Особенности эволюции в параллельном мире

Раньше частенько думал, что утро добрым не бывает, но осознал всю глубину этого утверждения только сегодня. Потому что открыть глаза удалось не с первого раза, а принять сидячее положение оказалось почти миссией невыполнимой. Во рту образовался филиал Сахары, в ушах тонко пищало, как при резком изменении давления. - Выпей, Силь, - в губы ткнулся край кружки с восхитительно прохладной чистой водой. - Спасибо, - наслаждаясь ощущением медленно оживающего от живительной влаги организма, я открыл глаза шире и сразу же об этом пожалел. Кайрин выглядел откровенно хреново. Посеревший, со спутанными волосами, весь какой-то осунувшийся. Помятый вид спутника запустил цепочку реверсивного анализа. Нужно же понять, почему у нас обоих вид, будто мы сутки пили после недельного марш-броска в условиях повышенной сложности. Воспоминания выныривали на поверхность лениво и неохотно, как перекормленные золотые рыбки на поверхность пруда. Когда их стало достаточно, я застонал и уткнулся лбом в колени. Иногда не помнить – благо. - Силь! Тебе плохо? Стоило взглянуть на заботливого спутника, тот напрягся весь, будто ждал, что я от него начну шарахаться. - Позволишь тебе помочь? – Кайрин демонстративно держал руки на виду и не спешил приближаться. - Воды, пожалуйста, - допив вторую кружку, я благодарно кивнул и уселся удобнее, заворачиваясь в одеяло. Рефлексия бессмысленна, нужно думать, как жить дальше. Кайрин забрал кружку, стараясь не коснуться, и снова уставился настороженным взглядом. Теперь я заметил еще одну тревожную деталь. Мой спутник заметно берег правую руку, а шрамы, видимые в расшнурованном вороте рубашки, выглядели воспаленными. - Это я тебя так? – голос хрипел, как сорванный. Неопределенно дернув здоровым плечом, словно тема не стоила обсуждения, Кайрин посмотрел совершенно больным взглядом. - Ты помнишь, что произошло два дня назад, Силь? Два дня? Ничего себе, я поспал. - Помню, Кай. Можно, я еще немного полежу? Не дожидаясь ответа, укрылся с головой одеялом, привычно сворачиваясь в защитную позу. Из всего произошедшего выделим два ключевых момента. Первый - у меня произошел очень сильный всплеск магии, вызвавший резкое повышение либидо и частично подавивший рассудок. Следствием первого является второй – спонтанная интимная близость с моим спутником и наставником. Причем, не слишком добровольная с одной стороны. Я прикусил губу, чтобы не застонать от стыда и разочарования. Господи, Кай, чем ты так местных демиургов разозлил, чтобы они наградили тебя встречей со мной? У мужика одни неприятности с момента нашего знакомства. Вдобавок, я ухитрился повредить Кайрину не зажившую до конца руку. Память любезно подкинула видение Кая, лежавшего растянутым на фосфоресцирующей траве, как на диковинном алтаре. Даже чувство вины не могло полностью заглушить удовольствия от этой эстетически приятной, чувственной картины. Отодвинув неуместные сейчас воспоминания, сосредоточился на более важном. Как часто будут происходить подобные всплески? В данный момент я ощущал, что сжатая до предела пружина внутри распрямилась. Надолго ли? Не прельщало как-то постоянно впадать в модус полуразумного, ведомого инстинктами существа. Кайрин обошелся со мной достаточно нежно, хотя вовсе не был обязан. И да, это я тоже помнил, хоть и урывками. Кроме того, мой спутник спас меня от незавидной участи стать насильником. По телу отголоском произошедшего прокатилась теплая волна. Так, под одеялом от жизни не спрячешься. Нужно вылезать и решать возникшие проблемы. Штанов и рубашки поблизости не наблюдалось, я поднялся, накидывая и завязывая на плече одеяло на манер римской тоги. Теперь уж точно нечего стесняться, м-да. Кайрин отслеживал мои перемещения, не шевелясь и не меняя позы, словно не знал, чего ожидать, и это было неожиданно неприятно, даже больно. Хотя я не имел морального права осуждать его. Садясь напротив спутника, так чтобы нас разделял костер, надеялся только, что хоть что-то удастся поправить. - Я оставил поесть. Сейчас разогрею, - голос Кайрина звучал слишком ровно, лишенным эмоций. Дроу протянул небольшой плоский флакон, который он, похоже, давно держал наготове. - Это сильное обезболивающее. Достаточно двух капель. - Спасибо, мне не нужно, - я не врал. Кроме тянущих ощущений в затекших от долгой неподвижности мышцах, никакого дискомфорта не чувствовал. Хотя с моей регенерацией меня на ленточки можно было порезать, за два дня восстановился бы. С благодарным кивком принял полную кружку приятно пахнущего бульона с кусочками мяса. Желудок довольно заурчал в ответ на аппетитный запах. Быстро есть после вынужденной голодовки не стоило, прихлебывая бульон мелкими глотками, я использовал время, чтобы подготовиться к нелегкому разговору. А поговорить нужно обязательно. От недосказанности проблемы только множатся. - Вкусно, благодарю, - возвращая кружку, нарочно мимолетно скользнул по протянутой навстречу ладони. Кайрин почти незаметно вздрогнул и впервые за утро посмотрел прямо в глаза. Сделав глубокий вдох, как перед прыжком в омут, я заговорил. - Кайрин… Понимаю, что за такое невозможно просто попросить прощения, но все же приношу свои извинения. У меня не было намерения сознательно причинить тебе вред. На Кая стало страшно смотреть. Я ожидал злости, холодной вежливости, попыток замять инцидент и предложений сделать вид, что ничего особенного не произошло. Только не выражения острого стыда и боли, исказивших лицо спутника. - Ты просишь прощения у меня, Сильванестри? – Кайрин словно не поверил своим ушам. Я склонил голову, подтверждая. Кай нервно дернул уголком губ, сплел пальцы в плотный замок. - Я презрел свой долг наставника, нарушил закон и, вполне возможно, нанес тебе непоправимый вред, - слова звучали тяжело и веско, будто мой спутник зачитывал приговор самому себе, полностью согласный с вынесенным вердиктом. – Я воспользовался твоим уязвимым положением и незнанием основ. - А я применил к тебе подавляющую разум магию и принудил к интимной близости, - я вскинул руку, предупреждая возражения Кайрина. – К тому же, подозреваю, не предприми ты соответствующих действий, я попросту свихнулся бы. Мне казалось, что сила разрывает меня изнутри. - Все сказанное тобой не отменяет моей вины, - дроу упрямо нахмурился. – С чего ты взял, что воздействовал на мое сознание? - Вспомни, в какой момент ты полностью осознал происходящее, Кай? Каким бы сильным не было помрачение рассудка, я помнил, что сперва Кайрин пытался просто успокоить и отвлечь меня, не заходя дальше объятий и легких поцелуев. А потом что-то изменилось, когда я испугался, что он остановится. Во время непосредственно процесса Кай уже соображал так же мало, как и я. - Утром, когда проснулся и попытался разбудить тебя, - нехотя признался мой спутник. - Вот, - я воздел палец вверх, подчеркивая обоснованность своих доводов. – То есть я подавил твою волю, еще и ранил тебя. Будем дальше выяснять, кто больше виноват, или подумаем вместе, что делать? И да, я пойму, если ты теперь не сможешь мне доверять. Все же я напал на Кайрина, воспользовавшись тем, что он спал. И ударившая по мозгам магия не оправдывает моих действий. Странно, но я совершенно не испытывал морального дискомфорта от самого факта секса. За проведенные вместе дни и недели путешествия Кайрин перестал восприниматься чужим, да и объективно являлся красивым, приятным в общении мужчиной. Оценить его как любовника было сложно ввиду обстоятельств, однако порядочность и способность нести ответственность за свои поступки располагала куда больше, чем любовное мастерство. Я не был девственником в прошлой жизни, хотя и не мог похвастаться богатым опытом. Так что стенать о поруганной невинности не собирался точно. - Ты слишком добр, Силь, - недоуменно, и даже с некоторым неодобрением покачал головой Кайрин. - Предпочитаю считать себя целесообразным и рассудительным, - отрезал, немного обиженный подобным замечанием. – Чувство вины неконструктивно, особенно беспричинное. - Причина есть, - дроу резким движением подвернул рукав и продемонстрировал мне левую руку. – Мне очень жаль, маю. Я недоуменно рассматривал жилистое предплечье, обвитое серебряной вязью татуировки, четко различимой на темной коже. Готов поклясться, еще позавчера этого украшения у Кайрина не было. - Посмотри на свою руку, Силь, - тяжело вздохнул Кай. Я последовал совету и несколько минут пялился на такие же серебряные узоры, похожие на переплетения побегов плюща, проступающие на моем предплечье. - Это что-то значит, да? - Потому я сказал, что нарушил закон и воспользовался твоим незнанием, - Кайрин провел кончиками пальцев по извивам растительного узора. – Это знаки супружеского союза, Силь. Я не знаю, как и почему они появились. Мы не произносили клятв, а ты вообще находился в полубессознательном состоянии и не мог подтвердить свое согласие. Такие браслеты обычно зачаровывает маг клана, закрепляя взаимные обещания пары. Вот теперь все стало по-настоящему плохо. Я едва удержался, чтобы не взвыть в голос и не побиться головой о ближайшее дерево. Хотя здешние деревья явно крепче моего лба, не стоит рисковать остатками мозгов. - Кайрин, расскажи, пожалуйста, все по порядку, - попросил, подавляя деструктивные порывы. – Что со мной произошло? Что ты помнишь и как оцениваешь произошедшее? Чем изменение статуса грозит тебе? Ешкин свет, а если Кай уже состоял в отношениях до того, как встретил меня?! Одно дело недобровольная измена, хотя тоже очень гадко получилось с моей стороны. Брак – совсем другое. Радует только, что супружество в этом мире – не приговор, и его можно расторгнуть. - Я не знаком с особенностями твоего народа, - начал Кай, не разрывая зрительного контакта. – Но могу предположить, что скачкообразное нарастание магического потенциала с последующим кратковременным пиком означает завершение периода взросления. Подобное происходит у оборотцев-подростков после обретения способности становиться зверем. - Звучит логично, - согласился, задумчиво постукивая пальцем по губам. Если изменения затрагивают организм и на магическом, и на физическом уровне, выброс большой дозы гормонов в кровь вполне мог спровоцировать кратковременное «любовное безумие». - То есть такое больше не повторится? Кайрин неопределенно пожал плечами и добавил обнадеживающе: - Скорее всего, нет. Отвечая на твой следующий вопрос, я четко помню, как проснулся связанным и хотел тебя успокоить. Решил, тебя что-то испугало. А следующее – утро и ты рядом, - дроу выдохнул с легким присвистом, словно сквозь стиснутые зубы. – Ты не просыпался. Вообще ни на что не реагировал. Я думал, ты впал в магическую кому. - Из-за того, что выплеснул слишком много сил? - Нет, не только, - у Кайрина почернели скулы от прилившей к лицу крови. – Понимаешь, Силь… Когда очень молодой маг, чья магическая система еще не сформировалась полностью, испытывает сильное потрясение – боль, страх, обиду – он может замкнуться в себе. Его собственная сила заключает своего носителя в подобие кокона, отсекая от всего мира. Вывести из такого состояния может только опытный менталист, и только на протяжении короткого периода. До ближайшего поселения, где могут оказать помощь, неделя пути. Я не успел бы добраться туда с тобой, до того как… - Ничего страшного не случилось, Кай, - я накрыл сжатую в кулак руку дроу ладонью, успокаивая. Даже неловко, что обо мне так волнуются. – Наверное, у меня просто произошла «перезагрузка», потому и проспал так долго. И я не испытывал обиды или боли в ту ночь, а боялся больше самого себя и что могу навредить тебе, сбрендив от собственной силы. Но ты не ответил еще на один вопрос. Чем грозит тебе спонтанно заключенный брачный союз? - Ничем не грозит, - показалось, Кайрин слегка покривил душой. Ответ прозвучал слишком поспешно. – Я давно достиг возраста принятия решений, кассиа-тана моего клана не заключала относительно меня никаких предварительных договоренностей о помолвке или браке. - О каком нарушении закона ты тогда упоминал? - До совершеннолетия запрещено вступать в любовные отношения, Силь, - Кайрин говорил будто об очевидной истине. - Так я совершеннолетний, - хмыкнул, пожимая плечами. – Так что моральные терзания можно отставить. - Дело не в морали, - отрезал Кайрин неожиданно жестко. – Запрет появился не на пустом месте. Ты из другого мира, потому тебе сложно понять. Мы взрослеем долго и в несколько этапов. Даже те, кто не одарен магической силой, не лишены полностью ее присутствия. Любое вмешательство в этот период отражается на состоянии тела и разума и способно исказить их развитие. - Не факт, что это правило касается моего народа. Сам же говорил, о нем мало известно, - меня уже начало напрягать упрямое желание спутника взвалить всю вину на себя. Останавливало только понимание, что он тоже переволновался и вообще-то, обо мне заботится, а не просто голову пеплом посыпает. – Запрет действует для всех рас Обитаемых земель? Кайрин отрицательно мотнул головой. - У орков такого нет. И у вархов, по-моему, тоже. - Вот видишь. Я прекрасно себя чувствую. Только есть опять хочу, - я поднялся с земли, ловя на полпути сползающее одеяло. – Сходим поохотиться? И, кстати, не видел моей одежды? - Я постирал и починил, как смог, - Кай указал на лежащую поверх рюкзака стопку вещей. М-да, в приличном обществе в таком наряде лучше не появляться. Интересно, как в Обитаемых землях относятся к бомжам? Рубашка превратилась в укороченную безрукавку с ассиметричным подолом, не прикрывающим живот, брюки обзавелись следами художественной штопки после того, как их, судя по виду, просто разорвали по швам. Силен Кайрин, однако. Или это я так спешил слиться в любовном экстазе?.. Поняв, что мысли приобретают нежелательное направление, быстро натянул шмотки и всем видом выразил готовность отправляться добывать пропитание. За добычей пришлось побегать. Юркие нохши не спешили становиться обедом, разбегаясь с возмущенным писком и избегая ловчей сети. В конце концов, мне надоело нарезать круги по зарослям. Притаившись за кустом и подождав, пока один из зверьков решит вернуться в нору у корней, выпрыгнул, падая на нохши, как кошка на мышь. Очень неуклюжая кошка. Обалдевший от такого поведения охотника зверек подскочил на полметра, перевернулся в воздухе и, войдя в штопор, попытался укрыться в норе. В последний момент я успел схватить исчезающий под землей длинный хвост и потянул на себя. В таком компрометирующем виде и застал меня Кайрин. - Помочь, маю? – в голосе дроу отчетливо слышался с трудом сдерживаемый смех. - Справлюсь, - пропыхтел, продолжая тянуть упирающегося всеми лапами нохши. В конце концов грубая сила победила. На стоянку я возвращался, гордо неся добычу, под смешки Кайрина и чувствовал себя по-идиотски счастливым. Дроу нравился мне чисто по-человечески, не хотелось разрушить зарождающуюся дружбу дурацким всплеском половых гормонов. О том, что Кай теперь фактически мой супруг, я решил, как Скарлетт, подумать завтра. Все равно, пока не доберемся до цивилизации, расторгнуть брак не получится. Беременность по залету мне не грозит, спасибо новому воплощению. Так что ничего непоправимого вроде не произошло. Радовало, что Кай не держит на меня зла и заметно повеселел, по сравнению с утром. Почему он вообще выглядел так паршиво? От внезапно пришедшей мысли даже притормозил. А что, если я потянул силу из спутника во время секса? Или нанес ментальный удар, дающий о себе знать до сих пор? Отягощенный чувством вины Кай же не признается. Нужно незаметно понаблюдать за ним. - Давай я приготовлю, - отобрав у более умелого в охоте Кайрина две тушки, огляделся, ища нож. Протянув искомое, Кай принялся возиться с костром. Я и не заметил, когда наши действия достигли такой слаженности, хотя совместное приготовление пищи происходило далеко не впервые. Выпотрошенные тушки скворчали над огнем, медленно подрумяниваясь, я крутил вырезанные из веток шампуры, ни о чем не думая. После напряжения последних недель штиль внутри казался настоящим блаженством. Переночевать решили здесь же, а утром выдвигаться дальше. Мысль о скором окончании путешествия вызывала легкую грусть, хотя добраться до цивилизации и увидеть своими глазами то, о чем знал лишь по рассказам спутника, хотелось очень. - Мы же идем в Обитаемые земли? – уточнил, некультурно слизывая потек мясного сока с пальцев. - Да, - Кайрин уже успел расправиться со своей порцией и теперь валялся на траве, потягиваясь как огромный кот. – Но сперва я хотел посетить одно место в Лесу. В нескольких книгах упоминалось, что неподалеку находится форпост легендарного народа, их заброшенная сторожевая крепость. - Книги, случаем, не того же автора, который про Болота писал? – я иронично выгнул бровь. - Возможно, на Болотах ему просто повезло больше, чем нам, - обтекаемо заметил Кай. – К тому же легендарный народ давно покинул свои крепости. А я обещал Наю поискать их артефакты или записи. Неожиданно неприятно кольнуло от нежности, с которой Кайрин произнес незнакомое имя. - Най – ученый? - Да. Ученый и маг природы, - дроу светло улыбнулся. – Мой брат невероятно талантливый для своего возраста. Они с Тайри - самые сильные маги клана из младшего поколения. - У тебя несколько братьев? – учитывая информацию о плачевной рождаемости на Траэсе, я был удивлен. - Двое братьев – Найрин и Тайри - и старшая сестра, - подтвердил Кайрин. – Наша родительница одарена особым благословением Первоматери. Интересная у моего спутника семья. И отношения в ней, кажется, тоже необычные. Если при упоминании братьев тон Кайрина всегда теплел, в словах о матери слышалось больше почтение, чем любовь, то о сестре он упомянул, как о ком-то не слишком важном. Что странно, учитывая царящий в клане матриархат. И становиться частью этого семейства я особым желанием не горел, особенно на таких непонятных условиях. Условия… М-да, а самый важный вопрос я так и не задал. - Кай, какие обязательства на меня налагает вот это? – я выразительно потряс рукой с брачной татуировкой. Кайрин вздохнул, видимо, вопрошая свою Первоматерь, в чем так крупно проштрафился, и пояснил наставительно: - Силь, брачный союз, если он заключен не по договору кассиа-таны или не с ней самой, не требует от супругов никаких особых действий. Это добровольное обещание взаимной верности и обоюдной поддержки, а не магические кандалы, как ты уже успел надумать. Надо же, а мой спутник успел тоже неплохо меня изучить. - А расторжение брака имеет какие-либо негативные последствия? - Если решение принято обеими сторонами, то нет. В несколько резком ответе почудилось большое «но», однако я решил не заострять внимание. Все услышанное следовало тщательно проанализировать и уложить в памяти. А подобным лучше заниматься в одиночестве. - Я видел тут рядом озеро. Схожу искупаюсь перед сном. Я поднялся и ломанулся через кусты к замеченному во время охоты озерцу. Надеюсь, мой уход не восприняли как бегство. Мне действительно необходимо было немного побыть наедине с самим собой. Сумерки, короткие на Траэсе, уже почти уступили место ночной темноте, и в скудном свете звезд гладь маленького озера казалась неподвижной и загадочно мерцающей, как отполированный лабрадорит. Избавившись от одежды, зашел в воду по колено, наблюдая за искрящимися завихрениями вокруг ног. От озера веяло прохладой, особенно приятной после дневной жары, на прибрежных кустах распускались крупные ночные цветы, распространяя тонкий, едва ощутимый дурманящий аромат. Замерев неподвижно, запрокинул голову, подставляя лицо свету созвездий, которые не увидит больше ни один человек. Лес вокруг дышал, жил своей суетливой и неспешной одновременно жизнью, и в это мгновение я ощущал себя его частью. Не частью даже, а единым целым с невообразимо огромным конгломератом живых существ. Все мысли покинули голову, сердце билось ровно и сильно, уши ловили звуки ночной жизни. Я впервые отчетливо понял, что давно перестал быть человеком, и это знание не ужасало и не огорчало. Черная искристая вода приняла в свои объятья, словно смывая остатки прошлой жизни и прошлой сущности. Вынырнув на поверхность, я чувствовал себя спокойным и почти умиротворенным. Даже перспектива совместного ночлега с Каем и сопутствующая неловкость, которая наверняка возникнет, не могла поколебать это спокойствие. В лагерь вернулся, не расплескав нирванического состояния, посетившего во время позднего купания. Неподалеку от костра на расстеленном одеяле сидел Кайрин, задумчиво побрасывающий в огонь мелкие ветки. Привычная картина словно дополнила мозаику, делая мироощущение еще монолитнее. Будто всерьез имел право рассчитывать, что впереди еще много подобных вечеров вместе. Я резко тряхнул мокрыми волосами. Глупые мысли лучше пресекать сразу, не давая угнездиться в голове. - Завтра выйдем на рассвете, пока не слишком жарко, - учитывая острый слух Кайрина, засек мое приближение он давно. – Ложись спать, Силь. - А ты? – я прикусил язык, стоило словам сорваться с губ. Велика вероятность, что Кай просто не рискует больше оставаться ночью поблизости от опасно-непредсказуемого соседа. Кай улыбнулся с видимым облегчением и вытянулся на одеяле, оставляя половину незанятой. - Я думал, тебе может быть неприятно… находиться рядом со мной. - Могу сказать то же самое, - заметил немного язвительно, занимая свое место и укладываясь так, чтобы не прикасаться к Кайю. В ответ удостоился только сонного хмыканья и невнятного урчания. Стоило задремать, поперек груди обвились знакомые сильные руки, к спине прижалось горячее тело, окутывая теплом. Завтра… Все завтра…