Сыграем?

Домой команда возвращалась уже заметно дружнее. Время, проведённое на источниках, стало для них глотком свежего воздуха — редкой возможностью отойти от мыслей об играх, турнире и о тех трудностях, что маячили на горизонте. Чуя по дороге продолжал обдумывать тактику, пока Дазай вёл машину, и в глубине души был уверен: даже если проиграют, они хотя бы не вылетят из турнирной сетки с позором. Куникида вновь принял на себя роль капитана, и Осаму был совершенно не против, напротив — он при разговоре тет-а-тет заявил, что изменит свой стиль игры, подстроив его под агрессивную манеру Акико. Что же касалось команды в целом, то оставалось самое сложное — понять, как раскрыть потенциал Накаджимы. Поэтому, пока ещё оставалось время, Чуя решил сосредоточиться на его игре, ведь тому отчаянно не повезло оказаться на ключевой линии, где малейшая ошибка могла обернуться катастрофой для всей команды. Пока машина въезжала в знакомый район, Чуя вытащил из кармана телефон и с удивлением отметил слишком большое количество пропущенных вызовов от Фукудзавы. Его непроизвольно охватила тревога, пальцы дрогнули, когда он открыл сообщения, — и обнаружил там всего одно: «У вас всё в порядке?» — А никому из вас Фукудзава не звонил? — спросил тренер, обернувшись назад, туда, где сидели игроки. — Неа, — лениво отозвалась Акико, как раз держа в руках телефон. Остальные синхронно покачали головами. — А что случилось? — уточнил Дазай, сосредоточенно ведя машину. — Переживает? — Похоже на то, — вздохнул Чуя. — Но перезванивать уже не буду, мы почти приехали. — Только иди первым, — хмыкнул Осаму. — Не хочу слушать лекцию о том, что тренер обязан всегда быть на связи с менеджером. — Нас тоже с собой не бери, — подал голос Куникида, и все разом согласились с ним. — Я только и делаю, что с вашими проблемами разбираюсь, — буркнул Накахара с раздражением, — так что и вы потерпите. Машина свернула на знакомую улицу, медленно покатилась вдоль тесных улочек и домов. Минут через пятнадцать автомобиль остановился напротив двухэтажного здания. Заприметив их через окно своего офиса, Фукудзава вышел навстречу и ждал уже на пороге. Ребята начали вытаскивать вещи из салона, а Чуя, едва оказавшись снаружи, сразу шагнул к менеджеру. — Здравствуйте. Простите, я не заметил звонков, — сказал он, слегка склонившись в поклоне. — Ничего страшного, — отозвался низкий голос. Но глаза Фукудзавы были прищурены, словно он был чем-то озабочен. Чуя уловил это и тут же спросил: — Почему столько звонков? Менеджер неопределённо махнул рукой: — Ничего важного. Просто хотел убедиться, что вы все в порядке. — А выглядите так, будто сердце вот-вот остановится от беспокойства, — сквозь усмешку вставил Дазай, подходя с двумя чемоданами. Чуя наградил его упрекающим взглядом, но Осаму только пожал плечами, мол, «а разве я не прав?». Фукудзава сделал вид, что не услышал ноток язвительности в голосе игрока, и, дождавшись, пока команда соберётся на крыльце, повёл их внутрь. В доме пахло свежей едой, на низком столике уже стоял поднос с печеньем и конфетами. Дом словно встречал их, будто соскучился за время их отсутствия. — Знаю, вы устали, поэтому заказал ужин из ресторана. Но пока вы не разбежались отдыхать, нужно сообщить новость, — Фукудзава медленно обвёл всех взглядом и остановился на тренере. Его ладони скрылись в рукавах кимоно, и голос прозвучал почти торжественно: — Завтра в Токио пройдёт фестиваль по League of Legends в честь открытия турнира. Я знаю, что вы прошли, с чем и поздравляю. Поэтому я вписал вас в список участников. — Чего? — первой откликнулась Акико, с глухим шумом опуская чемодан. — Мы только вернулись! Какой ещё фестиваль? — Она права, Фукудзава-сан, — тут же уныло подхватила Кека. — У нас же подготовка! — Это не обсуждается, — голос менеджера прозвучал спокойно, но твёрдо. — Фестиваль — важная часть имиджа команды. Да и делать почти ничего не придётся: общение с фанатами, автографы, фотографии, беседы с другими командами, немного рекламы для спонсоров, дружеские матчи... Кажется, что-то ещё было, но не суть. — И вы правда уверены, что нам это нужно? — вкрадчиво уточнил Дазай. Чуя, заметив, что недовольство грозит перерасти в спор, поспешил встать на сторону менеджера: — Фукудзава-сан прав. Если бы я сам не забыл, то вписал бы вас туда первым делом. Хотите играть дальше — придётся участвовать и в таких мероприятиях. Если о вас никто не знает, вы не получите спонсорство. А раз уж мы добрались до турнира, то должны показать себя не только в игре, но и вне её. Менеджер коротко кивнул в знак согласия. Чуя же в глубине души предпочёл бы остаться дома, ведь почти наверняка там окажется и его старая команда. Но здравый смысл объяснял: фестиваль — отличная возможность укрепить позицию ребят, и сейчас это было главным. Команда тут же зашумела, начались споры и какие-то уже неинтересные тренеру недовольства. Чуя, чтобы не тратить силы на очередные препирательства, кивнул менеджеру и отправился в свою комнату. Перед поездкой ему было необходимо побыть одному и хотя бы немного передохнуть.

***

Фестиваль проходил под открытым небом. Огромная территория одного из стадионов была полностью переоборудована под праздник: с самого утра людей было огромное колличество. В Токио съезжались не только со всех концов страны — здесь было полно и гостей из-за границы. Фанаты стекались со всего мира только ради того, чтобы увидеть турнир своими глазами. Организаторы не поскупились: на сцене выступала популярная корейская группа, воздух был полон дыма и света, гремела музыка, работали ряды лавочек с едой, и в воздухе витал соблазнительный запах выпечки и жареного мяса. Немаловажным атрибутом фестиваля был и косплей — сотни героев игры бродили по территории, фотографировались, смеялись и создавали иллюзию, будто сама игра ожила в реальности. Чую и команду провели внутрь через чёрный ход, выделив им отдельную зону отдыха, общую для всех участников турнира. Чуя предпочёл укрыться в тени одной из палаток, стараясь не привлекать внимания. В руках он держал телефон, переписывался с кем-то и ждал, пока ребята переоденутся в форму, надеясь, что дальше они справятся и без его участия. — Чуя, скоро начнём раздавать автографы. Ты с нами? — Осаму поставил на стол бутылку воды, которую принес тренеру и вопросительно склонил голову. — Ещё чего, — буркнул тот, откидываясь на спинку стула и закидывая ногу на ногу. — Лучше, если меня вообще не будут видеть. — Ты чего? — Дазай усмехнулся и, подойдя ближе, присел на корточки, положив подбородок ему на колени. — Громче всех кричал, как для нас важен этот фестиваль. Чуя нехотя оторвался от телефона и одним лишь взглядом дал понять, что спорить с ним бесполезно. Он был всего лишь тренером, а не членом команды, и его присутствие здесь было не обязательным. — Это важно для вас, не для меня, — всё же ответил он, понимая, что Осаму так просто не отстанет. — Но я не хочу идти туда без тебя. Пошли, — голос Дазая прозвучал мягко, почти уговаривающе. Но Чуя был непреклонен. Сегодня он чувствовал себя неуютно: шумная толпа, люди, разбирающиеся в игре и понимающие, кто он. Команда, с которой он и так предпочитал лишний раз не пересекаться… а значит, где-то неподалёку наверняка был и Верлен. — Дазай, перестань приставать. Мне найти тебе занятие? — Если с тобой — согласен на что угодно, — Осаму состроил до идиотизма глупое выражение лица, выпрашивая тренера поучавствовать во всеобщем безумии. Чуя только тяжело вздохнул и отложил телефон на стол. И пусть эти умоляющие глаза выглядели достаточно раздражающе, где-то внутри тренера кольнула мысль, что ему и впрямь стоит пойти с ними. — Сегодня я для тебя исключительно тренер. Так что прекрати это. — Я и прошу тебя как тренера, — парировал Дазай. — Поддержи команду: для них это первый фестиваль. Чуя в ответ глубоко вздохнул и кивнул, неохотно соглашаясь. Но Дазай вставать не спешил. Он скосил взгляд на телефон, несколько секунд помолчав, а после поинтересовался: — С кем переписывался? — С ребятами, — вяло ответил Чуя, беря бутылку с водой. — Когда-то одна молодая команда попросила меня их потренировать. Иногда я смотрел их игры, давал советы. Сейчас они мечтают выйти на турнир, но не знаю, получится ли. Кажется, я рассказывал тебе о них. — Да… теперь припоминаю, — протянул Осаму, задумчиво глядя в сторону мобильного устройства. Чуя сделал несколько глотков, отогнал своего игрока в сторону, заставляя встать и поднялся следом. — Ладно, пошли. Помогу вам разобраться, что к чему, — и вместе со сказанным он отошёл от палатки, направляясь к остальным. — А телефон? — Засунь к себе в карман, — отмахнулся тренер, чувствуя, как начинает болеть голова при одной лишь мысли о предстоящем. — Слушай, а можно просьбу? — Дазай догнал его и протянул телефон обратно. — Разблокируй, хочу почитать твою переписку с этими ребятами. — И зачем? — Какая разница? Просто разблокируй. Чуя выругался себе под нос, закатил глаза, выхватил телефон, разблокировал и сунул обратно. — Делай что хочешь, только меня не трогай. Дазай хотел было что-то возразить, но, заметив, насколько напряжён Чуя, промолчал. Тренер же скрылся за палаткой, где Фукудзава как раз объяснял команде расписание на день.

***

Первым этапом стали автографы. Каждой команде выделили отдельное место где стояли длинные, белые столы и большие коробки для подарков. Пока ребята рассаживались, Фукудзава ушёл переговарить с менеджерами других составов. Чуя устроился чуть позади, натянул капюшон на голову и съёжился, словно хотел раствориться в шумной толпе. Иногда он всё же поднимал глаза, чтобы проследить за происходящим, но после сразу же опускал глаза на колени, где лежало несколько листовок, связанных с фестивалем. — Вот это да… — Акико прижала маркер к груди, глаза её светились. — Мы и правда будем раздавать автографы? Настоящие? — А что, не верится, что у нас уже есть фанаты? — ухмыльнулся Дазай, лениво откинувшись на спинку стула. — Просто раньше об этом даже подумать некогда было, — призналась девушка, садясь рядом. Щёки у неё горели. — Да и мы свою медийку толком не развивали. — За вас это сделали другие, — буркнул Чуя из-за спины. Дазай бросил на него быстрый взгляд с молчаливым предупреждением: «не порть момент». Тренер же лишь глаза закатил, не понимая, что такого сказал. И вновь углубиться в брошюру, делая вид, что он занят программой фестиваля. — А если у меня подпись получится кривая? — робко спросил Накаджима, крутя маркер в руках. — Будет чудо, если к тебе вообще кто-то подойдёт, — язвительно бросил Чуя. — Чуя! — Осаму тут же осадил его укоризненным взглядом. — Молчу я, — лениво процедил тренер. — Не слушай его, Ацуши, — мягко произнесла Кека, садясь рядом и робко накрывая его руку своей ладонью. — Всё будет хорошо. Она и сама слегка дрожала, но глаза светились счастьем: это был её первый настоящий фестиваль. Вокруг уже кипела жизнь — фанаты переговаривались, фотографировались, кто-то в костюме персонажа раздавал бесплатные стикеры проходящим людям. Когда занавес открыли, к их столу сразу же выстроилась очередь. Первые фанаты принесли плакаты и мерч, который Фукудзава успел выпустить. Акико буквально светилась, подписывая всё подряд и легко заводя беседы. Накаджима краснел и сбивался, но его искренность располагала. Куникида держался строго, но для каждого находил пару добрых слов. Кека едва справлялась со смущением, но её застенчивая улыбка только подкупала людей. А Дазай… — Кто твой любимчик? — с поднятой бровью спрашивал он и, получая в ответ признания, невозмутимо добавлял: — Так себе вкус, если честно. Толпа смеялась, снимала всё на телефоны, шум стоял невообразимый. Очередь к ним была скромнее, чем у старой команды Чуи неподалёку, но по настроению ничуть не уступала. Сам Чуя сперва испытал облегчение: внимание обходило его стороной. Но вдруг раздался звонкий голос: — Чуя-сан! Можно ваш автограф? Он поднял глаза. Перед ним сияла девушка в футболке его прежней команды, с блокнотом, исписанным подписями. — Я так рада, что нашла вас! О Боже… — пронеслось у него в голове. Но на лице вдруг появилась сценическая улыбка. Дазай даже отвлекся и посмотрел на тренера с особым интересом, словно ждал, что тот взорвётся. Но Чуя оказался удивительно мягким. — Не хотел отвлекать внимание от своей команды, — сказал он ровным голосом и размашисто расписался в блокноте. — Но спасибо, что подошла. Мне очень приятно. Фанатка засияла ещё ярче. А за её плечом тут же появился мальчишка лет шестнадцати, а за ним — целая цепочка и других поклонников.

***

Чуя сбежал от внимания, едва представилась возможность. Несколько часов, отведённых на автографы, показались вечностью, и стоило этому мероприятию закончиться, он тут же сослался на занятость, отмахнулся от последних фанатов и поспешил уйти подальше от толпы. Раздражение копилось: ещё немного — и его вывернуло бы от переизбытка улыбок и вежливости. Спрятавшись в тени палатки, он натянул капюшон и с облегчением выдохнул. Куникида с Акико остались у стола, общаясь с фанатами; Кека и Ацуши ушли перекусить. А Дазай направился прямо к Чуе, вертя в руках его телефон. — Ну надо же, — протянул он, останавливаясь напротив. — Всегда думал, что ты только огрызаться умеешь. А ты, оказывается, ещё и улыбаться можешь. Причём так, что люди верят. Чуя перевёл на него усталый взгляд. — Это называется привычка. Выработанная годами, когда один человек всё время толкал меня под локоть и шептал: «Улыбайся, Чуя, улыбайся». — А тебе не нравится? — Дазай наклонился ближе, хитро щурясь. — Вид у тебя был такой, будто ты сам верил в то, что тебе это нравится. — Дазай, ты серьёзно хочешь это обсуждать? — хмыкнул Чуя, скрещивая руки на груди. — Это всего лишь образ. Хочешь — верь, хочешь — нет. — Как скажешь, — легко отозвался Осаму и скосил глаза на телефон. — Но я пришёл к тебе не за этим. — Ну? Дазай сделал паузу, словно решая, стоит ли продолжать. — Эти твои «Овцы»... тебе не кажется, что они ведут себя странно? — Нет вроде, — Чуя лениво вскинул бровь. — С чего ты взял? — Я почитал переписку, — пожал плечами Осаму. — Вопросы у них слишком… профессиональные. «Какая будет стратегия против агрессивных пиков?» «Кто принимает решения в команде?» «Как собираетесь адаптироваться к стилю русских игроков?» — он поднял взгляд. — Это больше похоже на разведку, чем на фанатские вопросы. — Ты с ума сошёл? — Возможно, — усмехнулся Дазай и протянул телефон обратно. — Звучишь как сумасшедший. — Да не кипятись ты, — лениво протянул Осаму. — Серьёзно, ты весь день собираешься ходить с этой злой гримасой? — Только когда ты несёшь чушь. — А с той фанаткой ты был милее. — Заткнись, — Чуя ткнул его пальцем в грудь. — Сегодня важный день. Оставь свои теории заговора... Дазай устало выдохнул: — Но это важно. — Осаму! — Чего спорите? — раздался голос Кеки. Она подошла вместе с Ацуши, держа в руках корн-дог, и с интересом окинула их взглядом. — Всё нормально, — первым ответил Дазай. — Просто Чуя выключил критическое мышление и орёт на меня. — Кто на тебя орёт, придурок? — Ребят, а мы чего вообще подошли-то? — вмешался Ацуши, желая видимо поскорее отойти от места очередных конфликтов. — Фукудзава записал нас на несколько дружеских игр. Первая через полчаса, надо быть у сцены. — Отлично, — Чуя развернулся к Дазаю лицом. — Вот и займись делом, Осаму. Кека с Ацуши переглянулись, и девушка добавила: — Чуя, Фукудзава сказал, что ты тоже нужен.

***

Игра против других команд была скорее развлечением перед предстоящим турниром. Любой желающий мог записаться заранее и попробовать свои силы. Формат — АРАМ: одна линия, случайные чемпионы, цель та же, что и в основной игре — первым разрушить вражеский Нексус. Проиграл? Пустяки, никто не будет судить. Победил? Спонсоры наверняка обратят внимание и, быть может, загорятся идеей сотрудничать с твоей командой. В общем, команды веселились, а менеджеры молились. Чуя сначала вовсе не горел желанием выпускать своих ребят: после истории с Куникидой он так и не видел их в деле и опасался, что всё закончится очередным срывом. Они пока что казались недостаточно собранными, решая свои проблемы в последний момент, когда турнир уже дышал им в спину. Однако стоило им занять места за компьютерами на сцене, как напряжение отпустило. Ребята шутили, переговаривались, кто-то махал зрителям рукой. Огромный экран, транслирующий каждое их движение, вывел их лица крупным планом. И, увидев себя, они улыбались, приветствовали гостей фестиваля — выглядело это совсем неплохо. Даже не по-дилетантски. Чуя устроился за кулисами и с интересом наблюдал. Ещё на этапе пиков его удивило: никакого волнения, ни тени суеты. Получив случайных чемпионов, они действовали дерзко, будто толпа, время от времени скандирующая название их команды, подталкивала их вперёд. Чуя невольно подался вперед, упершись локтями в колени с интересом наблюдая. Ведь прежде они никогда не играли перед живой публикой: плей-офф проходил онлайн, и зрителями были лишь команды-соперники да организаторы. А теперь, оказавшись под прицелом тысяч глаз, они чувствовали себя… уверенно? Настолько, что он сам не сдержал короткой улыбки. В этот момент камера поймала и его лицо. Он понимал их чувства. Помнил, как когда-то и сам выходил на сцену, и сердце готово было разорваться от адреналина и азарта. Чёрт возьми, давно ли он так жаждал поиграть, как сейчас? Воспоминания потянули за собой картины тех времён, когда их команда ещё не была чемпионами. Молодые, несдержанные, вечно спорящие, но всё равно плечом к плечу забирающие себе победы одну за другой. В горле встал ком. Будь там лишний компьютер — он бы сел играть, не раздумывая. Привыкший видеть прежде всего ошибки, сейчас он мог впервые позволить себе смотреть так, как смотрели обычные зрители. И пусть это был лишь развлекательный режим, ребята всё же выиграли. Зал разразился аплодисментами, ведущий нахваливал их успехи… Чуя скептически подумал, что половину этих речей тот явно придумывал на ходу. Ведь сам он из их "успехов" мог отметить лишь ряд проигрышей, слитых в сеть, позорное поражение против его старой команды, да и себя — тренер, что с данного турнира вылетел с треском. Но за микрофоном стоял профессионал, и публика верила каждому его слову. Сам же Чуя уже не слушал — новые команды занимали места за столами. И среди них была и его собственная. Именно в этот момент за его спиной раздался знакомый голос: — Неплохо, Чуя. Он вздрогнул и обернулся: Мори-сан. Ласковый тон, мягкая улыбка… не знай он этого человека слишком хорошо, мог бы решить, что тот над ним издевается. — Здравствуйте, Мори-сан, — протянул он, откинувшись на спинку стула. — Рад вас видеть. — А я-то как рад, — так же мягко отозвался тот. — Смотрю, твоя команда уже твёрдо на ногах стоит. Удивительно, но результат впечатляющий. — «Удивительно»? — прищурился Чуя. — Неужели мои успехи вас огорчают? Брови менеджера едва заметно дрогнули, он наклонил голову набок, будто не понимая, откуда такие выводы. — Ну что ты, — серьёзнее сказал он. — Просто досадно, когда прогнозы не оправдываются. Но рад я всё равно. Чуя усмехнулся — не словам, а интонации. Той неподдельной гордости, которую нельзя было спутать ни с чем. Последний раз он слышал её только в день, когда они стали чемпионами. — Спасибо, — тихо произнёс он, поднимаясь и предлагая ему своё место. — Эти слова для меня многое значат. Мори улыбнулся, но место Накахары не занял. Его взгляд был прикован к сцене. — Вам надо поговорить, — произнёс он вдруг, не отрываясь от своей команды, что занимала свои места. Чуя опешил, но не подал виду. — Вы же знаете, что со мной никто не захочет говорить. — Ошибаешься, — усмехнулся Мори. — Они следят за тобой. И поверь, никто не радовался вашему выходу на турнир так, как те, кто играл с тобой все эти годы. А знаешь, кто кричал громче всех? — Удивите, — коротко бросил Чуя. Мори перевёл взгляд на него и мягко улыбнулся: — Твоя старшая сестра. На секунду стало не по себе. Но сомнений не возникло — он говорил правду. Ответить, впрочем, было нечего, и он лишь перевёл внимание на свою команду, возвращавшуюся к нему со сцены. — Ну что, тренер, как вам? — спросила Акико, сияя после победы. — Пойдёт, — небрежно бросил Чуя, пряча руки в карманы. — Только сильно не радуйтесь. Это всего лишь дружеский матч. — На самом деле, — вмешался Мори, — он только что рассказывал мне о ваших успехах. О том, как вами гордится. Чуя резко перевёл на него взгляд, но не успел возразить: — А вы?.. — подал голос Куникида. — Ах да, я ведь не представился, — улыбнулся Мори. — Меня зовут Огай Мори. Я менеджер вашего тренера. — Огай Мори?! — Кека чуть было не подпрыгнула на месте. — Я вас знаю! Я столько о вас читала! — Льстит, признаюсь, — мягко склонил голову он. Дазай тоже улыбнулся и коротко кивнул. Мори ответил тем же. — Ладно, хватит любезностей. Вам пора, — поспешил вмешаться Чуя, указав в сторону выхода. — Дел ещё полно. — Верно, — согласился Мори. — Был рад познакомиться. — Мы тоже, Мори-сан! — произнесла Кека. Чуя положил руку ей на плечо, мягко подтолкнув вперёд. Но сам, стоило ему прогнать своих ребят, ненадолго задержался. — Не забывай иногда говорить им хорошие вещи, — вдруг сказал Мори. — Для них это важно. Чуя замер. Отчего-то от его слов стало так... Спокойно. Ведь то, что говорил ему менеджер было не просто напудствием, это была та самая помощь, которую он вновь великодушно оказывал. Показывая, что даже сейчас он рядом с ним. И готов помочь в любую секунду. Чуя не сентиментален, но сейчас он испытал такое давление на грудь, что готов был сорваться с места и обнять своего менеджера. Но вместо этого, Накахара развернулся и поклонился — низко, искренне, в знак благодарности, которую не мог выразить словами. Потому что услышать это не просто от менеджера, а от человека, воспитателя, наставника, который не отвернулся от него... Это значило слишком много. Когда он выпрямился, Мори слегка склонился в ответ — молчаливо ставя себя и своего игрока на один уровень. От этого у Чуи на секунду перехватило дыхание. Он просто смотрел, не в силах двинуться с места. Жест, который стал для него показателем. Лишь через пару секунд, когда снизу его начали подзывать, он махнул рукой и поспешил догнать команду. — На самом деле вы молодцы, — вдруг вырвалось у него, когда он поравнялся с ними. — Продолжайте в том же духе.

***

Толпа фанатов сомкнулась вокруг команды почти мгновенно, подходя со всех сторон. Праздничная площадь гудела — смех, музыка, десятки голосов сливались в один шумный поток. Что любопытно, первой в центре внимания оказалась Акико: она легко улыбалась, охотно позировала, параллельно отвечала на вопросы, и потому половина фотографий выходила нарочито нелепыми. Но девушку это явно только забавляло: она наслаждалась внезапно свалившемся на неё вниманием. — Ребята, не подходите так близко, — пытался урезонить толпу Куникида, подняв ладони, но его голос быстро утонул в общем гуле. — Держим дистанцию, без давки… Чуя коротко хмыкнул, пряча лицо в капюшоне. Возле сцены уже дежурили охранники, которые теперь больше помогали капитану держать строй, чем регулировали его, что выглядело вполне забавно. — Да брось ты! — отмахнулась Акико и выхватила телефон у какой-то девочки. — Давайте лучше я нас сфоткаю! Все ближе! И, вразрез словам Куникиды, девушка притянула его к себе, беря под руку. Дазай ухмыльнулся и закинул руку на плечо Ацуши. Кека встала рядом, а фанатка оказалась в самом центре кадра. — Ацуши, да улыбнись же ты, — протянула Акико, глядя на экран. — Я не умею нормально фотографироваться… — пробормотал он, но вспышка сработала раньше, чем тот успел закончить фразу. — Да ладно тебе, — хмыкнул Дазай, — даже твой испуганный вид смотрится лучше, чем каменная физиономия Куникиды. — Лучше бы ты тоже лицо посерьёзнее сделал, — тут же заметил Доппо, подходя ближе. — На всех фото у тебя одна и та же улыбка, как у идиота. — Ох, прямо в сердце, — Осаму театрально прижал ладонь к груди. — А ведь Чуя считает меня фотогеничным. — Он тебе так сказал? — Я вижу, как он на меня смотрит. — Смотрю только затем, чтобы поймать момент твоего окончательного позора, — прорычал Чуя. Фанаты дружно расхохотались и потребовали повторить диалог на видео. — Господи, — простонал он, — из вас уже целое комедийное шоу делают. — Из нас, — поправила Акико, и публика снова взорвалась смехом. Когда поток фанатов наконец отошел, переключившись на новую игру, команда двинулась вдоль палаток. Но их всё равно останавливали каждые пять шагов: автографы, рукопожатия, слова поддержки. До тех пор, пока они не скрылись на территории для команд. Закрытой от толпы вездесущих поклонников. — Никогда не думал, что киберспортсмены могут быть настолько популярны, — признался Куникида, когда они свернули к зоне с едой. — Это больше похоже на концерт, чем на фестиваль. — Ага, — засмеялась Акико, — только рок-звёздам хотя бы не задают идиотских вопросов вроде: «Кем бы вы были, если бы не сидели на своей роли?» — Ну, справедливости ради, — вставил Ацуши, — меня сегодня трижды подряд спросили именно это. — И что отвечал? — Что выбрал бы танков. — Неправильно, — протянула Кека и ткнула его палочками для еды в плечо. — Надо было соврать, что стал бы мидером. Все любят мидеров. Тем временем Дазай уже нашёл лоток с жареными кальмарами и, не теряя времени, сунул порцию Чуе. — Держи. За счёт компании. — Я не просил. — Но съешь. — Осаму, я же сказал, что не голоден… — Ты слишком серьёзный, — произнес Дазай и отправил кусок рыбы себе в рот. Набрав в тарелки закусок, они вскоре расселись за одним из столиков. — Знаете, — заговорила Акико, когда все устроились, — мне нравится. Всё это. Шум, люди, атмосфера… Я и не думала, что может быть так приятно, когда тебя окружают фанаты. — Просто ты любишь внимание, — пожала плечами Кека. — Нет, — Акико покачала головой. — Не только. Просто… впервые чувствую, что всё не зря. Что нас замечают. На мгновение повисла тишина. Даже Дазай не стал шутить. — Она права, — тихо согласился Куникида, нарушая повисшую тишину. — Это даёт ещё больший смысл победить. Чуя, молча жующий кальмара, украдкой посмотрел на своих игроков. Они обменивались корн-догами, спорили, кто вышел на фото хуже, смеялись над глупыми вопросами фанатов. Всё это выглядело так по-домашнему, так естественно, что уголки его губ невольно дрогнули в лёгкой улыбке. Он был рад: они уловили суть. Дело не только в спонсорах и обязательствах. Настоящий смысл подобных фестивалей — встретиться лицом к лицу с теми, кто болеет за тебя, и ощутить, что ты не один. И пусть рядом были куда более известные команды, у BSD тоже нашлись те, кому они пришлись по душе. Солнце клонилось к горизонту. Фонари вспыхивали всё ярче, гирлянды заливали площадь мягким золотым светом, освещая все еще работающие полатки. День незаметно перетёк в вечер. На сцене уже выступала популярная группа, исполняя гимн Лиги Легенд этого года под вспышки спецэффектов. Каждый из игроков был занят чем-то своим, пока Чуя, откинувшись на спинку скамьи, смотрел на праздник и думал: фестиваль оказался куда лучше, чем он ожидал. И ведь этот вечер обещал закончиться спокойно. Именно на это Чуя и рассчитывал, чувствуя, как усталость постепенно наваливается тяжёлым грузом. Команда решила остаться в Токио до конца турнира, чтобы не мотаться туда-сюда каждый день. И теперь единственным его желанием было — добраться до номера и рухнуть на кровать. Но, стоило команде разобраться со своими делами и подойти к нему, как он заметил: к ним направлялся еще и Фукудзава. — Вы большие молодцы, — сказал менеджер. И сразу стало ясно, что с ним что-то не так. В голосе звучали чужие интонации: не усталость, не строгость, а какая-то странная смесь оживления и вялости. — Но отдыхать рано. Идите к сцене: через десять минут у вас ещё одна игра. Чуя понял всё мгновенно. Фукудзава не был пьян в стельку, но на грудь точно принял. В его глазах горела странная искорка — не весёлая, а какая-то уставшая и одновременно чрезмерно оживлённая, будто говорил он не до конца по собственной воле. И словно подтверждая догадку, за его спиной возник и Мори-сан, мягко положив руку мужчине на плечо. — Играете против моих ребят, — произнёс он. Его речь тоже слегка заплеталась, но Чуя слишком хорошо знал этого человека, чтобы списать всё на пьяное веселье. За этим легкомысленным тоном пряталась холодная осознанность, будто Мори нарочно пытался казаться проще, чем был на самом деле. Чуя невольно закатил глаза, а вот остальные, напротив, оживились — усталость с них, как посмотреть, будто рукой сняло. — Ничего себе, — протянула Акико. — Мы снова сыграем против чемпионов прошлого года! Будто им мало было до этого... — Против твоей старой команды, — добавил Дазай, скосив на Чую хитрый взгляд. Тот уже готов был взорваться, но Мори-сан опередил его. — Сделай лицо попроще, — сказал он, и язык у него снова чуть споткнулся. — Сколько лет ещё собираешься ходить с таким недовольным лицом? — Пока у меня не появится причин для радости, например? — В любом вам случае, вам пора бежать, — перебил Фукудзава. — Матч вот-вот начнётся. И в этих словах, за игривым оттенком, мелькнула хищная нотка, от которой Чуя насторожился. Это уже не походило на случайное развлечение — скорее, на чью-то тщательно разыгранную партию. Но времени на сомнения не оставалось. Раз они уже вписаны, то должны участвовать.

***

— Старые маразматики, — выдохнул Чуя, когда они отошли от менеджеров и остановились за кулисами. На той стороне уже стояла его бывшая команда, и это мгновенно окунуло его в прошлое, заставив ощутить всю гамму неловкости, какую только можно представить. Однако, встречаясь с ними взглядами, он вдруг понял: в их глазах не было упрёка. Только вызов и насмешка. Настроение его команды читалось через случайные взгляды — бывшие товарищи собирались размазать его команду по карте за несколько секунд. Это не был дружеский матч. Это было дело принципа, и в этом они ничуть не изменились. Когда ведущий представил команды, Чуя остался стоять в стороне, скрестив руки и внимательно наблюдая за обеими сторонами. Стоило игрокам выйти, как сразу же начались молчаливые смешки, быстрые взгляды — напряжение висело в воздухе. — Внимание-внимание, — звонкий голос ведущего пронёсся над стадионом, — у команды PMG непредвиденные обстоятельства. Игрок Поль Верлен отказался участвовать, поэтому... «Вот чёрт». — Менеджер BSD великодушно разрешил позвать на сцену тренера команды. Поприветствуем победителя прошлого турнира, текущего тренера BSD — Накахару Чую! Толпа взревела. Чуя замер, словно его ноги приросли к деревянному полу. Лишь цепкий взгляд Дазая сдвинул его с места, и он машинально шагнул вперёд. Стадион взорвался: люди кричали, свистели, выкрикивали его имя. И вся прежняя неловкость моментально растворилась. Словно рыбку наконец запустили в её привычную среду обитания. — И ещё одно, мне тут передают... — ведущий приложил ладонь к наушнику. — Менеджеры обеих команд решили сделать матч интереснее. Поскольку у нас неравное колличество людей от каждой из команд, мы смешаем составы! — Какого хрена?.. — Чуя резко поднял глаза. Остальные выглядели не менее ошарашенными. Но ведущий уже ходил между столами, распределяя игроков. — Хигучи — меняешься с Акико. Акутагава — с Куникидой. Чуя, ты выступаешь за PMG. Итог: Дазай, Кека, Хигучи, Акутагава, Ацуши против Чуи, Тачихары, Акико, Гин и Куникиды. Заняв место между Тачихарой и Куникидой, Чуя сразу поймал на себе такой знакомый взгляд. — Как жаль, — протянул Тачихара с усмешкой. — Я-то надеялся уделать твою новую команду, а вместо этого опять сижу рядом с тобой. — Кого бы ты там уделал, саппорт? — фыркнул Чуя. — Твоего саппорта! — вмешалась Гин, высунувшись из-за Куникиды. — Он в соло Чую победил, — не удержалась Акико. — Так что и с вами бы справился. — Ещё будет возможность доказать это, — Гин чуть приспустила маску, улыбнувшись. — Но сначала давайте просто выиграем. Акутагава, отходя, сказал мне, что это для них будет легко. Представляете? Атмосфера за столом не казалась напряжённой. Напротив, его ребята не выказывали и нотки прошлых обид. А разговаривали так, словно они не виделись всего несколько дней. Будто... Они были искренне рады видеть его. — Как в старые времена, а? — Тачихара толкнул Чую в бок, а после протянул руку. На его лице играла улыбка. — Без проблем, — коротко ответил Чуя, принимая рукопожатие. — Но ты не думай, что мы тебя простили. Это не более, чем временное перемирие. — Отозвался Тачихара, убирая рыжую прядь волос за ухо. — Из-за твоей выходки мы играем с твоим братом. А это ещё больший отстой, чем ты. — Что, Верлен оказался хуже? — Чуя не сдержал смешка. — «Хуже» — слишком мягко сказано, — хмыкнул Акутагава, что сидел с краю противоположного стола. — Так что не обижайся, но каждый день после тренировки мы поливаем тебя дерьмом. — Ради бога, — усмехнулся Чуя. — Всё равно в глаза сказать слабо. — Найду время — скажу. — На губах Рюноске скользнула злая улыбка. На которую Накахара поспешил ответить. И тут за соседним столом поднялся оживлённый шум. Чуя нутром чувствовал: Дазай уже нашёл общий язык с Акутагавой. И тема, конечно, была он сам. — Отлично, команды уже познакомились — снова вмешался ведущий. — Осталось две минуты — заходите в лобби. Матч начался. Чуя получил Ноктюрна — неплохой выбор для леса, но не лучший для ARAMа. Но всё же их пик все равно казался сильнее, чем у противников. За столами стоял оглушительный шум: смех, выкрики, подколы. Пальцы Чуи быстро вспомнили клавиши, и через несколько минут он полностью погрузился в игру, забыв обо всём. Такое далекое и приятное чувство. — Давай, Чуя! — рявкнул Тачихара, поймав врага в стан. Хигучи что-то выкрикнула, но не успела договорить — Чуя уже отправил её на фонтан. Дазай вёл себя агрессивно, постоянно забирая убийства, и Акико мстительно фокусила его в ответ. Их дуэль превратилась в отдельное шоу. В ответ на что Чуя то и дело подбадривал её, и помогал, дабы поставить Осаму на место. Всё таки не только у девушки имелись с ним счёты. И Накахара планировал доказать прилюдно — его поражение на трансляции это не более чем случайность. Матч затянулся, но каждый получал удовольствие. Никто не стремился к сухой победе — все играли ради драйва, выбирали себе «мишени» и охотились на них. В конце концов Чуя первым сдался. Устал гоняться за Дазаем, снова и снова отправляя его на фонтан и ловя в ответ недовольный взгляд карих глаза. Собрав команду и дожав противников, они разрушили оставшиеся башни и завершили игру. На экране его команды сияла надпись с победой. У противников с поражением. Толпа взорвалась аплодисментами. Чуя снял наушники и откинулся на спинку кресла — устало, но с той самой лёгкой улыбкой, которую он отчаянно пытался скрыть. Впрочем, стоило ему подняться из-за стола, как тут же со всех сторон посыпались реплики. — Ну всё, — протянул Дазай, демонстративно потянувшись, — дисквалифицировать его ещё раз надо. Играть против него — отвратительно. — Поддерживаю, — отозвался Тачихара, хлопнув Чую по плечу. — Вечно всё внимание на себя перетягивает. — Ага, — Гин усмехнулась, вставая и разминая кисти рук, — но у нас был шанс, что он психанет и выйдет. Так что всё честно. — Честно?! — Кека хитро сощурилась. — Кто вообще разрешил тренеру выигрывать у своей команды? — Старые привычки, — лениво заметил Акутагава, но даже в его голосе слышалось что-то похожее на веселье. Чуя скрестил руки на груди, поджал губы и смерил всех взглядом: — Заткнитесь уже. — Всё-всё, — засмеялся Дазай, — наш тренер злится. Это плохой знак. — Игра закончена, — спокойно заметил Ацуши, — значит, можно. — От тебя меньше всего ожидал, — процедил Чуя, но уголки губ всё равно дрогнули. — Да ладно тебе, — вмешался Куникида, поправляя очки. — Мы же понимаем, что ты соскучился по этому драйву. И на этот раз Чуя не выдержал: губы сами растянулись в усмешке. Толпа вокруг шумела, кричала их имена, кто-то требовал фото, кто-то подписи, но здесь, среди двух команд, он снова чувствовал себя дома. Покинув сцену, команды спустились вниз. Подколы летели один за другим: про его «героический» вылет с турнира, про то, что он перебрался тренировать другую команду, про то, что тренеру положено сидеть на скамейке, а не за компьютером. И Чуя, привычно огрызаясь и подкидывая колкие замечания в ответ, вдруг понял, что давно не чувствовал себя таким живым. Да, он делал вид, что злится. Да, он ворчал и закатывал глаза. Но внутри его переполняла почти детская радость — от того, что можно вот так смеяться, спорить и снова быть частью этого сумасшедшего единства, где все говорят на одном языке, даже если играют за разные команды. И в этот момент он понял: именно ради таких мгновений он готов продолжать.

***

— Братик, ты такой идиот, но ты такой молодец, — вдруг раздался женский голос, стоило командам остановиться чуть поодаль от толпы. Не прошло и секунды, как на Чую налетела Кое: она с размаху обняла его, прижала так крепко, что он едва не потерял равновесие. — Я никогда тебя не прощу… но как же ты красиво смотрелся на сцене! Чуя опешил, осторожно опуская ладонь ей на спину. — Ты тоже напилась, что ли? — Только немного выпила, — пролепетала она, отстраняясь. Щёки её были алыми, во взгляде блестел хитрый огонёк. — Так ты меня прощаешь? — прищурился он, скрестив руки на груди. — В прошлый раз ты мне столько дерьма наговорила… — И я ни об одном слове не жалею, — уверенно отозвалась Кое. — Ты поступил ужасно. Просто отвратительно. Не каждая сволочь бы поступила так, как поступил ты. Но… ты всё ещё мой брат. — Она вдруг улыбнулась мягко, по-доброму. — И, если честно, ты явно получше другого будешь. Слова Кое приятно ласкали его слух. Он был рад, что она подошла. Что несмотря на их последний разговор — обняла его. Как он был рад и тому, что все, такие важные для него люди, сейчас находились рядом. Выказывая не ту сторону, которая бесспорно продолжала осуждать его, а другую. Ту, которая все еще была его семьей, которая не отказалась бы от него несмотря ни на что. — Что такое? — Чуя хитро приподнял бровь. — Позвали на свою голову, да? — Не поясничай, — неожиданно вмешалась Хигучи, и Чуя, сам себе удивляясь, поймал себя на том, что даже её появлению рад. — Если бы не ты, нам бы не пришлось искать замену. — И проигрывать на предстоящем турнире тоже, — тут же добавил Чуя, с наслаждением наблюдая, как лицо девушки скривилось в таком привычном выражении строгости. Эта реплика моментально подожгла обе команды: вспыхнул оживлённый спор о том, кто сильнее, кто слабее, кто важнее, а кто всё портит. Но перебранку быстро оборвали подоспевшие на конфликт, пьяницы. — Это было хорошо, — произнёс Мори-сан, открыто улыбаясь и переводя взгляд на Чую. — Рад, что вы смогли пообщаться. Так приятно было видеть вас вместе. Как я давно не видел тебя на сцене... — К слову, — добавил Фукудзава, обрывая поток чужих слов, который без его вмешательства явно перерос бы в бесконечный монолог, — сегодня мы идём ужинать с другими менеджерами. Так что этой ночью меня не будет. Чуя, всё на тебе. — Ужинать или пить? — немедленно встрял Дазай. Его взгляд, скользнувший по двум мужчинам, что тщетно притворялись трезвыми, был красноречивее любых слов. — Мы устали и заслужили провести один вечер без детей, — парировал Фукудзава. — Верно, Мори? — Абсолютно. Поэтому, Кое, хватит донимать брата и пошли. Девушка обняла Чую ещё раз — на этот раз он ответил взаимностью — и вскоре их силуэты растворились в толпе. Старшие скрылись, оставив ребят наедине друг с другом. На сцене вновь появились танцоры и исполнители, заиграла завершающая программа. Команды держались вместе: обсуждали прошлое, делились настоящим, строили мечты о будущем. Вечер впервые за долгое время подарил долгожданный покой. Даже Верлен неожиданно оказался полезен — не сунулся со своими советами и даже на глаза не показался. Когда официальная часть мероприятия подошла к концу, все разошлись по отелям. Разве что Ацуши остался: один из корреспондентов попросил у него интервью. Чуя предлагал подождать или поехать вместе, но тот отмахнулся — сказал, что доберётся на такси. Тем более, вокруг по-прежнему толпились люди, а фестиваль превращался в шумный концерт. Ацуши улыбался, светился от счастья, явно давая понять, как сильно хочет встретиться с пригласившим его пообщаться человеком. Причин для отказа Чуя не нашел, оттого был вынужден согласиться, при условии, что после интервью Накаджима сразу отправится в отель. Тот дал слово, что так и поступит... Оставалось надеяться, что доберется до отеля он без приключений.