Особенности эволюции в параллельном мире

Несмотря на уверенность Кайрина, спокойствие долго со мной не задержалось. Вымывшись и проведя нужные гигиенические процедуры, я завис, разглядывая себя. И что Кай во мне нашел-то? Тощий, длинный, зеленый, как кимиора болотная, еще и характерец не сахар. Впрочем, я допускал у супруга наличие несколько извращенного вкуса, ибо сам был таким. В любом случае, нет смысла изводить себя. Даже при самом пессимистичном раскладе получу полезный опыт. Стянув влажные волосы в небрежный хвост и обернув вокруг бедер полотенце, решительно направился в сторону своей спальни. По настоянию Кайрина мы договорились провести ночь снова на моей территории, и, признаться, мне действительно было так спокойнее. В ожидании отправившегося в купальню Кайрина вытянулся на постели, игнорируя желание завернуться в одеяло по уши и мысленно обзывая себя труслом. О дверной косяк тихо поскреблись. - Можно, Силь? - Да. Заходи. Кайрин, одетый столь же непритязательно в одно полотенце, бесшумно проскользнул в комнату и опустился рядом. Мне показалось, что все внутренности свернулись в узел, как за мгновение до прыжка с огромной высоты. Кай внезапно тихо засмеялся. - Чувствую себе юнцом перед первой в жизни ночью любви. Я никогда не интересовался прошлыми отношениями Кайрина, считая это лишним. Судя по его поведению, сексуальный опыт у него был, и не такой уж маленький, что не могло не радовать. Двое неопытных разумных в одной постели – локальный Армагеддон. - Не ты один, - на ощупь нашел руку Кая, легко сжимая. – У меня сейчас сердце вообще выскочит и пойдет гулять. - Слышу, - горячая ладонь легла на грудь, словно хотела удержать беспокойный орган на положенном месте. Навстречу друг другу мы потянулись практически одновременно. Объятья, сперва напоминающие успокаивающие и утешающе, стали тесными, как боевой захват, губы нашли губы. Целоваться с Кайрином было отдельным видом удовольствия. Раскрывать полные губы своими, касаться языком острых клыков, атаковать и сдаваться чужому напору, зарываться пальцами в густые волосы, отпуская лишь ради глотка воздуха. Оторваться от столь приятного процесса могло только желание плотнее исследовать все поле деятельности. О том, что ему нравится, Кай умолчал, потому мне предстояло выяснить все опытным путем. Исследование затрудняло то, что чувствительным Кайрин, кажется, был везде – от кончика острого уха, дрогнувшего, стоило легонько прикусить, до запястий и сгибов локтей. - Ох… Силь… Помнится, это я должен был наставлять и обучать, - выдохнул Кайрин вместе с тихим стоном. - Наставляй. Я не против… Разрешение стало своеобразным спусковым крючком. Ловкие пальцы развязали узел полотенца, отправляя его в свободный полет, горячие ладони легли на низ живота, неспешно поглаживая и вызывая легкую щекотку предвкушения внутри. Ладони коварно обходили самое жаждущее внимания, плавно скользя по бокам, очерчивая тазовые косточки. Внезапно Кай согнул пальцы и с нажимом провел ногтями от пупка к середине груди. Эффект получился как от спички, которой чиркнули по боку коробка. У меня словно произошло короткое замыкание, подкинувшее на постели и вырвавшее из горла невнятный хрип. Довольно усмехнувшись, Кайрин провел вторую полосу снизу-вверх. Он не скрывал, что наслаждается видом и своей способностью отключать у меня высшую нервную деятельность. Это было настолько внове, что на долю мгновения всколыхнуло инстинктивное стремление закрыться, сбежать от слишком пристального взгляда, в котором чернота медленно поглощала золото радужки. Я впервые сталкивался с желанием такой интенсивности, направленном меня. Это и льстило, и пугало. И также впервые в двух жизнях я принял решение ничего не решать, довериться потоку и посмотреть, куда он принесет. Закрыть глаза и просто ощущать. Безопасность стен дома, окружающих надежной скорлупой, мягкость мха под спиной, жадные и одновременно бережные касания рук Кайрина, жар чужого дыхания на коже. И неумолимо растекающуюся по венам истому, исподволь плавящее кости возбуждение. - У тебя кожа становится светлой, как весенняя листва, когда ты возбужден, - шепот Кая лился в уши, подпитывая истому. – Так красиво… Листик… Открывать глаза не хотелось, веки отяжелели, но я не хотел лишиться такого зрелища. Наверное, моя сила все же реагировала на происходящее – по стенам россыпью раскрылись мелкие звездчатые цветы, заливающие спальню голубоватым фосфоресцирующим светом. В его отблесках кожа Кайрина казалась черной, как эбеновое дерево, а сам он напоминал темное божество, сошедшее с древних фресок. Только это божество было теплым, к нему можно было прикоснуться и увидеть, как потемневшие глаза прикрываются, а лицо искажается в гримасе наслаждения. Все слова восхищения умерли на губах, я гладил широкие плечи, поднимающуюся от частого дыхания грудь, нарочно задевая кончиками пальцев затвердевшие соски. Общая атмосфера какой-то нереальности стерла тревоги, вызывая наружу первобытные желания. Я не заметил, когда Кай успел избавиться от остатков одежды. Широкие ладони огладили от щиколоток до коленей, мягко нажимая с внятным посылом. Я раздвинул ноги, вздрагивая от прикосновений к внутренней части бедер. Хотелось ощутить ближе, сильнее, выплеснуть мучительное томление. В руках Кайрина оказалась небольшая баночка, потянуло запахом трав, используемых в анестезирующих мазях. - Не бойся, Силь... Я никогда больше не причиню тебе боли… Дернув уголком губ, я задавил лезущую на лицо неуместную усмешку. Все же Кайрин отчасти видел во мне пацана-девственника, которого однажды практически взял силой на лесной поляне, и никакие аргументы не могли разрушить это подсознательное чувство вины. Приподнявшись, перехватил Кайрина за предплечье, удерживая. - Я все же хочу что-то чувствовать, а не лежать под анестезией. - Конечно, лиммаю, - Кайрин мазнул по запястью пальцами, смазанными прозрачной мазью, и кожу лизнуло сначала прохладой, а после разлилось приятное тепло. – Это что бы убрать неприятные ощущения и помочь расслабиться. Для твоего тела такой опыт новый, позволь позаботиться, чтобы он был приятным. Процесс получения того самого опыта получился немного… странным. Сперва даже затруднялся понять – приятным или нет. Память прошлой жизни не слишком помогала. Другое тело, другие обстоятельства, другие реакции. А главное – другой партнер. Кайрин сочетал заботливость и властность как раз в тех пропорциях, чтобы возбуждать до радужных кругов в глазах и не вызывать раздражения. И очень ответственно подошел к вопросам подготовки. - Прекрати думать, Силь, - указательный палец легонько постучал по лбу. – Попробуй просто чувствовать… Чудесный совет. Пока я остро чувствовал только пальцы в заднице, и не сказать, что приходил в экстаз. От чудо-смазки растекался щекотный холодок, сменяющийся мягким жаром, внутренние мышцы сжимались легкими спазмами. Нет, что-то было в этом волнующее, скорее обещание удовольствия, чем оно само… Пальцы провернулись, немного согнувшись, и я позорно всхлипнул, забирая свои слова обратно. Зародившаяся внизу живота горячая волна даже не была приятной в полном смысле. Словно тронули зазвучавшую на низких частотах струну, и звук начала медленно распространяться по всему организму, вызывая вибрацию в костях. Воодушевившись реакцией, Кайрин решил добить контрольным, шаловливо улыбнувшись и наклонившись к моему паху. От сдвоенной атаки у меня неконтролируемо мелко задергались ноги и руки, как у лягушки Гальвани. Сочетание обволакивающего влажного тепла губ, скользящих по напряженному члену, и продолжающих двигаться внутри пальцев разбивало остатки рассудка. Похоже, Кай помог решить мою проблему – думать связно я уже не мог при всем желании. В какой-то момент стало почти слишком, мышцы живота напряглись, сердце зачастило как перед падением… - Кай… - я поднял отяжелевшую руку и со второй попытки дотянулся до плеча Кайрина, предупреждающе похлопав. – Кай, давай сейчас. А то я не продержусь… Вобрав меня еще раз особенно глубоко и погнав волну дрожи от копчика до шеи, Кайрин приподнялся. Облизнул потемневшие, припухшие губы, словно только что расправился с вкусным десертом, и довольно улыбнулся. Я прикусил щеку изнутри, боясь кончить от одного вида – прекрасного и безумно развратного. - Перевернись на живот, Силь. Отрицательно мотнув головой, я подался навстречу. - Давай так. Хочу тебя видеть. - Тебе может быть больнее. Не, это невозможно! Будто я не взрослый разумный и голого мужика в постели первый раз в жизни вижу. Привстав, решительно обхватил мужа за плечи и потянул на себя, шире разводя колени. - Прекрати, Кай. Я не развалюсь. Пожалуйста… - Ты сам напросился, Листик. Хищной усмешкой можно было напугать только того, кто Кая первый раз в жизни видел. У меня же лишь томительно сжалось внутри в предвкушении. Несколько мгновений спустя осознал, что иногда к предупреждениям стоит прислушиваться. Кайрин хоть и не был «щедро одарен природой», как пишут в бульварных романах, но и отнюдь не обделен. Я хватал воздух мелкими вздохами, пытаясь унять одуревший от незнакомых ощущений, расслабившийся и не ожидавший такой внезапной подлянки организм. Ноющая, распирающая боль смыла эйфорию прелюдии, возбуждение практически спало. Даже обидно немного. И что в этом приятного находят другие? - Силь… Листик, выдохни и попытайся расслабиться, - Кайрин не спешил, видя мое бедственное положение. Погладил закинутые на плечи ноги, поцеловал в колено. – Скажешь, когда можно… Протолкнув воздух в оцепеневшие легкие, я сделал глубокий вдох и выдох, усилием воли расслабляя все мышцы как при медитации. Стало легче, но приятного все равно мало. Терпимо. Однако это не повод лишать удовольствия Кайрина. Я чувствовал всем собой, насколько сильно он сдерживается, как тяжело ему сохранять эту неподвижность. Вся его фигура, скованная напряжением, словно кричала без слов о том, насколько ему хочется… - Можно, - я подался навстречу, остро ощущая внутри каждый сантиметр твердого, как железный прут, члена. – Только не спеши, хорошо? - Обязательно, - Кайрин длинно выдохнул, будто не дышал несколько последних минут, и мягко качнулся назад и снова вперед. Физического удовольствия я не испытывал, но вид Кайрина, отраженное на его лице наслаждение и вибрирующие стоны, сопровождающие каждый выпад бедер компенсировали неудобство с лихвой. Момент, когда дискомфорт и боль отошли на второй план, уступая место чему-то иному, прошел мимо сознания. Подчиняясь неторопливому ритму плавных движений и пытаясь поймать за хвост ускользающее ощущение, я вдруг подавился очередным вздохом и непроизвольно выгнулся на постели. Да, еще раз так… Наверное, я сказал это вслух. Или Кайрин сам уловил перемену настроения. - Обними меня, лиммаю, - попросил Кай, склоняясь надо мной и практически ложась сверху. – Да, так. Сейчас будет еще лучше… Я обхватил Кайрина ногами, обнял за плечи и пропал. Внутри будто открылся портал, из которого хлынула такая мешанина, что все сенсорные системы ушли в красное поле. Я не понимал уже хорошо мне или плохо, сердце пробивало грудную клетку, шум крови в ушах заглушал все окружающие звуки, в горле пересохло. Закусив губу, сдерживая рвущиеся наружу вскрики, я старался удержаться и выжить в этом шторме. Как и в нашу первую ночь в Лесу возникло чувство слияния с некой огромной системой. Только сейчас оно было немного приглушенное, позволяя не отрываться от собственных ощущений. Неоднозначных, но весьма приятных. Тяжесть разгоряченного тела Кайрина, уверенные прикосновения рук, его индивидуальный горько-травянистый запах обволакивали, не давая провалиться в безвременье магического поля Фарна. Не требовалось даже дополнительной стимуляции. Оргазм взорвался внутри и промчался по телу, как десятибалльный ураган, оставив полностью разбитым и не способным даже пальцем шевельнуть. Возвращаться в себя было сродни медленному подъему из океанских глубин. Постепенно возвращались звуки и запахи окружающего мира, ощущения тела в пространстве. В носу зачесалось, я разжал судорожно стиснутые пальцы и потянулся устранить источник зуда. - Ты в порядке, Листик? Кайрин лениво зашевелился, с видимым трудом поднимая голову с моей груди. По щеке скользнула прядь чужих волос, желание чихнуть пропало. - Пока еще не понял, - отозвался, пытаясь собрать себя в мыслящее существо. – Это было… очень волнующим опытом. И очень приятным. - Дом, похоже, с тобой согласен, - не слишком понятно заметил Кайрин, косясь куда-то в сторону. Приподнявшись и оглядевшись, я только присвистнул. Моя спальня напоминала сказочный грот, густо заросший молодой порослью серебристой травы, цветущих лиан и золотистого мха. Лианы заплели и потолок, крупные кисти темно-фиолетовых, пурпурных и синих цветов свешивались вниз, излучая мягкий рассеянный свет, как диковинные футуристические лампы. Охренеть, мною можно озеленять пространство. - Я не навредил тебе? – спросил, потянувшись к Кайрину и прикасаясь к губам мягким благодарным поцелуем. Все же моя сила довольно специфична, неизвестно, как она действует на других живых существ, особенно при бесконтрольных выплесках. - Все прекрасно, - Кайрин охотно ответил на поцелуй. Он выглядел довольным и расслабленным, так что поводов для волнения я и вправду не видел. Лежать в столь тесном контакте было неимоверно приятно, но прозаичные потребности организма никто не отменял. Перед сном не помешало бы привести в порядок постель и посетить купальню, отмываясь от следов страсти. Кайрин протестующе заурчал, однако сполз с меня и с кровати, поднимаясь на ноги. Мне сей финт удался со второго раза – мышцы будто превратились в вареные макароны, не желая выполнять свои прямые обязанности. До купальни добрались в построении «елочкой», поддерживающий меня Кай сам засыпал на ходу, зевая во все клыки. Отмывали друг друга, в середине процесса потеряв губку. На прикосновение к спине Кайрин неожиданно поморщился и свел лопатки. - Что случилось? – сонливость отступила, сменяясь беспокойством. - Да ничего, - Кай улыбнулся, ненавязчиво поглаживая мою задницу мыльными ладонями. – Не о чем волноваться. - Повернись-ка, - я развернул мужа за плечо и уставился на глубокие кровавые борозды, пересекающие спину от низа лопаток до ключиц. – Это я тебя так? - Да, - в глазах Кайрина светилась непонятная гордость. – Не переживай, Силь, они быстро заживут. - Все равно нужно обработать, - категорично заметил я, направляясь на кухню и на ходу вытираясь полотенцем. Первую помощь Кай перенес безмолвно, напоследок прикоснувшись губами к руке. Я отобрал конечность, испачканную антисептиком, и попенял: - Почему ничего сразу не сказал? Тебе же больно. - Не больно, Силь. У дроу в прошлом такие отметины означали знак принадлежности, заявление прав на возлюбленного. Потому я счастлив. Переваривая информацию и уважительно косясь на супруга, способного в данный момент выдавать столь длинные предложения, я нанес на царапины заживляющую мазь и предложил перебраться обратно в спальню, иначе усну прямо здесь и сейчас. Следующий день прошел как в дурманной дымке. Проснулись мы ближе к полудню, доели вчерашнюю стряпню и решили заняться полезной деятельностью. А именно – выровнять и облицевать плиткой бассейн в купальне и подвести воду из ручья. Вопреки опасениям, я не чувствовал дискомфорта – ни морального, ни физического. Напротив, организм словно на подзарядке побыл, а на душе царили умиротворение и спокойствие. Мы будто завершили неоконченный ритуал, не дававший покоя, неосознанно мешавший свободно дышать и двигаться. Кайрин тоже выглядел расслабленным и немного одуревшим. Я заметил, что желание прикасаться друг к другу, находиться поблизости обострилось, брачная татуировка едва ощутимо пульсировала теплом. Кажется, полноценное подтверждение брака произошло именно прошлой ночью. Когда все передвижения по купальне начали напоминать танец с запутанными фигурами, в котором мы то сходились, мимолетно прикасаясь руками, то расходились, пытаясь сосредоточиться на рабочих вопросах, я не выдержал. Дождавшись, пока Кайрин отложит лопату, которой ровнял земляные стенки бассейна, перехватил за локоть и притянул к себе. Для поцелуя пришлось приподняться на носках – в росте мы пока не сравнялись. Поцелуй очень быстро вышел из-под контроля, очнулся уже сидящим на краю бассейна и сжимающим коленями бока Кайрина. Жажда снова соединиться, почувствовать себя одним целым накатила внезапно и так остро, что почти отключила рассудок, оставляя одни голые инстинкты. Рубашка Кайрина затрещала под руками, хотелось скорее прикоснуться к манящей голой коже. Некоторое время мы исступленно целовались, будто собирались сожрать друг друга, не в силах оторваться даже когда на губах появился привкус крови. - Думаю, нам лучше перебраться в спальню, - Кайрин, первым вынырнувший из объятий спонтанной вспышки страсти, протянул руку и помог подняться. – Завтра продолжим здесь. - Завтра у меня занятия с дядькой Выром, - предупредил, с трудом фокусируясь на реальности. В данный момент меня мало волновало что-то кроме собственного мужа и возможности снять-таки с него рубашку и пройтись поцелуями по разлету ключиц, по груди, слушая частый стук сердца. По возможности ощущать объятья крепких и ласковых рук, заставляющих кровь медленно закипать в венах… - Добрый день, дядька Выр, - чинно поздоровался и безмятежно улыбнулся на ехидное хмыканье. – Да, муж приехал. И конспект я подготовил. Я нарочито подпустил дерзости в голосе, украдкой оглядывая комнату и прислушиваясь. Парня-оборотца видно не было, в доме не слышал звуков присутствия еще кого-нибудь. - Больно умным стал, - ворчал целитель, похоже, не желая выходить из образа. – Хотя писать наконец-то научился лучше, чем рыых задней ногой. - Благодарю, наставник. А где ваш пациент? - Вчера забрали сородичи. Парня их Лунная Богиня в лоб поцеловала, не иначе. Впервые вижу, чтоб такие раны так скоро заживать начали. Ну да всякое в мире бывает. Дальнейшее занятие пошло своим чередом, хотя я сидел как на колючках. Мне не понравился слишком внимательный взгляд дядьки Выра, которым он сверлил меня после вопроса о покалеченном оборотце. Хотя не пойман – не вор. Буду тоже упирать на милость Лунной Богини к своим детям. Разоблачить меня, не будучи магом, практически невозможно. Отправляясь после занятий к рыночной площади – мы договорились с Каем сходить за покупками – я напряженно обдумывал сложившуюся ситуацию. Как бы не хотелось нарушать воцарившуюся за последние дни идиллию, Кайрин должен быть в курсе произошедшего. Так что едва обменявшись приветствиями, я приступил к покаянной речи, справедливо рассчитывая на выволочку за дурной альтруизм. Вопреки ожиданиям, Кайрин не стал распыляться на упреки, деловито уточняя некоторые моменты инцидента. - Пока рано переживать, Силь, - заверил Кай, выслушав. – Маскировка работает исправно, заподозрить твою связь с выздоровлением того оборотца практически невозможно, ты же только ученик. Но я бы чувствовал себя спокойнее, если бы ты пользовался своими способностями с оглядкой. - Я все понял, Кай. Извини. Я прекрасно осознавал, что мой импульсивный поступок может иметь негативные последствия не только для меня, но и для Кайрина. Как минимум придется экстренно менять место жительства. И все же интуиция тихо нашептывала, что с этой стороны пока не стоит ждать беды. - Не извиняйся, - Кайрин успокаивающе похлопал по плечу. – Ты будущий целитель, желание спасти вопреки логике и разуму зачастую присуще вашему брату. Просто не забывай об осторожности. Ободренный поддержкой и испытывающий облегчение от итога разговора, я приступил к нелегкой, однако необходимой миссии – подобрать себе новую одежду. Благо, маскировка не меняла телосложения. С цветом кожи и волос в истинном облике плохо сочетались почти все цвета, кроме черного или белого. Черный светлые эльфы носили редко, нарушать легенду не хотелось, а белый был непрактичным в быту. Выходом стали оттенки бежевого и светло-коричневого, секретом окрашивания в которые владели мастерицы из западных деревень вархов. Сегодня, по моим подсчетам, они как раз должны были привезти свой товар. Надежда оправдалась – две вархини почтенного возраста в сопровождении сына и дочери встретили меня радостно, как постоянного клиента. Я разжился легкой рубашкой на лето и двумя с длинным рукавом на холодное время года. Предупреждающе глянув на Кайрина, расплатился своими деньгами, вырученными у Мррах за мешок пряных трав и корешков. Орка платила щедро, утверждая, что мои травы всегда лучшего качества и еда с ними вкуснее. По-моему, она слегка лукавила. Забрав покупки и поблагодарив мастериц, уже собрался пройтись по продуктовым рядам и завершить вояж за кружкой взвара в трактире, как вдруг уловил отдаленный звук, заставивший замереть в боевой стойке. - Что случилось? – Кайрин тоже насторожился, незаметно оглядываясь и ища источник угрозы. Молча развернувшись, двинулся в ту сторону, откуда вроде доносился звук. Внятно объяснить свое поведения я не мог. Словно внутренности зацепило крючком с тонкой лесой и потянуло. По мере приближения к большой крытой телеге, используемой в данный момент в качестве прилавка, я понял причину, настолько взбудоражившую сознание. Услышанные слова никак не могли звучать на Траэсе. Кто-то читал заупокойную молитву на моем родном языке. Натяжение невидимой лесы усилилось, заставляя чуть ли не бегом спешить к телеге, возле которой крутился дородный оборотец. Хозяин передвижной лавки меня интересовал в последнюю очередь. В тени растянутого тента скорчилась худая невысокая фигура, судя по виду светлого эльфа. Губы незнакомца шевелились, произнося знакомые слова. - Силь? – Кайрин шел следом, явно не понимая, что за муха меня укусила. – С тобой все в порядке?.. Я слышал мужа как сквозь толщу воды. С лица эльфийского подростка серыми глазами на меня смотрел Валерий.