Особенности эволюции в параллельном мире

- Следи за дыханием, - грозный оклик ожидаемо заставил подавиться вдохом. – Спину держать ровно! Между лопаток уперлась тяжелая ладонь, прижимая, как десять килограммов кирпичей. Слава Демиургам, в отличие от «книжных» дроу у Кайрина когтей не было. Или он их стачивал. Как кот, ага. На мгновение представил своего провожатого, с упоением дерущего когтями ствол ближайшего дерева, и чуть не зарылся носом в мягкую травку. Бурная фантазия всегда была моим больным местом. - Еще десять раз, - смилостивился Кайрин, убирая руку. Своему нынешнему положению, которое можно описать «упор лежа», я обязан своему же длинному языку. Плохая физическая подготовка доставшегося тела внушала закономерные опасения. После перехода в несколько километров начинали заплетаться ноги, а сердце норовило пробить окошко в ребрах. Такое ощущение, что предыдущий владелец всю жизнь просидел на жопе ровно в маленькой комнате. А, может, и просидел, откуда мне знать.       На одном из привалов попросил Кайрина научить меня драться. До обучения оружному бою мне как до луны пешком, это я понимал прекрасно. Такому обучают с детства. Но чувствовать себя беззащитным было отвратительно. Подспудно я ожидал отказа. Зачем Кайрину возиться с непонятным найденышем? Однако дроу окинул меня оценивающим взглядом, словно прикидывал, откуда удобнее начать потрошить зеленую тушку, и согласно кивнул. И начался персональный ад. Наставник из Кайрина получился – любой сержант удавился бы от зависти. Подъем на рассвете, разминка, скорее напоминающая попытку вывихнуть все суставы одновременно и не теряя изящества, пробежка и отжимание. Особой оригинальностью тренировки не отличались, с небольшой поправкой на новую анатомию – что Кайрин, что новый я были гораздо более гибкими по сравнению с людьми. Чтобы здоровый мужик ростом под два метра двигался с такой пластикой и скоростью, раньше только в фильмах видел. Фантастических. Пока готовился завтрак, Кайрин проводил собственную тренировку, за которой перестал наблюдать после того, как в первый раз спалил нашу трапезу. Слишком впечатляющее зрелище для неокрепшей психики. Только страха по отношению к новому знакомому мне сейчас не хватало. В моем родном мире войны, как вида искусства, уже практически не существовало. Может, где-то в Индии или Китае и сохранились закрытые школы, обучающие владению холодным оружием на похожем уровне. Обычное же спортивное фехтование выглядело жалкой пародией, обезьяньими плясками по сравнению с тем, что демонстрировал Кайрин. Фраза «смерть во плоти» всегда казалась художественным преувеличением. Пока не увидел ее воплощение, отрабатывающее «бой с тенью» на солнечной полянке. Наверное, с таким же восторгом человек смотрит на охотящуюся пантеру, даже осознавая смертельную опасность грациозного хищника. Боюсь, мне подобных высот не достичь, хоть убейся. Но кто сказал, что не стоит пытаться? Потому я добросовестно продирал глаза с первыми лучами солнца, хотя всегда любил поспать подольше, бегал, аки лось по весне, и отжимался, пропуская мимо ушей ехидные комментарии в свой адрес. Глупо упускать такой шанс, когда выкинули с голой жопой на мороз. Путешествие продолжалось, и я хотел максимально использовать это время на адаптацию. Потому однажды вечером подсел к Кайрину и выдал тщательно обдуманную просьбу: - Научи меня читать и писать, пожалуйста. Кто владеет знаниями – владеет миром. Я был уверен, что мой клыкастый знакомый грамотой владеет. Не похож он на простого наемника. Скорее, на хорошо тренированного бойца, приспособленного выживать в любых условиях, а воины такого уровня бывают тупыми только в низкобюджетных боевиках. Способность оценивать быстро меняющиеся условия и находить оптимальные решения зачастую важнее умения сворачивать шеи. В Кайрине не ощущалось скрытой агрессии, только спокойная наблюдательность, привычка постоянно анализировать окружающее пространство, скрытая под видимой беспечностью. По моим наблюдениям эмоциональный спектр дроу не слишком отличался от человеческого, но для объективной оценки было слишком мало данных. Сложно оценить всю расу по одному представителю. В ответ на просьбу Кайрин выгнул антрацитовую бровь, всем видом выражая вопрос, чем я еще смогу его удивить. Разочаровывать своего новоиспеченного наставника я не собирался, но не стоит торопить события. Из походного рюкзака появились тонкая книжка в кожаном переплете и стилус, по виду напоминающий обычный грифельный карандаш. Кайрин придвинулся ближе, раскрыл книжицу, судя по рукописным заметкам выполняющую роль полевого журнала или записной книги, и зашуршал карандашом по плотной сероватой бумаге, выводя ряд крючков и завитков. Теперь у меня болели не только мышцы, но и голова. Письменность дроу походила на дикую смесь древнескандинавских рун и китайских иероглифов. Один знак являлся не буквой, а слогом или целым словом, ударения могли менять смысл слова или означать превосходную степень чего-либо. Кайрин объяснил, что существует два варианта языка – высокий и низкий. Высокий предназначался для официального обращения к правящим особам, на нем составлялись важные документы и заключались крупные сделки. На низком общались в повседневной жизни, составляли личные письма и малозначимые документы. Именно низкому наречию, более простому, и обучал меня Кайрин. Не ожидал я, что на третьем десятке снова придется корпеть над прописями. Наставник с поистине ангельским терпением, заставляющим заподозрить у него наличие богатого опыта, поправлял, показывал и сдержанно хвалил. Меня не нужно было заставлять – сам хотел побыстрее овладеть грамотой и прочитать наполовину заполненную книжицу. Мало ли, что-то еще интересное узнаю. - Первомать всеблагая, - эту самую мать Кайрин частенько поминал, проверяя мои рукописные шедевры. – Ты пишешь еще хуже, чем Тайри левой рукой. А его учитель утверждал, что он не сдаст и первый экзамен на звание. - Сдал? – поинтересовался, заталкивая подальше распирающее изнутри любопытство. О себе и своей жизни Кайрин не распространялся. - Сдал, - на лице дроу появилось выражение сдержанной гордости, голос заметно потеплел. – Мой младший брат – самый молодой маг разума в клане. О, как интересно девки пляшут. Не прост мой знакомый, ой не прост. Братец у него выходит, менталист, если правильно понял. Вот с кем до времени сталкиваться нежелательно. Хорошо, что такой талант Кайрину не достался. Надеюсь, что не достался. Уж слишком внимательные взгляды иногда бросал на меня наставник. Хотя, не нужно быть магом, чтобы сделать некоторые выводы. Я вполне мог вести себя нехарактерно для местного представителя разумных. Какое-то время эти странности можно списывать на амнезию и принадлежность к уединенно живущему народу, однако отговорки не будут работать бесконечно. Наше путешествие с неясными целями шло своим чередом. Теперь окружающий лес напоминал амазонские джунгли, только более мирные, без обилия хищной и ядовитой живности. Само существование подобного биоценоза повергало меня в ступор. В лесу практически не было хищников, которые обычно регулируют численность популяции травоядных. Лиственные деревья сосуществовали рядом с хвойными, подлесок практически отсутствовал. Создавалось впечатление, что Демиург решил создать новый Эдем, собрав все свои наработки и смешав в одном флаконе. Вот только это каким-то образом еще и работало, хотя по земным меркам не должно было. Из рассказов Кайрина я узнал, что лес называется Фарн, что дословно переводится как Заповедный или Неприкасаемый, и покрывает он большую часть континента. Дроу называли свой мир Траэс, другие народы чаще всего – просто «обитаемые земли».        Выслушав пояснения про население дивного нового мира я, тихо матерясь, схватился за голову и удивил Кайрина непривычно долгим молчанием. И дело даже не в том, что людей здесь нет и никогда не было. Весь мир все больше казался искусственно созданной структурой, управляемой непонятно какими механизмами. Итак, Траэс населен пятью расами, не считая моей собственной, которую считают исчезнувшей. Степи, простирающиеся на юго-востоке от Фарна до самого океана, омывающего единственный гигантский континент, заняли орки и оборотцы – метаморфы или оборотни, я толком не понял. Северная часть континента представляет собой бесконечное нагромождение горных гряд и кряжей. Их делят между собой дроу и дворфы. Светлые или лесные эльфы, которых дроу считают второй ветвью своего народа, занимают земли на северных границах Фарна. Сам Лес - территория ничейная, и, судя по оговоркам Кайрина, соваться в него без особой надобности никто не спешит. На южных окраинах Фарна поселился народ вархов – по описаниям они больше всего походили на людей, хотя ими и не являлись. На равнинах между Заповедным Лесом и степями находилось несколько десятков вольных городов – по сути, городов-государств, со своей системой правления и своим жизненным укладом в каждом. Звучит понятно и красиво, однако дальше начинаются неувязки. Ни единого упоминания о войнах, конфликтах интересов или чем-то подобном. И дело не в том, что Кайрин мог утаить или опустить часть информации. В рассказе не чувствовалось личной неприязни ни к одному из народов. Разве что лесные эльфы удостоились звания «изнеженные любители задирать нос», но так мог старший брат отозваться об избалованном младшем, но никак не о враге. Да, и о вольных городах Кайрин заметил, что соваться туда без предварительной разведки нежелательно, ибо градоправители меняются часто, а соответственно, меняется и политика правящей партии.       В итоге имеем достаточно обширные пригодные для жизни территории, населенные самыми разными разумными расами, которые сидят на своих землях, как птички на ветках, и не чирикают на соседей. Или я чего-то не понимаю и мой родной мир был очень уж жестоким местом, однако слишком мирное бытие Траэса скорее настораживало, чем успокаивало. Ладно, нет у них здесь ксенофобии и расовых конфликтов, но невозможно полностью избежать противостояний в процессе исторического развития. За ресурсы, например, или по религиозным соображениям. Да мало ли причин убивать друг друга могут придумать разумные? Выходит, жители Траэса неведомым образом избежали этой участи. Или Кайрин не рассказывал мне слишком многого. Если вокруг тишь, гладь и благодать, зачем моему провожатому два меча, явно не для парада предназначенных? Эх, мне бы в библиотеку попасть, если здесь имеется подобное. Судя по разрозненным фактам, Траэс находился на историческом этапе сходном с земным поздним средневековьем. Научно-технический прогресс тесно переплетен с магическими искусствами, магией в той или иной форме владеют все расы, кроме орков и вархов, наиболее продвинутыми в данной сфере считаются лесные эльфы и дроу. Какая форма правления преобладает, я тоже пока не разобрался. У светлых эльфов вроде, монархия. В вольных городах, как в Древней Греции, демократия, правителя выбирает народ. Про свой народ Кайрин пару раз упоминал понятие кланов и правительниц… Монархия и матриархат? Ладно, будем живы – разберемся.       ...Лес с самого утра окутывала влажная жара. Идущие от земли испарения превращали воздух в теплый кисель, казалось, хлюпающий в легких. Тренировку Кайрин, ворочавшийся полночи, сегодня облегчил, предупредив, что нам придется в темпе пройти приличное расстояние и найти убежище на всякий случай. На какой случай он не объяснил. Может сезон дождей у них начинается? Сосредоточившись на дыхании, как учил наставник, я целеустремленно топал, обходя подозрительно шевелящиеся папоротники с ядовито-зеленой листвой и поминутно утирая пот рукавом. Хорошо хоть разлапистые кроны деревьев укрывали нас от жгучих лучей светила. Кайрина, похоже, жара тоже донимала. На коротком дневном привале он скрутил свою шикарную косу до пояса хитрым узлом на затылке, избавился от рубашки и закрепил ножны на голом торсе. Созерцание крест-накрест пересекающих широкую грудную клетку проклепанных тускло-серебристым металлом ремней вызвал непонятное еканье в животе. Возможно, я обдумал это явление подробнее, если бы меньше страдал от жары и невозможности нормально помыться и переодеться в чистое. Конечно, мы купались в ручьях и маленьких озерцах, которые встречались довольно часто, но такие походные помывки не могли заменить ванную с горячей водой, а аналог хозяйственного мыла – шампунь и гель для душа. Что поделать, я избалованное дитя цивилизации.       После полудня небо начало медленно затягивать тучами. Воздух загустел настолько, что стало по-настоящему трудно дышать. Лес притих, замолкли щебечущие в кронах пичуги, словно все живое затаилось. Кайрин то и дело поглядывал на чернильно-синие тучи, накрывшие лес, как крышка кастрюлю. Первый порыв ветра, неожиданно холодного, зашелестел в кронах. Кайрин коротко выругался и закрутил головой, что-то выискивая. - За мной. Не отставай, - скомандовал он, направляясь к группе высоких деревьев, напоминающих земные дубы со светлой, как у платанов, гладкой корой. Не успели мы каких-то несчастных пару десятков шагов. Дождь хлынул сплошной стеной, будто наверху опрокинули гигантское ведро. Ледяные струи хлестали так плотно, что я перестал различать что-либо на расстоянии вытянутой руки. То и дело оскальзываясь на превращающейся в болото земле, я двигался наощупь, боясь потерять из вида Кайрина в этой водяной круговерти. Над головой вспыхнуло, освещая на мгновение лес, как мощный прожектор, от треска заложило уши. Хотелось упасть и сжаться в клубок, зарыться в землю. У нового тела оказался острый слух, такая звуковая нагрузка вызвала панику, как у кота, услышавшего фейерверки. Крепкая рука сжала запястье, потащила через завесу воды и втолкнула в небольшое темное пространство. Проморгавшись и убрав залепившие глаза волосы, огляделся. Замеченная группа деревьев росла от одного корня, разделяясь у земли на несколько огромных стволов и срастаясь снова примерно на двухметровой высоте. В результате получилось нечто вроде огромного гнезда, надежно защищенного от дождя. На полу шелестела густая подушка из опавших листьев и проросшей сквозь них травы. Я поморщился от прилипшей к телу насквозь промокшей одежды и попытался отжать косу. Рядом ворчал под нос занятый тем же Кайрин, предусмотрительно сохранивший свою рубашку в сухости. Когда он взялся за ремень штанов с явным намерением от них избавиться, я тактично отвернулся. К своему телу я худо-бедно привык, однако полное осознание себя мужчиной пока не пришло. - Раздевайся, иначе замерзнешь, - раздалось за спиной. – К ночи похолодает сильнее. Я согласно лязгнул зубами, дрожа, как мокрый цуцик. Стоило стащить свои штаны и обтереть об траву изгвазданные в грязи ноги, как на плечи накинули одеяло. Завернувшись в мягкую сухую ткань, я благодарно кивнул. Кайрин, облаченный во второе одеяло, устроился под стеной нашего убежища и похлопал рядом с собой. Пошерудев в рюкзаке, извлек лепешку и разломил пополам, протягивая мне половинку. - Спасибо, - я вгрызся в угощение, пытаясь одновременно компактнее поджать бесконечные ноги. В этом теле они у меня действительно «от ушей». Лепешка закончилась быстро. Сейчас бы еще чаю горячего, но разводить костер внутри живого дерева казалось неправильным, да и не из чего. Мелко дрожа, я обхватил себя руками, надеясь, что мое жалкое состояние не слишком заметно. Зря надеялся. Кайрин со вздохом обхватил одной рукой, придвигая ближе, прижимая к горячему боку. Он действительно как кот – температура тела дроу в норме явно выше человеческой. - Спасибо, Кайрин, - мне было совестно, что доставляю проблемы. Что за мной вынуждены ухаживать и опекать. – Не повезло тебе со спутником. Излияние прервало чуть насмешливое, незлое хмыканье. - Начинать жизнь в новом мире всегда нелегко. Слова еще не дошли до сознания в полной мере, а мозг уже заработал в адреналиновом режиме «бей или беги». Куда бежать? Снаружи продолжала бушевать буря. Бить? А смысл? С Кайрином мне в жизни не справиться. Я шарахнулся в сторону, лихорадочно шаря взглядом по убежищу. Стоп! Мой спутник не проявлял агрессии. Судя по его спокойному тону, догадался обо всем он далеко не сегодня. Потому отставить панику. - Я не причиню тебе вреда, - Кайрин потянулся ко мне осторожно, словно не желая напугать еще сильнее. Поправил сползшее одеяло, невесомо касаясь ключицы горячей ладонью, и вернулся на свое место. – Тебе не нужно меня бояться. - Давно понял? – шмыгнул носом, избегая смотреть на Кайрина. - Почти сразу, - дроу задумчиво вздохнул и пояснил. – Твои душа и тело – две разрозненные части. Такое очень заметно, даже не владеющему магией. Плохо. Очень плохо. - То есть любому станет понятно, что я пришедшая неведомо откуда хрень, занявшая чужое тело? Слова «хрень» в языке дроу не было, однако суть вопроса Кайрин уловил. - Сейчас уже нет. Ты… сливаешься. Думаю, через пару лет понять сможет только опытный маг разума. Угу, надеюсь, эти пару лет мне дадут. Но помним про оптимизм - всегда может быть хуже. Спокойная реакция Кайрина при обсуждении вопроса переселения душ навела на определенную мысль. - Я не первый… кто попал в этот мир? Были и другие? Кайрин покачал головой, в полутьме сверкнули желтые глаза, словно на меня смотрел крупный хищник. - Траэс тоже изначально не был нашим домом. Мы переселились на эти земли около тысячи лет назад, когда наш родной мир погиб, - мой провожатый откинулся на ствол дерева и продолжил чуть громче. – Потом оказалось, что Траэс является своего рода магическим перекрестком, притягивающим странников. Через два столетия после нас пришли орки, оборотцы и дворфы. Последнее переселение произошло уже после… конфликта с твоим народом. Вархи. Но все мы прошли через порталы, не потеряв своего изначального облика. О переселении души во взрослое тело я прежде не слышал. Я молчал, отстраненно слушая шум и завывание бури снаружи. Кое-что в безумном устройстве нового мира становилось понятным, кое-что вызывало еще больше вопросов. - Кайрин, - слова давались тяжело, однако этот момент хотел прояснить для себя раз и навсегда. – Я убил хозяина этого тела, да? Вытолкнул его душу? Ответа я ожидал, как вердикта. Глупо. Ничего уже не исправить. Моя новая жизнь началась со смерти безымянного парня. - Не думаю, - задумчиво произнес мой провожатый после непродолжительного молчания. – Я не уловил еще одного присутствия. Скорее всего, он уже был мертв. Что же, уже легче. А мне чертовски повезло. Похоже, переселение души запустило физиологические процессы находящегося на грани смерти тела очень вовремя. Иначе лежать мне на полянке и пускать слюни счастливым овощем без высшей нервной деятельности. Смерть мозга через десять минут после остановки сердца никакая магия не отменит. Снаружи громыхнуло так, что задрожало от верхушки до корней приютившее нас дерево, и я понял, что выражение о крови из ушей скоро перестанет быть образным. Резкая боль в барабанных перепонках отдавалась в висках, вызывая тошноту и головокружение. - Расскажи мне еще о вашем мире, - попросил, надеясь отрешиться от малоприятных ощущений. - Что именно тебе интересно?.. – Кайрин сделал паузу. – Кстати, откроешь мне свое имя, маю? - Его я действительно не помню, - признался, стыдясь, что не оправдываю нового звания «друга». – Свою прошлую жизнь, да. Что случилось перед смертью, тоже. А имя - нет. Кайрин придвинулся ближе, не прикасаясь, словно позволяя мне самому решать. Я выдохнул и прижался к живому источнику тепла. Незачем отталкивать единственного доброжелательно настроенного разумного. - Ты родился заново, значит старое имя утратило значение, - в голосе дроу прозвучали торжественные нотки. – Не спеши, новое придет само. Или встретишь того, кто наречет тебя. - Непривычно как-то быть безымянным, - я усмехнулся. – Хотя это не самое непривычное. Я не сразу понял, что низкие урчащие звуки, раздавшиеся над ухом – смех моего спутника. И почти пожалел, что полутьма в убежище не позволяет рассмотреть смеющегося Кайрина. - Ты очень хорошо приспосабливаешься, маю. Быстро учишься. От Кайрин шел жар как от печки, я невольно пригрелся. Даже обнаглел и подсунул ему под ноги свои ледяные ступни. Особых заслуг я за собой не числил. Жить захочешь – и не так извернешься. Однако похвала отозвалось приятным теплом внутри. - Кое-что я умел и раньше, о другом прочитал в книгах. - Ты был ученым? – Кайрин заинтересованно приподнял голову. - Скорее, помощником, - воспоминания, чем занимался перед смертью, прорвались невеселым смешком. – Занимался изучением растений, перекладывал бумажки. Ничего особо важного. Наш мир полностью… - я замялся, подбирая слова, - технологичен. Нет магии. Мир населяет только одна раса, которой нет на Трэсе. В хмыканье собеседника послышалось недоверие. - Тем более поразительно, насколько спокойно ты воспринял переход. Другой мир с другими законами. Этот факт я и сам обдумывал неоднократно. Переселение чистого сознания с полным объемом памяти в совершенно чуждый объект с иной анатомией и физиологией, смена пола, контакт с представителем нечеловеческой цивилизации, полное изменение привычек и окружения. Не может человек так легко и быстро принять подобные потрясения. Истерика в один из первых дней не в счет. Замечая перемены в собственном характере, я грешил на изменившуюся физиологию. Все же разумом и поведением любого существа отчасти управляют гормоны. Такое ощущение, что мне заморозило большую часть эмоций. Адаптационный механизм? Инстинктивная магия моего тела, защищающая рассудок от непомерного стресса? Интересно, возможно ли у них провести анализы крови и полное обследование организма и посмотреть, что там творится внутри? Наверное, можно, раз есть ментальная магия, должна, по идее, существовать и целительская или магия жизни. - У меня нет выбора, Кайрин, - прозвучало жестко, но я действительно так считал. – Или сдохнуть, или попытаться приспособиться. Краевые условия для выживания неплохие, к тому же, ты очень помог мне и продолжаешь помогать. Вопрос, почему мой провожатый и наставник это делает, я решил отложить до времени. - Это уже выбор, - Кайрин сполз ниже, вытягиваясь на дне гнезда, и зевнул во все клыки. – Давай спать. Буря продлится не меньше суток. Поколебавшись, я забрался под приглашающе поднятый край одеяла. Слава Демиургам, рубашка у Кайрина оказалась достаточно длинной, чтобы не смущать мою расшатанную психику. Прижавшись к жесткому, как камень, боку спутника и слушая завывания грозы, я впервые чувствовал себя настолько спокойно с момента пробуждения в чужом мире. На очередном ударе грома мою голову осторожно прижали к плечу и накрыли ухо широкой ладонью. - Спи, маю.