Особенности эволюции в параллельном мире

Утром я проснулся первым, и не сразу осознал, где я и кто я. Рядом заворочался потревоженный спросонья Кай, сверху нависал зеленый шатер переплетенных ветвей. На мгновение показалось, что общий дом и последний год просто приснились, а мы продолжаем путешествие по таинственному лесу вдвоем. Но по левую руку завозился Вайлер, потягиваясь под одеялом, от ручья донеслись шаги и ворчливый вопрос, долго ли мы еще собираемся спать, и наваждение пропало. Зато вернулось воспоминание о подслушанном ночью разговоре. Тайри выглядел как обычно, подшучивал над Кайрином, протянул Вайлеру гребень и ленту для волос, напоминая, что лечение не стоит прерывать даже в походе и после завтрака у них будет час для сеанса, одарил меня ехидным взглядом. Я же не мог отделаться от мысли, что маска беззаботного нахала пошла трещинами и вот-вот осыплется с лица парня. О ком он говорил, называя заложником клана? Кайрин явно знал этого дроу. И что за помянутая заблокированная связь? В тонкостях отношений я всегда был валенком, однако готов был правую руку отдать за то, что неизвестный не являлся объектом любовного интереса менталиста. В контексте упоминаний о матери напрашивалась нехорошая догадка, что речь идет о их третьем брате. «Единственный, кого она любит, давно мертв»… Отец? Блин, не семья, а Санта-Барбара местного разлива. Странно. Женщина не любит детей от любимого мужчины... Такое без причин не происходит. Но вполне возможно, если эти дети послужили прямой или косвенной причиной гибели любимого. Энергично растерев лицо ладонями, пожелал всем доброго утра и направился к ручью. Желания влезать во внутрисемейные сложности не было ни малейшего, но я понимал, что избежать разборок скорее всего не получится. Кай рано или поздно точно встрянет за младшеньких, а я не оставлю мужа. Нельзя стать частью семьи и одновременно полностью отстраниться от ее проблем. Зато многие заскоки в поведении менталиста становились понятными. Грубость и безалаберность, как способ самозащиты, преувеличенная эмоциональность в желании спешно добрать чувств и впечатлений напоследок. Каково жить, зная, что дни свободы утекают сквозь пальцы, а впереди бессчетные годы добровольного плена? Вряд ли в клане с Тайри будут плохо обращаться, все же он талантливый маг с редкой специализацией. Любой мало-мальски толковый руководитель бережет такие кадры. Я дал себе зарок присмотреться к менталисту внимательнее – разумные в такой ситуации склонны к импульсивным и безрассудным поступкам. Пока Тайри и Вайлер медитировали на берегу ручья, погрузившись в совместный транс, мы с Каем весело валяли друг друга по траве. Рукопашный бой мне давался хуже, чем с оружием, и муж постоянно старался это исправить. На самом деле мой любимый наставник и являлся одной из причин неудач – я часто отвлекался, инстинктивно боясь причинить ему вред. Почему-то то же не происходило при тренировках с таллом, сам не понимал – по идее, холодным железом шанс травмировать намного больше. Может, я просто переключался на неподобающую волну, стоило ощутить крепкую хватку мужа на плече или запястье. Любовь все же размягчает мозги, увы. - Ух ты, впечатляюще! На айкидо похоже. Оказывается, у нашей тренировки появились зрители. Вайлер смотрел с детским восторгом, не замечая ревнивого взгляда Тайри. Я даже умилился. - Что-то новенькое. Научился в своих странствиях? – Тайри с видимым усилием переключился на брата. - Частично, - мне показалось, что Кай не горит желанием развивать тему. – Это боевые приемы оборотцев, один знакомый показал. - Научишь меня? – в лиловых глазах менталиста загорелся огонек. Кайрин сдержанно кивнул, убирая с лица выбившиеся из косы пряди. Отвернувшись, я поспешил к ручью и влез в него с головой. Зрелище полуголого, растрепанного и разгоряченного схваткой мужа оказывало негативное влияние на концентрацию и здравый смысл. Вроде не весна на дворе, что ж меня так прет? Конфуза удалось избежать, через десять минут я уже был полностью собран, бодр и готов двигаться дальше. После полудня жара стала невыносимой, воздух сгустился, как горячая карамель, липкой испариной оседая на коже. Тяжело было даже мне, любившему и хорошо переносившему высокие температуры. Вайлер и вовсе едва переставлял ноги, без возражений отдав свой рюкзак Тайри. - Ищем закрытую от ветра поляну и останавливаемся на привал, - скомандовал Кайрин, обозрев наш медленно поджаривающийся отряд. Поляна в окружении нескольких старых деревьев, сросшихся кронами, нашлась довольно скоро. Небо к тому времени потемнело, на горизонте начали собираться тяжелые сизые тучи. - Поздновато что-то для грозы, - я наблюдал за небом, недовольно морщась. Грозы в этой части Траэса очень сильные и могут длиться несколько дней, но чаще всего выпадают на весну и начало лета. Кай с Тайри начали обустраивать лагерь, а я присел рядом с упавшим ничком в густую траву Вайлером и осторожно потормошил. В ответ раздался придушенный стон. Со второго раза друг перевернулся на спину. - Попей и отдыхай дальше, - я протянул фляжку с водой. - Я бесполезен, - со вздохом констатировал Вайлер, падая обратно. – Сейчас встану и помогу хоть дрова собирать. Отговаривать друга не стал, зная его упрямство. Просто напросился в напарники, и мы деловито ушуршали разыскивать топливо для костра, благо в лесу этого добра с избытком. Фарн не обижался на разумных, собирающих хворост, травы и грибы, не препятствовал, если рубили отдельные деревья или промышляли дичь. Не бери больше, чем нужно для жизни – и все будет в порядке. - Силь, - позвал Вайлер спустя какое-то время, напряженно вглядываясь в сгущающиеся у корней зеленоватые сумрачные тени. – Лес… Он живой, да? - Живой. Более того, он разумный, - подтвердил, откладывая охапку сухих веток и устремляясь к замеченной полянке, заросшей низкорослыми кустиками с фиолетово-черной листвой. – Фарн, по сути, один гигантский организм. Как в «Солярисе»*. Только здесь лес. - То есть мы изучаем его, а он нас? – в вопросе Вайлера смешались любопытство и легкая опаска. - Скорее всего, он и так знает о нас все, что ему интересно. Понимаешь, я могу общаться с Лесом, но человеческий разум не способен полностью постичь его. Знаю только, что для нас он не несет угрозы. Первые тяжелые капли упали с свинцово-серого неба, едва мы вернулись к стоянке. Над разожженным костром булькала похлебка в котелке, Кай и Тайри притащили большое бревно для импровизированной лавки, между двумя дальними деревьями был натянут полог и разложены одеяла. Я не сразу понял, что из обрушившейся на лес стены дождя до поляны не долетает ни капли. Нас словно накрыло большим прозрачным зонтом, беспрепятственно пропускающим дым и не пускающим внутрь влагу. - Это ты выставил барьер, Тайри? – Вайлер задрал голову, вглядываясь в темное небо. Менталист слегка самодовольно усмехнулся. - Думаю, так нам будет уютней, маю, чем забиваться в нору под корнями.       Проигнорировав шпильку, я сел на бревно рядом с Каем, толкнул его локтем и протянул свернутый из листьев кулек с овальными черными ягодами. - Спасибо, - на лице мужа на долю мгновения появилось выражение почти детского восторга. Выросшие в горах с холодным климатом дроу редко видели свежие фрукты и ягоды. Слабость Кайя к подобным угощениям обнаружил случайно и с тех пор старался по возможности принести из вылазок в Лес то первую червянику, то несколько гроздей брие - похожей на земную калину, кисло-сладкой ягоды вырвиглазно-оранжевого цвета. А вот спелые ягоды «глаза ири» попадались редко. Неспелые они были отвратительные на вкус, а после созревания годились в пищу всего пару дней. Я уже подумывал выкопать пару растений и посадить возле дома с теневой стороны. Вайлер, тоже собравший несколько ягод, внимательно посмотрел на нас с Кайрином и протянул свою добычу Тайри. - Бери, если хочешь. Я не очень люблю сладкое. Я почти успел отвести взгляд прежде, чем довольная широкая улыбка на губах менталиста стала печально-жалкой. Ночью проливной дождь превратился в настоящую бурю. Погруженный в полусон, я чувствовал себя плывущим на утлом кораблике сквозь шторм. Вот-вот ударит волна в ненадежный деревянный борт и темная вода хлынет внутрь, вымораживая ледяными прикосновениями. Тихий стон рядом вытолкнул на поверхность. Перевернувшись на бок, открыл глаза и онемел от открывшейся картины. Расположившийся на расстоянии вытянутой руки Вайлер во сне сполз со своего места и теперь полулежал на Тайри. Тонкие руки с силой обнимали менталиста поперек груди, рассыпавшиеся волосы укрывали словно живое покрывало. Тайри медленно поднял руку и невесомо провел ладонью по пепельным прядям, касаясь с какой-то щемящей нежностью. Почувствовав мой взгляд, менталист повернул голову и умоляюще прижал палец к губам. Я покорно закрыл глаза, зная, что уже не усну. И не потому, что боюсь за друга, ставшего моим братом. Перед глазами будет стоять это подсмотренное ночное откровение, пропитанное болезненной тоской о невозможном. Спустя какое-то время завывания ветра стали невыносимыми, грозовые разряды словно били прямо по своду черепа, вызывая тошнотворную боль. Осторожно выбравшись из объятий Кая и подоткнув ему одеяло, подбросил в рдеющий угольками костер дров. Закрыв глаза легко было представить себя на Земле. Просто еще одна вылазка на природу, еще одна ночевка у костра… Но за магическим барьером шумел живой разумный лес, у костра спали мой муж-дроу и маг разума в обнимку с моим новым братом. Вытянув руки перед собой, я рассматривал отсветы огня на зеленой коже, бесцельно сгибал и разгибал тонкие длинные пальцы. Еще год назад приняв себя нового и новую жизнь как свершившийся факт, я не терзался лишней рефлексией по этому поводу, но временами накатывало. Так тревожат на утро обрывки яркого сновидения. Может, во снах мы тоже видим свои прошлые жизни? По сути, мы с Вайлером – живое доказательство бессмертия души. Тихие шаги вывели из дурного самосозерцания. - Позволишь нарушить твое уединение? Ночь стерла с красивого лица нахальную улыбку и налет самодовольства. Сейчас Тайри выглядел совсем молодым растерянным парнем. Молча указав на свободное место у костра, подбросил еще пару бревен, отгоняя подползающую темноту. Молчание не тяготило, я умел уважать чужую тишину. - Спасибо, - Тайри рассеянно ворошил угли тонкой веткой, наблюдая за взлетающими вверх искрами. – Что не стал поднимать шум и… Покачав головой, я смолчал, хотя на язык просилось много чего. О подсознательной мазохистской тяге молчать о своих истинных чувствах, явно семейной. О том, что жестоко пытаться надышаться перед смертью, бередя чужое сердце. О том, что на эти чувства, возможно, никогда не смогут ответить. Нет смысла говорить. Этот путь каждый проходит сам. Тайри придвинул ближе свой походный рюкзак и извлек на свет флейту из необычного материала, похожего на темный янтарь. Значит, тогда не показалось. Над поляной разлилась тонкая, едва слышная, как вздох, мелодия. Под ловкими пальцами флейта говорила, смеялась, плакала, рассказывала историю, смысл которой был понятен до конца лишь исполнителю, однако не оставлял спокойным и слушателя. Мне медведь по ушам протоптался, но музыка Тайри была волшебной. В прямом и переносном смысле. От ее звуков разжался невидимый тугой обруч, мешавший вздохнуть, отступили тревоги. Беспокойно вздрагивающий под двумя одеялами Вайлер крепко уснул, на губах Кайрина появилась теплая улыбка, будто мой муж видел прекрасный сон. Охваченный странной истомой, почти в трансе, я поднялся и добрел до своей лежанки, падая рядом с Каем. Мягкие переливы обволакивали, уводили куда-то. Мелодия неуловимо менялась, пока в ней не осталась одна неизбывная тоска. Хотя мне в ней чудилась и надежда… - Выглядит не слишком впечатляюще, - Тайри скептически обозревал заплетенную плющом башню. – Не чувствую присутствия хоть какой-то магии. - А от меня чувствуешь? – ехидно поинтересовался я. Эксперт нашелся, блин. Все два дня пути до заброшенного форпоста меня не покидало противное ощущение недоброго взгляда в спину. Причем, исходило оно не от подозрительно безмятежного Леса. Сколько не пытался, вычислить наблюдателя не смог. Растения безмолвствовали, тоже не заметив ничьего материального присутствия. Происходящее не способствовало улучшению настроения. - Не сравнивай, - Тайри скорчил постную мину. – У живых и неживых объектов совершенно разные магические вибрации. - Вот только ваша магия не имеет ничего общего с магией легендарного народа и не способна ее обнаружить. - Возможно, стоит посмотреть поближе, - примирительно заметил Вайлер, становясь между нами. - Сначала пойду я, - вызвался Тайри. – На случай, если в башне действительно что-то есть. - Никто никуда не пойдет один, - веско молвил командирское слово молчавший доселе Кайрин. – Обустраиваем временный лагерь, обедаем, потом идем все вместе. Силь? Голос Кайрина смягчился, в глазах промелькнула тревога. - Иду с вами, чего уж там, - неловко передернув плечами, я указал себе за спину. – Там есть небольшое озеро. Можно встать лагерем. Меньше всего хотелось снова переступать истертый порог треклятой башни. От одного взгляда на оплетенные ползучими растениями стены во рту появлялся фантомный горький привкус крови. Однако отпускать своих в одиночку бродить по подозрительному месту тоже не собирался. Тайри притих, в кои-то веки без возражений послушавшись старшего брата. Хотя Кайрина трудно проигнорировать, когда он в боевом модусе. Озеро выглядело очень живописно, теплое и неглубокое, с прозрачной водой и плавучими островками килаэ. По берегам разрослись деревья с длинными плетистыми ветвями, похожие на земные плакучие ивы, с покрытыми серебристым пухом ланцетовидными листьями. Нужно будет взять образец, посмотреть, может что полезное в них есть. На Земле ивовая кора часто используется в народной медицине. Закончив с любованием видами, я подключился к обустройству временной стоянки. Раньше сядем, раньше выйдем, как говорится. Прежде в лесу чувствовал себя как дома, а теперь не покидало желание поскорее убраться отсюда. Или просто подсознание шалит? На исследовательскую миссию выдвинулись после обеда. Вперед пошел Кайрин, за ним следовали Тайри и Вайлер. Я замыкал строй, давя порывы поминутно оглядываться. Паранойя паранойей, но это не значит, что вас не преследуют. - Железной травы больше нет, - вполголоса заметил Кай, оборачиваясь. И правда, железных растений - заградительного барьера, встреченного в первый раз - нигде не было видно. Я помнил, что башню окружало довольно широкое кольцо, в котором Кай прорубил небольшую брешь. Теперь же не наблюдал ни самой травы, ни увядших стеблей. Внутри башни царило то же запустение, на первом этаже прибавилось обломков. Задрав голову, я взглянул наверх и пару раз сглотнул, силясь заполнить зародившуюся в желудке пустоту. Какого хрена меня так пугает это место? Да, здесь я чуть не погиб. По собственной глупости, кстати. Возможно, наш юный гений менталистики все же прав, и старый форпост каким-то образом влияет на психику. Или я просто праздную труса, поддаваясь плохим воспоминаниям. Стоило ступить на лестницу, к тошноте присоединилась дрожь в конечностях и головокружение. Чудно! Здравствуй, паническая атака. - Простите, други мои, но наверх я не полезу. - Силь, тебе плохо? – Вайлер и Кай кинулись ко мне почти одновременно, два вопроса слились в один. - Нормально, не кипешуйте, - я потряс головой, словно пытаясь вытряхнуть попавшую в уши воду. – Останусь тут и попробую сделать страховочную сеть из вьюнка. А то вдруг кто-нибудь решит повторить мой полет… Поймав укоризненный взгляд Кайрина, явно не одобрившего подобную шутку, выдавил виноватую улыбку. Пока троица исследователей преодолевала лестничный пролет, я мысленно позвал изобилующий вокруг плющ. Тонкие гибкие плети медленно зашевелились, заползая через оконные проемы и извиваясь вокруг. Пользуясь уже отработанной тактикой, с помощью простых мыслеобразов я объяснил, чего от них хочу. Плющ неохотно потянулся к середине зала, сцепляясь побегами и образуя густое плетение. Не бог весть что, но падение затормозить поможет. Я заметил, что растения слушаются неохотно, словно им что-то мешает. Сверху послышались голоса, возбужденно переговаривающиеся на повышенных тонах, с потолка сорвалось несколько мелких камней. Проверив страховочное плетение, я обозвал себя истеричкой, стиснул зубы и решительно шагнул на лестницу. За время подъема успел вспомнить все ругательства, слышанные в двух жизнях. Цепляясь за остатки перил и обливаясь холодным потом, я зашел на второй круг, когда лестница внезапно закончилась. - Что у вас тут творится?.. Кайрин, стоявший в дверной арке, обернулся и подавился удивленным восклицанием. М-да, видимо, видок мой оставлял желать лучшего. - Тайри нашел необычные следы заклятий, - отчитался муж, не выпуская из рук тонкий трос, уходящий за порог комнаты с мозаичными стенами. Через проем я видел, что концы троса тянутся к поясам Тайри и Вайлера. Весьма рисково. В случае падения, Кайрин не удержит двоих. - Давай помогу, - я потянулся к веревке. - Не нужно. Она зачарована, - Кай легонько дернул веревку, замерцавшую цепочкой магических знаков. – Главное, не выпускать из рук. Тайри между тем ползал вдоль стен с узорами кристаллов, чуть ли не носом в них уткнувшись, и сыпал малопонятными специфическими терминами, возбужденно поясняя что-то внимательно слушавшему Вайлеру. Удивительно, но, кажется, мой друг понимал, о чем ведет речь менталист, серьезно кивая в ответ. Вот он придвинулся ближе, практически соприкасаясь головой с Тайри и коснулся ладонью участка стены, где светло-алый цвет перетекал в багровый. Со своего места я хорошо видел происходящее. Светлые брови сошлись на переносице в мучительной гримасе. Побелевшие губы шевельнулись… - Боль… гнев… страх… Напоминание… Тайри озадаченно уставился на Вайлера – тот вдруг заговорил на языке людей. - Не приближаться… Месть… Наказание за… Пространство зала начало странно искажаться, словно внутри зарождался невидимый вихрь. Вайлер с коротким вскриком оторвал ладони от стены и начал заваливаться назад. - Кай, вытягивай их! В четыре руки мы дернули магические веревки. От рывка Тайри, одурманенно наблюдающий за происходящим, очнулся и подхватил на руки падающего Вайлера, медленно отступая к выходу. - Вниз, быстро, - скомандовал Кайрин, вынимая из ножен катрайи и загораживая собой арочный проем. – Силь, прикрой их. - Идем, Кай, - я присмотрелся к вихрящемуся в загадочной комнате сгустку энергии. – Оно не выйдет отсюда. Куда больше меня сейчас беспокоило состояние Вайлера. От злости и беспокойства за друга путь вниз преодолел на одном дыхании. Только выйдя на улицу под полуденное солнце, понял, что в башне было намного холоднее. Желание свалить из этого места уже стремилось к бесконечности. Нахер такие научные экспедиции. Первым добравшийся до лагеря Тайри осторожно уложил бессознательного Вайлера на расстеленное одеяло и деловито ощупывал оба тонких запястьях, мрачнея все больше. - Что, нахрен, там произошло? – свистящим шепотом поинтересовался, опускаясь рядом на колени. Вайлер выглядел бледным, однако пульс был в норме, дыхание глубоким и ровным. - Похоже, у него ментальный шок от контакта с артефактом. У неопытных магов такое случается. Мой недосмотр. От решительных действий удержала только здравая мысль, что Кай не позволит задушить своего младшего братика. - Ты же сам говорил, что Вайлер уже не сможет стать магом?! Хоть одному из твоих прогнозов вообще можно верить, великий чародей? - Силь, - Кайрин опустил ладонь на плечо, мягко сжимая. И перевел на брата тяжелый предостерегающий взгляд. – Сейчас Тайри нам все подробно объяснит.