Причём, ему наверняка достанется вдвойне, ведь машина Попова пострадала в большей части от его рук. Тогда какого хера Шастун сейчас думает о том, куда будет бить Арсений в первую очередь? Доза адреналина стукнула в голову. После страха пришло смирение. Будь, что будет. Во всяком случае, Попов не настолько безжалостен, чтобы избить его до смерти. Он же ему тогда жизнь спас. Однако колени все равно предательски ныли. Переодеваться не было сил и желания. Антон надел поверх домашней футболки толстовку и дрожащими руками завязал шнурки на кроссовках. Шаст сразу заметил на горизонте знакомую машину. Фара два раза мигнула, но на этот раз Антон от этого не испытал облегчения. Он неуверенно подошёл, не решаясь взяться за ручку. Видимо, какую-то краску Попову удалось отмыть, но фара так и осталась разбитой. Антон туго сглотнул и трусливо отскочил назад, когда дверь сама подалась навстречу. — Особое приглашение нужно? — нетерпеливо спрашивал грубый голос. Шастун покачал головой и сел на переднее сидение, захлопнув за собой дверь. Он старался не смотреть на Арсения. Тот пристально глядел ему прямо в глаза, ища ответного взгляда. Антону хотелось провалиться сквозь дно этой чертовой машины. Попов был одет легко, как будто спешил, когда собирался: спортивки и чёрная футболка с принтом, на котором был изображён череп. Антон сразу же сравнил себя с ним и даже усмехнулся нелепой ситуации. Совсем недавно он был рад, что этот человек оказался рядом, а сейчас все бы отдал, лишь бы он исчез. Волосы Арсения, чуть взлохмаченные, походили на смоль. В первую их встречу они были намного светлее и гуще, а сейчас из-за того, что в машину едва попадал свет, волосы казались темными и как будто платиновыми. Попов молчал, а Антон молился, чтобы тот хоть что-нибудь сказал. Хоть какое-то действие, Шастун был готов даже к тому, чтобы ему заехали по носу, поэтому он так сильно вжался в сидение. Арсений это видел и довольно скалился. Антон позволил себе взглянуть на него. Оба с вызовом друг на друга смотрели, пока Попов не двинул рукой в сторону Антона, отчего тот вздрогнул и зажмурился. Арсений пропустил смешок. Такая реакция парня его забавляла. Он взял рядом с рычагом пачку сигарет, достал одну и зажал губами фильтр. — Боишься? — струйка горьковатого дыма поплыла вверх. У Антона начались флешбеки. Под тканью толстовки пробежали мурашки. — Да, — честно ответил он. — Правильно делаешь. Сейчас даже Антон был не против закурить, хотя до этого такая мысль казалась непозволительной. — Можно? — он неуверенно попятился на полупустую пачку. Арсений с сомнением посмотрел на него, пожал плечами и протянул сигарету. Антон счёл это жестом вроде того, который позволяют тем, кто стоит на эшафоте, прощаясь с жизнью. Рука с ярко-выраженными темными змейками вен показалась рядом с губами Антона и дала огня. Шастун держал фильтр между губами, так и не решаясь сделать затяжку. — Хочешь спросить, как я узнал? — попробовал угадать Арсений мысли собеседника и попал в точку. Антон кивнул. — Специально для таких долбаебов, как вы, существует видеорегистратор с очень полезной функцией. Объяснять не буду, потом сам узнаешь. Шастун готов был стукнуть себя по лбу. Как они могли не учесть этот тупой факт? Он наконец-то вдохнул, наполняя легкие никотиновым дымом и тут же закашлялся. Во рту стало горько жечь, голова тут же затрещала, как будто вокруг понизилось давление. — Это ты так, значит, людей благодаришь, да? — Арсений никак не сочувствовал мальчишке, который, казалось, сейчас легкие готов был выплюнуть. Глаза у Антона заслезились, во рту ужасно пересохло. — Как ты узнал, где я живу? — наконец опомнился он. — Долго искать не пришлось, — коротко ответил Попов, — почуял дух пиздежа и оказался прав. Антону вдруг захотелось рассмеяться. Арсений показался ему ... забавным. Он внимательно вгляделся в лицо парня напротив. Его глаза по-прежнему были огромны и напоминали бирюзовую даль. Антон пялился, не стесняясь и глупо улыбался, представляя, как бы они смотрелись сквозь розовые очки. Или голубые. Арсений докурил сигарету, бросив бычок за стекло машины. — Ты глухой, что ли? Я спрашиваю, давно ты таким смелым стал, что по дворам шляешься и чужие тачки портишь? — Попов ткнул Антону в плечо, чтобы вывезти того из коматозного состояния. Потом усмехнулся глуповатому виду Шастуна. — Ты сам виноват. Вы со своими дружками магазин моего друга грабанули, так вам и надо, — Антон вдруг, в край осмелев, обиженно стукнул кулаком по бардачку напротив. — Сдурел, что ли? — ему тут же дали смачного подзатыльника, отчего Шастун чуть ли не поцеловался с салоном. Антон потёр пальцами ушибленное место и тут же захихикал. Попов с неподдельным интересом взглянул на него. — Че ты ржешь? Он повернул парнишку к себе, взял за подбородок и внимательно посмотрел прямо в глаза. Антон от такого хозяйского жеста возмутился и дёрнулся в сторону. Но Арсений лишь довольно улыбнулся и облизал губы. — Ты че, косяк впервые куришь? — веселился Попов. Антон надул губы от такого заявления: с ним обращались, как с маленьким. Его как будто посадили на американские горки: сейчас его начало подташнивать, а внутри бушевало недовольство и злость. — Я вообще впервые курю, — буркнул в ответ Шастун и отвернулся, рассматривая крупные разводы на окне. — Тогда понятно, почему тебя так развезло с одной затяжки. Не парься, через пятнадцать минут пройдёт, — Арсений потрепал свои волосы и впустил в салон свежий апрельский воздух. Но не прошло ни через пятнадцать, ни через двадцать минут, потому что это было уже не действие травки, а что-то внутри Антона — его разъедало и давало сбой. Он выбросил истлевший до самого фильтра бычок и пообещал себе, что больше никогда не возьмёт в рот эту гадость. Машина стартанула с места, круто повернув за угол. Антон опомнился, что его везут в непонятном направлении. — Куда мы едем? — внутри все клокотало от волнения, но все же вида, что ему страшно, Шаст старался не подавать. — Кататься. Сам же хотел. Антон заелозил ногами, завертелся на сидении, ища как бы отсюда свалить. На светофоре Попов притормозил и Шастун тут же, не теряя времени, дернул ручку на себя, но сильная рука его крепко прижала к сидению и захлопнула дверь. — Ты можешь хотя бы пять минут, блять, смирно посидеть? — заорал Арсений, нажав на кнопку блокировки двери. Вдали на небе послышался раскат грома. Тяжелая рука все еще плотно прижимала Антона, не давая пошевелиться. — Что тебе нужно? Я деньги на новую форму копил, но могу все тебе отдать, только давай ты меня обратно домой отвезешь, — пролепетал Шаст, цепляясь хоть за какую-то реакцию парня. Но Арсений, казалось, лишь веселился, играл, как кошка с мышкой. — Ну, я подумаю, — широко улыбнулся он. — Достань-ка свой телефон. Антон, не спрашивая, достал из спортивок смартфон и разблокировал сенсорный дисплей. Вопросительно посмотрел на Попова. — Набери своего дружка. — Зачем? Шаст изрядно напрягся, понимая, к чему все идет. — Хочу договориться о встрече, — без стеснения ответил Арсений. В его покровительственном тоне было что-то язвительное. — Нет, — тут же парировал Антон. Кидать Диму он точно был не намерен. Попов улыбнулся. — Бля, я же сам отберу, если мне надо. Не трать ни свое, ни мое время. Вот тут Антон готов был поверить. Он сдался. Нашел в контактах Поза и нажал кнопку вызова, протянув трубку Арсению. Шастун про себя молился за то, что Дима не настолько глуп, чтобы вестись на его провокации. Наверняка он что-нибудь придумает, не глупый ведь... — Димуль, хороший мой, — начал Попов припеваючи. — Я надеюсь, у тебя все в порядке и сейчас ты сидишь дома и попиваешь сладкий чай в компании своей бабули. Очень мерзко с твоей стороны. Ведь пока ты отсиживаешь свою жирную задницу и набиваешь брюхо вкусными пирожками, твой симпатичный дружок сейчас в предобморочном состоянии сидит рядом со мной. У Антона от сладко-приторного, фальшивого голоса Арсения поднялся ком к горлу. До чего же он его сейчас хотел стукнуть по голове или впечатать носом в этот чертов руль. Но все, что Шастун сумел из себя выжать – это протестующе замахать руками перед лицом Попова в попытке отнять телефон. Он умудрялся даже что-то говорить, типа «Дим, не ведись на это». Но Арсений его ловко отстранил, тыкнув ладонью в лицо. Антон недовольно скривился от резкого горького запаха. — Это тот, кому ты решил очень глупо отомстить. Уже и забыл? Вряд ли Дима забыл. Скорей всего он так же в легком шоке, что вместо Шаста трубку взял Арсений. — Так я тебе напомню. Если через полчаса тебя не будет за старой водонапорной башней, то Антоша вряд ли придет завтра в школу, — после этого Арсений сбросил вызов и резко притормозил на трассе. Антон, будучи не пристегнутым, чуть не стукнулся о лобовое стекло. Он огляделся по сторонам. Кругом – длинная лесная полоса. Множество машин проезжали мимо, не обращая внимания на вставшую на обочине машину с включенной аварийкой. — Я вызову полицию, — загнанно прошептал Антон, исподлобья косясь на Попова. — Я тебя умоляю, — фыркнул тот, глуша двигатель. — Можешь вылезать, твоя остановочка. Шастун выпучил глаза. Кругом был мрачный лес, на небе, по ощущениям, готовился ураган, смерч, убойный ливень, а Антон, сидевший в машине в одних тонких домашних спортивках и поверх наспех накинутой толстовки, растерянно смотрел на парня. — Там же дождь скоро начнется. — Прости, но у меня нет запасной курточки для непослушных мальчиков, — наигранно-сочувственно пролепетал Арсений и щелкнул дверью. — На выход. — Да пошел ты! — Антон вложил в эти слова всю свою ненависть, на которую он был способен на данный момент. Зло хлопнул дверью и отошел в сторону с опаской, боясь, что Попов назло ему ответит. Но он лишь приоткрыл окно машины, обвел взглядом ощетинившегося со злости и резкого холода Шастуна и сладко улыбнулся во все тридцать два. — Ты не волнуйся, все зависит от того, насколько у тебя хороший друг. Советую далеко не уходить, искать не буду. Темно-синяя машина дает газу и скрывается за едва различимым горизонтом. — Сука, — наконец позволяет себе выругаться Антон и нащупывает в карманах спортивок телефон. Тут же чертыхается, потому что телефон ему так и не вернули.