Gemini

      Кто такой Чонин для него? Досадная случайность, очередной «малыш», потерявшийся в жизни, нуждающийся в заботе. Так ведь он ведет себя с младшими — профессиональная деформация. -Чёрт, — Ян ударил себя по колену и откинул голову на подушку. С одной стороны, он не желал отрекаться от своих чувств, а с другой. С другой, не видел смысла в этой борьбе. Грусть постепенно вытесняла из него все положительные эмоции, которые он успел получить за день. -Давайте поиграем в бутылочку! — Вдруг раздалось над его головой. Он не был уверен в хорошем исходе игры, и не был уверен в том, что наутро ему понравится вспоминать все, что он сможет себе позволить в этом состоянии. -Йеджи, ты сегодня слишком активная. -Йеджи, тебе разве нужен повод, чтобы поцеловать свою девушку? Смех. -Я, пожалуй, откажусь, — Чонин пошел на попятную, чувствуя волнение. -Чего ты боишься, все свои. Сама мысль оказаться поцелованным Чаном пугала его до мурашек. Хотя, что скрывать, он хотел этого (а потом опять бегать от него неделями). Но вокруг Чонина уже образовался кружок, а рядом приземлился Чан, прислонившись своим бедром к бедру Яна. «Обжигает». Ему захотелось прижаться к нему и лечь на коленки, но Ян сдержал себя.       В кругу оказались те же лица, что и в первой игре, кроме одного незнакомого. Высокий, даже когда сидел, блондин с волосами, завязанными в хвост, уставший, но скрывающий это. Кто это? -Начинай, Хенджин, — Йеджи протянула блондину бутылку из-под макколли, в которой для равновесия еще плескалось вино. Он положил бутылку на пол и раскрутил. Она сделала несколько оборотов, пока горлышко не указало на Чонина. Младший плохо соображал, потому что от любого движения у него кружилась голова. -Это интересно, — засмеялся кто-то. Сначала его обдало жаром, а потом в желудок будто натолкали льда. -Хëнджин у нас мастер в этом деле, — произнес кто-то. -Лично проверял? — Ответил Бан, не глядя на собеседника. -Ты не против такого? Если против, просто скажи, — Хван сидел с прямой спиной и лишь слегка наклонился вперед, тогда как Чонину пришлось тянуться. -Я сделаю это. Чонин не видел, но на него очень внимательно смотрели. Бан следил глазами за руками Хвана. -Тогда иди сюда. Хенджин притянул Чонина за подбородок и заскользил пальцами по щеке. Ян опомнился, когда почувствовал чужой язык у себя во рту, на удивление, ему не было противно. Стало безумно жарко, он положил свои руки на его плечи, они стали такими тяжелыми, что поднять их не представлялось возможности. Но все закончилось, едва успев начаться. Они снова сидели на своих местах, кто-то другой уже делал свой ход. А он пытался прийти в себя и не выдать своих горящих щек. Ему понравилось ощущение вседозволенности в этот момент и целоваться, конечно, тоже понравилось. Какая у него фамилия? Хван. Точно! Танцор Хван! " -Вот и познакомились, — так тихо, чтобы никто не слышал, произнес он. А Хван тем временем обнимал кого-то другого, потом следующая пара вышла в центр и так, казалось ему, до бесконечности. Чонину не очень везло после первого раза, его не выбирали, зато во время своих ходов он сблизился со всеми девочками, но ни разу с тем, кого люто желал поцеловать. К добру ли это было? -Ну что, пора и потанцевать! Снова Чонин остался в одиночестве и не знал, куда себя деть. Он дошёл до стола с напитками, поискал глазами Феликса, о котором успел забыть десять раз, и заметил, что тот танцует с Чанбином. «Ну хоть кто-то добился того, чего хотел», — пронеслось в голове. *** Чонин стоял перед зеркалом в ванной комнате, по лицу стекла вода, перед глазами медленно перемещалась картинка. Он был уже на той стадии, когда хочется либо лечь спать, либо сделать какую-то глупость. Ян еще раз умылся и вышел в коридор, где его уже ждал Феликс. -Куда ты делся в начале? Я расстроился, что ты меня бросил, — выпалил Чонин. -Я хочу тебе признаться, — Ли был далеко не трезв, на щеках играл лихорадочный румянец, — только ты никому не говори! -Давай уже. -Мне нравится Чанбин-хëн. -А я думал что-то важное. -Ты смеешься? -Нет, но, кажется, об этом знают все, кроме тебя и Чанбин-хëна, — Ян похлопал друга по плечу. -Я чем-то себя выдал? О, боже. Чонин не знал как правильнее будет сказать, что Феликс всем своим видом показывал степень крайней приязни к их хëну каждый раз, как тот появлялся в его поле зрения. Но он не осуждал его, сам ведь такой же. Вдвоем они отправились в гостиную в поисках чего-нибудь освежающего. Большие электронные часы над дверью показывали половину первого ночи, но жизнь еще кипела здесь под приглушенным светом ламп и спокойной музыкой. На столе стоял лимонад и маленький холодильник с пивом. Чонин долго думал, что же ему выбрать, но решил все же остановиться на лимонаде. Они сели в кресла, стоявшие друг напротив друга, потягивали напитки через соломинку, боролись с дремотой. Но вдруг музыка смолкла. Чонин огляделся по сторонам и заметил Чана, который говорил по телефону, держа руку на регуляторе звука. -Сейчас приедет очень важный гость! — Крикнул он и присутствующие тут же оживились. -Кто приедет? — Спросил все еще сонный Феликс. -Без понятия. Чонин удобнее устроился в кресле, повернувшись в сторону Чана. Бан заметил на себе взгляд младшего и перехватил его. Ян отметил, что сегодня он ведет себя не совсем так, как всегда: часто шутит или делает что-то вызывающее, но все это можно было легко объяснить. Так ему казалось. -Как отдыхаешь, Чонин? — В мгновение ока Бан оказался рядом с ним. Младший присмотрелся, будто искал в нем что-то сверхъестественное. Чан был просто Чаном, такой, каким был обычно, но Чонина смущала эта самоуверенность, эта наглость, появившаяся из ниоткуда. И он решил рискнуть, даже не подумав, выпалил: -Эй, хëн, а у тебя есть парень? Пауза. Загрузка. Взрыв. -Видимо, ты очень впечатлился вступлением, — звонкий смех Чана разбудил Феликса. Что сейчас делал Чонин никто понять не мог, потому что его понесло по волнам. Отставив лимонад, поднялся с кресла, встал так, чтобы его глаза были на одном уровне с глазами старшего. Он не понял как оказался почти вплотную прижатым к хëну, как вообще встал он не помнил. Жизнь превратилась в разбитый калейдоскоп цветных осколков, разлетевшихся по полу. Избегая любых подводных камней, он стремительно несся в пучину утреннего стыда, но пока еще этого не осознавал. Было понятно, что сработал принцип «бей или беги». Если Чан сам пришел к нему сейчас, то терять шанс, когда ты уже готов взорваться, было бы глупо. -Ты нравишься мне, хëн. Я хочу, чтобы ты знал об этом и дал мне ответ, потому что я достаточно взрослый, чтобы предлагать это! Не думай о возрасте вообще! Язык заплетался, но уверенность в своей правоте сделала его непобедимым. -Чан-хëн, пожалуйста, давай встречаться! Он чувствовал прилив сил. Сейчас или никогда. -Если ты ставишь вопрос таким образом, — он усмехнулся, — но, ты должен знать кое-что. -Что? -Чонин! Ян снова сидел в кресле, в позе уставшего аристократа — нога на ногу, на коленке расплывалось пятно от лимонада, сердце бешено стучало. Над ним стоял Феликс, его глаза горели, он тряс друга за плечо. В гостиной стоял незнакомец с взъерошенными рыжими волосами, он был повернут к Чонину боком, и тот мог заметить прямой острый нос и такую же острую линию челюсти. Этот человек был столь же красив, как и Хван, но в нем явно был виден характер. -Мальчик-кенгуру, — рыжий подмигнул Бану, — помоги устроиться. -Это Ли Минхо, второй нефрит нашего танцевального «ордена», — подоспел на помощь Чанбин. Несмотря на поздний час и количество выпитого, держался он бодрячком. -Познакомитесь еще, будет время, они с Хенджином часто зависают у Чана. -А куда они пошли? Мы не договорили еще! — Чонин попытался встать, но упал на колени, разливая остатки лимонада. -Кажется, кому-то пора на покой. Яна подхватили под руки и больше он ничего не помнил. ***       Утром он проснулся от яркого солнца, светившего прямо в лицо. Ему было очень нехорошо, ощущались слабость и тошнота. Он закрыл лицо подушкой. В голове было пусто, но Чонин чувствовал какую-то тревогу. Телефона под рукой не оказалось, как и остальных вещей, он даже не знал который сейчас час, по-честному, не понимал где вообще находился. Встав с кровати и кое-как дойдя до двери, Чонин понял, что все употребленное идет обратным путём. Он выскочил в коридор и растерялся: где уборная он вчера не поинтересовался. Мама говорила ему, что если тошнит, то надо глубоко подышать. Ян сделал несколько глубоких вздохов и ему действительно стало немного легче. Он аккуратно пошел дальше мимо дверей, заглядывая в каждую комнату, пока не наткнулся на Минхо.       Ли стоял спиной к проему, но его рыжие волосы сложно было не узнать. Его обнимали сильные руки, почти поднимая над полом. Второй человек будто хотел съесть его, он рычал (?). Ян был в шоке, во-первых, увидеть такую сцену с утра, а во-вторых, Минхо чуть сдвинул голову и он увидел, что вторым человеком был Чан. Тот открыл глаза на шум и заметил младшего, который согнувшись в три погибели, пытался закрыть дверь. -Чонин! — Крикнул Бан. -Какой Чонин? — Минхо оглянулся, пытаясь удержать его. -Черт. Тем временем Чонин успел сбежать на первый этаж, где напуганный Ëнтэк показал ему уборную. Сидя на кафеле в закрытой ванной, Ян мечтал оказаться дома и разрыдаться от души. Он чувствовал ужасную обиду, ему было больно, будто воздух выбили из легких. Позже он нашел свои вещи и вызвал такси, потратив последние деньги. В доме было очень тихо, только шумела микроволновка на кухне, пока он пытался узнать их местонахождение.