слёзы накануне весны

      новый 2021 год. январь. после праздников. ожидание решения касательно первых соревнований в 2021 году. перед подготовкой к Чемпионату Европы. предисловие Страхи оказались реальностью. Перенесённый ковид, травма спины. Операция. Долгое восстановление. Женя по-прежнему не могла войти в текущий сезон 20/ 21, а Этери, исходя из предыдущего опыта, не форсировала события. Совместными усилиями врачей, близких Медведевой и тренера, девушка начала постепенно приходить в себя, не думая о предстоящих соревнованиях настолько, чтобы это хоть коем образом отражалось на её самочувствии. Здоровье сейчас было в приоритете, как и хорошее настроение, которое ей, к счастью, было кому обеспечить. О расставании пока никто не говорил, хотя обе понимали, — оно неизбежно. Однако, ни мысль об этом, ни сложная ситуация со здоровьем у Медведевой, ни проблемы касательно соревнований, которые могли не состояться из-за непонятной ситуации в связи с пандемией не стали помехой во взаимоотношениях Этери с Женей. Взаимная поддержка не только не угасала, скорее наоборот — возрастала с каждым днём. И только женщина чуть позднее начала догадываться о том, что эта нерушимая связь, чем сильнее крепла, тем больше могла осложнить ситуацию, когда придётся сделать то, что надо было сделать ещё до наступления нового года. Блондинка и не заметила, как погрузилась в тёплые воспоминания с празднования.       конец декабря 2020-го года. ночь. Греция, 29 декабря. аэропорт острова Родос. Рейс был поздним, самолёт приземлился в 2 часа ночи. До небольшого городка Линдос ещё предстояло добраться, а сил ни у той, ни у другой не было. Этери с трудом открыла глаза, как только прозвучал голос стюардессы, а затем и пилота. Экипаж тепло приветствовал туристов, сообщая о прибытии в аэропорт. До города в котором они обе планировали отдохнуть, как выяснилось, всего час езды. Медведева изучала маршрут в телефоне. От изученной информации большие карие глаза, казалось, стали ещё огромнее. Скрыть своё удивление девушка не пыталась. Этери принялась собираться. Достав вещи с багажной полки, она накинула пальто на плечи, но в ту же секунду вздрогнула. Чьи-то тонкие руки коснулись её плеч и стянули пальто. Женщина обернулась, непонимающе глядя на Медведеву.Во взгляде читалось с трудом скрываемые — удивление и даже улыбка: — И что это было? Она надевает пальто на женщину сама. Затем наклоняется к уху и произносит: — Не понимаю, о чем ты, — ехидно заметила Женя, понимая, что этим только заставила улыбнуться своего тренера. Пальто легко село на Этери, а от слов или, может, от самого голоса девушки у неё пробежали мурашки. Она ничего не ответила, но эта фраза ещё долго отзывалась эхом в её голове. По венам словно разлилось тепло, и от одной мысли, что первые две недели они проведут здесь, на Средиземноморском побережье, вдвоем, — становилось не по себе, а вдруг всё это в последний раз? Этери сглотнула, мотнув головой, словно пыталась избавиться от навязчивых мыслей. Пока тренер думала о cвоём, о наболевшем, Медведева вызывала такси.

***

не едем, — промелькнуло в голове тренера, Женя сидела поодаль, оглядывая кольцо на своей руке и о чем-то сосредоточенно думала. Она была спокойна ровно до того момента, как послышался знакомый голос. моя последняя надежда, неужели всё так, так просто? без лишних слов, без обещаний. Жень, не так должно было быть, ради бога, не так. поверь мне, — очередной поток мыслей и невольная улыбка на дрожащих губах прервали женщину: — Жень, нам на.. — в этот момент Медведева посмотрела на неё, ожидая в ответ логически законченную речь, но никак не прерванную на полуслове фразу. Ёмкую и в то же время размытую; не оправданное ни чем молчание, нечестно. И почему, что она так и не может произнести, что? — девушка зажмурила глаза и отвела взгляд на письменный стол. Кипа бумаг на секунду отвлекла её от неоднозначных размышлений, но не надолго. Этери вновь заговорила. — Нам надо поговорить. В общем, исходя из ситуации с твоим здоровьем, придется сняться с соревнований. На.. — .. Европу я не еду. — Спокойно закончила мысль тренера Женя и молча опустила взгляд куда-то в сторону, наконец сделав вздох. — Я не рискну тобой. — Послышалось в ответ после небольшой паузы. — А раньше? Что было тогда? Скажешь, не риск? — Тогда не было опыта и понимания ситуации. — Не понимаю. Прикусив нижнюю губу женщина скрестила руки на груди и подошла к шкафу, где пылились награды прошлых лет. Стояли дипломы и была одна рамка с фотографией. Этери оказалась стоящей спиной к дивану, к Жене, но взгляд девушки, что был направлен на неё, ощущался как на ладони. Находиться рядом с Медведевой становилось всё более невыносимым. Не от ненависти и не от чувства вины, скорее от ощущения, которое ни на секунду её не покидало, — страх потери возврата к прошлому, а, значит, к ошибкам, что неминуемо приведут к боли. — Ты снова об этом думаешь? — Промелькнуло в голове у брюнетки, она порывалась встать с дивана. И, действительно, в следующую секунду не заметила, как в сиюминутной спешке оставила телефон и подошла к тренеру. С каждым днем «ученица/ тренер»‎ отходили на второй план. То нежное, трогательное, чем было когда-то вдруг стало шептать обеим, — остановитесь, всё хорошо. Всё хорошо, просто не так, как прежде, по-другому. Норма, ведь, понятие относительное, и происходящее сейчас между ними также было нормой. Их обеих это пугало и не пугало одновременно, зачастую, даже не удивляло. Однако, большее понимание того, что неминуемо должно произойти, было у Этери. От одной мысли становилось не по себе. Медведева это чувствовала, поэтому и подошла, сама того не заметив, очутилась позади женщины. — Да, думаю. — Пожав плечами, отозвалась она, а голос, — тихий, бархатный, что чуть дрожал, утонул в тишине. Женя затаила дыхание, вслушиваясь в родной, до боли любимый тембр. Два слова. Нежность, помноженная на боль, брюнетке захотелось дернуть её за рукав кардигана и задать вопрос полушепотом, — а ты не помнишь, о чем я хотела спросить? — Всё нормально, не еду и не еду. В себя приду, что в этом катастрофического? — Не унималась Женя, спокойно развивая свою мысль вслух. Этери вдруг оборачивается, сталкиваясь с карими глазами напротив. Сердце пропускает удар за ударом в глазах женщины читается явный испуг. — Ничего, Жень. В этом действительно ничего такого нет, — не углубляться в свои переживания показалось Этери самым оптимальным на данный момент решением в сложившейся ситуации. — Чай будешь? — Медведева опешила. — Чай?.. Б-буду, — смена настроений поставила девушку в тупик, но от чая она действительно не отказалась бы. За окном холодало, хотелось уюта, теплого пледа, чьих-то теплых, а может даже и холодных рук, что коснутся твоих и дадут то самое ощущение комфорта и тепла. Хотелось уверенности в том, что всё и правда в полном порядке. В следующее мгновение женщина заварила чай и разлила по чашкам. Вдруг в воздухе раздался запах малины и мяты, Женя блаженно прикрыла веки и не осознала в какой момент в её руках оказалась чашка с горячим и невероятно ароматным напитком. В ту же минуту она распахнула глаза, а Этери продолжала стоять рядом. — Я немного разбавила, поэтому можешь не бояться.. обжечься. От этой фразы должен был холодок пробежать по спине, но нет, ни та, ни другая не расстроились, услышав слово которое, по сути, больше не имело над ними власти. Обжигались. Обе. Друг другом, а, главное, не раз. У обеих было ощущение, будто бы схлынула волна, забрав с собой всю боль разочарований, утрат и страхов обжечься вновь. Страх потерять ту самую нить, что их по сей день связывала, был, и отрицать его было бы глупо. Быть может это чувство было чуть приглушенным, неосознанным, едва осязаемым, но раз складывалась такая ситуация, значит оно и в самом деле было. Остались, — тишина, спокойствие и холодная голова, а творить глупости на трезвый рассудок нет никакого смысла.

осень 2021 года — в перерыве между съемками документального фильма, в кабинете Этери Георгиевны

— Неужели, это всё? — Что именно? — Не желая мириться с ситуацией, переспросила женщина. — Мы. — Жень.. — Что? Я просто хочу понять. Тебя понять.. ты, мне кажется, сама не своя с тех пор, как начали снимать этот документальный фильм. Скажи мне, — девушка дотронулась рукой до её пальцев, что крепко сжимали чашку. — Этери? — Вопросительный взгляд глаза в глаза, затем блондинка переводит его в сторону и, сделав вдох, отвечает: — Ты всегда понимала меня лучше, чем кто-либо. Так, к чему этот вопрос? — Она смотрела в глаза Медведевой, заметив и понимание, и недоумение, и тот же испуг, что испытывала она сама, когда девушка смотрела на неё всего пару минут назад. — О прошлом.. больно? Ответ читался по взгляду и нашелся сам собой, Этери не приходилось произносить отдельные фразы. Они понимали друг друга без слов.

новый 2021 год. январь. после праздников. ожидание решения касательно первых соревнований в 2021 году. перед подготовкой к Чемпионату Европы.

Аромат мяты с малиной до сих пор приятным шлейфом витал в воздухе, а чашки больше не обжигали пальцы рук. Не остыл, остался теплым. — А Чемпионат? — Ты правда думаешь, что я расстроюсь из-за этого? Действительно, — подумала Женька, зачем было задавать вопрос, очевидный ответ на который знаешь. Зачем Чемпионат, зачем всё это, — переживания, страх потерять, когда мы есть.. друг у друга.