Маленькая песня
2 августа 2021 г., 16:50
Примечания:
tw упоминание селфхарма, порезов, лезвий
Кируми стоит напротив развалившегося двухэтажного дома. Деревянная крыша обвалилась, выбиты оконные стёкла, выломана дверь. На когда-то белой стене, где рос плющ, — граффити чёрной краской.
Тоджо аккуратно перебирает пальцами по пустой почтовой коробке.
— Значит, слухи не врали? — тихо вздыхает она, окинув дом ещё раз. — После «Данганронпы» назад пути нет…
Тихим шагом она приближается к двери и осторожно открывает вход — дверь тут же падает, без того едва держась на одной петели.
— Чёрт!
И чёрные балетки шуршат по полу.
Деревянные доски иссохлись, и сквозь щели видны осыпавшиеся краска и побелка. Всё это шуршит, рассыпается в домовый прах под ногами Кируми.
— Здесь ведь был твой дом? — слышится сзади голос Корекиё.
— Да. Родители, видимо, давно переехали отсюда, а дом так и остался бесхозным.
Сквозь разбитые окна пробиваются звуки и свет из внешнего мира. Кируми, крепко держась за перила, поднимается по едва ли уцелевшей лестнице наверх. Сквозь крышу тоже проходит солнечный свет.
На стене, видимо, одной из спален — детский рисунок с коровами на поле.
На фоне лугов из зелёных фломастеров — хрустальные горы.
— Ты когда-то рисовала? — Шингуджи смахивает пыль с рамки и стекла, за которым лежит рисунок.
— А кто из нас в детстве не рисовал, Киё? — Кируми берёт рамку и отворачивает рисунок к стене.
Она бегло осматривает спальню.
Рабочий стол почти разваливается, полки — тоже. Кровать не развалилась, но она вся в пыли, грязи и побелке. Где-то под выцветшей подушкой, воняющей многолетней плесенью, должны лежать бинты.
Тоджо трёт уголки глаз от неприятного зуда и садится на кровать.
Шингуджи садится рядом и, порывшись по подушкой, находит и бинты, и лезвие от бритвенного станка. Желтовато-зелёные глаза замечают на запястьях горничной белые следы шрамов.
— Я тоже когда-то был самоубийцей, — напевая себе под нос, фольклорист поднимает взгляд на неё.
Отяжелевшей головой Кируми падает на плечо Корекиё, хмурясь и поджимая губы.
— И тоже лежал в окровавленной ванне…
Девушка чувствует, как по голове её треплет нежная рука.
— Не переживай, нам обоим некуда идти.
— Совсем некуда?
— Из семьи у меня только сестра и осталась.
— И почему ты не остался с ней?
— Она отреклась от меня после того шоу.
Горничная приобнимает фольклориста, уткнувшись в плечо.
— Ты поспишь? — тонкие пальцы немного разделяют спутанные волосы девушки.
— Не знаю, — но Кируми клонило в сон.
— Я поохраняю тебя.
Солнечные нити теплом ласкают их головы.
— Не помни о прошлом, Кируми. У нас его больше нет, но…
Тоджо приподнимается и смотрит Шингуджи в глаза.
—…но мы можем двигаться вместе.
Корекиё прижимает Кируми к себе, и она обнимает его.
— Моя маленькая девочка со взглядом волчицы.
Примечания:
Часть строк и референсы взяты из песни "Маленькая девочка" группы Крематорий.
