Поговорим о смене ролей

      Она получила сообщение ранним утром. В этом не было ничего нового, отправитель был известен своей непосредственностью и загадочностью. Она проверила время, прежде чем подпрыгнуть и превратиться в птицу. Можно было не боятся опоздания — она прибыла даже чуть раньше.       У меня к вам просьба: явитесь ко мне в одиннадцать, если не возражаете.       Рейвен вздохнула. Из-за Озпина, она вынуждена была прибыть в Бикон, чтобы исполнить просьбу. Ей это не нравилось: не просто так она перестала быть одним из его агентов. Теряя мужа, из-за всех этих «чрезвычайно секретных» поручений, вы не сможете, как ни в чем не бывало продолжать выполнять их. Рейвен не хотела оставлять Янг одну. Или Саммер, или даже Руби.       Поэтому она сказала Озпину, что не станет помогать, после смерти Тая. И все же она была здесь.       Саммер начала беспокоиться еще когда Озпин подошел к Янг. После того, как их дочери уехали в Бикон, Саммер сказала ей, что Озпин, вероятно, снова начал действовать, если хотел, чтобы Рейвен вернулась к работе под его началом.       Это еще больше усложняло ситуацию.       Это означало, что она делает шаги. А это означало что Ремнанат и его население было под угрозой. Ее семья была под угрозой.       Вот почему она пускай и с неохотой но была здесь, летая вокруг башни Бикона. Она приземлилась на подоконник и дважды постучала клювом по стеклу.       Окно открылось, и она прыгнула внутрь, трансформировавшись обратно и приземлившись перед директором. Он удивленно посмотрел на нее. — Ты ведь знаешь, что можешь воспользоваться лифтом, верно?       Она усмехнулась и закатила глаза. — За год случается больше аварий на лифтах, чем нападений акул, — огрызнулась она. Озпин поморщился и бросил взгляд на лифт, ведущий в его кабинет. — Да, спасибо за эту мысль, с которой я начал свой день, — сказал он ровным голосом. Она ухмыльнулась и пожала плечами. По крайней мере, ни у одного из них не было проявления её брата. — Без предисловия, чего ты хочешь? — спросила она, переходя к делу. Она всегда была такой, заметил Озпин, никогда не ходила вокруг до около интересующего ее вопроса. Рейвен была так же прямолинейна, как и при первой встрече. — Прямо сейчас, — начал он, — я хотел бы, чтобы вы помогли мне вести наблюдение в Вейле. В последнее время преступная деятельность спонтанно начала набирать обороты, было бы хорошо знать, кто стоит за этим, — сказал он ей. Она настороженно посмотрела на него. — Ты думаешь, это она? — спросила она. Он слегка вздохнул. — У меня нет ничего, кроме предположений. Вполне возможно, что возникнет новое кольцо организованной преступности, в таком случае у нас хотя бы не будет очередных жаждущих разрушить королевство психопатов, — объяснил он. Рейвен хмыкнула.       Это было по-своему справедливо. Она видела новости совсем недавно. Кто-то воровал прах. Вопрос был в том, для кого это? И если не для кого, то зачем?       Впрочем независимо, кто и почему занимается этим, новости были неприятными. Саммер преподавала в Сигнале на Патче, и, хотя Рейвен перестала работать на Озпина, все эти годы она продолжала выполнять случайно подвернувшиеся охотничьи заказы.       Было бы неправильно с ее стороны просто игнорировать проблемы, происходящие в городе особенно теперь, когда она была здесь. Возможно, на это и рассчитывал Озпин, взывая к ее чувству долга. Для нее это не имело никакого значения. — Зачем я нужна тебе для этого? — спросила она. — Ты наиболее подходящая кандидатура для такого задания — тебя трудно заметить, а проявление позволит, если что отступить из любой ситуации, — прямо сказал он. Она ухмыльнулась. По крайней мере, теперь он перестал дурачиться. — А полиция? — Разве они не были бы намного лучше для такого рода вещей? Хотя она хотела, чтобы преступления прекратились, у нее не было никаких полномочий рваться в город при малейшем признаке угрозы. — Полиция и так на пределе. Еще одна причина для беспокойства. Кто бы это ни организовал, — а то что за этим кто-то стоит я не сомневаюсь, — он следит за тем, чтобы полиция была занята по всему городу.       Рейвен хмыкнула. Вероятность что за всем стоит Салем возрастала. Это также означало, что полиция не сможет ничего сделать, чтобы остановить все это. — Что было бы моей основной задачей, кроме «остановить преступность»? Я не могу просто ходить и выбивать дерьмо из каждого убогого ублюдка, не привлекая к себе внимания, — размышляла она. Озпин уже выглядел так, будто у него был план. — Похоже, что многие крупномасштабные преступления возглавляет некий Роман Торчвик. Он может стать ключом для начала расследования, но он известен своей неуловимостью, — сказал ей Озпин.       Она слышала о нем. Видела его фотографии. Выглядел не так уж плохо, но всем своим видом буквально кричал, что в качестве своей профессии выбрал преступления. — Думаю, я смогу разобраться, — сказала она после паузы. Ей не хотелось возвращаться к работе на Озпина. Очень не хотелось. Но если Вейл в опасности, то и Бикон в опасности. А в Биконе Янг и Руби.       Она не могла этого допустить. — Я очень ценю Вашу помощь, — поблагодарил он, — если у вас есть какие-то вопросы, то сейчас самое время их задать.       Рейвен задумалась. Она знала, что старик часто отвечал загадками, но что-то ее беспокоило. Что-то большое, и хотя это могло быть паранойей, но Рейвен предпочитала доверять своей интуиции. — Моя дочь рассказала мне о той ночи, когда вы с ней познакомились, — вдруг сказала она. Озпин кивнул, чтобы она продолжала. — Она сказала, что Торчвик сбежал, потому что ему помогла какая-то незнакомая женщина. Которая, управляла огнем, — продолжила она. — Это та самая дева?       Озпин на мгновение задержал на ней взгляд, словно смотрел сквозь нее. Это было похоже на него… подбирал подходящие слова. Это еще больше встревожило ее. — Озпин, — спросила она, — мы наконец нашли следующую осеннюю деву?       Он тяжело вздохнул. Он должен был ожидать этого от Рейвен. Она не любила рисковать и, конечно, не любила действовать вслепую. — Судя по воспоминаниям Глинды, женщина, которую госпожа Шао Лонг и двое ее товарищей по команде видели в ту ночь, скорее всего, и есть та самая дева, — сказал он. Рейвен зашипела.        Теперь на стороне Салем была дева. Это было очень плохо. И Янг сражалась с ней. В ту ночь она легко могла умереть. — Ты сказал, что мы не знаем, где дева. Ты сказал, что у тебя есть план, как ее найти. И что в итоге? — выплюнула она.       Он хорошо выдержал ее гнев. Он испытывал это уже много раз. Рейвен была не из тех, кто откладывает свои проблемы в сторону, чтобы пощадить чьи-то чувства, и, конечно же, не испытывала проблем с тем, чтобы сказать другим, что она о них думает. — У меня был план. Просто не хватило времени. Королева случайно нашла ее первой, — спокойно сказал он.       Она сверкнула глазами, но больше ничего не сказала. С Озпином всегда было так. Никогда не вовремя. Она глубоко вздохнула, но не отвела взгляда. — Держи мою дочь и племянницу подальше от этой войны, Озпин, — прорычала она. — К сожалению, — он медленно повернулся и уставился в окно, — боюсь, что ни у них, ни у других учеников не будет такой возможности.       В кабинете стояла тишина. Даже когда Рейвен повернулась и начала уходить, кипя от злости, Озпин продолжал смотреть в окно на академию. — Я выполню это чертово задание. Ты все еще должен мне ответы, старик, — заявила она, когда окно открылось и она выпрыгнула. Через несколько секунд над школой пролетела птица, направляясь к городу.       Он вздохнул и уставился в свою кружку. Как все могло быть просто. У него была возможность спасти их всех. Но это потребовало бы больших жертв, и он не знал, сможет ли заставить других сделать это.       Нет. Он знал цену. Он знал, какой выбор он и другие уже сделали. Он знал, что нужно делать.       И он будет тем, кто это сделает.

***

— На пикник? Уитли закатил глаза, услышав слова светловолосой скандалистки. — Контролируемая экскурсия по лесу, — повторил он. Команда на мгновение притихла в своей комнате. Они сидели на кроватях, наслаждаясь отдыхом после занятий. — Значит, пикник, — повторила Янг. Уитли вцепился в свои волосы. — Называй это как хочешь, идиотка! Дело в том, что на следующей неделе мы отправимся в дебри Леса Вечной Осени на задание, и мы должны быть готовы, — сказал он. Она показала ему язык. — Остынь, Ледяной Принц, — он ощетинился, услышав эту кличку, — мы будем хорошо подготовлены к этой «экскурсии» — Согласен, — сказал Адам, — но лучше быть слишком подготовленным, чем недостаточно подготовленным.       Уитли хмыкнул, услышав слова мужчины, а Янг закатила глаза. Казалось, Адаму доставляло удовольствие играть роль адвоката дьявола. Он всегда был таким. Даже в выборе еды черт побери! «А тебе не кажется, Руби, что есть печенье в такую рань — плохая идея» — заметил как-то Адам. Да это плохая идея, но счастье человека так же важно, как и здоровье! Он был как отец команды.       Какой осел!       Команда YSTR в последнее время была очень занята. Они начали практиковаться в командных атаках и очень быстро поняли кое-что друг о друге: сказать, что ты собираешься подбросить кого-то на 6 метров было намного проще, чем на самом деле бросить его. Янг все еще время от времени извинялась перед Адамом после того, как потеряла равновесие и швырнула его лицом вперед через скамейку.       Это были, мягко говоря, интересные выходные.       На данный момент они отложили тренировку совместных атак. У них были другие занятия, и им все еще нужно было проработать более тонкие детали своих движений, прежде чем они попытаются повторить их снова. Ни разу, им не удалось идеально выполнить задуманное, так что они пока что они остановятся чтобы полностью не разочароваться в этой идее.       Это только немного задело, когда они смотрели, как команда PAVL отлично справляется не с одним, а с двумя командными атаками. Рен и Нора быстро показали всем, как прекрасно они работают вместе, когда исполняют то, что можно описать только как танец смерти. Они также были удивлены, когда Жон шагнул вперед, и они с Норой объединили лазерный и аурный выстрелы.       Результат был прекрасным и разрушительным, пробив дыру в трибунах, стене и маленьком фонтане в саду. Кроме того, их команду на месяц отстранили от тренировок. Рен утверждал, что оно того стоило. Пирра утверждала, что нет. — Напомни мне что мы делаем на этом пик… э— э… то есть экскурсии? — спросила Руби. Уитли ухмыльнулся. По крайней мере, Руби пыталась его развеселить. Она быстро стала любимицей всей команды, несмотря на то, что она уже была любимицей Янг.       Адаму она нравилась, потому что была сильной. А еще потому, что она редко пыталась завязать неловкую светскую беседу или побеспокоить его во время, как выразился Янг, «задумчивого времени». Уитли тоже ценил ее спокойный характер, хотя и уважал как старшую сестру. Он не мог отделаться от мысли, что Вайсс понравится Руби, хотя это была всего лишь догадка. — Разве мы не наполняем банки сиропом? — спросила Янг. Уитли закатил глаза. — Сок. Ты не получаешь сироп прямо с дерева, — уточнил он. Янг пожала плечами. — Значит, это просто сырой сироп, — возразила она. Он фыркнул, но прежде чем он смог продолжить, Адам вклинился между ними. — Дети, ведите себя прилично, — сказал он с легким блеском в глазах. Они все быстро поняли, что Адам не был большим любителем улыбаться, но если присмотреться, можно было увидеть много чувств в его глазах. — Кого ты называешь ребенком! — усмехнулись партнеры. Он поднял бровь. — Должен ли я напоминать вам, что в то время как каждый студент нашего курса старше вас обоих, я старше их всех? — спросил он. Оба слегка покраснели, но потом Янг заинтересовалась. — Сколько тебе точно лет? — спросила она. — Двадцать один через несколько месяцев, — ответил он без паузы. — Ну, я полагаю, поговорка гласит: «лучше поздно, чем никогда», — прокомментировала Руби. Все они с этим согласились. — Значит, ты можешь достать нам выпивку и сигареты? — спросила Янг.       Адам медленно перевел взгляд на своего напарника. Взгляд Руби в этот момент можно было назвать по-разному: убийственный, леденящий кровь, обещающий быстрый конец, если он скажет что-нибудь еще, кроме «абсолютно нет». Он повернулся к Янг, которая выжидающе смотрела на него. — Как ответственный взрослый человек, я никогда не стал бы покупать выпивку для несовершеннолетних граждан, — сказал он как робот, чувствуя одобрительный кивок Руби. — Фу, — простонала Янг, — ты непрааавильный. Ты совершишь набег на шахтерский лагерь, но не купишь пива для пятнадцатилетнего подростка? — В отличие от набега на лагерь или ограбления поезда, я знаю, что произойдет дальше, и, скорее всего, не задохнусь во сне, — он бросил взгляд на Руби, когда говорил вторую часть. Она ни в малейшей степени не выглядела виноватой. Она тоже не поправила его.       Он начал чистить Уилта, чтобы избежать зрительного контакта с ней. Она могла быть страшнее любого Гримма, когда хотела. — Я, например, уважаю его решение не потакать тебе, — заявил Уитли. — Это потому, что ты ботаник, — невозмутимо ответила Янг. Он пронзительно вскрикнул. — Я хорошо образованный студент! Тот, кто соблюдает законы королевств! — заявил он. — Законный возраст пьянства в Вакуо — двенадцать, — сказал Адам, даже не поднимая глаз от меча. Уитли цокнул языком и не сдвинулся с места. — Вы можете получить лицензию на оружие в десять в Вакуо! Оно не считается! — хмыкнул он. Адам хихикнул. Он знал, что это королевство было неукротимой задницей Ремнанта. — Янг, — наконец заговорила Руби, которой надоели расспросы сестры, — перестань издеваться над Адамом. Если я поймаю тебя с выпивкой, я тебя накажу. И я сделаю это так же, как сделала Рейвен.       Янг инстинктивно попыталась защитить голову и задницу. Это были основные места Рейвен для доказательства точки зрения. Она хватала ближайший, не являющийся оружием предмет и превращала его в оружие. Если ее мама не била по голове — она целилась ниже, чтобы доказать, что убегать тоже плохая идея.       Хуже всего было, когда она использовала грабли после того, как Янг в шутку бросил ей в волосы клубок листьев. Ей до сих пор снились кошмары каждый раз, когда дул ветер и звенели зубцы. Она вздрогнула от этой мысли. — Уитли! Расскажи мне все об этом лесном приключении! — быстро сказала она. — Экскурсия, — поправил он. — Какая разница! Что угодно, только не грабли! — взмолилась она. — Что? — спросил он, совершенно сбитый с толку. Руби только тихонько хихикнула и вернулась к своим делам. Эта угроза всегда заставляла Янг сменить тему.       Интересно, что сейчас делают Рейвен и ее мама, когда их дочерей нет дома?

***

      Саммер тупо уставилась на свиток, на ее лице почти не отразилось никаких эмоций. Она очень надеялась, что неправильно поняла услышанное. — Ты шутишь. — Саммер, зачем мне шутить об этом? — спросила Рейвен на другом конце провода. — Потому что я действительно не хочу, чтобы у Салем была настоящая дева осени! Не говоря уже о том, что я сейчас в школе! — прошипела Саммер. Рейвен вздохнула. — Извини, но это правда. Хуже того, похоже, что Бикон будет в центре всего этого, — сказала Рейвен женщине. Саммер застонала и провела руками по лицу. — Я знала, что Озпин хотел, чтобы ты увидела его не только на родительском собрании! — заявила Саммер. Рейвен раздраженно покачала головой. — Оз хочет, чтобы я бродила по городу. Посмотрим, что я смогу найти. Я дам тебе знать, стоит ли беспокоиться о девочках или нет, — пообещала Рейвен. — Я уже беспокоюсь! — крикнула Саммер. Слава Богу, они жили посреди леса. Ей не нужно было беспокоиться о том, чтобы не разбудить соседей. — Значит, больше беспокойства, — вздохнула Рейвен. Саммер была более заботливой, чем она! — Пожалуйста, будь осторожен, Рэй. Это не та работа, на которой можно расслабиться, — прошептала Саммер. Она действительно не хотела объяснять Янг, что волшебная дева, способная управлять погодой, убила ее маму. — Я знаю. Но я еще даже не начала искать. Мне все еще нужно выяснить, с чего начать, — сказала ей Рейвен, пытаясь успокоить женщину. У Саммер сердце было больше, чем у большинства людей. Это делало ее и невероятной охотницей, и матерью, и невероятно трудным человеком в напряженных ситуациях.       Какие бы эмоции не испытывала Саммер среди них не было спокойствия. Это была не просто обычная проблема, которую можно было решить, задавив силой или количеством. Это была Салем. А сила ничего не значила, когда в дело вмешивалась Салем.       И что это за история с осенней девой? Озпин искал ее много лет, но так и не смог найти! Они даже не знали, как она выглядит, что делало ее поиски почти бесперспективными. Любая девушка или женщина, достаточно молодая, могла бы стать девой. Это сужало поиски до 30% населения.       Легко, правда? — Мне кажется, это неправильно, — вдруг сказала Рейвен. Это привлекло ее внимание. Рейвен всегда была скептиком, можно сказать, это было частью ее обаяния, но она никогда не была неоправданной в своих догадках. Когда она думала, что что-то не так, то, скорее всего, что-то было не так. — Ты думаешь, что это еще не все? — спросила Саммер. Она услышала, как Рейвен застонала и фыркнула на другом конце провода. — Не могу сказать наверняка. Только то, что что-то не так. Ты же знаешь Озпина и его игры. Он никому ничего не скажет, если не сочтет это важным, — коротко ответила Рейвен.       Саммер вздохнула. Рейвен не ошиблась. Озпину нравилось говорить загадками и держать все под контролем. Он позаботился о том, чтобы его планы стали сюрпризом для всех, даже для тех, кто был на его стороне. Проблема заключалась в том, что иногда это причиняло людям боль, и когда это случалось, это подрывало веру его союзников в него. — Я постараюсь вытянуть из Оза побольше. Он должен знать что-то еще. Если я сделаю эту работу для него, он может дать мне больше ответов, — объяснила Рейвен. Саммер вздохнула, но кивнула. — Я помогу, если понадобится, — предложила она. Она знала, что Рэйвен никогда бы не призналась, что ей нужна помощь, но она была достаточно умна, чтобы знать, какие бои были вне ее лиги.       Рейвен поворчала, но согласилась. Вопрос жизни и смерти или нет, но ей все равно не нравилось просить о помощи. Она была уверена, что прекрасно справится сама. — Я буду держать тебя в курсе. Поговорим позже, — сказала она. — Береги себя! — пробормотала Саммер, закатывая глаза, когда услышала стон Рэйвен перед тем, как повесить трубку. Эта женщина. Такая упрямая.       Саммер только надеялась, что Рейвен не даст Озпину еще больше поводов для беспокойства. Рейвен не была известна тем, что сдерживалась, и последнее, что им было нужно, это испорченное имущество, поверх строящей козни ведьмы.       Во всяком случае, теперь он вернулся к работе. Она открыла дверь и вышла в коридор. — Мисс Роуз? Что вы делали в кладовке уборщиков — спросил проходивший мимо студент. Саммер слегка покраснела и огляделась. Несколько студентов видели, как она выходила из кладовки. — Проклятье, Рэй, — пробормотала она.

***

— Уф! — Думаю, нам следует сделать небольшой перерыв. — Да… Думаю, ты прав. — Пирра, — Жон упал и сел рядом с ней, протягивая ей бутылку с водой, — ты не должна себя мучить. — Я не мучаю себя! — фыркнула она, выпрямляясь. Он поднял бровь и она поникла, — Не так уж сильно…       Он усмехнулся и сделал большой глоток из своей бутылки. Они тренировались, как и просила Пирра. Большую часть времени они тренировались в специальных залах, но порой те были переполнены. Сейчас они тренировались на небольшой полянке в саду возле общежития. Был полдень, и солнце садилось. — Нужно много воли, чтобы попросить кого-то о помощи, Пирра. Думаю, это многое говорит о твоем характере, — похвалил он. Она чувствовала себя не намного лучше, но, по крайней мере, перестала сутулиться. — Я чувствую, что стала лучше, но этого недостаточно, — вздохнула она. Он медленно протянул руку и осторожно похлопал ее по плечу. — Не все изменения происходят мгновенно. Чаще всего это происходит постепенно. Небольшие улучшения сейчас — это то, что поможет тебе стать намного лучше позже, — мудро сказал он. Она все еще выглядела задумчивой.       Но что, если ее время для таких больших перемен уже прошло? Что, если у нее уже был шанс стать великой, но она выбрала неверный путь, и судьба выставила ее дурой?       Неужели она и в самом деле может стать великой охотницей?       Она посмотрела на Жона, который сидел с закрытыми глазами и впитывал последние лучи закатного солнца. Такой неукротимый воин, который неоднократно доказывал, что ему практически суждено стать героем.       Она подумала и о других своих друзьях. Нора и Рен, которые пробились через мир. Хотя они могли бы поселиться в какой-нибудь случайной деревне и получить работу даже без лицензии охотников, они решили стать охотниками, чтобы спасать людей по всему королевству.       Ее мысли даже перенеслись к команде YSTR. Янг и Уитли, в таком юном возрасте, попали в Бикон и были одними из лучших в классе. Адам выказал такое убеждение в равенстве и имел достаточно сил, чтобы осуществить его. Руби не боялась неудачи и была отличным бойцом: любой мог видеть, что она предназначена для великих свершений.       Так кто же она? Дура с мечтой? Нет, она знала, кто она. Возможно, пришло время принять это. Она была обязана этим своему партнеру, который так великодушно потратил время на ее обучение. — Жон, — резко сказала она, привлекая его внимание, — могу я?.. Могу я кое в чем признаться? — Признаться? — спросил он. — Да… — кивнула она.       Это плохая идея, сказала она про себя, я не должна никому об этом говорить. Что, если он меня возненавидит? — Я… — она должна отступить сейчас, пока может! Это была не какая-то детская тайна, вроде того, что кто-то танцевал в нижнем белье, будучи один дома, это было все равно, что дружить с известным преступником и не говорить властям! — Пирра, ты можешь рассказать мне все, что угодно. Я не рассержусь, обещаю, — мягко улыбнулся Жон.       Но будет ли он так уверен после того, как она ему все расскажет? Люди всегда говорят, что не будут сердиться, но не понимают, как невероятно легко выходят из себя! — Я… — она глубоко вздохнула.       Сделай или умри. — Мне здесь не место, Жон, — наконец сказала она. — Пирра, я знаю, что ты расстроена тем, темпами роста, но ты действительно становишься лучше… — она быстро покачала головой, не в силах встретиться с ним взглядом. — Я не это имела в виду! — сказала она громче, чем хотела. Пирра слегка поморщилась и выругала себя за свою вспышку. — Тогда… Что ты имеешь в виду? — спросил он. — Я… Не была достаточно хороша, чтобы попасть в Бикон. Вообще. Так что я нашла способ… Чтобы подделать мои документы и обманом попасть сюда, — выпалила она.       Она не могла смотреть ему в лицо. Был ли это стыд? Определенно, но куда больше она боялась увидеть на его лице разочарование.       Он согласился тренировать ее, он был таким хорошим другом для нее, и кем она была? Безответственной? Он пытался помочь ей, а она была мошенницей. Она сгорбилась, ожидая его ответа. — Эм… И это все? — спросил он. — А? — она так удивилась, что вскочила с места и повернулась к нему.       Он смотрел… Не на сто процентов нейтральный, но и не настолько злой, как она думала. Он выглядел немного расстроенным, но это было все. — Что вы имеете в виду? Я сжульничала, чтобы попасть сюда! — повторила она. Он поднял бровь. — Я услышал тебя в первый раз. Честно говоря, ты могла бы серьезно пострадать, если бы я не добрался до тебя, — упрекнул он. Она моргнула. — Ты не ненавидишь меня? Совсем? — спросила она. — Ну, я не могу сказать, что я ни капельки не разочарован, — она вздрогнула от его признания, — но если уж на то пошло, я больше волнуюсь. — Ч- волнуешься? — она вытаращила глаза. Беспокоится за нее? О чем?! — Да, я имею в виду то что это стезя, которая может привести к смерти! Но теперь, когда ты так говоришь, в этом гораздо больше смысла. Не хочу показаться грубым, но ты… — он оглядел ее с ног до головы, заставив слегка поежиться. — Ты не самая искусная… Когда дело доходит до боя.       И это все, что он мог сказать? Что он беспокоится о ней, потому что она не была великим бойцом? — Но… . Я лгала всем! Я лгала тебе! — сказала она. Его губы сжались, когда он уставился на нее. — Да, и лгать плохо, — сказал он, как родитель, — но ты доказала, что обладаешь моралью и умом охотника. Если все, что вам нужно, — это навыки, то, по крайней мере, вы находитесь в школе, которая учит вас, как совершенствовать их.       Она не поняла. Может быть, потому, что у нее не было много друзей, но разве он не должен был быть намного более… что-угодно?! Его ответ был настолько спокойным, что это было почти тревожно! Поэтому она сказала единственное, что пришло ей в голову в тот момент. — Жон, — она схватила его за руки и повернула (с большим усилием, чем она была готова признать), чтобы посмотреть ему в глаза, — ты пугаешь меня. — Я… — Прости? — смущенно извинился он. — Черт! Я имела в виду… ты не пугаешь меня, просто я… я имею в виду, я действительно ожидала другой реакции, а это не то на что я рассчитывала, поэтому я… — она замолчала, когда Жон схватила ее за предплечье и мягко сжал. — Пир, — сказал он, — дыши глубоко.       Она моргнула и сделала несколько глубоких вдохов… На самом деле сработало на удивление хорошо. Она поняла, что все еще держит его за руку, и ее лицо вспыхнуло, но она быстро справилась со смущением. — Лучше? — спросил он. Она кивнула, не доверяя себе, что бы не начать новый словесный понос. — Хорошо, теперь, — он встал, глядя на нее сверху вниз, — я думаю, теперь у нас… гораздо больше работы, чем я думал.       Она изумленно уставилась на него. Он… Все еще хотел тренировать ее? Даже после того, как она сказала ему, что она мошенница?! — Что? — красноречиво спросила она. Он фыркнул. — Ну, если ты так сильно отстаешь, то мне нужно быстрее привести тебя в форму, — сказал он с легкой ухмылкой на лице. — Но… Но… Я не… — она не находила слов. — Конечно, это означает, что мне придется быть вдвое строже с тобой и значительно усилить твой тренировочный режим, — пробормотал он, не замечая ни ее лица, ни нарастающего ужаса от того, что он имел в виду.       Более жесткий режим тренировок? Чем они занимались все эти последние тренировки?! Он уже вытирал ею пол каждый раз! Она думала, что это уже было жестоким режимом! — Пир? Ты в порядке? — спросил Жон, наблюдая, как девушка тихо плачет и сворачивается комочком. Пирра не заметила его беспокойства.       Она была слишком занята мыслями о том, как это ужасно подействовало на нее самым неожиданным образом. Почему он не мог просто ненавидеть ее?!       Будут ли Рен и Нора реагировать так же? Она не думала, что выживет, если они это сделают.       Может быть, ей следовало продолжать лгать?

***

— Эй, ребята, Пирра снова плачет в траве, — прокомментировала Янг, наблюдая за упомянутой девушкой и Жоном из их окна. Они были достаточно высоко и достаточно далеко, чтобы не чувствовать себя подслушивающим. Она не могла разобрать, о чем они говорили, значит все было в порядке. — Оставь ее в покое, она делает все, что в ее силах, — сказала Руби, переворачивая страницу комикса и не поворачиваясь в ее сторону. — Все что в ее силах, кажется, очень щедрый способ выразить это, — прокомментировал Уитли, записывая что-то на куске богато украшенного листа. — Ну, — начал Адам со своей кровати, читая что-то в свитке, — не каждый может быть феноменальным бойцом в первый год.       Никто не заметил, что Адам был старше их, и было довольно забавно слышать это от него, учитывая, что он, вероятно, тренировался дольше, чем любой из них. — Я ничего такого не имела в виду, — сказала Янг, всплеснув руками, — Я просто наблюдаю. — Тише, я пытаюсь написать письмо, — упрекнул её Уитли. Янг сразу же потеряла интерес к тренировкам партнеров, пропустив ту часть, где Жон случайно отправил Пирру в птичью ванну, разбив вдребезги садовый орнамент. — О-о-о, кому ты пишешь? — спросила она, заглядывая ему через плечо. Он бросил на нее быстрый взгляд, который она проигнорировала. — А «не твое дело» — это вариант? -спросил он. — Ни в малейшей степени! — радостно воскликнула командир группы. Он застонал. — Если хочешь знать, это письмо моей сестре Вайсс, — коротко ответил он, вернувшись через минуту к письму. — Ты вроде как упоминал ее раз или два, — сказала Янг, теперь полностью навалившись на парня, прижимая ее грудь к его голове. Ничуть не смущенный и даже не взволнованный своим положением, Уитли впился взглядом в ее декольте. — Пожалуйста, убери свою грудь с моего лица, — прошипел он. — Да ладно тебе, тебе же нравится, — поддразнила она. Она вскрикнула и быстро отпрянула, когда он ткнул ручкой в ее девочек. Поговорим о колючести! — Ты уже закончила? — спросил он невесело. Она закатила глаза. — Ого! Хорошо. Но я все равно хочу услышать о твоей сестре, — сказала она, плюхаясь на край кровати. Он вздохнул и смерил письме взглядом, понимая что скорее в ближайшее время не сможет его закончить. — Наверное, я мало говорил о ней, — сказал он. Янг наблюдал за ним, ожидая продолжения. Руби тоже наблюдала, заинтересовавшись девушкой, которая помогала растить Уитли. Адам с трудом оторвался от свитка. — Моя сестра — настоящий бунтарь, и она научила меня сражаться. Какое-то время она занималась музыкой, но ее истинной страстью был бой. Она поступила в Академию Атлас и будет здесь на турнире Витал, — сказал он официальным тоном. Янг показала ему язык и Уитли сердито посмотрел на нее. — Это здорово и все такое, но, типа, я не просила резать мел. — Я думаю, ты имеешь в виду резюме, сестрёнка — Как бы там ни было, Руби, но суть в том, что я хочу знать о твоей сестре, не в смысле ее биографию, — простонала Янг. Уитли поморщился и слегка пошаркал. — Правильно. Эм… — он помолчал, обдумывая, что сказать. Сестры смущенно переглянулись. — Мы с Вайсс были… Наверное, самое близкое к семье, что было у нас в доме, — тихо сказал он. Руби заметила, что Адам тоже смотрит на нее. — Наша старшая сестра Винтер с юных лет была назначена матерью наследницей компании. В результате ни одна из них не проводил с нами много времени, — сказал он им. — Значит, вы были лучшими друзьями? — уточнила Янг. — Мы были единственными друзьями друг друга, — поправил он. — Звучит… Одиноко, — сказала Руби, послав мальчику сочувственный взгляд. — Возможно, но мы с Вайсс были счастливы друг с другом. Она была всей семьей, в которой я нуждался в этом заброшенном особняке, — он нежно улыбнулся, думая о ней. — Звучит очень мило, — прощебетала Янг. — Он хихикнул. — Я бы не сказал, что она самая… Терпеливая к людям, но в душе добрая. Просто не упоминайте о ее росте, и вы, вероятно, прекрасно поладите, — сказал он им. — Она что, жутко высокая — спросила Янг. Мгновение спустя ей в лицо ударила подушка. — Прости глупышку, — извинилась Руби. Он вздохнул, но больше ничего не сказал. — Вайсс совсем не высокая. Она ниже меня ростом — факт, который она упорно отказывается признавать. Она примерно одного роста с Янг, — уточнил он. — Низкорослые люди злее, потому что они ближе к Аду, — сказал Адам без сожаления. — Эй! Какой же ты папаша-осел! — крикнула Янг. — Ты обзываешься, потому что любишь, — парировал Адам. — Избавь меня от мысли, что Бык — отец команды, — цыкнул Уитли. Адам ухмыльнулся. — Мне не нравится твой тон, сынок, — предупредил Адам. — Пожалуйста, избавь меня от мысли, что ты мой отец, — взмолился Уитли. Глаза Янг загорелись. Руби увидела это и узнала этот взгляд. Она побледнела и одними губами сказала сестренке «нет».       Но было уже слишком поздно. — Я думаю, мы можем начать называть тебя Папочка, а? — спросила она.       Все уставились на нее. Уитли — в чистом отвращении, Руби — в смиренном ужасе, а Адам — с тем же выражением лица, которое появлялось у Рейвен всякий раз, когда она отпускала каламбур. — О-о-о, я так разочарован в тебе, дитя, — простонал Адам.       Наконец все рассмеялись и вернулись к своим делам. Янг повернулась и посмотрел на двух партнеров, продолжающих спарринг. Когда разбилась та купальня для птиц?       И была ли это пара… кроличьих ушек в кустах? Она прищурилась и повернулась к своей команде. — Эй, Адамотец, — раздаются три пары стонов, — подойди сюда на секунду, я думаю, ты должен это увидеть.

***

      Вальвет не могла поверить своим ушам! Та первогодка год, обманом пробралась в Бикон? А ее партнеру, похоже, было все равно!       Она была в саду, ухаживала за цветами… э— э… вздремнула в тени, когда услышала, как они тренируются. Ей было неприятно это признавать, но этот Жон был опытным парнем. Она видела его в бою, когда он дрался с тем быком. По правде говоря, несмотря на то, что она вела себя как настоящая сука по отношению к ним, эти двое немного пугали ее.       Но это? Это может быть использовано в ее интересах! Ей пришлось с трудом пробиваться сюда! Вся ее жизнь прошла в насмешках над тем, что она фавн! Она помнила, каково это — бояться, что кто-то будет издеваться ней, поэтому она начала учиться драться, чтобы это больше никогда не повторилось! Каждая царапина, синяк и порез напоминали ей, что она должна бороться, чтобы ее уважали в этом мире.       Она знала, каково это — быть напуганной и обиженной. Она знала вкус поражения и отчаянья. И, это никак не относилась к теме, но вот как раз вкус, чего-то называемого Драконьим фруктом, она не знала, хотя Ятсу, говорил что она не многое потеряла.       Это было издевательство. Почему самые крутые на вид и по названию фрукты должны быть самыми странными на вкус? Она отклонилась от темы.       В детстве ее тыкали и кололи, и даже когда она начала учиться на охотника, ее били и донимали. Давным-давно исчезла робкая Вельвет, которая не хотела драться. Теперь она всегда была готова сражаться, потому что если никто другой не заступится за нее, она заступится за себя. Даже после встречи со своей командой, ставшей как бы второй семьей, она оставалась готовой сражаться со всем миром.       И все же это было полное мошенничество, с удивительным и мощным партнером! И у него не было никаких проблем с тем, что она фальшивка!       Вальвет подумала. Что ей с этим делать? Конечно, она могла бы выгнать девочку, но что из этого выйдет? Ее партнер был настоящей проблемой для нее, так как она могла заставить это работать против него? И вообще, что ей от него нужно? Деньги? Это было бы довольно круто, и он должен быть достаточно богат, если он так знаменит, как все говорят.       Она смотрела из-за куста на двух тренирующихся. Ну, это было больше похоже на то, как он учил девушку уклоняться, пока сам искривлял воздух своими ударами. Где-то во время их тренировки он снял рубашку, и его тело блестело в золотом закате.       Она тихо зарычала. И у него, и у быка была одна и та же проблема. Они определенно раздражали ее, и оба, казалось, ставили её палки в колеса на каждом ее шаге, но они оба были просто… такими…       По-мальчишески очаровательными! Это было несправедливо! Горячие люди не имеют права так расстраивать!       Коко, вероятно, предложила бы шантажировать его свиданием, но это было не в стиле Вельвет. Конечно, она была настоящей сукой, но она не собиралась изводить кого-то ради свидания с ней. Это было просто неудобно для всех.       Но это не означало, что она не сможет заставить его позволить ей пощупать его пресс. Он был на вид, как мрамор.       Она не заметила, как кто-то внезапно появился за кустом, в котором она пряталась. Что она заметила, так это то, что чья-то рука схватила ее сзади за воротник и подняла в воздух.       Она вспомнила тот случай, когда Коко подняла ее и бросила в фонтан в качестве шутки. Теперь она могла смеяться над этим, но тогда она была готова оторвать девочке голову.       Она повернулась и встретилась лицом к лицу с ослепительными голубыми глазами. — Ой. Бык, — сказала она ровным голосом. Адам поднял бровь. — Полагаю, мне следует называть тебя кроликом? — спросил он невесело. — Кролик! — прошипела она, пытаясь ударить его по лицу. К несчастью, у него были длинные руки, и он держал ее вне досягаемости. Она ограничилась тем, что вцепилась в его правую руку, которая держала ее, но он не казался обеспокоенным. — Имей хоть немного достоинства… — пробормотал он, обхватив лицо левой рукой. Он посмотрел… Искренне смущенный ее действиями. — Блин, а я-то думал, что у тебя вспыльчивый характер, — раздался за его спиной более женский и молодой голос. Велвет смотрела, как Янг вышла из-за спины мужчины и радостно помахал ей. — О, отлично. Этот ребенок, — выплюнула она. Янг предпочла проигнорировать ее и посмотрела девушке в глаза, ее улыбка все еще была на месте. — Так зачем ты преследуешь моих друзей? — спросила она. — Я никого не преследовала! Я просто… Я кое-что уронила в кустах и искала!       Двое товарищей по команде нервно уставились на нее. Она слегка вспотела. Взгляд Адама был напряженным и непреклонным, как будто он видел саму войну и это было выжжено на его лице.       Перестань пялиться Вельвет, вспомни, где ты! — Что ты уронила? — спросила Янг, все еще выглядя счастливой. — Э-э, черт, я уронила свой… Свиток. — В кустах? — спросил Адам. — Да. — Что твой свиток делал возле кустов, где тренировались Пирра и Жон? — спросила Янг. — Эмм… — Ты их фотографировала для… — Адам посмотрел на Янг краем глаза, прежде чем обхватить ее голову левой рукой, вызвав пронзительный крик блондинки. — Неуместных целей? — спросил он. Она покраснела. Янг отмахнулась от его руки. — Я знаю, что такое дрочить, папа! — фыркнула она, поправляя волосы. — Не уверен, что девчонкам есть что дергать, но… — он получил укол в руку, который проигнорировал, но это заставило его замолчать. — Я фотографировал их не для того, чтобы… . М-прикоснуться к себе, а чтобы… — пробормотала она, и сквозь нее проглянула маленькая частичка той же застенчивой девушки. На этот раз это было чисто из предположения, что она была яростным извращенцем, который фотографировал ничего не подозревающих студентов, пока она пряталась в кустах. — Тогда почему твой свиток оказался в кустах? — спросил Адам.       Верно. Она совсем забыла, что именно отсюда берет начало эта специфическая ветвь допроса. — Ты шпионила за нашими друзьями? — прямо спросила Янг.       Молчание Вельвет и то, как она вдруг обнаружила, что их глаза не видны, говорили обо всем. — Хорошо, — сказала Янг, улыбка которой наконец-то немного померкла и стала выглядеть гораздо более раздраженной, — нам нужно, чтобы ты прекратила это делать. — И что ты собираешься делать, если я не сделаю этого? — спросила Вельвет.       Янг щелкнула пальцами. Велвет огляделась и стала ждать. После тридцати секунд молчания Янг закашлялась и снова щелкнула пальцами. После того, как больше ничего не произошло, она закашлялась громче, прежде чем щелкнуть в третий раз. — Тебе нужно проверить горло, — предложил Адам. Она ткнула его локтем в бок и снова огрызнулась. Его лицо просияло, и это был первый раз, когда обе девушки видели его смущенным, хотя он все еще умудрялся выглядеть сердитым, при этом. — Ой. Приношу свои извинения.       Потом он начал трясти Вальвет за воротник. — Ого! Перестань трясти меня! — прорычала она. Он этого не сделал, и у нее начала болеть голова от того, как она болталась. И не только это, но и то, что ее начало слегка подташнивать. — Ты перестанешь преследовать наших друзей? — спросила Янг, ее улыбка исчезла и сменилась вопросительным взглядом. — Д-да! Пожалуйста, перестань меня трясти! — взмолилась девушка. — Ладно! Теперь можешь остановиться, — сказала Янг, снова счастливая. Адам пожал плечами и остановился, бесцеремонно бросив девушку на землю.       К ее чести, Вельвет быстро встала. Она покачнулась и немного пошатнулась, и ее щеки слегка позеленели, когда она держала голову рукой. Она снова сосредоточила взгляд на тех двоих, что стояли перед ней. — Вы двое даже не понимаете! — наконец сумела она собраться с мыслями. — Этой девушке здесь не место! — Эй! Да будет тебе известно, моя сестра сказала, что Пирра делает все, что в ее силах! — уверенно сказала Янг. Вскоре рука Адама коснулась её лица. — Нет, тупица! Она мошенница! Твоя, так называемая подруга, сфальсифицировала свой путь сюда! — прошипела Вельвет. Ха-ха! Это наверняка заставит их передумать! — Ну что ж… Я имею в виду, я мог бы сказать тебе это, — сказал Адам, не впечатленный. — Да, я имею в виду, что это не удивительно. Не обижайся на Пирру, но она не лучшая… в большинстве вещей связанных с охотничьим ремеслом, — продолжила Янг. — Что?! Ты просто принимаешь это вот так?! — Вельвет отшатнулась. — В значительной степени. — Ага!       Невероятно. Неужели тот факт, что она не работала почти так же усердно, чтобы добраться туда, где они были, что-то значил для этих двоих? Она солгала! Почему их это устраивало?! — Ты выглядишь потерянной, — сказал Адам, очевидное.       Конечно, она выглядела потерянной! Почему никто так не расстроился из-за этого, как она?! — Если тебе интересно, почему мы не злимся на Пирру, то это потому, что она слишком милая, — сказала Янг.       И как, черт возьми, они могли продолжать читать ее мысли? — Ты ведь знаешь, что говоришь все это вслух? — сказал ей Адам. — Черт, я должна над этим поработать, — пробормотала Велвет. Янг шагнула к ней. — Послушай, Велв, ты не против, если я буду называть тебя Велв? — Абсолютно против. — Круто. Велв, Пирра, возможно, не самый опытный боец, или самый социальный член общества, или даже самый умный из людей, и иногда она спотыкается и падает на задницу, когда думает, что никто не смотрит, и не говоря о ее пристрастии к шоколаду… — Можешь перестать перечислять? — Ой. Верно. Как бы то ни было, я хочу сказать, что Пирра не лучшая из лучших, но у нее есть дух и искреннее желание помогать другим. По-моему, это уже половина того, чтобы быть охотником! — сказала Янг.       Вельвет уставилась на скандалистку. Неужели она на самом деле пытается приплести «силу дружбы» в этот разговора? Какая разница, хороший ли Пирра человек! Она лгала, пробираясь в Бикон, где всем остальным— особенно мне!— приходилось ломать спины, чтобы попасть туда! — Вы все сбиваете меня с толку, — проворчала Велвет. — А чего тут путаться? Похоже, у тебя просто накопилось много сдерживаемой ярости, которую тебе нужно выпустить, — сказала Янг со всем тактом поезда-пули. — Что?! Ты меня совсем не знаешь! — Вельвет топнула. — Нет, но он знает, — Янг ткнул пальцем в сторону Адама. — И… Предположим, я видел это раз или два, — сказал он, осматривая ее. Он вспомнил Блейк и ему пришлось напомнить себе, что в конце концов придется иметь с ней дело. Возможно, Вельвет была бы хорошей практикой перед этим разговором, только за вычетом той части, где они встречались, а также вступали в террористическую организацию.       Да, это наверняка будет сложный день. — О, так только потому, что ты тоже фавн, ты думаешь, что знаешь обо мне все? — Вельвет шагнула вперед и ткнула его пальцем в грудь. — Нет. Я знаю о тебе, потому что ты злишься, набрасываешься на мир, борешься с принятием различий между собой и другими, и ты фавн, — пояснил он.       Она открыла рот, чтобы ответить, но ничего не сказала. Она… Она ведь не делала всего этого, не так ли? Ее команда, казалось, никогда не возражала, когда она становилась особенно капризной, но с другой стороны, у ее команды также не было проблем с тем, чтобы избить друг друга, чтобы уладить свои споры. Это был удивительно эффективный способ улаживать обиды без всякой злобы. — Ты не психотерапевт, — сказала она вместо этого. Гладко Вельвет. Очень гладко. — Ни в малейшей степени. Но это не значит, что ты не можешь выпустить пар. По крайней мере, тогда ты не разозлишь половину студентов, — парировал Адам.       Черт, неужели здесь действительно так много народу? Она знала, что у нее есть крошечная подлая черта, но неужели так много людей знало об этом? Черт, может быть, ей действительно нужен психотерапевт. — Ну и что? — вместо этого надулась она. — Вельвет? Тебе просто… Нужно с кем-то поговорить? Разве вы не можете сделать это со своей командой? — спросила Янг. — Я не могу обременять их этим! Кроме того, мы не самая… Открытая команда, — пробормотала она последнюю часть.       Команда CVFY была отличной командой, и все они прекрасно ладили. Но ни один из них не был «открыт и говорит об этом» большую часть времени. Для больших вещей они были хороши. Но никто из них, кроме Коко, не любил самовыражаться.       Вельвет вспомнила время, когда они не все были слишком грубы. Сначала она была самой язвительной, и хотя это раздражало ее команду некоторое время, это, очевидно, было заразно. Коко сказала, что нет ничего плохого в том, чтобы показать всем, какой ты крутой. Яцу сказал, что ее гнев был оправдан, хотя и не слишком властен. Фокс просто сказал им, что он делает все, что делает команда, если только он не думает, что это действительно плохо для них.       Вельвет выругалась. Была ли она причиной того, что ее команда была такой колючей? Она уставилась на Адама, который просто ждал, что она скажет еще. — Грр! Ты раздражаешь! — она снова ткнула его в грудь. — Полагаю, я перенял это у своей команды, — заявил он, заработав оскорбленное «эй» от Янг.       Излить свои проблемы? Этому парню, о котором она ничего не знала, кроме «сильный, угрюмый фавн»? Только они вдвоем? Говорить? О ней?       О. Ну, когда она действительно думала об этом, она была ближе к его возрасту, чем любой из других первокурсников. — У тебя есть девушка? — спросила она без колебаний. — Это будет очень многозначительное «нет», — ответил он. — Но это все равно «нет», — сказала она. Глаза Янг метались между ними, она прикрывала рот руками. — Это все еще «нет», вы правы. Спасибо, что напомнили, — сказал он, и его лицо исказила гримаса. — Отлично. Если ты так сильно хочешь, чтобы я выплеснула свои эмоции наружу, ты мы можем сделать это на свидании, — сказала она, наконец оттолкнувшись от него. — Хм? — спросил он, его тело слегка обмякло. — Мило, — Янг хлопнула его по раскрытой ладони, как она предположила, что он собирался дать пять.       Велвет не нравилась сама мысль о том, чтобы шантажом заставить кого-то пойти с ней на свидание. Но сейчас все было по-другому. Он предложил свое время. Коко всегда говорила, что лучшее время для удара — это когда они делают предложение. Конечно, Коко говорила, что это для девочек, и к тому же у нее был гораздо больший послужной список, чем у Вельвет, когда дело доходило до того, со сколькими людьми ей удавалось встречаться, но это не означало, что это не сработает в ее случае! — Кроме того, — сказала она, доставая из кармана его свиток и записывая в него свой номер, — ты должен мне за то, что подставил меня, когда мы должны были драться. — Я… — Адам не успел продолжить, потому что Янг хлопнула его по губам. Его взгляд заставил ее слегка вздрогнуть, но блондинка выдержала его и продолжила. — С удовольствием! — сказала она. Рычание Адама чувствовалось сквозь ее руку так же сильно, как и было слышно. — Я знаю что так и будет, — сказала Велвет с уверенностью, за которую боролась все эти годы. — Я оставлю твоих… друзей в покое. Позвонишь мне.       Она неторопливо прошла мимо них, но не раньше, чем толкнула его бедром. Затем, подумав об этом, она направила свою внутреннюю Коко, покраснев и убежав, как только закончила.       Глаза Адама расширились, когда он почувствовал ладонь на своей заднице. Звук убегающей вслед за ним Вельвет означал, что ей было так же неловко, как и ему. — Посмотри на это Адам! Ты изменил хулигана только с помощью тестостерона! И все, что тебе нужно сделать, это пойти с ней на свидание! — поздравила Янг, похлопав его по спине и, наконец, убрав руку от его рта. — Янг, — тихо сказал он. Слишком тихо. Янг сделала шаг назад. Он сделал шаг к ней. — Х-хе, Адам? Никаких обид, верно? — спросила она. — Никаких Янг, — он поднял глаза, и она вскрикнула и побледнела. Она никогда раньше не видела, чтобы Адам улыбался во весь рот, и была уверена, что это была не совсем счастливая улыбка, но, тем не менее, полная зубов гримаса, которую он носил, была более ужасной, чем любой ужас, который она видела. — Исключительно обиды, — выдохнул он.       Она сглотнула. Затем она бросилась бежать.

***

— Руби? — Уитли спросил девушку. Он был готов ко сну, но они не видели ни Янг, ни Адама с тех пор, как они вышли на «разведку», как выразился их лидер. Сейчас он стоял у окна и потягивался. — Да, Уитли? — спросила Руби. Эти двое были хорошими друзьями, и Уитли ценил ее вежливость так же, как и то, что она не настаивал на разговоре. — Это твоя сестра? — спросил он. Руби осторожно шагнула вперед. Она смотрела в окно, куда он указывал.       Становилось темно, но кое-где еще виднелись следы солнечного света. Можно было видеть, как по двору пробежала голова с упругими светлыми волосами, в то время как то, что выглядело как пылающая красная гончая бездны, преследовало ее со всей грацией быка в…       Это имело смысл, как только она подумала о высказывании. — Я уверена, что они с Адамом просто играют, — сказала Руби, зевая и направляясь к кровати. — ПОМОГИТЕ! — крикнула Янг в пустой двор. — Помогите! — Да, пожалуй, ты права, — согласился Уитли, тоже забираясь под одеяло.       Они обменялись пожеланиями спокойной ночи и расслабились. Тем временем крики… э-э… ветер завывал снаружи, словно прекрасная мелодия мести.       Проснувшись, они обнаружили, что Янг без сознания застряла в кустах, согнувшись так, что нога застряла у нее во рту.       Адам сказал им, что она, должно быть, ходила туда во сне и что поэтический характер ее положения был чисто случайным. Никто не сомневался в его словах Омаке: Блюз шкафа уборщика — Итак, Саммер, — привлек ее внимание коллега, преподаватель в Сигнале, — до меня дошел интересный слух. — Ой? , — Саммер была не из тех, кто слишком много сплетничает, но она была такой дружелюбной по натуре, что не возражала против разговора. Удивительно, что Руби оказалась такой же застенчивой, на самом деле. — Кто-то из моих учеников сказал, что видел, как вы выходили из кладовки? — спросила она.       Саммер прошипела. Она убьет Рейвен в следующий раз, когда вернется домой. — А, это. Ничего такого, — засмеялась Саммер, на самом деле не находя это смешным. — Ах да, мои ученики говорили о том же самом! — подхватил другой учитель.       Здорово. Теперь вся чертова школа знала! Ну, не то чтобы это было особенно вредно. — Так что ты там делала Саммер? Ты ничего не делала… непрофессионального, да?       Не брать в голову. Это может сразу же стать минным полем. Она могла потерять работу из-за этого. — Нет, не делала! — взвизгнула она. Серьезно, что заставило кого-то так думать? — Ну, просто студенты сказали, что слышали, как вы там с кем-то разговаривали, и что вы издавали много звуков.       Рейвен. Была. Мертва. — Ничего особенного, правда! — Саммер умоляла, чтобы они поскорее ушли. — Знаешь, Саммер, если бы у тебя была тайная связь с каким-нибудь новым любовником, никто бы тебя за это не осудил.       Ничего такого не было. Последние ее отношения были с Кроу, и это оказалось фантастикой. Нет ничего лучше, чем оставить свою дочь, чтобы по-настоящему сказать «Я люблю тебя»! — Так кто же этот счастливчик? — Н-нет! Это была просто Рейвен! — Это было ошибкой, судя по выражению лиц других учителей. — Боже мой! Я не знала, что Рейвен такая! Я и не знал, что ты такая! А? — Вроде… Что? — храбро спросила она. — Ну, вы знаете, — учителя переглянулись, прежде чем снова повернуться к ней, — лесбиянки!       А она-нет. Она однажды экспериментировала в дни Бикона, но они с Рейвен обещали держать это в секрете от всех. — Все в порядке, Саммер, все в порядке! Некоторые из нас уже думали об этом в любом случае, так что на самом деле вы только что закончили делать ставки!       Пул ставок? Я ненавижу свою жизнь. Где-то, в какой-то волшебной другой вселенной, я мертва и спокойна.